Точка невозврата

Это был надоевший в прошлом гостиничный номер. Блеск лаковых поверхностей уже не впечатлял, но всё ещё слепил глаза — примерно так же, как золотая цепь на шее Кирие. Тот согнулся перед Ясоном, чуть ли не уткнувшись мордой в ковёр. И Гай снова едва не заржал, глядя на этот цирк. — Лоб не расшиби, скотина! — сказал он. Кирие выпрямился и бросил через плечо: — Каждый крутится, как может. Извини! Как говорится, ничего личного... — Иди ты нахер! — процедил Гай. Кирие пожал плечами и двинулся к выходу. Как же захотелось плюнуть ему в спину, чтобы он почистил хотя бы дорогой пиджак, если уж с совестью ничего не сделать. Но нельзя выслужиться перед блонди и не поплатиться за это. Так что пусть валит, тем более что этот визит в прошлое не ради Кирие. Дверь закрылась, и Ясон заговорил: — А ты быстро сдался. «Только не всё сначала!» — мысленно рявкнул Гай. Он здесь больше не пленник и не обязан принимать игру блонди. Почему-то смотреть на Ясона было почти физически больно. Всё, что говорил о нём Рики, вдруг стало не просто словами, а как будто уплотнилось, приняло форму, отрастило зубы и начало грызть... — Разочарован? — усмехнулся Гай. — Хотел представления? Ждёшь, что я буду проситься на свободу и задавать вопросы? А я и задам. Один-единственный. Зачем тебе Рики? Ясон сидел неподвижно, ничем не выдавая своих чувств, но Гай мог бы поклясться, что такого поворота тот не ожидал. — Я удивлён, — сказал Ясон. — Сам бы ты не догадался. Неужели Кирие рассказал? Но в этом нет никакого смысла. Ты не стал бы давать мне в руки козырь против Рики. — Ты не ответил, — игнорируя сказанное, заметил Гай. — Зачем тебе Рики, блонди? Ясон положил ногу на ногу и ответил с каким-то странным равнодушием: — Ну, раз уж ты посвящён в наши с Рики дела, то нет смысла отрицать. Регистрация Рики по-прежнему действительна, и теперь я хочу вернуть свою собственность. Только и всего. Гай фыркнул: — Вернуть собственность! Давай без этого дерьма! Конкретно: зачем тебе Рики? Ясон молчал, сверля Гая холодным взглядом синих глаз. — Что, так трудно ответить? — продолжил напирать Гай. — Ты и сам не знаешь, зачем он тебе. У тебя же полно возможностей — купи себе любого пэта! Оставь Рики в покое! Если бы не было Дана Бан и оторванной руки, и кто-то сказал, что лицо блонди может помрачнеть, Гай не поверил бы. Ясон нахмурился: — Рики рассказал тебе о том, где пропадал в течение трёх лет? Я был почти уверен, что гордость не позволит ему сделать это. Значит, вы с ним ближе, чем говорил Кирие... Похоже, такая мысль Ясону очень не понравилась. — Зачем тебе Рики, блонди? — в третий раз спросил Гай. — Почему ты не отвечаешь на мой вопрос? Просто купить пэта тебе уже не интересно? Куда уж лучше посадить на цепь свободного человека. Особенно такого, как Рики. Особенно Рики! Уголки рта Ясона едва приподнялись. Будто он развлекался. Вот же сука! — Ты сам ответил на свой вопрос, — вдруг сказал он. — Рики особенный. В этом всё дело. — Но это подло — играть на его слабостях, чтобы заманить к себе! — прорычал Гай. Ясон улыбнулся одними кончиками губ. — Хочешь сказать, что если бы тебе было очень нужно кого-то куда-то «заманить», ты не использовал бы в качестве приманки слабость? От этих слов неприятно заскребло где-то под лопаткой. Будто Ясон знал, чем уколоть. — Но ты же, блядь, ломаешь ему жизнь! — закричал Гай. — Рики счастлив в трущобах? — как ни в чём ни бывало поинтересовался Ясон. Кто скажет, счастлив ли Рики! Он всё время погружён в себя, будто отгородился от всех забором и никого за него не пускает. Счастлив ли Рики... Может, соврать? — Представь себе, счастливее, чем с тобой, — рискнул Гай. Взгляд Ясона потяжелел. Это заявление ему тоже не понравилось. Любопытно, а слухи говорят, что элита бесчувственная и по их лицам никогда ничего не поймёшь. Врут. — Так Кирие ошибся? — вдруг сказал Ясон. — Ты и Рики снова вместе? Как же хочется сказать «да»! Может, всё-таки есть в нём что-то человеческое? Может, если объяснить, попросить, он поймёт, отстанет? — Пожалуйста, оставь Рики в покое, — серьёзно сказал Гай. Взгляд Ясона стал совсем невыносимым. Выдерживать его в наступившей тишине стоило гигантских усилий. — Это невозможно, — наконец сказал Ясон. — Возможно! — Гай почти кричал. — Откажись от него! Откажись! Отпусти! — Почему? Вроде бы логичный и простой вопрос, но от него по спине побежали мурашки. И в ногах появилась предательская слабость. — Потому что я люблю Рики, — просто сказал Гай. — Он мой. Всегда был моим. — И никому его не уступишь? — спросил Ясон. — Не уступлю. — И не откажешься от него, если тебя попросят? Гай кивнул: — Не откажусь. От этого поединка взглядов на лбу выступил пот. — В таком случае причина моего отказа должна быть тебе понятна, — спокойно сказал Ясон. Казалось, причина стоит прямо перед глазами и настолько велика, что её невозможно рассмотреть. Так, будто упёрся в стену и не можешь понять, что это такое. Не можешь обойти, не можешь отодвинуть. Ничего не можешь! Но понимать это просто отказываешься. — Какая причина? — пробормотал Гай. — Я тоже люблю Рики. «Стена» рухнула и придавила — ни вдохнуть, ни выдохнуть. Где выход из этой чёртовой комнаты?! Куда ушёл Кирие? Не чувствуя под собой пола, Гай пошёл к двери. — Сеанс прерван. С возвращением, Гай. Не волнуйтесь, если вы чувствуете растерянность и головокружение. Переориентация сознания завершится уже через... семь... пять... две секунды. — Блядь! Гай зацепился ногой за край капсулы и чуть не упал. — Хотя, тут же покалечиться ещё надо суметь, — пробормотал он. Он наклонился и потёр мизинец ноги. — Примите душ, Гай, — тут же напомнила система контроля. — Для окончательного восстановления нейротрансмиссии нужно... — Да знаю! — огрызнулся Гай. — ...Полностью смыть инфораствор с поверхности кожи. От тёплой воды стало немного легче. Говорить с Ясоном было идиотской затеей. А если уж говорить, то не так. Наверное, надо было выложить все карты на стол. И отыметь его, как в «жиголо». Рассказать о том, как его «любовь» поставит Рики на колени и вынудит вылизывать ему обувь. Как заставит кататься по полу от боли. Он всерьёз называет это любовью? Вот это дерьмо — любовью?! И именно это каждый раз выбирает Рики? Надо просто не допустить, чтобы он появился в жизни Рики — в тот день в Мидасе. Не надо было тогда уходить и оставлять Рики одного. Надо было утащить его оттуда силой. Гай выключил воду и задержал взгляд на своём отражении. До него донеслось уже привычное: — Нейротрансмиссия полностью восстановлена. Для просмотра протокола сеанса активируйте панель номер три. На Гая смотрел охерительно красивый однорукий парень. Парень, у которого и в жизни может быть охерительно всё: жильё, работа и любовник. Так почему так тянет в вонючие трущобы, где не было ничего? Но где был Рики... Если бы он ответил «нет» во время первого сеанса! Всё стало бы так просто. Но к тому моменту Ясон уже окончательно отравил его собой. Точка невозврата — тот день охоты на карманы туристов, когда Рики отказался уходить. Надо возвращаться именно туда. Удержать Рики от встречи с Ясоном. Почувствовать наконец это грёбаное удовлетворение! И отпустить прошлое насовсем.

***

Розовое солнце Аквоса садилось между двумя башнями ближайших небоскрёбов. Лёгкий ветерок принёс запах табачного дыма, и сразу захотелось курить. В высокоуровневых парках вроде этого курить запрещено, но кому-то, видно, плевать на штрафы. Гай с облегчением растянулся на диване, продолжая следить за солнцем. Клиент только что ушёл, сделка состоялась — вторая за неделю. Такими темпами деньги Хло можно будет вернуть месяцев через десять. Это если не продавать квартиру и «метеор». — Красивый закат, — раздалось рядом. В воздухе запахло терпким мужским парфюмом — наверняка довольно «приличным». — М? — неопределённо отозвался Гай, нехотя поворачивая голову. После рассматривания солнца он увидел только расплывающийся в разноцветных разводах силуэт. — Я присяду? — сказал незнакомец и, не дожидаясь ответа, шлёпнулся рядом. Разводы перед глазами постепенно исчезли, и Гай увидел хорошо известный среди наркодельцов ярко-зелёный пучок волос на почти лысом черепе. Это был Лимбо. По спине побежали мурашки. Гай напрягся и сел прямо. Вряд ли один из самых крупных оптовиков случайно прогуливался этим вечером именно в этом парке и решил отдохнуть именно на том диване, где сидел Гай. Такие, как Лимбо, вообще вряд ли знают слово «случайно». — Вы ведь агент Тодоса? Нафига спрашивать то, что и так прекрасно известно? Чтобы завязать разговор? Появление Лимбо на горизонте сулит одно — большую прибыль. Но не для агентов Тодоса. Гай не застал то время, когда между наркокартелями была настоящая война за клиентов. Лимбо просто подождал, когда определится победитель. И Тодосу пришлось довольствоваться рыбой помельче. — Вы отлично знаете, что да, — ответил Гай. Зелёный пучок дёрнулся от кивка: — Отлично. Нужно семь партий «девятки» на завтрашнее утро. Предоплата две трети — за срочность. Организуете? Гай сцепил зубы, чтобы удержать на лице спокойное выражение. Это была бы не просто сделка, а сделка жизни. Но Лимбо — чужой клиент. — Партия крупная, — уклончиво ответил Гай. — Плюс срочность... Зелёный пучок дёрнулся снова: — Насколько увеличить комиссионные? Полтора хватит? Полтора процента от сделки! Монгрелу снова фантастически везёт? Но должен быть подвох. — Я не имел в виду это... — Гай заставил себя слегка улыбнуться. — Конечно же, имели, — сказал Лимбо и улыбнулся — вокруг глаз тут же образовались морщины. Несмотря на цвет волос, Лимбо давным-давно перестал быть зелёным. — У меня возник логичный вопрос, — Гай на ходу соображал, как лучше сформулировать, чтобы ненароком не растоптать этот хрустальный замок одним неловким шагом. — В нашем бизнесе вас знают все. И, конечно, знают, с кем вы обычно ведёте дела. Когда вы внезапно предлагаете крупную сделку агенту конкурентов, напрашивается вопрос... — Иногда так бывает, — небрежно ответил Лимбо. — У моих поставщиков огромные обороты, и как раз поэтому именно сейчас у них нет в наличии столько товара, сколько мне нужно. Пятнадцать партий на завтрашнее утро — предел их возможностей. А мне нужно двадцать две... Двадцать две партии. Вот это масштаб! Гай изо всех сил старался дышать ровно. — Я не могу упустить эту сделку, — продолжал говорить Лимбо, — поэтому мне нужны эти семь партий. И мне безразлично, кто мне их продаст. — Но вы не связались с Тодосом напрямую... — закинул удочку Гай и получил в ответ многозначительный взгляд. — Это одноразовая акция, — холодно заметил Лимбо. — Я не собираюсь остужать отношения со своим поставщиком, так что огласка мне ни к чему. Полтора процента — и Тодос не знает, кто ваш покупатель. Рискованно скрывать такое. Хотя, с другой стороны, сделка есть сделка. — Дайте мне несколько минут, — сказал Гай, поднимаясь с дивана. Краем глаза заметив, как качнулся зелёный пучок на голове Лимбо, Гай отошёл в сторону, достал комм и быстро написал сообщение для Хло: «Семь полных “девятки” на утро есть?» Ответ пришёл мгновенно: «Есть. Клиент?» «Хочет остаться неизвестным». «Беко!» «Это условие сделки». «Если кто-то новый, рискуем». «Надёжный. Две трети сейчас. Остаток утром». «Бери». В схватке денег с осторожностью всегда побеждают деньги. Гай вернулся к Лимбо и сказал: — Сделку подтвердили. Условия соблюдены. Лимбо не стал кивать, а одобрительно закрыл глаза и приподнял уголки рта. Гай ввёл данные в портативный терминал и подал его Лимбо. «Две трети» поступили на счёт Организации тут же, и десятью секундами позже — полтора процента комиссионных на личный счёт Гая. Отправителем значился некто Л. А. Динарио. — Координаты транспорта и время погрузки, — сказал Лимбо, набирая сообщение на комме. — Вот. Гай кивнул и посмотрел на щель между двумя небоскрёбами: солнце почти село. — Это был красивый закат, — сказал он. Зелёный пучок мотнулся в знак согласия. Лимбо встал и быстрым шагом направился в сторону главной аллеи.