Охотники и Жертвы

Моя рана на правой руке всё ещё кровоточит, а левая безвольно висит, пока мы едем домой. Мне больно, но я не подаю виду, я же, блядь, сильная, со стальными яйцами. Крис то и дело косится на меня каждую минуту. Это приятно, но раздражает. Первым делом, войдя в дом, я прошу Эллисон помочь мне снять толстовку, после чего иду в душ. Оказывается, я ещё немного приложилась затылком о ствол дерева, потому что я ощущаю небольшую боль. Я смываю с себя липкость и безвыходность этой ночи, вместе с которой с руки смывается кровь, окрашивая воду в розовый цвет. Рана не глубокая, поэтому, слава всем богам или кому там ещё, мне не придётся кончать жизнь самоубийством, следую Кодексу. На моём теле есть ещё несколько шрамов от когтей оборотня, поэтому я даже не парюсь, что, наверное, останется и на руке. Крис обрабатывает мою руку в кухне под приглушённым светом лампочки. Я не издаю ни звука, хотя мыльный раствор, которым Арджент промывает мою рану, щиплет и заставляет изредка подёргивать рукой. Я давно выучила зачем нужен мыльный раствор – мера безопасности от бешенства, будто меня покусал какой-нибудь слюнявый бродячий пёс. Можно подумать, у Альфы может быть бешенство. У Дерека… Крис накладывает на руку сухую повязку и приступает к безвольно висящей левой руке. Я спускаю с плеча бретельку майки, чтобы ему было удобнее. Крис не впервые накладывает на моё плечо эластичный бинт, да и вообще штопает меня не первый раз, поэтому мы даже не смущаемся, когда майка опускается чуть ниже нужного. Он накладывает колосовидную повязку так, будто учился этому не где-нибудь, а в медицинской школе и имел при этом сорокалетний опыт работы в травматологии, не меньше. - Ты как? – спрашивает Арджент, когда я натягиваю на плечо бретельку. - Будто меня чуть не съел Альфа, - я легко усмехаюсь. – Жить буду, - добавляю я, спрыгивая со стула. - Стайлз, это всё-таки Альфа, а не шавка подзаборная. - Для меня они все шавки подзаборные, Крис. Я чувствую, как болит спина от того, как Дерек приложил меня об дерево. Наверное, будет синяк. Я долго лежу без сна, прокручивая в голове события сегодняшнего вечера. Неужели Дерек действительно оборотень? Я не могу в это поверить, потому что… Я просто не могу в это поверить. А, может, просто не хочу… Эти мысли убивают меня, я не могу забыть этот ужасный оскал и горящие красным глаза. Я не могу уснуть, в животе чувствуется голод. Я спускаюсь на первый этаж, чтобы съесть какой-нибудь бутерброд, но вместо этого застаю в гостиной разговаривающих Кейт и Криса. - Не могу поверить, что она упустила его! – шипит Кейт. Я понимаю, о чём она говорит. Обо мне… - Кейт, она всего лишь семнадцатилетний подросток, - спокойно вторит сестре Крис. – Она никогда не видела альфу так близко. Вспомни себя, когда ты впервые встретила Иолану. - Это другое, - взвилась девушка. – Тогда я вообще впервые увидела оборотня. Это другое! - Кейт успокойся, - вздохнул Крис. - Я не хочу успокаиваться, Крис, - продолжала шипеть Психованная Кейт. У меня по рукам аж мурашки пробежали, таким противным было её шипение. – Это точно один из Хейлов. Я это так не оставлю. - Кейт, мы не знаем, они ли это. - Они, я точно знаю. Это точно не Лора, потому что Стайлз говорила о нём в мужском роде. - Она могла не разобрать в темноте и в стрессе. - Да что ты? Думаю, она бы заметила длинные волосы Лоры Хейл, не думаешь? Это может быть только Дерек или его психованный дядюшка Питер. Больше просто некому. - С чего ты взяла? Может, в том пожаре выжил ещё кто? Может, это Родерик? - Я видела запёкшееся тело Родерика Хейла, Крис, я не глупая. И Иолану я тоже видела. Выжили только Дерек, Лора и Питер, который в последний раз, когда я его видела, валялся на больничной койке в бинтах и в состоянии овоща. Я прислоняюсь к стене в коридоре спиной и тихо дышу. Понимание приходит ко мне мгновенно – это Кейт подожгла дом Хейлов и убила почти всю их семью… Убила, но не всех. Остались выжившие, и не трое, как она думает, а четверо. Она ещё не знает о Коре, которая внезапно объявилась дома в прошлом году. Голова пульсирует, мне почему-то хочется всадить в сердце Кейт серебряную пулю ещё больше, чем обычно. Есть мне перехотелось, поэтому я просто поднимаюсь в свою комнату и продолжаю лежать без сна. Это паршивое чувство, когда скрываешь что-то от родных или близких, но я ни за что не выдам ей Альфу. Теперь уж точно. Даже под пытками. Я не хочу этого. Больше не хочу. Мне надоело слепо следовать приказам, надоело чувствовать кровь на своих руках. Особенно, кровь невинных. Это медленно убивает меня и я чувствую, как моё сердце выжигается всё больше с каждым убийством. Оказывается, мне удалось таки уснуть на пару часов. Я просыпаюсь рано, до звонка будильника. Поспешно одеваюсь, не без боли, надеваю удерживающую повязку на руку и вылетаю из дома, прихватив с собой кинжал и Кольт. - Ты куда? – спрашивает Крис, выглядывая из кухни. - Я… Эм… к Скотту. Он просил заехать за ним, а потом за Айзеком перед школой. - Как ты себя чувствуешь? Может, не стоит сегодня идти в школу? – по-отечески спрашивает Крис, я пронимаю, что он заботится обо мне, как о родной. - Всё супер. Вы отлично подлатали меня. Спасибо. Кому я вру? Я паршиво себя чувствую. Плечо побаливает при любом резком движении, предплечье горит под бинтом от соприкосновения с толстовкой, но мне плевать. Я должна добраться до леса раньше, чем туда доберётся Кейт. Я гоню машину по своему уже почему-то привычному маршруту для бега, и останавливаю машину на поляне перед домом. У меня есть ещё сорок минут до начала занятий, чтобы поговорить с Дереком. Я от чего-то знаю, что он придёт. Наверное, просто надеюсь. Я присаживаюсь на ступеньки и кручу в руке кинжал. - Я не ясно выразился в прошлый раз? – я вижу движение между деревьями. Дерек выходит на поляну и подходил на расстояние примерно в десять шагов. - Я пришла предупредить тебя, - говорю я, глядя в его глаза. - Да что ты? – он вздёргивает брови и складывает руки на груди. - Представь себе. Дерек, она не успокоится, - я поднимаюсь на ноги, спускаюсь со ступенек. – Кейт думает, что Альфа здесь какой-то Питер, но в то же время говорит, что он в больнице. - Питер больше не в больнице, - перебивает меня оборотень. – И больше не Альфа. - Мля, чувак. Меня не интересует, кто в больнице, кто уже не Альфа. Я просто хочу сказать, что она идёт. И, кажется, она вообще с катушек слетела. Хотя, куда ещё больше слетать, она ведь без зазрений совести убила твою семью… - я запинаюсь, видя, как на лице Дерека каждую секунду меняется выражение – от удивления до гнева и ненависти. - Что она сделала? – он чётко выговаривает каждое слово. Его ноздри раздуваются, а глаза становятся красными. И я снова боюсь. - Эй, успокойся! Чувак, расслабься! – я кладу правую руку на его. – Не выходи из себя. - Тебе лучше больше не соваться в лес, Арджент, - рычит Дерек. - Я не Арджент, придурок. Я Стилински. - Да плевать мне на это. Не суйся в лес. - Да я и не собираюсь. Мля… Я разворачиваюсь, иду к машине. Когда я открываю дверцу джипа, он говорит снова: - Извини, что сломал тебе плечо. - Не сломал. Всего лишь выбил. Скоро буду огурцом, - я уже заношу ногу над ступенькой, когда в голове созревает вопрос. – Дерек? – он поворачивается ко мне. – Вас много? Ну, в смысле, у тебя большая стая? - Достаточно большая. - И оборотнем может быть любой? - Любой. Никогда не доверяй своим глазам, Стилински. Иногда они могут обманывать тебя. И скрылся в лесу. А я осталась стоять возле джипа, размышляя над его словами. Ведь действительно, оборотнем в этом городе может оказаться каждый… ___________________________________________________ Извините, что так поздно.