the boy who blocked his own shot

Было бы чересчур просить целый день наедине с собой.Три дня подряд с Ником, полтора дня с Дином и всего пять минут наедине —посидеть на диване с чашкой ароматного кофе и интересной книгой, прежде чем раздался стук в дверь. В этот момент Сэм ожидал увидеть кого угодно, начиная от Ника, вернувшегося, чтобы преследовать его, и заканчивая Свидетелями Иеговы.  Вместо этого он получил Кастиэля. Слегка помятый костюм, бледное лицо и темные глаза. —О! Привет, Кас. — Сэм почувствовал, как его раздражение от того, что его прервали, слегка отступает. — Дин только что ушел на работу. Он должен вернуться около восьми. Бухгалтер улыбнулся одной из своих слегка натянутых улыбок: —Я пришел поговорить с тобой. —Зачем? — спросил Сэм раньше, чем собирался, и почувствовал себя немного виноватым за свою грубость. В этом не было вины Кастиэля: —Я имею в виду, входи. Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? — он попытался вспомнить все возможные манеры. Вскоре Кастиэль удобно устроился на диване, на ширине подушки между ним и Сэмом, держа стакан воды между коленями. Если он пришел поговорить с Сэмом, то, судя по его виду, торопиться он не собирался. Тишина лишь наполнила Сэма ужасным беспокойством. Ужасные мысли о том, о чем будет этот разговор. Десять баксов сказали, что это будет вовлекать Дина в то, о чем Сэм не хотел думать, и он действительно сам навлек это на себя, подтолкнув Каса в сторону своего брата несколько недель назад. —Что случилось? — спросил Сэм так мягко, как только мог, надеясь, что Кас не заметит тревоги, лежащей в основе вопроса. —Мне нужно попросить тебя об одолжении. — сообщил он своему стакану с водой. — И я знаю, что мы не совсем друзья, но я… Мне нужна помощь с Ником. — О?— Сэм не был уверен, испытал ли он облегчение или большее беспокойство от этой новости. —Как думаешь, ты сможешь уговорить его приехать на Рождество? —Я знаю, что он не хочет.- тяжело вздохнув Кастиэль поставил бокал на стол.- Именно поэтому я и прошу твоей помощи. —Кас, но у меня нет такой силы.- глаза Кастиэля были немного темнее, чем у его старших братьев, но не менее выразительны, и он умолял Сэма в этом единственном взгляде.   Сэм был не готов. — Ч-что я должен ему сказать? —Не знаю. Я уже все перепробовал. Но вчера мы обедали, и он был… Ты действительно ему нравишься, Сэм. Это не сплетни. Сэм прекрасно понимал, какие чувства они с Ником решили питать друг к другу. Всего несколько дней назад они почти полчаса спорили о блинах и пинках по незащищенным лодыжкам. Это все еще заставляло Сэма улыбаться. —Он просто игнорирует меня, когда я его приглашаю. И так уже много лет. —Я так не думаю.- сказал Сэм, но тут Кастиэль снова сделал этот щенячий взгляд. — Но я могу спросить. — Спасибо, — он откинулся на спинку дивана с облегченным и счастливым видом. — Если он появится, это будет много значить для девочек. И не только для Ханны и Сары, но и для их мамы. В школе они с Ником были очень близки — по крайней мере, мне так говорили. Это было до того, как я переехала жить к братьям. Сэм вроде как кивнул, все еще немного смущенный хронологией их семьи, но сейчас было не время просить разъяснений. —После развода он перестал приходить на какие-либо семейные мероприятия.… Я думаю, что он как-то обвинил Майкла в этом, по крайней мере, это то, что я понял из некоторых их аргументов, и с тех пор все немного успокоилось, чего бы это ни стоило. Он появляется на День Благодарения и Пасху, но два раза в год, чтобы увидеть нашу семью, это едва ли достаточно. —Он видит тебя чаще. —Ну, да.- Кастиэль слегка улыбнулся. — Но я не склонен к конфронтации. Я не пытаюсь нажимать на его кнопки, как это делают Майкл и Габриэль. Я не говорю ни о Лилит, ни о Джун, ни о морских пехотинцах, ни о медведях в Йосемити. Когда знаешь, о чем не стоит говорить, с ним очень легко ладить. Сэм оживился. Лилит была бывшей женой Ника, а «медведи» были аргументом, который Сэм слышал раньше… но морские пехотинцы? Июнь? Как может чья-то пуговица быть целым июнем? О, Сэм хотел спросить, но знал, что это не его дело. Если Ник захочет поделиться, он это сделает.  Очевидно, Кастиэль прочел любопытство на лице Сэма, потому что тот внезапно побледнел. —Неважно. Иногда я бреду. — кофе у Сэма остыл, но он все равно потягивал его, занимая рот, чтобы не задавать глупых вопросов. —Спасибо, что согласился помочь.- Кас сделал маленький глоток своего напитка. Когда он поднял глаза, то можно было увидеть озорной взгляд вокруг него, хотя Сэм мог неправильно истолковать это, потому что это определенно не было похоже на знакомое выражение для бухгалтера.  — Могу я спросить тебя напоследок, Сэм? —Давай, — пока мужчина не ожидал чего-то более сложного, чем он уже просил. —Как прошли выходные с Ником? — Это было… мило.- неуверенно произнес Сэм. Это был в основном тот же самый ответ, который он дал Дину. Какая разница, какую историю придумали они с Ником? Он знал, что может быть просто неопределенным, и его брат предположит самое худшее. Брови Кастиэля слегка поползли вверх: —Мило? —Мы починили его скрипку. Посмотрели концерт. Мне пришлось держать его за руку, пока он делал татуировку на руке. — там была кровь, и Сэм чувствовал себя гораздо более неловко из-за всего этого, чем Ник. —Мы ходили на пирс тридцать девять… просто обычные вещи, я думаю. —Он все еще играет на скрипке? Кастиэль наклонился вперед, внезапно взволнованный. Ответ был «да». Сэм помнил это совершенно отчетливо. Он вспомнил как дразнил Ника в гараже человеком, который контрабандой перевозит наркотики в футляре для скрипки. Ник рассмеялся и достал самый маленький и хрупкий на вид инструмент, который Сэм когда-либо видел. Он боялся прикоснуться к ней — особенно когда мужчина сказал ему, что ей почти сто лет. Он попросил Ника сыграть, предполагая, что тот пристрелит его из-за раскатистого Эха практически пустого гаража. Но Ник начал играть. Он играл «Whisky in the Jar-o» из всех песен, и даже с запутанной акустикой это было поразительно замечательно. Все в Нике, казалось, было таким, Так что это было полностью справедливо. Сэм стряхнул с себя воспоминания и улыбнулся Кастиэлю: —Ох, да. Кстати, а вы все, ребята, играете на инструментах? —В какой-то момент мы все пытались. Он был просто единственным из нас, у кого действительно хорошо получалось. Сэм выжидающе ждал, но, не дождавшись дальнейших слов, толкнул его локтем: —А как же ты? —Пытался научиться играть на пианино.- он посмотрел вниз, слегка ссутулив плечи.- Мф, я сдался, когда закончила среднюю школу.- он оглянулся вверх. — Я рад, что вам обоим было весело. Ему нужен был отпуск. —Я тоже. Кастиэль поднялся на ноги, и Сэм последовал за ним: — Надеюсь, ты не возражаешь… сегодня я иду в магазин, чтобы сделать расчет заработной платы. Потом мы с Дином пойдем куда-нибудь выпить. —Я…я не возражаю.- Сэм усмехнулся и решил, что в какой-то момент ему действительно нужно будет поговорить об этом с Дином.- Я очень рад. Просто постарайся держать его подальше от водки или текилы. Он знает, что они делают его неряшливым, но когда он в настроении для неприятностей, ему все равно.- это было только справедливое предупреждение. — Ник такой же, — Кас со вздохом покачал головой. — Коричневые напитки делают его счастливым. Бледные напитки обычно означают кулачные бои. Я должен присматривать за ним, когда мы выходим вместе. Это означало, что Сэм тоже должен присматривать за ним. Хотя, если у них с Дином были общие привычки, то это означало, что простой заказ выпивки сотворит чудеса для настроения мужчины. Иногда Сэму казалось, что из разговоров с Касом он узнал о своем «парне» больше, чем когда-либо узнал от Ника. Маленький бухгалтер улыбнулся Сэму, выглядя странно довольным общим сходством их старших братьев. —Приятно знать, во что я ввязываюсь. —С ним достаточно легко справиться. Просто оттолкни его, когда он начнет…обниматься. —О, — Кастиэль посмотрел на свои ботинки.- Не думаю, что я бы так уж сильно возражал. Сэм старался не улыбаться: —Эй, Кас? —Хм? — он оглянулся через плечо, колеблясь на полпути к выходу. —А вы с Дином… — он действительно хотел это знать?— Вы целовались? Как только эти слова слетели с его губ, Сэму захотелось взять их обратно. Это выходило за рамки того, что можно было бы назвать его бизнесом. Он честно не хотел даже думать о том, что его брат мог бы это сделать… Дин не стал бы. Он не станет. Не то чтобы Сэм имел что-то против Кастиэля. Этот странный маленький человечек, честно говоря, даже радовал Сэма. Возможно, он был очень хорош для Дина. Но это вовсе не означало, что Дин собирался так раскачиваться, или что он даже любезно примет любые авансы от друга. Однако Дин был из тех парней, которые позволяют людям, о которых он заботится, сходить с рук практически во всем. —Я храбрый, Сэм. Но не дурак.- щеки Кастиэля слегка порозовели. — А у тебя… Ник тебя целовал? Это поразило Сэма.   У него был план. Целый, огромный, веселый план между ним и Ником. Но в тот день Ник обедал с братом и даже не сказал Касу, что они вместе… —Он… Эм, сделал немного больше, чем это. Кас усмехнулся, и это было немного грубо, как будто он не привык издавать этот звук. — А ты? Сэм обнаружил, что настала его очередь чувствовать себя неловко. И это было прекрасно. Не то чтобы он был взрослым или что-то в этом роде и уже много лет краснел и переминался с ноги на ногу, как двенадцатилетний мальчишка на своих первых школьных танцах. Ему удалось слегка кивнуть, и этого было достаточно. Перед уходом Кастиэль похлопал его по плечу — забавное прощание, но в то же время очень знакомое и теплое. Так же, как Ник любил целовать Сэма в щеку. Какое-то время Сэм просто стоял, прислонившись к двери, и слушал, как Кастиэль уезжает. Он на мгновение потерял себя, обдумывая то, на что согласился. Глупость, на которую он согласился. Но у Сэма не было естественной защиты, созданной для щенячьих выражений, и он сказал « Да» задолго до того, как у него действительно появился шанс осознать, какую ужасную вещь он согласился сделать. И так слишком много всего, чтобы провести день в одиночестве.  До Рождества оставалась всего неделя, и оставалось не так уж много времени, чтобы попытаться уговорить Ника пойти туда, куда он не хотел идти, если не используя никаких рычагов. Это была непростая задача. Откладывать это означало бы только меньше времени на уговоры. А Сэму понадобится столько времени, сколько он сможет получить. Вторую половину дня он провел, составляя списки. Складывая слова и идеи вместе, Дин рассмеялся бы, если бы узнал об этом. Но Сэм был тем, кем он был, и записи всегда помогали ему привести мысли в порядок. Прошло несколько часов (и несколько перерывов), и он решил, что придумал справедливый аргумент, или, по крайней мере, настолько хороший, насколько смог. Он позвонил Нику и был разочарован, когда никто не взял трубку. Сэм позвонил в салон, и маленькая секретарша сказала, что Ник уже ушел на ночь, но вернется завтра около двух или трех. Сэм мог просто пойти в квартиру Ника… но это было похоже на брешь в протоколе, который они никогда не устанавливали. Поэтому через час он снова позвонил на сотовый и не оставил сообщения, потому что внезапно почувствовал себя слишком неловко из-за того, что выглядит как нуждающаяся девушка.  За неимением лучшего выхода он стащил из холодильника одну из банок пива Дина и устроился с несколькими повторами «Секретных материалов.» Он был уже в постели, когда Дин вернулся домой. Что делало эту ночь очень поздней для его брата. Сэм скрестил пальцы, надеясь, что Дин или Кас сегодня вечером сделали все правильно. Что бы ни было этим правильным. Утром он нашел на холодильнике записку. Непонятный почерк Дина втиснулся в маленький желтый квадратик. — нам нужно поговорить, когда я вернусь домой — будь здесь. И слава Богу, в записке не было ничего зловещего. Хотя у Дина никогда не было такта, и, по всей вероятности, в этих нескольких словах не было ничего зловещего. Наверное. Это давало Сэму повод для беспокойства до того, когда он решил выйти. Никакая обреченная и мрачная записка от брата не удержала бы его от навязанного ему самим срока. Кроме того, он вернется раньше, чем Дин вернется домой. Сэм надел пальто и отправился на долгую прогулку. Как он и подозревал, маленькая кофейня, расположенная слева от тату-салона, знала Ника по имени и знала, что он обычно заказывает, и нет, они еще не видели его сегодня днем. Сэм купил два кофе, один с небольшим количеством сливок, а другой с какой-то ерундой, которую он просто должен был доверить баристе. Та же темноволосая секретарша встретила Сэма, когда он вошел, губы такие же красные, рубашка такая же низкая, джинсы почему-то еще теснее. —Ну, здравствуй, незнакомец.- она облокотилась на стол как раз таким образом, чтобы Сэм мог заглянуть ей под юбку, если он захочет. — Я рада снова видеть тебя. Он улыбнулся ей прямо в лицо, не сводя с нее пристального взгляда: — Ник уже дома? —Босс? — она немного выпрямилась, глядя не только на Сэма, но и на две его чашки кофе.-Ах да. У него… вчера была тяжёлая ночка, поэтому мы дали ему поспать. Он-та шишка в углу.- не сводя глаз с Сэма, она кивнула в сторону задней части салона. Сэм легко взглянул поверх ее головы в дальний конец комнаты, увидев сначала только крепкого на вид мужчину с коротко выбритыми волосами, который так же решительно, как и Ник, аккуратно раскладывал растянувшийся рисунок на руке молодого человека. Они оба были поглощены тихим разговором, который был относительно потерян за жужжанием иглы татуировки и классической рок-станцией, которая играла довольно громко. Ник не был буквально в углу салона, но он был на самой дальней станции от двери, и не особенно заметен, если не считать беспорядка. Он откинулся назад, наполовину свалившись со стула, а на его лице лежал журнал. По крайней мере, Сэм предположил, что это Ник. Узоры на его руках выглядели знакомыми, больше нельзя ничего сказать. —Я могу.? — спросил Сэм девушку, поднимая чашку с кофе. Она снова улыбнулась ему, на этот раз немного криво: —Да. Иди вперед. У него на стене висит фотография вас двоих. Может, уговоришь его дать мне копию? А… фотография? О нет. Фотография могла быть только одна. На выходных они вдвоем зашли в фотобудку на пирсе. Ник вызвал проблемы, и Сэм заставил его пообещать избавиться от улик, в результате которых возникли доказательства. Он должен был знать, что Ник сохранит их. Всю короткую прогулку у Сэма чесался затылок, он был уверен, что секретарша внимательно следит за каждым его шагом. Очень осторожно он поставил напитки на стол, заваленный бумагами, папками и альбомами. Это была почти полная противоположность квартире Ника. Беспорядок покрывал все поверхности, за исключением очень удобного на вид стоматологического кресла, которое, как Сэм мог только предположить, предназначалось для клиентов, и высокого подноса на колесиках с маленькими кольцами с боку, с которых свисала пара татуировочных пистолетов. Несмотря на свои первоначальные намерения, Сэм поймал себя на том, что воспользовался моментом, чтобы оглядеться. Он слегка отодвинул в сторону одну из папок, заглянув в нее, чтобы увидеть, что она заполнена красиво отсортированными фотографиями татуировок. Винчестер почти осмелился заглянуть в один из альбомов, но остановился на нескольких знакомых лицах на фотографиях, приколотых к пробковой доске, частично скрытых за наполовину законченной картиной с воронами. А действительно… очень хорошая картина с воронами. Не то чтобы Сэм был экспертом по искусству или что-то в этом роде. Но они действительно выглядели как птицы, какими и должны были быть, и это должно было что-то сказать о качестве.   Верно? Сэм предпочел бы смотреть на этих птиц, чем на другие картины. Одна конкретная картина. Или четыре. Если смотреть правильно. Один длинный набор фотографий с маленькими белыми полосками между ними. Первая была достаточно невинна, они оба немного неловко улыбались в камеру. Но ко второй Ник схватил Сэма и проделал изумительную работу, прижав молодого человека к углу кабинки, целуя его прямо в губы, или, по крайней мере, так это выглядело. Ему удалось просунуть несколько пальцев между их губами с той стороны, где камера не могла видеть. Но все это выглядело очень убедительно. На последних двух снимках Сэм смотрел на Ника широко раскрытыми от ужаса глазами, а старик смеялся до тех пор, пока его лицо не покраснело. Ему действительно следовало избавиться от этого. Если ничего другого, то, по крайней мере, он был несколько скрыт в беспорядке других фотографий. Там была трогательно милая картинка, на которой племянники Ника строили замок из песка. Там была еще одна фотография, сделанная, вероятно, в тот же день, на которой Ник и дети хоронили Габриэля по шею под покосившейся кучей песка. Пожилой мужчина был в плавках и выглядел слегка загорелым, но безумно счастливым.  Там были еще фотографии, несколько семейных, другие вероятно с друзьями Ника, которых Сэм совершенно не узнавал. Была одна семейная фотография, на которой все выглядели знакомыми, за исключением странно невысокого мужчины с растрепанными каштановыми волосами. Должно быть, это отец мальчиков. У него были те же почти серо-голубые глаза, что и у Ника, та же неловкая улыбка, которую, казалось, разделяли все его сыновья. Это был хороший взгляд в жизнь Ника. И Сэм наслаждался, видя, что, несмотря на то, как прошел День Благодарения несколько недель назад, были доказательства того, что в какой-то момент все четыре брата, по крайней мере, были готовы улыбнуться и прислониться друг к другу. Было одно лицо, смешанное со всеми остальными, которое Сэм определенно не знал, но в то же время она выглядела такой знакомой. Там было по меньшей мере десять фотографий молодой блондинки с голубыми глазами и россыпью веснушек. Она была показана в самых разных возрастах, от малыша до примерно того же возраста, что и старшие дети Майкла. Улыбается, играет в футбол, сверкает на солнце, как на школьной фотографии с болезненно нелестным синим фоном. Странная коллекция, и Сэм подумал, что она каким-то образом дочь Габриэля и просто не была на Дне Благодарения. Или, может быть, сестра? Намного, намного младшая сестра.  Сэм заставил себя отвести взгляд, потому что не хотел заглядывать на фотографии в надежде найти имя. Точно так же, как он до сих пор понятия не имел, кто она такая, даже если бы знал, как ее зовут. Он повернулся к Нику и чуть было не разбудил его каким-нибудь неприятным способом, пока не увидел его руки. Они были сложены на животе, последние три пальца правой руки были перевязаны серией маленьких синих медицинских Лубков, обернутых таким количеством ленты, что она почти скрывала пурпурно-черные синяки. —Ник? — Сэм наклонился и легонько похлопал себя по коленям. Это было простое движение, но, очевидно, достаточное, чтобы разбудить мужчину. Он сел пугающе быстро, журнал соскользнул к нему на колени, его глаза были широко раскрыты и не сфокусированы. Сэм почти ожидал увидеть синяк под глазом, но вместо этого увидел болезненно глубокую рассеченную губу с двумя маленькими черными стежками. —Черт возьми, Сэм.- Ник здоровой рукой поднял журнал и им сильно ударил Сэма в живот. — Ты не можешь вот так подкрадываться ко мне. Сэм принял удар, потому что считал, что заслужил его: —Что с тобой случилось? — Я тоже рад тебя видеть, Сэм, — Ник обладал фантастической способностью вкладывать в эти несколько слов излишнюю долю сарказма.- Как ты поживаешь? —Я… Наверное, лучше тебя.- Винчестер прислонился спиной к стойке. — Черт возьми, Ник. —Ну спасибо.- блондин потер глаз, потом прикоснулся к губе и поморщился. Он бросил на Сэма настороженный взгляд, слегка раздраженный и не в духе своего обычного юмора. —С тобой все в порядке? — Сэм попробовал другой подход, чувствуя себя немного на грани, потому что это сорвало его первоначальные планы — быть гораздо более важным и непосредственным, чем посещение семьи через неделю. —Я персиковый. Как твой брат? Сэм моргнул: —Он… в порядке. Как поживают твои братья? — он тоже мог задавать глупые вопросы. Ник не ответил, а просто смотрел на Сэма с тем же ровным, настороженным взглядом. Вообще ничего не говорил, пока не почувствовал себя неловко: —Почему ты здесь, Сэм? —Я просто не видел тебя несколько дней. Хотел поздороваться… И я принес тебе кофе.- Сэм взял картонный стаканчик и протянул Нику. На мгновение возникло тихое подозрение, а затем Ник прочитал надписи на боку чашки, и его лицо просияло: —О, ты прекрасный мальчик.- он взял предложенный кофе, и вдруг все стало хорошо. — Спасибо, -Ник сделал глоток и поморщился, затем улыбнулся Сэму. —Откуда ты знаешь? — Парень в кафе сказал, что это то, что ты обычно заказываешь. Несмотря на внезапную перемену, Сэм все еще чувствовал себя неловко: — Я вижу, ты сохранил фотографии из нашей поездки.- он кивнул в сторону доски и коллажа из фотографий. Глаза Ника слегка прикрылись от улыбки: —Они мне нравятся. —Но они… Разоблачают. —О Боже. Да, ты прав. Как ты думаешь, люди могут подумать, что мы… встречаемся? — Господи, надеюсь, что нет.- Сэм усмехнулся и возненавидел это. Он толкнул ногой Ника и был вознагражден легким шарканьем назад.  — Люди думают, что я встречаюсь с каким-то негодяем. Как неловко. —Не я затеял ту драку, если это что-то значит. —Ты хотя бы закончил? Ник сделал медленный вдох, на лбу и в уголках губ появились взволнованные морщинки: —Не думаю. —Ты хочешь, чтобы я нашел его и сломал ему колени или что-то в этом роде? Это заставило Ника рассмеяться. Настолько сильно, что ему пришлось поставить чашку с кофе.   —Это значит «нет»? — Я думаю, что лучше оставить это, — он прикоснулся к губе и на этот раз сумел не поморщиться.- Да, я сказал, что не начинал драку, но никогда не говорил, что не заслуживаю того, что получил. —Я оставляю тебя одного на несколько дней, а ты идешь драться и разбиваешь свое хорошенькое личико.- Сэм покачал головой. — Я вложился в это лицо, Ник. По крайней мере, целый месяц моего времени, и ты мог бы попытаться сохранить его. Ник повернул голову в сторону и легонько постучал пальцем по щеке. Сэму потребовалось больше времени, чем следовало, чтобы понять, что он просит поцелуя, но в комнате были и другие люди. Люди, которых он не знал, которые могли легко увидеть их двоих в углу. И было немного странно осознавать, что только это было единственной причиной, почему Сэм просто не пошел на это. По здравому смыслу — это было довольно глупо. Он наклонился и слегка поцеловал Ника в щеку: —Ты создаешь проблемы.- прошептал он. —Лишь иногда. — прошептал в ответ Ник с легким смешком. Он подождал, пока Сэм снова встанет за стойку, чтобы между ними было все пространство в мире, прежде чем сделать еще один маленький глоток кофе.- И только тогда, когда это будет наименее удобно. —Я это заметил, — он еще немного поиграл ногами без малейшего стыда, пиная Ника, как будто они были маленькими детьми. — Итак, Кас пришел навестить меня вчера утром. Ник напрягся, всего на долю секунды, и Сэм почти подумал, что ему показалось. —И что нужно было моему маленькому братишке? Ищете больше советов по свиданиям? —Нет. Кажется, он прекрасно справляется сам.- Сэм улыбнулся про себя.- На самом деле он снова пригласил нас с Дином на Рождество. Он снова напрягся, на этот раз показав немного зубов. —Я подумываю о том, чтобы пойти.- он пожал плечами, надеясь, что это прозвучало как-то небрежно.- Я имею в виду, что Дин уезжает, значит я тоже могу пойти. Нет смысла оставаться дома одному на Рождество. Ник скорчил гримасу, нисколько не заботясь о том, чтобы скрыть свои чувства по этому поводу: —Ты всегда можешь переночевать у меня. Я тоже буду одинок. Мы оба можем быть одни, вместе. Сэм улыбнулся и покачал головой: —Мы с Дином никогда не делали много для курортного сезона. На самом деле мы не настолько религиозны или праздничны, но он — единственная семья, которая у меня есть. Он будет чувствовать себя странно, если я не буду с ним. —Решай сам. Но ты идешь в дом, полный сумасшедших. Они заставят тебя есть ветчину и петь рождественские песни, и ты не получишь от меня никакого сочувствия. Ну, вот и Ник предложил пойти с ними, чтобы Сэм не застрял со своей семьей. —Пойдем со мной, — он попытался изобразить на лице жалость, которая всегда действовала на Дина. Ник рассмеялся: —Черт возьми, нет. —Ну же, давай. Я не хочу торчать в углу, пока Дин напивается гоголь-моголя и делает очень гетеросексуальные пассы в Каса. —Во-первых, по-прежнему никакой выпивки, если только ты сам не пронесешь ее контрабандой. Во-вторых, я уверен, что Габриэль составит тебе компанию, если твой брат слишком увлечется тем, что строит глазки моему брату. —Отлично. Ты просто оставишь меня одного, чтобы я защищалась от него? Я точно все испорчу, все-таки он адвокат, так что поймет, что я лгу. —Он будет слишком пьян контрабандой, чтобы даже вспомнить, кто ты, и, честно говоря, он не настолько умен, чтобы начать.- пришла спокойная уверенность.  — Но предложение остаться со мной остается в силе, — не было абсолютно никакого сочувствия.- Мы можем заказать еду на вынос и посмотреть плохие фильмы, и они могут даже быть подходящими для отдыха, если захочешь. —Ник. —И все же нет. —Тогда я заберу свою взятку обратно. —Это был подарок.- он прижал кофе к груди и так мило улыбнулся Сэму. —Нет. Это определенно была взятка.- Ник посмотрел ему прямо в глаза, облизывая крышку своей чашки. —Мое. —Я что, должен бояться твоих микробов? И Ник просто сделал еще один глоток кофе, его глаза сияли улыбкой, которую он прятал. —Ну же, Ник. Пожалуйста. —Я не знаю, что Кас предложил тебе взамен на то, чтобы ты приехал сюда и попытался уговорить меня… И не отрицай этого. Я знаю, что он это сделал. Но что бы он ни дал тебе взамен, оно того не стоит, потому что ответ все равно отрицательный. —Он мне ничего не предлагал.- Сэм вздохнул, удивляясь, как быстро все это развалилось. — Он просто спросил. —Это он подарил тебе свои большие глаза? — Ник усмехнулся и кивнул, увидев выражение лица Сэма.- Да. Он кажется достаточно невинным, но он знает, как работать с системой. Сэм угрюмо принялся за кофе. Разочарованный в себе и в том огромном и быстром беспорядке, который он устроил. Но в свое оправдание он начал это вчера, сказав Касу, что не думает, что сможет это сделать. Все очень просто. Он не так уж хорошо знал Ника. Он знал его не так уж давно, недостаточно хорошо, чтобы понять, где находятся его слабые места. Но он мог продолжать искать. Сэм был очень упрям. —Ник, почему ты не рассказал Касу о нас? Ник замер, застыв в почти совершенной неподвижности. Кончик его языка метнулся вперед, пробуя на вкус темные швы в уголке рта в бессознательном, нервном жесте. И Сэм вдруг понял, что со временем останется шрам. Какое преступление — повредить такой идеальный набор губ. Какая странная мысль. Сэм заставил себя отвести взгляд, и это, должно быть, сделало свое дело, потому что Ник смог найти нужные слова, когда никто не смотрел на него. —Кас…ему не нужно было знать. —Я думал, в этом весь смысл всего этого, — Сэм поставил чашку обратно на стойку, убирая все книги и бумаги.- Или ты будешь выбирать, кто станет частью этого притворства? —Притворство? Серьезно, кто так говорит? На что Сэм не чувствовал необходимости оправдываться каким-либо ответом. — Да ладно тебе, Сэм. Кас не в счет.- Ник объяснил так, что это прозвучало почти как скулеж.- Он всего лишь маленький ребенок. —Он взрослый. —Да, но он все еще мой младший брат, и я не люблю лгать ему. — Сэм снова посмотрел на Ника. Сейчас он действительно посмотрел на него сверху вниз, и на этот раз это сработало. Ник показал унцию человечности и стыда и слегка треснул под одной из лучших стервозных физиономий Сэма. —Не то чтобы я ему ничего не рассказывал. Просто опустил все эти странные детали, над которыми мы так усердно работали. —Я оставил эти подробности тебе, и лучше бы они не были… извращенными.- он особенно хорошо помнил, как сказал Нику, что он может заполнить всю кровавую мелочь, которая ему нужна, если только он не переборщит — и Сэму не придется слышать об этом позже. —Ты, должно быть, действительно хотел пощадить Каса, потому что он спросил, целовал ли ты меня. Ник пожал плечами с легкой, непримиримой улыбкой: —У него есть какая-то идея. —Какая-то? —Мф-ф. Я сказал ему, что не могу смириться с тем, что ты на самом деле выше меня, и что твой чертов рот оказывается на уровне глаз, и это сводит меня с ума.И ещё рассказал ему, как у тебя появляются эти маленькие ямочки, когда ты улыбаешься… Да, именно так, — Ник протянул руку, но позволил своей руке упасть, прежде чем он действительно коснулся щеки Сэма. — И как ты не возражаешь, когда я вхожу в твое личное пространство, и какой ты чертовски теплый, что мне просто хочется обнять тебя. —Ты ему все это рассказал? Только один или два из них показались Сэму хоть немного правдоподобными. —Это то, что я вспомнил. —Ты хуже всех.- напомнил Сэм — на случай, если Ник забыл. —Ты все время говоришь мне это, но твои ямочки говорят об обратном.- вздох застрял у Сэма в горле, и он решил воспользоваться случаем, чтобы посмотреть на стены, на потолок, на все, что не было Ником и его улыбкой. Его улыбка стала несколько кривоватой из-за швов. Сэм хотел причинить боль тому, кто причинил боль Нику — это было такое сильное и иррациональное чувство. Сэм не считал себя жестоким человеком. Очевидно, были и исключения. —Я… мне пора домой. Дин ждет меня с работы.- Ник ничего не ответил на это, и это заставило Сэма прекратить пристальное изучение потолочных плиток и посмотреть на мужчину. Смех и поддразнивание исчезли, не осталось и следа, не хватило даже на хорошее воспоминание. Последняя попытка. Это ведь не повредит, правда? — Подумай о том, чтобы пойти с нами. Мне было бы гораздо веселее с тобой там, и я знаю, что по крайней мере некоторые из твоей семьи действительно хотели бы тебя видеть. —Сэм.- сказал Ник самым ужасным образом, этот единственный слог говорил о многих ужасных вещах. Это был тон нам нужно поговорить и он вызывал только страх. —Да? —Иди сюда, чтобы я мог говорить без крика.- его взгляд скользнул по коллегам, а затем вернулся к Сэму, который возвышался так высоко, как только мог. Поэтому он наклонился, хотя и не хотел — потому что Сэм вдруг почувствовал, что очень боится того, что должно произойти. Просто Ник не был серьезным человеком. Может быть, временами он и капризничал, но не всерьез. Только не так. Сэму это не очень понравилось. —Когда мы все это выясняли… в самом начале, в ресторане.- Ник слегка сморщил нос и заговорил так тихо, что его почти невозможно было расслышать.- Мы не устанавливали никаких основных правил, касающихся секса. Сэм выпрямился, его спина напряглась: —В этом не было необходимости. Ты сказал, что самый максимум это держание за руку. —Только не с тобой, осел.- маленький мускул на щеке Ника дернулся, когда он стиснул зубы. Его голос снова понизился. — Я имею в виду внеклассные занятия, с реальными людьми, другими людьми, а не только в историях, которыми я обмениваюсь со своим братом. Ник имел в виду… Три месяца могут оказаться долгим сухим отрезком. И это было логично. Сэм все понял. Прошло несколько месяцев с тех пор, как он в последний раз был с кем-то, и этим кем-то была безымянная и очень дружелюбная девушка, которую Дин подтолкнул в его сторону. Это было не особенно заметно. Не было никакого хорошего способа узнать, сколько времени прошло для Ника, и Сэм не имел права требовать, чтобы он соблюдал целибат еще два месяца. Но он в это не вмешивался. Сэм хотел сказать «нет». Хотелось скрестить руки на груди и сказать Нику, в какие неприятности он попал. Одного этого чувства было достаточно, чтобы он остановился и оценил, в какой беспорядок начал превращаться. Но он не обратил на это внимания. Это было слишком рано. Лучше не обращать внимания на подобные чувства еще несколько недель — мучительно приходить к нему посреди ночи, когда уже слишком поздно что-либо с этим делать.  Если бы он сказал что-то правильно, то, возможно, спас бы себя от большой боли позже. И это был просто не Винчестерский путь. —Ник, это… не спрашивай, не говори мне ничего. Ты уже взрослый, все в порядке.- сколько плиток было на потолке? Он перестал считать на тридцати восьми. Тридцать девять. Сорок. Сорок один. — Ты делаешь то, что должен. Это действительно не мое дело. Ник, должно быть, встал, потому что, даже рассматривая все, что мог предложить мир над головой Сэма, блондин внезапно попал в его поле зрения.   Его здоровая рука нашла щеку Сэма, и он потянул молодого человека вниз, не давая Сэму выбора, кроме как посмотреть ему в глаза. —Вот почему ты мой любимец. Меньше всего ему сейчас хотелось быть чьим-то любимцем. Уж точно не Ника. Мужчина наклонился ровно настолько, чтобы запечатлеть легкий поцелуй на кончике носа Сэма. И это тоже было не то, чего он хотел. Хотя у Сэма возникло неприятное чувство, что даже если бы он точно знал, чего хочет прямо сейчас, у него не хватило бы смелости попросить об этом. Что касается вещей, которые Сэм не особенно хотел… или в которых нуждался, Ник подвез его домой. Все, что он сделал, это объяснил, что на самом деле он не планировал делать сегодня какую-либо работу (из-за того, что его здоровая рука была сломана), и, по-видимому, было слишком холодно и слишком далеко для Сэма, чтобы идти пешком. Он мог бы жить с такой добротой. Не то чтобы Ник хотел позаботиться о нем — это было ужасно, но машина Дина уже стояла на подъездной дорожке, и Сэм сразу понял, что это плохой знак. Было слишком рано для Дина, чтобы быть дома — и это не было гигантским темным предзнаменованием или чем-то даже наполовину таким зловещим. В глубине души Сэма росло чувство, что ему не следовало сегодня вставать с постели. —Спасибо, что подвез.- он легонько толкнул Ника, прежде чем слезть с мотоцикла. —О, мы еще не закончили, дорогой.- он заглушил мотор и помчался вслед за Сэмом.- Мне нужно поговорить с твоим братом. Сэм хотел сказать «не сегодня» и отослать этого человека домой, но вместо этого обнаружил, что за ним пристально следят, и один из пальцев Ника зацепился за одну из петель его ремня. И одному Богу известно, о чем Нику, возможно, придется поговорить с Дином, но Сэм полагал, что он скоро узнает. Любопытство — опасная штука. Иногда Дин чересчур драматично устраивался в центре дивана —ужасное украшение, которое никак не вязалось с обстановкой комнаты. Что было нелегкой задачей из-за того, что ни одна мебель не подходила по цвету, поскольку за последние несколько лет ее выудили из полудюжины секонд-хендов. Но Дин справился. В этом он был хорош. Человек многих способностей был старшим братом Сэма. Одним из таких навыков было то, как хорошо он умел снимать синяк под глазом. —Я же просил тебя подождать, пока я вернусь, Сэмми.- кисло сказал Дин, и все его тело стало странно более агрессивным, когда он увидел, что Сэм не один.- Ах ты, сукин сын! Я же сказал тебе держаться подальше от моего брата. Не совсем понимая, что происходит, Сэм встал между братом и своим парнем и изо всех сил старался использовать свой рост, чтобы скрыть одного от другого. —Дин. Эй! Дин встал с дивана и поморщился от этого движения, на секунду коснувшись ребер: —Он рассказал тебе, что случилось прошлой ночью, Сэм? Не совсем, но Сэм не спрашивал. Ник, очевидно, был в драке, не было особой необходимости в более глубоком объяснении. Хотя, глядя На Дина… может быть… возможно, ему следовало спросить. Может быть, это было немного важнее, чем он хотел верить. Он оглянулся через плечо на Ника, который, казалось, даже отдаленно не заинтересовался предложенным укрытием. —Ты этого не сделал. —Это он начал. Дин злился так отчетливо, как мог бы временами: — Это я начал? Ты… ты сукин сын. —Ты уже называла меня так.- мягко поддразнил Ник. Дин сделал выпад, и если бы Сэм этого не ожидал, то, возможно, он бы и вправду поднял руку на Ника. Вместо этого он поймал брата, крепко обхватил его за плечи и удержал. —Я буду называть тебя гораздо хуже, ублюдок. —Ууф, хэй.- Сэм слегка встряхнул Дина, привлекая его внимание. — Кто-нибудь из вас объяснит мне, что происходит, или мне просто отойти в сторону, чтобы вы могли еще раз подраться? —Это было немного больше, чем просто подраться.- тихо сказал Ник. —Вчера вечером мне пришлось провести два часа в приемной с твоим проклятым парнем. Видимо, у меня ушибы ребер, и медсестры сказали, что я не смогу работать неделю. —Успокой свои сиськи. У тебя был Кас, чтобы держать тебя за руку. —Иди к черту. Сэм все еще держал Дина, твердо решив, что хотя бы один из них помнит, что он все еще здесь. —Любая история. Даже не обязательно хорошая. Это даже не должно быть правдой. —Мы с Касом вчера вечером после работы ходили выпить, — Дин пристально смотрел через плечо Сэма.- Мы столкнулись в баре с твоим парнем, и он был не один. —И я уже сказал тебе, что она моя подруга, которую нужно было отвезти домой. —Если только эта мелкая потаскуха не живёт в баре. Я на это не куплюсь. —И я сказал тебе, что мне плевать, что ты думаешь, потому что это не твое чертово дело.- судя по голосу Ника, в нем не было и доли того гнева, за который Дин цеплялся, как за спасательный круг, но было бы ошибкой считать это признаком слабости или вины. —Ты трахаешься с моим братом, а через неделю водишь какую-то цыпочку выпить, да, это мое гребаное дело. Ты обманываешь моего брата, и я клянусь Богом, что разобью тебе не только лицо, если ты не уберешься из моего дома. Хватка Сэма ослабла, но он изо всех сил пытался удержать Дина. — Я сказал ему вчера вечером, Сэм. Сказал, что если я снова увижу его, то захочу его убить. —Тебе нужно успокоиться.- настаивал Сэм. Дин стиснул зубы и навалился на руки Сэма, прижимаясь к нему: —Тебе нужно быть менее спокойным. Ты не видел ее и то, как они висели друг на друге. Она ему не подруга, и он не подвезет ее домой. —Ты просто все знаешь, не так ли? — Ник прижался к спине Сэма, мягко дыша ему в шею. —Я знаю, когда пришел поговорить с тобой, просто чтобы уточнить, что ты все еще встречаешься с моим братом, она предложила мне присоединиться к вам. И она говорила не о выпивке, Ник. —Дин.- Сэм встряхнул брата.- Дин. Все нормально. —Нормально? Это не нормально. Не смей позволять этому ублюдку так с тобой обращаться, Сэмми. —Я сказал ему, что все нормально. Это были проблемы, в которые Сэм позволил втянуть себя. Проблемы, которые он сам себе создал. —Все не нормально, — Дин почувствовал потребность разозлиться за них обоих. Черт возьми, он был достаточно безумен, по крайней мере, для шестнадцати презренных братьев. —Я дал ему разрешение. Совсем недавно. Это действительно не имеет большого значения.- это была не ложь. В любом случае время было действительно относительным, и давать разрешение после факта было просто семантикой. По крайней мере, Ник, похоже, так думал, и как Сэм мог по-настоящему злиться, когда меньше часа назад он дал свое благословение. Он практически чувствовал самодовольство, излучаемое его спиной. Наверное, для всех было бы лучше, если бы Сэм не был чуть более чем мстительным. Он чувствовал себя обманутым. Он чувствовал себя сумасшедшим. Он чувствовал потребность выместить это на ком-нибудь. —Есть вещи, которые он может сделать с девушкой, но не может сделать со мной, Дин. Ему не обязательно стоять на четвереньках. Он должен быть мужественным и сильным, и все те классные и нормальные вещи, которые получают парни, у которых нет доминирующих бойфрендов.- он не мог видеть выражение лица Ника, но Сэм мог только надеяться, что оно было наполовину таким же расстроенным, как у Дина.   Не каждый день узнаешь, что в гомосексуальных отношениях ты-дно. Конечно, Сэм был шокирован, когда Ник просто сказал ему, что он будет на вершине просто потому, что он был тем, кто платил за их еду. Было бы справедливо, если бы Сэм воспользовался той же случайной возможностью, чтобы сделать такие широкие и необоснованные заявления. Что Ник собирался сделать, назвать Сэма лжецом?  —Мы встречаемся всего несколько недель. Мы не влюблены или что-то в этом роде, и если ему нужно время от времени запрыгивать в постель с какой-нибудь девушкой, чтобы он все еще чувствовал себя мужественным, то я благословляю его. Дин провел руками по волосам, потом по лицу, нервно и растерянно поморщился: —Ты серьезно? —То, что я делаю в постели, что он делает в постели — вместе или с другими людьми, на самом деле не твое дело.- он отпустил Дина, чувствуя, что опасность миновала. — Пожалуйста, постарайся запомнить это, прежде чем начнешь раскачиваться.- Сэм осторожно посмотрел в глаза старшему брату, убедившись, что Дин слышит невысказанное: «Спасибо. Я знаю, что ты хотел как лучше.» —Знаешь что? — руки Дина поднялись в воздух, все виды капитуляции.- Я не хочу в это ввязываться. Вы двое странные и грубые, и просто оставьте меня в покое. Сэм подождал секунду, прежде чем повернуться к Нику: —Ты сломал ему ребра? —Он первый ударил. —А ты хорошо выглядишь на коленях. Глаза Ника были широко раскрыты и очень бледны: — Сэм, Нет. Трудно было спрятать улыбку так, чтобы не было еще хуже: —Но я думал, что я твой любимиц. —Теперь чуть меньше. —Я мог просто позволить ему убить тебя, понимаешь? Он бы так и сделал, и я бы с радостью помог ему спрятать тело. —Я думаю, ты слишком остро реагируешь. — Думаю, тебе повезло, что ты мне нравишься, — Сэм похлопал Ника по щекам, возможно, слишком сильно. Ник закрыл глаза и нахмурился: — Ты надеешься на извинения или что-то в этом роде? —Ты отправил моего брата в отделение неотложной помощи и обманул меня. Почему ты должен извиняться? —Я обманул тебя? — Ник поднял руки, не столько для объятия, сколько для того, чтобы притянуть Сэма ближе, достаточно близко, чтобы их груди соприкоснулись, и Сэм почувствовал запах кофе в дыхании другого мужчины.- Я задал тебе честный, прямой вопрос, и ты ответил «да». —Ты спрашивал меня сегодня. Вчера вечером ты пошел напролом.- Винчестер почти не издавал звуков, шепча так, чтобы Дин не слышал. —Смотри. Прошло уже несколько недель с тех пор, как я это делал… она … Несколько лет назад я нарисовал ей сахарный череп, она девушка из Дерби, и это их логотип. Она сладко уговорила меня поехать домой, предложила купить мне выпивку в обмен. Я сказал «Да». Она появляется снова и сейчас и потом… теперь это нечто вроде постоянной договоренности. —Она… она-любовница? —Я принадлежу ей. Она даже не разрешает мне остаться на ночь.- Ник усмехнулся и поиграл со своими стежками маленьким розовым кончиком языка. — Она агрессивна, знает, чего хочет, и наслаждается этим. Мне нравится ей отдаваться. Даже если мне будет немного больно на следующий день. Так что… я подвожу ее домой, когда она попросит. Сэм покачал головой, потому что ему не нужно было все это знать. —Смотри. Я не всегда могу вернуться домой. И я уж точно не собираюсь тебя подвозить.— он слегка сжал руки. —Ты не можешь винить меня за то, что я хочу немного побыть в компании. Чего я, кстати, не сделал, все потому что твой чересчур заботливый старший братец был вынужден закатить из-за тебя большую истерику. Сэм хотел вырваться из объятий Ника. Здесь он не чувствовал себя в безопасности. —Я тоже не собираюсь извиняться. Ты можешь позвонить ей и продолжить с того места, где остановились. Нику удалось изобразить легкое смущение: — Вообще-то у меня нет ее номера. По правде говоря, я ей больше ни для чего не нужен. —Похоже, ты действительно рад этому. Ник ухмыльнулся, и швы натянулись, оставив его нижнюю губу бескровной и бледной: —Она ценит меня. —Недостаточно, чтобы дать тебе ее номер телефона или позволить остаться на ночь. —Эй! — Дин вернулся в комнату, где-то позади Сэма, и ему не нужно было видеть лицо старшего брата, чтобы понять, что тот хмурится. — Только не там, где я должен его видеть. Это все еще мой дом, и я все еще злюсь на вас обоих — Сэм оттолкнул Ника, положив руки на живот и глядя, как Дин сворачивается на диване: —Почему ты злишься на меня? —Потому что мои болеутоляющие еще не подействовали, а ты целуешь того придурка, который ударил меня по лицу. —Я тоже бил тебя по лицу.- заметил Сэм. —Ты мой брат, я должен простить тебя. Он — фаза, и мне не нужно уделять ему время, потому что он все еще встречается с девушками на стороне, и я думаю, что он мудак. —Он не приглашен на нашу свадьбу.- решил Ник. —И ты тоже.- Сэм оттолкнул мужчину еще дальше. Сэм понимал, что не должен радоваться тому, что Ник здесь. Ник был огромной проблемой. Гораздо больше неприятностей, чем он того стоил. Но он улыбался Сэму, и он не ушел с какой-то девушкой прошлой ночью, и это не должно быть фактором чьего-либо счастья, кроме собственного Ника. Печальным фактом было то, что Сэму нравился Ник. Он считал его своим другом. Но если бы это был какой-нибудь другой друг, то они бы посмеивались и подталкивали друг друга по поводу возможных завоеваний и агрессивных женщин. Сэм почувствовал облегчение. И виноватым за то, что почувствовал облегчение. И это было глупо для обоих в разной степени. Он сделал несколько шагов к лестнице: —Ник, ну же. —Куда мы идем? —Наверху, где Дин не должен следить за нами.- глаза Ника загорелись, и это была вся его улыбка. Но этого было достаточно.   В конце концов он остался на ночь, но не потому, что это было решено заранее. Сэм сидел на одном конце кровати, Ник — на другом, и они просто начали разговаривать. Говорить о самых глупых вещах. Сэм хотел знать, есть ли еще какие-нибудь дамы, ожидающие его на пороге, о которых он должен быть предупрежден. Ответ был отрицательным, но это каким-то образом привело к тому, когда в последний раз Сэм встречался с девушкой, что привело к продолжающейся борьбе, которая шла в баре с Дином, что неизбежно привело к соревнованию между тем, у кого был самый несносный брат. Они просто лежали в постели и разговаривали, разговаривали, пока оба не поняли, что уже очень поздно. Слишком поздно, чтобы Ник сам поехал домой. Это было слабое оправдание, и они оба купились на него, и это, вероятно, само по себе говорило больше, чем что-либо ещё.