Чанёль, Сехун и полиамория.
11 ноября 2020 г., 23:49
— Хватит в кустах отсиживаться, тащи свой зад в эту мясорубку!
Чанель беспорядочно замахал свободной рукой, повышая свой бас до достаточной отметки, чтобы в ушах зазвенело. Он бросил на Сехуна негодующий взгляд, дергая его за локоть. Шум перестрелки и взрывов на фоне то и дело заглушались голосами парней.
— Отвали, это такая стратегия!
В той же манере ответил О, пихая друга в плечо. Он сосредоточенно глядел перед собой, сведя черные брови к самой переносице.
— Стратегия трусишки.
Пак пнул друга под колено, — ни разу не слегка, — и их перепалка продолжалась параллельно действу на большом экране телевизора. Контроллеры в их руках, казалось, вот-вот разлетятся на куски под таким давлением. По-медвежьи размашистыми и неаккуратными движениями парни рисковали смахнуть миску с чипсами со стола, который уже, к слову, был заляпан содовой. Парни с некой периодичностью повышали децибел, да так, что их было слышно даже на кухне — в самой дальней комнате квартиры.
Т/И громко вздохнула, сжимая в руках бархатистую бумагу конверта. В приглушенно свете, что проникал из коридора, ее цвет казался алым, переливавшимся темными прожилками тут и там в местах, где бархат лежал против ворса.
Приглашение на свадьбу лучшей подруги.
Казалось бы, объявление о намерении посетить сие торжество было сущим пустяком, но в последнее время Т/Ф избегала поднимать подобные темы. Проблемой в дележе девушки между Чанёлем и Сехуном почти никогда не возникало: семье она врала, что у нее никого нет, на праздниках обычно появлялась одна или же с обоими парнями, но только в качестве приятелей. Чтобы никому не было обидно. Эта договоренность действовала исправно. Ровно до того момента, когда к ней в гости неожиданно заявились родители, а дома был только О. Вынужденная принимать быстрые решения, Т/И представила его своим парнем, а когда вернулся Пак, не понимая, в чем дело, девушка соврала, что Чанёль просто делит с ними квартиру, как сосед. Весь вечер Т/Ф приходилось стрелять в парней уничтожающим взглядом, дабы унять их нарастающее взаимное раздражение. Они тогда, вроде, все выяснили, но именно после этого инцидента Сехун и Чанёль стали агрессивнее по отношению друг к другу. До смешного. Теперь они с завидной периодичностью спорили, чья рука будет лежать у Т/И на бедре или талии. Ей даже пришлось приучиться спать на спине, чтобы не вызывать конфликтов относительно того, к кому лицом она засыпает, коих раньше не возникало.
Теперь Пак, каждый раз покидая квартиру, старался утащить О с собой. Даже уходя в душ, Чанёль возвращался не более, чем через пять минут, хотя некогда был пенной принцессой, что обожала часами торчать в ароматной воде.
Девушку очень беспокоила сложившаяся ситуация. Ее попытки сгладить углы походили на старания помирить двух подружек. То есть получалось у нее это с печальной непостоянностью. Что бы она не придумывала, от милых прогулок по вечернему парку до более взрослых сюрпризов, парни так или иначе находили повод подраться за большее количество внимания, пока что, слава богу, только фигурально.
— Чего не спишь?
Казалось, весь шум пришел вслед за ними. Чанёль обнял Т/И за плечи, и Сехун не помедлил сделать то же самое. Они еле заметно, на долю секунды, переглянулись со сдержанной раздраженностью во взглядах.
— Под такую колыбельную уснешь.
Фыркнула девушка, обнимая обоих за поясницы. Конверт заостренным краем кольнул Сехуна в бок, и он вопросительно оглянулся.
— Что это?
О переместил свою руку на талию Т/И, тихо шипя, когда столкнулся с пальцами Чанёля.
— Приглашение на свадьбу И/П.
Как можно более непринужденно ответила девушка, вырываясь из сжимающихся объятий. У нее было ощущение, что парни пытались ее раздавить.
— Снова пойдешь одна?
Сехун поглядел на Т/Ф, намеренно избегая взгляда Чана. Тот, в свою очередь, покрепче сжал в руке стакан с содовой, выжидающе уставившись на девушку.
— Естественно. Хотя было бы честно пойти со мной.
Пак громко поставил стакан на стол, заставляя Т/И поморщиться.
— С чего ты это взял?
Сехун сложил руки на груди, всем телом поворачиваясь к Чанёлю. Они смотрели друг на друга уничтожающим взглядом. Казалось, вот-вот столкнутся лбами.
Т/И испустила усталый вздох, вклиниваясь обратно между парней.
— Так, прекратите.
— Нет, детка, подожди.
О положил руку Т/Ф на спину, легонько подталкивая ее вперед.
— Она представила тебя своим родителям как своего парня, черт возьми. А я для них — просто ваш сосед. Так не пойдет. Я хочу честности.
Пак оттолкнул парня в сторону, обходя девушку. Т/И вдруг почувствовала себя такой крохотной по сравнению с их наростающей яростью. Не имея почти никакой разницы в росте, парни смотрели друг другу прямо в глаза, и Т/Ф показалось, что они были готовы набить друг другу морды.
— То получилось случайно, — отмахнулся Сехун. — Я не позволю тебе быть представленным всем ее друзьям, как ее парень. Никто не виноват, что тебе тогда приспичило "выйти на свежий воздух" и пропасть на три часа.
Они оба глубоко дышали, сжав руки в кулаки, и Т/И это чертовски не нравилось. Парни были похожи на разъяренных собак, в любую секунду готовых схватить друг друга за глотку. Ее накрыло такое отчаяние от осознания того, что два лучших друга собирались подраться из-за нее, некогда бывшей их третьим лучшим другом.
Все трое понимали, к чему могут привести такие отношения, но каждый отказывался жить как-то по-другому. Кто бы знал, что все обернется вот так.
— Стоило мне оставить вас двоих, тебе сразу захотелось монополизировать все внимание?
Пак был тем, кто замахнулся первым. Декоративные замочки на его худи зазвенели, создавая у Т/И в голове беспорядок, опережающий мысли.
Сехун вовремя увернулся, целясь в идеально очерченную скулу Чанёля, но девушка вовремя встряла.
— Остановитесь, черт возьми! Прекратите сейчас же!
Ее крик, с нотками подступающих к горлу слез, все же заставил обоих обратить на Т/Ф внимание.
— Я все еще здесь, и я не ваша вещь!
Девушка со злостью швырнула конверт в мусорное ведро, громко хлопнув дверью шкафа под раковиной. По ее щеке побежала слеза, и за ней последовала вторая.
— Что вы вообще творите? Я думала, мы семья? Я каждую секунду сижу как на иголках, готовая в очередной раз разнимать вас! Я делаю все, чтобы ни один не чувствовал себя оставшимся в стороне! Я из кожи вон лезу, чтобы поддерживать мир и любовь между нами, а вы двое это только усложняете! Такое ощущение, что вы решаете свою собственную "проблему", а охотно прислушиваться готовы только к моим стонам! Ну вас к черту.
Т/И яростно стерла слезы с разгорячившихся щек, но новые хлынули из глаз с еще большей силой. Она так устала держать их отношения наплаву одна, с твердым ощущением того, что все безнадежно рушится. А она этого так не хотела.
Сехун и Чанёль с секунду ошарашено молчали, а затем, как по команде, оба ринулись к девушке, на этот раз сдерживав раздраженные комментарии в сторону друг друга.
— Не трогайте меня. Разбирайтесь с этим сами. Когда перестанете вести себя как дети, не поделившие игрушку, когда наконец осознаете, что наши отношения — не просто нетрадиционный статус, тогда и поговорим.
Т/Ф дернула дверь кухни на себя, едва не упустив ручку из влажных от слез пальцев. Напоследок, девушка обернулась, крайне недовольно и разочарованно оглядев обоих.
— Спать будете в гостиной. На одном диване. Может, хоть так до вас что-нибудь дойдет.
Когда дверь закрылась с демонстративным хлопком, Пак и О слегка шокировано переглянулись.
— Я тебе еще ничего не простил, но мы должны с этим что-то делать.
Вздохнул Чанёль, потирая лицо обеими ладонями.
— Если не хотим потерять Т/И.
Согласился Сехун.
Они еще несколько секунд простояли в тишине, едва нарушаемой всхлипами, что доносились из соседней комнаты. Парни виновато смотрели в никуда.
Пак как-то неловко прошел к раковине, попутно собирая со всех поверхностей грязную посуду. О огляделся, решив разложить всю чистую кухонную утварь с сушилки по своим местам. Так они, молча и как можно тише, навели порядок, ловко лавируя по маленькой комнатке и подсказывая друг другу место каждого прибора, каждой тарелки.
Они, все так же не говоря ни слова, улеглись на довольно маленьком для двух парней диване. Чувство сперничества, некогда горевшее где-то под ребрами, теперь доставляло лишь дискомфорт. Оба парня чувствовали вину. Коротко поглядев друг на друга в полной темноте, они синхронно потянулись один к другому, заключая друг друга в объятия.
***
Т/И держала в руках чуть смявшийся конверт, поглядывая на спящих в обнимку парней. Их длинные ноги, сплетенные в страшно не-анатомической манере, не помещались, поэтому были закинуты за подлокотник. Девушка с удивлением подметила царивший порядок, и даже их толстовки лежали аккуратно сложенными в тонкую стопку. — Подъем, узурпаторы. Громко произнесла Т/Ф, несколько минут полюбовавшись на спящих парней. Она присела на колени, руками оперевшись о подлокотник дивана. Ресницы Сехуна затрепетали, и он толкнул Чанёля. Оба парня заворочались, из-за чего Пак рисковал свалиться на пол, но О вовремя ухватил его за предплечье. Они туманным от сна взглядом уставились на Т/И, лицо каждого расплылось в по-идиотски довольной улыбке. — Доброе утро. Произнесли они в один голос. Чанёль приподнялся, опираясь на локти, и девушка заметила, что на его обнаженной спине отпечатались очертания пульта, на коем он лежал. Сехун сонно зевнул, приглаживая черные волосы. — Меня не волнует, как и где, но чтобы к шести часам вы достали по смокингу. В синем цвете. И чтоб галстуки поприличнее. Скомандовала Т/И, поднимаясь с колен. Оба парня проводили ее голые ноги вмиг оживившимся взглядом. — Раз вас это так беспокоит, то мы пойдем втроем. Парни неуверенно переглянулись, и Т/Ф, опережая все последующие вопросы, не отрываясь от изучения содержимиго гардероба, добавила: — Как трое людей в отношениях.
