Сказка

      — Плохая идея.       Девушка пожала плечами. Лейфтан выглядел крайне недовольным. Адалрик, скрестив руки на груди и поджав губы, переводил взгляд с одного аэнжела на другого. Даже Пёс с Амайей с неодобрением косились на неё.       — Да ладно вам! Всего лишь освободим Ланса, выбесим Хуан, спасем мир и разойдемся с ними как в море корабли. Не обязательно в такой последовательности.       — А если он потом захочет к нам присоединиться?       Девушка наклонила голову к правому плечу.       — И? Проведём собеседование в два этапа: тест и непосредственно собеседование с руководством. По итогу собеседования проведём совещание. Ну а дальше по классике: Было очень приятно познакомиться, мы Вам обязательно перезвоним.       — Ты же не отстанешь, верно, пока не получишь желаемое? — Девушка помотала головой. Лей вздохнул и поднял глаза к потолку.       — Эй! Что за мученическое выражение лица? Неужели я настолько похожа на раздражающую надоеду?!       — Да.       — Да.       — Уф!       Она с недоверием уставилась на Пса.       — И ты, Брут?! — Пес наклонил голову и посмотрел на неё снизу вверх. Весь его вид говорил: «Не, хозяйка, я тебя, конечно, люблю, но… да. Вот прям ДА!» Она перевела возмущенный взгляд на мужчин, — Вы настроили моего Пса против меня! Ненавижу вас, мерзкие предатели!       — Ты ненавидишь нас по десять раз на день, нашла, чем удивить.       — А меня она ненавидит всего лишь восемь раз. Значит ли это, что меня она любит больше, чем тебя?       Пока девушка открывала и закрывала рот, пытаясь подобрать слова, чтобы они поняли, насколько они неправы, Лей прищурившись, наклонял голову то к одному, то к другому плечу, обдумывая её слова. Словно пытался понять, с какой стороны её идея ему нравится больше.       — В любом случае, нет смысла делить шкуру неубитого дракона. Зови Ланса. Обсудим условия сделки.       Она кивнула и выскочила за дверь.       — Надеюсь, мы не пожалеем о своем решении.       Адалрик пожал плечами и переместился в пространстве, занимая более удобную позу.       — Мы пожалеем в любом случае. Лучше подумай вот о чём. Стоит ли результат затраченных усилий? Стоит ли ради того, кто уже вас предавал, ссориться с той, кто может максимально осложнить нам жизнь? И наконец, ты действительно хочешь помочь ему?       Лейфтан поморщился. Сильф говорил правильные вещи. По-хорошему, сам Лейфтан должен рассуждать так же. Но вот сидит в нём что-то, что тихонечко нашептывает: А давай посмотрим, что из этого выйдет. Давай освободим Ланса и бахнем. Что именно это что-то предлагает «бахнуть», Лей не знал, но… Был заинтригован. Могло ли это безрассудство передаваться кристалльным путём от его подруги?       — Надо было его убить еще семь лет назад, — со вздохом пробормотал Лей, сдаваясь и смиряясь с неизбежным.       — Я, признаться честно, удивлён, почему ты не сделал этого. А на могиле бы высек что-то в духе: «Мирно скончался во сне с удавкой на шее», — на секунду задумался и добавил, — я слишком много общаюсь с нашей подругой. Её манера речи весьма заразна.       — Когда мог его убить, повода не было. Как появился повод, возможность исчезла.       Адалрик понимающе кивнул. В дверь постучали. И в комнату просунулась голова главной причины нарушения всех гениальных и продуманных планов.       — Вы закончили сплетничать? Можно заходить?       Лей приглашающе махнул и едва успел подвинуться, когда девушка с разбегу запрыгнула на кровать, в прыжке разворачиваясь и усаживаясь в позу лотоса. Вслед за ней в комнату просочился Ланс, плотно закрыв за собой дверь. Повернувшись, окинул разношерстную компанию, молча рассматривающую его, вопросительным взглядом. Некоторое время в комнате висела тишина, пока обсидианец её не прервал.       — Когда ты меня сюда звала, ты сказала, что Лейфтан готов со мной поговорить, а не помолчать. Я тогда пойду? У меня и без того дел много.       Лей закатил глаза.       — Скажи, как тебя связала Хуан, и иди куда хочешь.       Дракон наградил его ничего невыражающим взглядом, прокашлялся и продекламировал по памяти:       — Хочу чтобы ты был мне верен, чтоб ни словом, ни молчанием, ни действием, ни бездействием, ни взглядом и не помыслом не предавал меня. Ни мне, ни моим близким и кровникам не причинял вреда ни на одном из уровней. Не желал и не делал зла мне и им. Хочу твоего участия и помощи по первому зову и без оного, хочу защиты и покровительства, честности и чтобы все действия твои и мысли были во благо меня и Гвардии. Отныне и до последнего твоего вздоха.       Гробовая тишина. Присутствующие переглянулись между собой, развернулись в кружок и начали совещаться, не обращая никакого внимания на Ланса.       — Мы все явно подумали об одном и том же. Кто ему скажет? Чур не я.       — Я тоже не горю желанием. Голосую за Адалрика.       — Поддерживаю, — Пёс гавкнул, — малыш тоже за. Большинством голосов постановили. Адалрик, вещай.       Сильф медленно поднял бровь, выражая вежливое изумление.       — И с каких пор у нас процветает демократия?       — Всегда процветала. Правда, со стороны это больше смахивало на тоталитаризм и диктатуру. Но на самом деле это демократия.       — У тебя явные проблемы с адекватной оценкой ситуации, — доверительным тоном произнес Адалрик, — мы не можем ему ничего сказать. Текст связывающего заклятия это может посчитать предательством.       — Но если он сам не посчитает это предательством, то и заклятие не сработает.       — Но Хуан может считать иначе.       Девушка почесала в затылке.       — Действительно. Тогда… Просто сделаем это, не предупреждая его? Это же не будет предательством, если он не будет об этом знать?       — Это… может сработать.       Она кивнула и, спрыгнув с кровати и подойдя к Лансу, принялась вежливо, но настойчиво выталкивать его из комнаты.       — Сам всё слышал. Давай, иди занимайся своими важными делами. О том, что свободен, узнаешь по факту. Кыш-кыш-кыш.       То ли поддавшись ей, то ли немного очумев от происходящего, но Ланс безропотно позволил себя выставить в коридор.       — Вот и чудненько, — захлопнула за спиной Ланса дверь девушка и повернулась к остальным, — физраствор для выращивания гомункула? Что для него необходимо?       Адалрик достал из складок одежды сложенный вчетверо лист бумаги, явно варварски вырванный из древней книги, и развернул его.       — В недрах Александрийской библиотеки я нашел такой рецепт, — прокашлялся и начал учить с выражением, — «Возьми философской ртути и накаливай, пока она не превратится в красного льва. Дигерируй этого красного льва на песчаной бане с кислым виноградным спиртом, выпари жидкость, и ртуть превратится в камедеобразное вещество, которое можно резать ножом. Положи его в обмазанную глиной реторту и не спеша дистиллируй. Собери отдельно жидкости различной природы, которые появятся при этом. Ты получишь безвкусную флегму, спирт и красные капли. Киммерийские тени покроют реторту своим темным покрывалом, и ты найдешь внутри нее истинного дракона, потому что он пожирает свой хвост. Возьми этого черного дракона, разотри на камне и прикоснись к нему раскаленным углем. Он загорится и, приняв вскоре великолепный лимонный цвет, вновь воспроизведет зеленого льва. Сделай так, чтобы он пожрал свой хвост, и снова дистиллируй продукт. Наконец, тщательно ректифицируй, и ты увидишь появление горючей воды и человеческой крови»       -..... и добавляй кровь невинно убиённых младенцев каждые три часа по две капли, — буднично продолжила девушка.       Адалрик моргнул.       — А бывают винно убиённые?       — «Винно убиённые» — это… — Лей прищурил один глаз, пытаясь найти расшифровку, — утопленные в вине?       — In vino veritas и всё такое.       — Это кто сказал?       — Это я сказала. Но судя по тому, что это латынь — кто-то из римлян. Но есть еще греческое высказывание. А из греков… Наверное, Сократ или Платон.       — Алкей, бестолочь.       — Откуда ты знаешь? Ты же не человек!       — Вот именно! — Аэнжел кинул в неё подушкой. — Не человек, а вашу историю знаю лучше тебя. Позор тебе! — Он повернулся к сильфу, — это очень интересный рецепт, отличается от того, что находил я.       — Да, более распространённый рецепт куда как проще и менее… литературный, но и раствор, созданный по нему, менее питательный, поэтому весь процесс более длительный по времени. Но это, — Адалрик помахал листом, — рецепт философского камня. Нам нужна сильная концентрация жизненной силы. Сильнее этого просто нет ничего. Алхимики древности писали, что непосредственное создание камня занимало пару дней. Разумеется, если делать всё правильно. И если у них получалось.       — Осталось лишь расшифровать. Напишем всё-таки коллективное письмо Эзу?       — А почему не спросить у Хуан Чу?       — Во-первых, она феникс. Во-вторых, она сестра Хуан Хуа. Это, знаешь, как законы жизни: не суй руки в огонь, не кусай оголенный провод, не прыгай под поезд, не доверяй фениксам.       — Напиши каллиграфией, повесим на стену.       — Дырку в обоях закрывать?       Лей её проигнорировал и обратился к сильфу.       — Отнеси этот рецепт Эзарелю, убеди его любым способом, чтобы он его нормально расшифровал. А мы переходим к плану «Д». Для дебилов. Будем создавать видимость бурной деятельности.       — Думаешь, сможем?       — Обижаешь, родная, я был правой рукой Мико. Я в этом профессионал.       Адалрик кивнул и выскользнул в окно.       — Передавай ему привет и поцелуи! — Крикнула девушка вслед. Сильф лишь махнул рукой, показывая, что услышал её.