Пресвятой к-поп

Т/И крепко сжала лямки своего рюкзака, не глядя на ступеньки спускаясь все ниже. Подошвы ее кед заскрипели по мраморному полу метро, заставив девушку еле заметно поморщиться. Июньская жара осталась позади, уступая место прохладному ветерку и витавшему в нем запаху креозота. Холодок пробирался под одежду, касался кожи, заставляя ее покрываться мурашками. Т/Ф приобняла себя за голые плечи, приближаясь к кассе. Зеленый жетончик, сжатый в ладошке, резко контрастировал с ее бледной кожей, создавая вид какой-то болезненности. Девушка, поправляя шнуры наушников, — пережиток прошлого в 21 веке, — не спеша, на ослабевших ногах, направилась к турникету. Искаженное отражение девушки в металлической поверхности моментально вызвало в ее груди болезненный отклик воспоминаний. "— Гляди, какая ты смешная! На гоблина похожа, — смеясь, Усон указывал на причудливые силуэты, отражавшиеся в поверхности блестящих чистотой турникетов. Яркие цвета большого худи, "позаимствованного" у парня, делали отражение Т/Ф еще более нелепым. — И ты не Мисс Вселенная, — надувшись, парировала Т/И, кивая на искривленные ноги парня, легонько толкая его в бок. Он с характерным звуком опустил зеленый жетон в турникет, и девушка проделала то же самое, мысленно испытывая иррациональный страх от того, что планки вот-вот захлопнутся. — Ты милашка, когда дуешься, но еще больше я люблю твою улыбку, — Ким положил свои руки девушке на талию, но в следующую секунду уже предательски щекотал ее. Т/Ф неприлично громко взвизгнула, пытаясь вырваться из "лап" Усона. Она невольно рассмеялась, и Ким ее отпустил. — Так-то лучше. Парень приобнял Т/И, прижимая ее к себе. У Усона на плече висел милый рюкзак Т/И персикового цвета, увешанный брелоками и загроможденный нашивками. По центру, на большом кармане, красовалась графическая роза. — Ммм, обожаю… Произнесла девушка, учуяв креозот вперемешку с еле уловимым оттенком сырости. Ким издал смешок. — Если я когда-нибудь найду духи с запахом метро, то обязательно подарю их тебе. — Дело не только в запахе, — авторитетно заявила Т/Ф, поднимая указательный палец. — В метро есть какая-то своя магия... Особенно вечернем. Спешащие домой люди, которым не терпится насладиться драгоценным временем перед очередным забитым делами днем. Как мы с тобой. Фирменные зеленые жетончики. Шум приближающегося поезда. Механический голос. Артистично жестикулируя, Т/И ушла немного вперед, погрузившись в свой мир вдохновляющей красоты. Усон завороженно смотрел на девушку, улыбаясь самой искренней улыбкой в свои 32 белоснежных зуба. Он намеренно притормозил, чтобы запечатлить в своей памяти очередной волшебный момент. — Я люблю метро. Заключила Т/Ф, мечтательно рассматривая безупречный потолок над их головами. — А я тебя. Девушка опустила взгляд, встречаясь с Усоном глазами. — И я тебя. Парень мимолетно чмокнул Т/И в нос, прижимая ее к себе сильнее. — Надеюсь, ты собрал все вещи? Внезапно спросила девушка, пытаясь скрыть внезапно накатившую грусть в голосе. Она намеренно отвела взгляд в сторону, делая вид, что обернулась на девушку с кислотно-зелеными волосами. — Я тоже на это надеюсь. Почувствовав перемену настроения, Ким попытался отшутиться. Парень долго оттягивал этот разговор о его двухмесячном туре. Но он настиг его в самый неподходящий момент. — Я буду скучать, чаги. Жаль, что ты не можешь поехать со мной… Вырвалось у Усона. Реальность, которую он так старательно избегал, стала проступать сквозь утешения самого себя: они не увидятся целых два месяца. За это время Т/И успеет сдать экзамены, найти работу, и бог знает, что еще. Прохладный воздух вдруг показался им обоим слишком спертым, запах креозота — слишком резким. — Не надо. Я хочу, чтобы ты насладился этим временем как следует. Твоя мечта сбывается, улыбнись, родной. Выдавила Т/Ф, изобразив самую счастливую улыбку на лице. Она и не была фальшивой: девушка всем сердцем радовалась за Усона. Она взяла парня за руку. Прикосновение ее замерзших пальцев еще больше расстроило парня. — Ты голодная? Решив сменить тему, спросил Ким, крепко сжимая руку Т/И. Девушка отрицательно покачала головой. Она была чертовски голодной, пропустив обед и так и не поужинала из-за обилия домашки и долгого пути из университета. Т/Ф попросту не хотела, чтобы Усон тратил свое время на поездку с ней в кафе. Он итак потратил достаточно времени встретив ее и, как всегда, вызвавшись проводить домой. Когда поезд прибыл на их станцию, они молча зашли в вагон, каждый погруженный в свои мысли. — Не останешься? Т/И мысленно ударила себя по лицу. Она оглянулась на дверь своего дома, поджимая губы. "Ему завтра рано на репетицию. Хватит думать только о себе". — Прости, чаги, — Усон взял обе руки девушки в свои, — завтра рано на репетицию. Ким хотел было предложить встретиться вечером, но осекся, вспомнив, что у Т/И на весь завтрашний день была запланированна подготовка к очередному экзамену. — Позвони мне, как доберешься до дома, ладно? Т/И метнула недовольный взгляд на пачку сигарет, что Усон достал из кармана черных джинс, и он, заметив это, убрал их обратно. — Договорились. Сладких снов, чаги. Т/Ф, закрывала дверь, говоря себе, что один долгий поцелуй был не таким уж и долгим, чтобы отнять слишком много времени. Девушка постаралась звучать как можно беззаботнее, когда, забеспокоившись, позвонила Усону, чтобы узнать, дошел ли он домой, а трубку поднял Джехён, шепотом оповестив ее, что парень уснул почти сразу, как присел на свою кровать. Старалась уснуть всю ночь, упрямо и эгоистично отвергая самое правильное решение. Потом были слезы, продиктованные эмоциями. Затем снова всплыли разумные мысли, преобразовавшиеся в слова только после двухмесячной разлуки..." Т/И поспешила пересечь турникет, еле справившись с опусканием в него жетона. Она быстрым шагом пробиралась сквозь толпу, избегая смотреть в их лица. Когда подъехал поезд, она уселась в самый дальний угол вагона, крепко сжимая в руках ткань перевернутого вниз рюкзака персикового цвета, что схватила сегодня впопыхах. Ей больше не приходилось внимательно слушать объявления станций: она выучила их наизусть, поэтому только увеличила громкость музыки в наушниках. Когда поезд тронулся, свет в тоннеле погас, проявляя отражение Т/И в противоположном стекле. "Так было надо. Так было лучше. Для него. Для тебя. Хватит себя мучать", — повторяла себе она, молясь, чтобы быстрее оказаться дома. Выпить снотворное и выпасть из переставшей ее устраивать реальности хотя бы на семь часов. "Так бывает. Не только же драмами со смертями и безответной любовью мучать людей. Это жизнь", — надевая обе лямки рюкзака, думала Т/Ф. "Это было твое решение. Будь добра, выдержи его с достоинством". Однако сколько бы она не говорила себе, что все нормально и что надо держаться, у Т/И было стойкое ощущение, что поезд ее мыслей имеет только одну станцию с его именем. Все сводилось к Усону. Каждая мелочь, каждое событие. У Т/Ф так и не хватило сил избавиться от его вещей, что так предательски хранили хозяйский запах. Девушка бы ни за что не отпустила его добровольно, тем более — не оттолкнула. Но так было правильно. Позволить ему воплощать свою мечту, не оглядываясь на обязательства с Т/И, не отвлекать его лишними мыслями, отнимать у него драгоценное время. Чтобы он, снова пренебрегая своим временем и здоровьем, в очередной раз вызвавшись проводить ее до дома на другом конце города, уставший не засыпал прямо в уличной одежде. Т/И провела рукой по нашивке, красовавшейся посередине рюкзака. Она лишь надеялась, что причинила боль им обоим не зря.