Выбор и дороги

Очнулся я от сна или забытья, когда за спиной пошевелился Лиам. Качки почти не ощущалось и откуда-то проникал свет. Сердце подпрыгнуло к горлу. Я решил, что судно всё же повреждено. Но практически сразу сообразил, что источник света — туалетная труба. Во время шторма заглушку выбило. Судя по всему снаружи день. Мы пережили эту ночь. Кто-то застонал, и я сообразил, что не всем так повезло, как мне. Шевеление Лиама разбудило остальных. Зазвенели цепи, и вскоре подал голос капитан: — Миран, ты как? — Жив, цел, — ответил я. — Лиам?  — Со мной всё хорошо. Капитан продолжал перекличку. Лиам снова прижался ко мне и всхлипнул, когда мы не услышали отклика семи человек. Ожидаемо, что все из числа каменщиков. Сам Амир почти не пострадал. Он и ещё двое сообразили добраться до лестницы и держались за неё во время шторма. Остальные получили серьёзные травмы и погибли. Сидеть в замкнутом пространстве среди мертвецов откровенно было не по себе. Хорошо, что они пока не издавали характерных трупных запахов. Зато других ароматов хватало. У нас здесь и раньше розами не пахло, а сейчас единственным источником свежего воздуха стала туалетная труба. Господин Кастор, пробормотав извинения, побрёл к туалету. Я же отцепил рубашку от кольца и напялил на себя. Холодно мне не было, но и полуголым сидеть неприятно. — Я тоже хочу в туалет, но боюсь, — проскулил Лиам. — Сейчас провожу тебя, — пообещал я и, дождавшись, когда освободится место, повёл парнишку за собой. Видеть, что у нас под ногами я не мог, поэтому просто отодвигал ногами то, что попадалось на пути. Сам шёл, согнувшись так, чтобы держать цепь руками. Один раз попалась чья-то голова. Отодвигая её, я вляпался во что-то густое и липкое, похоже, в кровь. Нащупав одежду мертвеца, вытер об неё руку. Кажется, этот был тот парень, которого Амир заставлял убирать говно. Кое-как мы с Лиамом дошли до туалета и сделали свои дела. На обратном пути повезло больше. Эстебан с двумя матросами сложил мертвецов в одно место. Как это они проделали на ощупь, я не берусь оценивать. И только мы уселись на свои места, как загрохотали замки на люке. О нас наконец вспомнили пираты и захотели убедиться, что товар не попортился. — По одному выходим, — крикнул кто-то и распахнул люк шире. Первыми на палубе оказался Амир с двумя приятелями, далее наши официанты. Мы с Лиамом вышли последними. Долго жмурились от слишком яркого света, но, подгоняемые палками, расположились рядом с другими пленниками. — Сколько этих? — выглянул откуда-то бывший первый помощник капитана. —  Тринадцать человек, — ответил пират. — Все целые? — У одного рана на голове, у второго что-то с рукой, но пока дойдём, всё заживёт. — Неплохо, — отметил первый помощник. — Во второй группе только пятеро выжило. Тех пятерых вскоре пригнали к нам ближе и усадили рядом. Выглядели эти мужчины паршиво. Порезы на лицах, синяки и другие раны. Наши на этом фоне смотрелись целенькими. Конечно, перепачкались в чужой крови, обмотки на ногах вообще были бурого цвета. Плюс наши рубашки с оборванными рукавами добавляли антуража, но даже синяков оказалось немного. Эстебан вообще не пострадал. Это и пираты отметили, потому его и ещё одного крепыша из числа наших моряков заставили доставать трупы. Второй загон для рабов был зеркальной копией нашего. Тоже имел окошко и надстройку над палубой. Я даже задумался насчёт того, для чего изначально эти помещения предназначались. Так и не придумал. Похоже, только для перевозки рабов и строили. Здесь многое было продумано так, чтобы содержать большое число пленников. И кстати, я так и не понял, где все женщины. Явно имелись ещё каюты, которые мы не видели. Безусловно, до «Белого лебедя» этот корабль не дотягивал, но тоже имел приличный размер. Откуда-то подошёл тот умелец, что заковывал нас. У него и переносная наковальня имелась. Сноровисто и ловко при помощи инструментов посбивал кандалы (как-никак, ценность), и трупы сбросили за борт. После кузнеца пришли две девушки с вёдрами и тряпками. Наше помещение они отмывали не менее часа. Выбрались оттуда с зелёными лицами. Предполагаю, что девушек насиловали всей командой. Ещё и отмывать кровь заставили. Покормить нас пираты не забыли, явно заботились о будущей прибыли. И без того потеряли много рабов. Так что выдали не только лепёшки, но и по две варёные картофелины. Всё то время, что мы сидели на палубе, команда пиратов занималась ремонтом судна. Я не ошибся, когда решил, что одна мачта рухнула вместе с парусом. Да и от фок-мачты осталась половина. На оставшуюся часть пираты пытались закрепить парус, чтобы продолжить движение. Отчего-то чиниться в море они не стали. Наша группа на палубе им очень мешала, но пришлось ждать. Последнее, что сделали пираты, это поставили новую бочку с питьевой водой и погнали всех обратно, включая тех, кто был раньше в соседнем загоне. Выходили мы с Лиамом последними, зато вернулись первыми и сразу забились в свой уголок. — Миран, спасибо тебе, если бы не ты, мало кто уцелел бы, — решил поблагодарить меня капитан, когда все разместились. Новички не поняли, и им рассказали, отчего у нас в группе столько выживших. Не сообрази я зафиксировать себя, нас бы тоже побило. Амир похвастался тем, что проявил смекалку и держался за лестницу. Действительно, неплохое решение. Мы могли всей группой уцепиться за неё и друг за друга. Жаль, что не сразу это поняли. Новенькие продолжали удивляться и нас удивлять. Когда на ужин через окно сбросили еду, эти словно шакалы кинулись её хватать. Мы так никогда не поступали. Капитан один раз сказал и дальше всегда хлеб собирали в одну кучку, предоставляя капитану его распределять поровну. Пришлось новеньких немного повоспитывать. Трое из числа бывших матросов безоговорочно подчинились, а двое были из господ. Они ожидали, что их выкупят, и вели себя так, будто им все должны. Ещё и нас с Лиамом попытались потеснить, за что получили сразу втык от Эстебана и Амира одновременно. — И что, никто их даже не трахнул? — удивился один из этих «господ». Мы с Лиамом с недоумением переглянулись. Мне даже в голову не приходило, что можно ждать насилия со стороны пленников. — Эти всю дорогу трахали одного мальчишку, — пояснил морячок из числа новеньких.  — У нас другие правила. Дёрнетесь, придушу, — пообещал Эстебан. На этом инцидент был исчерпан, но я продолжал опасливо коситься на ту парочку. Даже ночью плохо спал, просыпался от любого постороннего шума. Как бы то ни было, но ночь мы пережили без конфликтов. Утром народ поочерёдно посетил туалет и расселся так, чтобы освободить место в центре, куда обычно высыпался наш завтрак. В общем, сидим, ждём, ждём, а нас всё не кормят и не кормят. То, что давно пора бы поесть, желудки напоминали. И тем не менее с завтраком пираты не спешили. К тому же снаружи стали раздаваться странные звуки. — Причаливаем, что ли? — обратился Эстебан к капитану с вопросом. — Похоже на то, — пробормотал он в ответ. — А где это мы можем быть? — поинтересовался Лиам, и все дружно повернулись к капитану, ожидая ответа. — В пути мы одиннадцать дней, — начал рассуждать он вслух. — Если ветер и шторм были попутными, то вынесло нас к Зелёному континенту. Скорее всего, на Зелёный мыс. Больше поблизости отремонтировать корабль негде. — Маги здесь, говорят, ритуалы особые устраивают. Жрец светилу поклоняется, — задумчиво почесал отросшую щетину господин Кастор, и все посмотрели теперь на меня. Я и сам припомнил слова пиратов, обещавших меня продать кому-то, кто связан с этим Зелёным мысом. Лиам сжал мою ладонь и уткнулся мордочкой в грудь. Невольно и я приобнял парнишку. Сердце так и защемило болью. Пусть мы сейчас пленники, но вместе. Что с нами будет дальше, когда разделят? Лиама продадут в бордель, меня используют в каких-то ритуалах. Остальных неизвестно куда и кому. Невольно я потеребил ошейник. Как же мне не хватает моей силы, как подумаю об этом, так сразу кулаки сжимаются. Со мной народ попрощался. Кто-то формально, кто-то совершенно искренне. Лиам так вообще вцепился и не отпускал. — Миран, если бы… если бы не это… — подвигал он ногой в кандалах. — Как ты думаешь, мы бы могли… ну, вместе? — Конечно, ты же красавчик. — потрепал я белобрысика по макушке и тяжело вздохнул. Как долго он проживёт в борделе? В отличие от того же Амира, его судьба самая незавидная. Крепких парней отправят на работы в шахты, даже будут заботиться, чтобы те как можно дольше приносили прибыль. Лиаму же может не повезти с очередным клиентом-садистом. Снова я погладил мальчишку по голове и вдруг сообразил, что он не понимает своей участи. Действительно, откуда у домашнего ребёнка такая информация? Это моя фантазия развернулась по полной, рисуя всевозможные ужасы. Лиам-то и борделей никогда не видел. Размышляя о судьбе парнишки, я позабыл о том, что и меня самого продадут, и вдруг открылся люк и охранник крикнул: — На выход, по одному! Народ, поверивший капитану, что мы на Зелёном мысе, замер и на выход не стал торопиться. На меня все уставились, не спеша выходить. Пират пригрозил карами и постучал палкой по лестнице, намекая, что шутить не стоит. Кто был ближе, тот первым стал выбираться наружу. Снова мы с Лиамом оказались последними. Долго щурились, смахивая слёзы с глаз, но всё же увидели, что корабль пиратов причалил к каменному пирсу и даже сходни сбросил. Нас собрали группой в одном месте и стали по одному переправлять на берег. — Это Зелёный мыс, — успел шепнуть капитан и двинулся к трапу. — Почему всех выгрузили? — начал возмущаться один из тех господинчиков, кто ожидал за себя выкуп. Ответа ни у кого не было. Все опасливо озирались, разглядывая место, куда мы попали. Если капитан не ошибся, то это был Зелёный мыс. Напоминал он небольшую бухту среди скал. Скалы были обжитыми, кругом виднелись следы человеческой деятельности. На берегу, немного в стороне, с десяток людей в чёрных одеждах копошились, разделывая рыбу. Запах оттуда доносился смешанный. Похоже, рядом была коптильня и пахло чудной копчёной рыбкой. Но долетели и ароматы гнилых рыбных потрохов. Нас пока только охраняли, никуда не гнали, и я продолжал оценивать новое место. Потом придвинулся ближе к капитану, слушая его пояснения. — Мы на южной оконечности континента. Там, — он чуть повернул голову, — с восточной стороны, примерно на расстоянии дневного перехода, большой порт. Я не раз бывал в Голубой бухте, доставляя товар. — Если сбежим, есть возможность попасть на корабль? — задал Эстебан вопрос. — Вполне, мне приходилось нанимать и грузчиков, и матросов с этого континента. Двое господинчиков на это презрительно хмыкнули, они надеялись, что родня заплатит и их освобождение лишь вопрос времени. — Женщин не выводят, — заметил Амир. — Думаю, что и нас вернут через какое-то время, — уверенно заявил господин Кастор. — Это вынужденная остановка для ремонта корабля. Нас всех специально вывели, чтобы охранять было проще. Отчего-то я сильно в этом сомневался, поскольку наблюдал за тем, что происходило на берегу. Пираты явно торговались с неким мужчиной в белых одеждах. С таким выражением на лицах не просят присмотреть за группой пленников, их так продают в качестве рабов. Примерно половина группы поверила, что это не конечная точка нашего вынужденного путешествия. Я не стал никого переубеждать. Переплёл с Лиамом пальцы и ждал, что нам скажут делать дальше. А дальше нас повели куда-то. Причём тот мужчина в белом первым выдвинулся, не обращая ни на кого внимания. И шёл как-то странно, всё время поглядывая на висевший на шее амулет. Со стороны смотрелось, будто он заблудился, сверяется по компасу и при этом поднимается вверх по ступеням. В общем, я так и не понял смысла его действий. Нашу команду взялся сопровождать кто-то рангом пониже. Мужчина в сером одеянии молча шёл впереди, надеясь, что пираты не дадут никому отстать и потеряться. Кандалы с нас не сняли, но наличие кузнеца в группе сопровождения не могло не радовать. Если избавит от этих ограничителей, то появится возможность сбежать. Я ободряюще улыбнулся Лиаму и крепче сжал ему ладонь.