The other side of Paradise

🎸

Чонгук надеялся, что Тэхен его не обманет, поэтому усердно работал над новой песней. Бессонные ночи стали чем-то привычным и даже неотъемлемым. Джин конечно был далеко не в восторге от сложившейся ситуации, его малыш почти не оставил время на него. Всю ночь он пишет тексты, утром, как сонная муха собирается на работу, после работы снова сидит на кухне до самого утра. Парень был готов выкинуть к чертям этот блокнот, но замечательно понимал, что это будет фатальной ошибкой, которая раз и навсегда прекратит и без того хрупкие отношения. — Как у тебя дела продвигаются? — скрипя зубами интересуется Джин, ему безумно интересно, когда закончится этот замкнутый круг. — Неплохо, все почти готово! Думаю, это должно будет произвести впечатление. — Чонгук впадает в восторг, когда вспоминает о своей работе. — Это хорошо… — парень уже на пределе. Джин любит Чонгука и всегда желает ему только лучшего, в его понятии лучшее — бросить музыку и заняться реальными вещами, которые приносят доход. Он не может понять, что музыка для Чонгука воздух, от сюда следует, если Джин заберёт его воздух, то Чон задохнется. — Ты чем-то недоволен? — не так сложно было понять, Чон тяжело вздохнул. Опять не угодил… — Да, черт побери! Я недоволен! — Ким больно бьёт по рулю и резко тормозит у обочины. — Мы пара или как?! Мне хотелось бы засыпать с тобой, а не в холодной постели, мы разговариваем только утром когда едим на работу, на обратный путь ты засыпаешь, потому что не спишь ночами из-за этой чёртовой музыки! Думаешь, мне все это может нравится?! Я люблю тебя, но ты делаешь мне больно… — Джин пристально смотрит на Чонгука, который осуждающе на него смотрит. — Я делаю тебе больно? А ты хоть раз приходил на мои прослушивания, когда я так в тебе нуждался, ты хоть раз пробовал меня понять, хоть раз ты пробовал посмотреть на все это с моей стороны, почему только я должен идти па уступки? — Я принимаю все, но твое глупое увлечение… — Если ты не принимаешь «глупое увлечение», — в Чонгуке вспыхнула ярость, он не намерен больше выслушивать этот бред — значит — ты не принимаешь меня! — Малыш… Не говори глупостей, прошу тебя… — сказанный Чоном слова сильно ранили Джина, теперь он даже не знает, что сказать, чтобы исправить положение. — Мы опаздываем на работу.

🎸

Настроение Чона было безвозвратно утеряно. И каждый прохожий вызывал в нем невероятное раздражение. «Все это уже надоело, почему я должен мыть полы в этой шарашке, почему я не могу жить так как хочу, так как подсказывает мое сердце?! Завтра, я обязательно пойду к Тэхену, он должен оценить мой труд, а если нет…» — Чон остановился потупил взгляд. — «А если нет, то… я брошу все это дело, значит не мое… или брошу… НЕТ!!!» — парень начал гнать эти мысли куда подальше, они его напугали и только еще сильней разозлили. — Чон Чонгук! Не хочешь пойти выпить со мной кофе? — из неоткуда появился Чон Хосок — одетый с иголочки секретарь. (это не смешно, пока я начала эти строчки, у меня погас свет, сработала сигнализация, а на улице жуткий туман опустился… как фильм ужасов, честное слово, жутко 😅) — Снова вы… — Что значит снова, мы сегодня еще не виделись. Так что с кофе, пойдем? — широкая белоснежная улыбка вызвала некий страх у парня. — Да, я не откажусь, если… — Что если? — на лице секретаря появилась злорадная ухмылка. — Пойдемте! Два Чона устроились с горячим кофе за столом. Взгляд Чонгука был прикован к собеседнику, что-то в нем завораживало. — Сегодня хороший день. — смотря в окно, сказал Хосок. — Я бы не сказал, еще и этот чертов дождь… — Говорят, если в дождливый день кто-то умирает, значит он продал душу Дьяволу. — на лице снова лучезарная улыбка во все тридцать два зуба. — Глупости не так ли? — Ага… — по спине Чонгука пробежали мурашки от такой улыбки, ведь глаза не улыбались, а наводили только ужас, на мгновение показалось, что они потемнели. — Да расслабься же ты! — Хосок смотрит с насмешкой, его глаза игриво бегают из стороны в сторону. — Думаю, мне пора идти, еще много работы, спасибо за компанию. — впервые так хотелось уйти, больше не встречать этого секретаря, Чон не из трусов, но холодок под кожей почувствовал. — Конечно-конечно, не смею задерживать. Не думал, что подобные бредни могут тебя испугать.

🎸

Чонгук мирно лежал на коленях Джина, впервые за столь напряжённые недели, они не ругались, не разбегались по разным комнатам. В этот момент Ким мог бы отдать многое, чтобы еще немного его продлить. Каждый из двоих постарался забыть, то что произошло утром, но так или иначе неприятный осадок остался. Вопрос назревает сам собой — сколько раз после таких ссор оставался неприятный осадок и хватит ли места? Идиллию разрушил звонок: — Да, я слушаю! — Джин с серьёзным лицом встал с дивана и направился к окну. Он лишь иногда соглашался, его спина выглядела напряжённо, а голос стал непривычно хриплый. Чонгук настороженно ждал окончания телефонного разговора, что-то явно произошло, так же понятно, что новости не самые лучшие. — Малыш, директор погиб в аварии… говорят, что у него резко остановилось сердце — Джин выглядел нездорово, данная новость произвела на него большое впечатление. — Но он не так стар, выглядел вполне здоровым мужиком… — Чонгук был сильно удивлён, так как замечателен знал, что директор Самсунг очень трепетно относился к своему здоровью и занимался спортом. — Я не знаю… — данная новость сильно ударила по Джину, так как это был его босс, что теперь он будет делать, если босса поменяют, то скорее всего его сместят с этой должности помощника и настанет не просветная нищета, так как Джин любит жить богато, счета приходят немаленькие и даже занимая такую должность он всегда должен продумывать как свести концы. Одни счета за квартиру многого стоили, ведь он снимал ее в центре с евроремонтом. Миллиарды мыслей появились в его голове. — Ты чего так побледнел, не нервничай так, все будет хорошо, слышишь меня? — Чонгук со всей нежностью обнимает за плечи со спины, нежно шепчет на ухо, пытается успокоить. — Я знаю, что все будет хорошо, ты в этом сомневаешься? — Джин пытается прийти в чувства и широко улыбается. Безумно приятно ощущать любимые руки на себе, чувствовать его дыхание, разве это не может не успокоить. Чонгук засыпал в просторной постели, в крепких объятиях своего парня думая о завтрашнем дне, именно завтра после работы он встретиться с Ким Тэхеном. Эта встреча его тревожит больше, чем любое из прослушиваний, которые были успешно провалены. Он так и не смог об этом сказать Джину, потому что тот был слишком шокирован смертью босса. Послезавтра пройдут похороны на которых Джин будет обязан присутствовать. Почему-то в этот момент, в тёплых объятиях Сокджина, глубокой ночью, когда казалось бы застыл само время, Чонгук почувствовал, что его жизнь именно в этот момент серьезно поменялась, что он что-то изменил в своей судьбе. Появилось предчувствие чего-то неизбежного и страшного.

🎸

Все сложилось слишком хорошо, Джин задерживался на работе и Чонгуку было велено ехать домой на такси без него. Конечно брюнет поехал к Ким Тэхену, но предварительно забрав акустическую гитару. Чонгук приехал в новостройки, как завороженный смотрел на невероятно высокие жилые дома. Он думал, что Ким будет жить в частном доме. Неуверенно с дрожащими руками парень набрал домофон, где моментально ответил незнакомый голос: — Кто? — это был точно не голос Тэхена, поэтому Чонгук немного растерялся, подумав, о том, что ошибся и набрал не туда. — Я к Ким Тэхену… — Проходите. — казалось, что этот голос был какой-то недовольный и раздраженный, Чон почувствовал себя неловко. Подъезд был в светлых тонах, пахло приятно ни какого присущего подъездам запаха сигарет, алкоголя и грязи. Лифт ехал плавно, Чонгук видел себя в отражении больших чистых зеркал, он заметил, что выглядит, как испуганный заяц, а не как брутальный рокер, поэтому он попытался сменить выражение лица, ему казалось, что вполне неплохо справился с этой задачей, но дрожь в руках не унималась. Не успел парень нажать на звонок, как дверь квартиры широко распахнулась, чуть ли не сбивая его с ног. — Проходите! — незнакомец фальшиво выражал свое уважение к Чонкугу и при этом не старался как-то это загримировать, а скорее подчёркивал это своей недовольной физиономией. Парень выглядел немного старше Чонгука, был незначительно ниже ростом, одет был в серый костюм и белую рубашку, что больше удивило Чона, так это величие карманных золотых часов. «Неужели их кто-то еще носит, выглядит очень вульгарно.» — Здравствуйте, я Чон Чонгук, пришел к Ким Тэхену, у нас с ним назначена встреча. — Чон хотел показаться дружелюбным, но вот только от этого парня, что открыл дверь исходила зловещая и далеко не дружелюбная аура. — Идите за мной! — он словно позвал за собой собаку, Чонгук был растерян как никогда. Квартира выглядела очень дорого, выполнена в минималистическом стиле, преобладают белые серые и коричневые тона. Парень остановился возле одной из дверей, поправил свой пиджак и постучал в дверь.  — Проходите! — теперь уже послышался знакомый голос Тэхена. Чонгук последовал указания и вошёл следом за тем мрачным типом. Первое, что он увидел невероятное большое панорамное окно, где сидел сам Тэхен в белоснежной футболке и кофейных свободного кроя брюках, его ноги были босыми. — Юнги, спасибо, что привел гостя, можешь быть свободен, если что-то понадобиться я дам тебе знать. Юнги только лишь кивнул и моментально удалился из комнаты. Чонгук стоял с гитарой и старался держать себя достойно. — Расслабься, не будь таким напряжённым. — Ким слегка улыбается и подходит к Чону, касается его плеча одной рукой и обходит вокруг него. — Я рад, что ты пришел, надеюсь дорога тебя не слишком утомила? — Тэхен замер, чуть опустил голову напротив опешившего собеседника, который за все это время не сделал ни одного шага и не проронил ни одного слова. — Не стоит так волноваться, считай меня своим другом. — снова эта улыбка. — Я немного нервничаю. — Я это заметил. — Тэхен лёгкой походкой подходит к небольшому стеклянном столику. — не желаешь чая, я его сам лично заварил. — этот взгляд поражал своей глубиной, презрением и тоской Чонгука он лишь кивнул и сразу ринулся за ним. — Надеюсь у тебя есть чем меня впечатлить? — Думаю, да, я много вложил в это сил, конечно я не могу гарантировать, что тебе это понравится, но… — Ммм… — парень разочаровано перебил Чона. — Что за подход, где страсть и напор, чтобы убедить других, нужно сперва самому быть убеждённым. А что слышу я? — Ким начал разливать чай по кружкам. Чонгук лишь виновато почесал в затылке. Ответить он ничего не смог, так как понимал правоту, сказанных ему слов. Но он не понимал одного, почему он так робеет перед Тэхеном, который сморит на него с некой насмешкой и жалостью. — Я хочу услышать твое творение, мой юный гений! — Ким берет кружку с чаем садиться на полу в позу лотоса и замирает в ожидании. — Ага… — Чонгук начинает доставать свою гитару, нежно проводит ладонью по грифу, пытается привести нервы в порядок. — Я готов! — Начинай, я весь во внимании! — он не лукавит, он сосредоточен на музыканта и на каждом звуке издаваемым им. Чонгук бегло кидает взгляд на слушателя и поражается его красотой — чуть приподнятый подбородок, который придавал сексуальности, а этот томный взгляд, выделяющиеся вены на руках, немного встрепанные тёмные волосы. Музыкальные пальцы касаются струн, струится мелодия, Тэхен медленно прикрывает глаза, а Чонгук отдаётся музыке целиком и забывает о своем страхе:

«Эти каменные стены доводят меня. Ваши каменные стены сердца. Всё заклеено плакатами нового дня. И для солнечного круга нет места. Избалованные солнцем предпочитают Свет ламп флюменисентных. О таких не пишут, такие не читают. Мир вам, люди и центы. Люди и центы. Люди и центы. Сколько стоим мы? Что в твоём сердце? Что в самом центре собственной тюрьмы? Все билеты на исходе и проездной — Это вовсе ничего не значит. Но, тебя уже никто не пустит домой — Пешком дольше, но ярче. Все обманутые дважды, будут осторожны. Обходят стороной люки и церкви. В этой стране бумажной — мы выглядим ничтожно. Бред, хлам — люди и центы.»

Чонгук с замиранием сердца ждёт, когда его слушатель откроет свои глаза и скажет свое мнение. Несколько секунд Тэхен остается недвижим. — Хорошо… — он медленно открывает глаза и делает глоток чая. — Что ты этим хочешь сказать? — для Чонгука это слово не имеет никакой конкретики. — Я сделаю тебя рок-звездой, но конечно если ты этого пожелаешь. — во взгляде появилась еле читаемая насмешка. Он так и остается сидеть на полу. — Хочу! — это все чем в последнее время заняты мысли Чона, он готов довериться этому парню, он готов поверить. — Прекрасно, какая решительность! — Тэхен засмеялся. — Так и быть, мы пройдем этот нелёгкий путь. — Но ведь, это не просто жест доброты, в этом мире ничего не делается просто так, что я буду за этот путь должен? — только в этот момент его осенило, что за все надо платить, что Ким Тэхен не будет делать это все просто так, у всего в этом мире должна быть выгода. — Юный мой гений, ничего не даётся даром на этом свете, кроме воздуха и солнечного сияния; всё остальное должно покупаться — кровью, слезами, иногда стенанием, но чаще всего деньгами. — лёгкая улыбка появилась на этом идеальном лице, и заставила задуматься. — Но у меня нет денег. — А у меня их слишком много, мне не хватит жизни, чтобы их потрать, мне не нужны они. — Тэхен пронизывает своим взглядом. — Тогда, что я буду должен тебе? Не прими за грубость, но я хочу сразу все знать, чтобы потом не вышло недопонимания. — Чонгук начинает нервно пить чай. Ким неспешно встаёт с пола, направляется к панорамному виду на город, достаёт из карманов брюк пачку сигарет и зажигалку. — Чонгук, я очень добрый и щедрый человек, мне нравится помогать таким, как ты. — он выпускает клубы дыма вверх, провожая их взглядом и снова устремляет его на Чонгука. — Но если я скажу, что от тебя мне ничего не надо, то я солгу, а лгать я не люблю… — Какая цена моей славы? — парень чувствует напряжение во всем теле, а в голове только одна мысль «неужели он какой-то извращенец и будет требовать какие-то непристойности?!» — Просто в нужный момент, когда я попрошу тебя, откажись от меня. — взгляд Тэхена становиться серьёзным, пугающим, кажется, что в комнате лампы стали тускло светить. — Что это значит? — Чон ничего не понял. — Все просто, настанет момент, когда ты должен будешь выбросить меня их своей жизни, вот все. Согласен? — Да. — это был твердый ответ, он давно для себя решил, что добьётся заветной мечты. Ким Тэхен беззвучно подошёл к Чон Чонгуку, с секунду он всматривался в его глаза, а затем его губы накрыли его. Тэхен впился одной рукой в затылок Чона, его губы и язык действовали уверенно, они вскружили голову. Чонгук не мог сопротивляться, сам себя поймал на мысли, что ему нравится, что не хочет останавливать поцелуй. — Жду тебя завтра в это же время в этой же комнате. — Ким разорвал поцелуй и между парнями повисла нить из слюны. Вскоре в комнату пришел Юнги, который недовольно посмотрел на Чонгука и проводил его до дверей. Парень ехал домой и не мог выкинуть из головы этот поцелуй, он ничего не смог сказать Тэхену, он должен был остановить это, дать пощёчину, он должен был сделать хоть что-то, но не хотел… — Прости Джин…