My pain in the paint

Холодное пламя заката. Тяжёлое солнце задыхается в чёрной воде. Ничтожно маленькие люди на обрыве вселенной. Читают мысли друг друга. Тонут друг в друге. Летят со скалы вниз, оставаясь на месте. Туда. В омут. В мир счастья и боли. Холодные пальцы зарываются в кудрявые волосы. Сильные руки обвивают талию. Поцелуй. Опозновательный знак вечности. Хочется остаться. Утонуть. Умереть сейчас и жить вечно. Телефон звенит в кармане. Никто не слышит. Тэхёну предётся оторваться. — Я не сказал Хосоку, что угнал его машину, - улыбается, прячет смущённый взгляд. Чонгук молчит. Улыбается в ответ. Гладит ладонью чужую щёку. Чувствует пальцем каждую родинку. Как в последний раз. "Сейчас он точно исчезнет" — Ты не замёрз? — Нет. "Твои руки тёплые. Греют" Дверца bmw открывается. Чонгук падает на кресло, растирая красные пальцы. Мотор начинает приятно урчать. Вибрации разносятся по салону вместе с теплом. — Можно мне включить песню? — Вперёд. Тэхён улыбается в ответ на скромный вопрос. Руки младшего спешно ищут телефон. 5 Seconds Of Summer - Ghost Of You Мелодия. Голос певца. "Скажи, что тебе нравится" — Скинь мне её. Тэхён смотрит на дорогу, плавно поворачивает руль. So I drown it out like I always do Dancing through our house with the ghost of you. And I chase it down, with a shot of truth Dancing through our house with the ghost of you. Детская радость. Как будто ты получил отлично за рисунок ко дню Святого Валентина. Песня продолжает играть. Чонгук в ней тонет. Забывает обо всём. Видит и слышит только его. Мурлычит мелодию под нос. Тэхён плавится. В глазах этого парня он нашёл свои звёзды. Звёзды, которые ещё никто не видел. Чонгук сияет. Ярче всех в этом мире. Затмевает жизнь своей нереальностью. Зачем смотреть на звёздное небо, если можно открывать новые галактики в его глазах. Солнце упало. Салон автомобиля погрузился в темноту. — Я отвезу тебя до... Спит. Маленький комочек фантазии вселенной. Тэхён накрывает своим пальто. Музыка становится тише. — Тебе бы понравился этой пейзаж, малыш, - шепчет, снижая скорость. Несколько снимков пейзажа. Один - спящий Чонгук. На память.

***

— Давай сделаем эти поездки традицией? — А ты будешь ездить туда без меня? — Нет, лучик. Чонгук просыпается. Его несут. Аккуратно. Он чувствует его дыхание рядом со своим лицом. Чувствует сильные руки, обхватившие тело. Тепло. Уютно. Младший снова ныряет в сон. Тэхён знает, что делает. Он кое-как открывает дверь своей квартиры. Та предательски скрипит. Чонгук морщится, слыша звук сквозь сон, но быстро успокаивается. Тёмная комната. Мягкий плед встречает спящее тело младшего. Тэхён стягивает чужую куртку, стараясь не разбудить. Свет, включённый в коридоре, служит маяком. Жёлтый луч от лампочки проскальзывает через неплотно закрытую дверь. Размеренное дыхание Чонгука нарушает ночную тишину. Тэхён сидит на кровати рядом. Разглядывает. Борется с отсутствием фокуса в глазах. Трепещущие ресницы. Приоткрытые губы, покрытые мелкими трещинками. Непослушная чёлка, небрежно разбросанная по лицу. Тэхён аккуратно поправляет её, проводит пальцами по лбу и щеке. Следующей целью разглядывания стали руки. Тонкие длинные пальцы. Аккуратные ухоженные пластины ногтей. Незамысловатое серебряное кольцо на указательном пальце левой руки. Костлявые запястья украшены несколькими браслетами. Один из них - красная нитка. Взгляд падает сначала на татуировку. My pain in the paint Тэхён проговаривает одними губами. Проводит пальцами, обводя каждую букву. Подушечки нащупывают шрамы. Сердце на секунду замирает. Мысли превращаются в миллиарды узлов. — Я никогда не приведу тебя к этому снова, - шепчет и переплетает с Чонгуком пальцы. Тэхён наклоняется вперёд и невесомо целует младшего в лоб. Кровать тихо скрипит, освобождаясь от чужого веса. Дверь за Тэхёном уже почти закрывается. — Тэ... - слышится тихий голос из комнаты, — Останься, пожалуйста... Выключатель в коридоре щёлкает. Дверь снова скрипит. Кровать опять принимает вес. Тэхён укладывается на бок рядом. Наблюдает за сонным младшим, который, почувствовав тепло рядом с собой, вновь засыпает, сладко причмокивая губами. Их пальцы снова переплетаются. Тяжёлые веки закрываются. Дыхание замедляется. Бушующее целый день сердце успокаивается. Тишина. Его милое сопение, действующее как колыбельная. Так и не сказанное "люблю" крутится в головах обоих. "Увидимся во снах, малыш"

***

Тело. Оно лежит. Оно плачет. Что это? Вторая или первая смерть? Пронзающая плоть боль. Кровь стекающая по виску. <i>Он, лежащий рядом. Разорванное, испачканное сажей и кровью пальто. Жар пламени. Осколки стекла. — Тэхён... Тэхён пожалуйста... Тело опять пронзает боль. Невозможно встать. Слёзы брызжат из красных глаз. Немой крик. Истерика. Обрывистое дыхание. Ломая себя, поднимается с холодного асфальта. Глубокий порез на ноге не даёт встать. Он ползёт. Воет от боли, но ползёт. — Нет, нет, нет... Нет! Кричит уже вслух. Дрожащие окровавленные руки переворачивают бездыханное тело на спину. — Нет! Приступ. Стадии, как на уроках психологии. Отрицание. — Нет, нет, невозможно... Только не ты! Гнев. — Сука! Какого чёрта, Тэхён! Ты не можешь...Ты обещал мне! Трясёт за плечи. Касается холодных рук. Ищет в пустых глазах прежнюю любовь. Тепло. Вой скорой в голове. Ближе и ближе. Он не дождётся. </i> — Чонгук, Чонгук... - чей-то голос пробивается через вакум нервного срыва, — Чонгук, проснись! Чонгук распахивает тяжёлые веки. Пытается запихнуть в себя воздух, глотая его ртом. Видит Тэхёна. Заспанного и перепуганного. Его глаза бегают по заплаканному лицу. — Ты в порядке? - старший робко начинает говорить. Чонгук молчит. Он пытается спрятать опухшее от слёз лицо, не знает куда себя деть. — Мне приснилось... - глаза снова покрываются влагой, — Там была авария, и ты...ты... Младший снова задыхается, отрывисто глотает воздух и зажмуривает глаза. — Тише, лучик, я здесь, - крепкие объятия, Тэхён ужасно переживает. Ему стало так страшно. Он никогда не позволит такому случится. Старший гладит Чонгука по дрожащей спине, считая позвонки. Дарит нежный поцелуй в мокушку, такой нужный сейчас. Отдаёт своё тепло без остатка. — Я всегда буду рядом. — Обещаешь? — Обещаю. Чонгук вжимается в старшего. Дрожь стихает. Дыхание становится ровнее. Пульс кажется синхронизируется с пульсом старшего. У Тэхёна функция пластыря. Он всегда должен быть с собой. Всегда рядом. Иначе Чонгук не справится. Теперь не справится.

***

Чонгук снова хлопочет на кухне. Тэхён разглядывает его, одетого в большую мешковатую одежду старшего. Чёрная футболка постоянно сползает с плеча. Спортивные штаны кое-как держатся на бёдрах. — Ты будешь тосты или блинчики? — Чонгук, я буду то, что ты захочешь сделать, и вообще, сядь ты уже, совсем забегался. Тэхён встаёт из-за стола, за которым терпеливо ожидал своего выхода. Он аккуратно отодвигает младшего от столешницы и, не обращая внимание на чужое возмущение, приступает к приготовлению тостов. Чонгуку всё-таки приходится сесть. Невероятная картина. Тэхён в домашней одежде. Его длинная чёлка постоянно лезет в лицо, а красивые тонкие пальцы всё время её убирают. Запах свеже заваренного ягодного чая и тостов. — Давай сделаем эти поездки традицией? У Чонгука неожиданное чувство дежавю. Он на секунду зависает. — А ты будешь ездить туда без меня? Чувствует, что должен ответить именно так. Тэхён мило улыбается, поворачиваясь к младшему и ставя на стол чашки с чаем. — Нет, лучик.