Беспутье

«Rows of houses all bearing down on me I can feel their blue hands touching me All these things into position All these things we'll one day swallow whole And fade out again and fade out…». Radiohead «Street spirit» Эти здания вгоняют меня в депрессию, Я чувствую касание их холодных рук, Теперь это повсюду. Однажды мы целиком поглотим всё это, А затем медленно исчезнем…

      Джиробо дёрнулся, будто его ударили током и ослабил хватку. Наруто не мог этим не воспользоваться. Парень изо всех сил вильнул влево, высвобождаясь из цепких рук амбала с рыжим ирокезом. Неприятная боль прошлась в области шеи — остриё напильника режущей линией повредило верхний слой кожи.       — Чувак, убери ствол! Убери грёбанный ствол! — заорал Кидомару, первым вырвавшийся из оцепенения.       Он трусливо пятился назад и приподнимал руки, указывая на собственную безоружность. Джиробо, упустивший заложника, делал примерно тоже самое. И Наруто их понимал, когда Саске достал оружие, даже его сердце вздрогнуло, а кулаки непроизвольно сжались. Наруто встал возле Учихи, придерживаясь рукой за шею, из которой тонкими струйками сочилась кровь.       — Сейчас тут говорю я, так что замолкни или пущу пулю в лоб. Или твоему дружку. Или подружке, — Саске говорил серьёзно и медленно, не скрывая презрения и некого удовольствия моментом. Его рука не дрожала, плавно двигалась вместе с пистолетом от одной головы к другой. — Поэтому вы никогда больше не посмеете приблизить свои мерзкие туши ко мне или к нему, — Саске мотнул головой в сторону Наруто, — всё понятно? Валите отсюда.       — Садитесь в машину, живо.       Голос подала девушка, наблюдавшая за действом довольно безмятежно. Вероятно, она знала, что-что, а убить их сейчас не смогут, поэтому и не волновалась. Её лицо не выражало ни одной эмоции на подобии страха или недовольства. Лишь едва заметная улыбка коснулась её губ, когда двое парней наконец-то уселись на заднее сидение машины.       — Удачи, Учиха, — отсалютовала она напоследок.       Автомобиль секунд тридцать истошно кряхтел и бурчал, прежде чем тронулся с места и скрылся за поворотом. На парковке стало темно, когда источник света в виде фар уехал далеко и надолго. Наруто протяжно выдохнул.       — Придурок, — прошипел Саске, достав телефон и включив фонарик.       — Саске, блин, не свети в глаза!       Игнорируя истошные крики Узумаки, парень спустил луч света чуть ниже, открывая себе обзор на поперечную ранку под кадыком длиной около сантиметров шести.       Узумаки поморщился от столь пристального разглядывания его будущего боевого шрама. Руки были напрочь испачканы в крови, которая несмотря на несерьёзность увечья останавливаться так быстро не собиралась.       — А кто это такие? — спросил Наруто, имея ввиду шайку Кидомару.       — Забей.       Учиха нервно убрал телефон в карман и отвернулся, о чём-то раздумывая. Мешать его мыслительным процессам Наруто не хотел, Саске и так явно злился. Это было видно по рваным движениям и напряжённым мышцам. Когда молчание затянулось, а эти двое стояли всё так же неподвижно, думая о своём, Наруто не выдержал:       — Саске? Эм… — Наруто подошёл чуть ближе к собеседнику, — я тогда пойду найду Сакуру, у неё может бинт найдётся.       — Нет. У тебя есть футболка под кофтой? — холодный тон настораживал и не вселял никакого доверия.       — В смысле? Ну да, есть.       На всякий случай Узумаки приподнял кислотно-оранжевую толстовку и убедился, что футболка на нём действительно была, с логотипом любимой музыкальной группы, выстроенной в ряд на фоне грозы. В его городе никогда не проходили концерты, поэтому и мерч достать было невозможно. Но Наруто смог откопать эту вещицу в одном комиссионном магазине за сущие копейки и надевал её только по особым случаям, таким, например, как первая вечеринка.       — Оторви лоскут подлиннее и шею перевяжи. Хотя даже рвать необязательно.       — Ты с ума сошёл? Это моя самая классная футболка! — Наруто обнял себя руками, как бы защищая ненаглядную вещь. — Я пойду в дом и обойдусь без этого всего, — закончив речь, Наруто быстрым шагом направился в сторону особняка, но его крепко схватили за плечо и одёрнули назад. Сегодня с ним обращались как с безвольной плюшевой игрушкой, хватали и таскали туда-сюда и это невероятно раздражало. Узумаки толкнул Учиху в грудь, чтобы тот держал дистанцию и в голове тут же стрельнула мысль о том, что где-то рядом у него находится пистолет. Пулю получить не хотелось.       Саске сплюнул и сжал челюсть до скрипа зубов.       — Ты никуда не пойдёшь. Давай не будем портить Сакуре выходной, ладно? — говорил отрывисто, подавляя в себе желание как следует врезать Узумаки, чтоб тот начал думать головой. — Снимай футболку и завяжи на ране, у тебя все руки в крови. Не дай чёрт, ты меня испачкаешь.       — У тебя плащ кожаный, что с ним будет, — фыркнул Узумаки и начал снимать толстовку, а за ней и футболку. «А вот она будет напрочь испорчена». Пока Наруто мучился, завязывая узел сзади шеи, Саске пытался до кого-то дозвониться. Спустя попытки три ему ответили.       — Ну здравствуй… — единственное, что услышал Наруто, перед тем как Саске начал отходить, продолжая разговор.       Этот день был слишком насыщен событиями, они буквально не укладывались в голову. Действие наркотика окончательно прошло ещё на моменте, когда его схватили. Верно подмечено, что стресс отрезвляет разум. Или же опьяняет его в другом русле, вышибая клин клином. По крайней мере, Наруто так подумал, ведь до этого он никогда не пробовал ничего из запрещённых веществ и потому не мог точно знать, что всё закончилось. Отчего-то на душе стало тоскливо без необъятного чувства любви ко всему живому, которое дарила волшебная жёлтая таблетка. Но он прогнал эти мысли ещё быстрее, чем они успели сформироваться.       Туго завязанная футболка неприятно сдавливала горло. Внутреннее чутьё во весь голос кричало о том, чтобы Наруто пропустил слова Учихи мимо ушей и пошёл к людям. Там Киба и Сакура, они хоть как-то, но помогут. Но с другой стороны действительно не хотелось пугать и тревожить этих людей, мешать веселью. «Но Саске…он слишком подозрительный». Коллективным голосованием нейронов в мозгу было принято решение вызвать такси и скорее уматывать отсюда.       Однако размышления прервал режущий глаза свет одиночной фары и басистый рваный звук мотора, который, впрочем, исчез, как только водитель припарковался возле Наруто. Чёрный глянцевый байк был начищенным до блеска, словно его только что доставили из магазина. Настоящий стальной конь, разгоняющий тьму на ночных магистралях. Он стоял сейчас перед Узумаки и было ощущение, что на его поверхности вот-вот начнут отражаться звёзды, что теперь куполом висели на прояснившемся от туч небе.       — Узумаки, нам придётся немного покататься, — голос Саске, спрятавшего лицо за шлемом, не стал чем-то удивительным. Однако оспорить эффектность появления Наруто не мог. Так же, как и не мог представить, что куда-то поедет с этим человеком.       — Саске, ты извини, но я на такси до дома доеду. Знаешь, то, что ты наркоту толкаешь и носишь с собой пистолет — самую малость настораживает. Так что я пас, — Узумаки улыбнулся, в привычном жесте почёсывая затылок.       — Испугался?       Наруто был уверен, что за шлемом Саске расплылся в ядовитой усмешке.       — Да нет же, просто настораживает. Я тебя совсем не знаю. Да и напрягать не хочется.       — А кто сказал, что я собираюсь везти тебя домой? Тебя ждёт один человек, он живёт не так далеко. И нужно обработать эту несчастную царапину. Поэтому хватит мяться.       Тон Учихи был лишён всяких эмоций, отталкивал психопатичным безразличием. Наруто растерялся и не знал, что делать. Всё яснее проявлялась картина — он связался с психом, который сейчас повезёт его на какой-нибудь чёрный рынок и продаст в рабство. Желание убежать вместе с голосом разума кричали в уши сигнальную тревогу. Кто его может ждать? Зачем? Что вообще чёрт возьми происходит?       — Нет, Учиха. Я поеду домой на такси.       — Тебя никто не спрашивает, идиот, — Саске разочарованно покачал головой и вынул уже известное Наруто оружие, перебрасывая его из одной руки в другую.       — Пошёл ты нахер! — Наруто отпрянул на полметра и вскинул на него указательный палец, — ты псих и дилер. И связан с какими-то тупыми бандитами, которые хотели мне глотку вскрыть. Я. Никуда. С тобой. Не поеду.       — А ты на редкость тупой наркоман. Пойми, мне абсолютно посрать на тебя и на твои сдвиги. Один человек хочет с тобой увидеться и убедиться, что твоя трусливая задница в порядке. Так что, если ты хочешь действительно остаться «в порядке», не выводи меня из себя и садись, — всё также флегматично проговорил Учиха, буквально констатируя факты. Наруто ни разу не слышал от Саске фразы длиннее, чем эта. Учиха резко остановился играть пистолетом и одним быстрым движением снял его с предохранителя, как бы делая последнее предупреждение.       — Какой же ты ублюдок, — выдохнул Узумаки, запуская руку в волосы. И обречённо продолжил: — Дай напишу Кибе, что я уехал.       Саске кивнул и убрал серебристый пистолет обратно. Наруто нервно сжимал телефон и некоторое время боролся с тем, чтобы написать что-то вроде: «Киба, было приятно с тобой познакомиться, ты классный чувак» или «Киба, если я завтра не объявлюсь — звони в полицию». Он даже напечатал последнее в сообщении, но всё же стёр. Волновать приятеля проблемами, да ещё и в такой форме — отвратительно. Отправив короткое «Не ищи, я уехал домой», Наруто кивнул Саске.       — Надень мой плащ. Холодно будет дико. А у тебя одна кожа да кости.       — Отвали, — прошипел сквозь зубы Узумаки. — Кто именно меня ждёт?       — Я предлагал, — пауза на секунду, — сначала перекидываешь правую ногу и кладёшь ступню на эту «педаль», затем садишься, крепко меня обхватываешь и ставишь вторую ногу. К глушителю не прикасайся, если не хочешь, чтобы подошва расплавилась.       Наруто проделал каждый шаг инструкции, сев от Саске на приличном расстоянии. Байк слегка пошатнулся. Обнимать парня не хотелось, однако других видимых устройств для удержания Наруто не нашёл.       — Саске, к кому мы поедем? — ещё раз повторил Узумаки.       — К другу.       Мотор взревел без предупреждения, не оставив Узумаки и шанса спросить что-то ещё. Мотоцикл стремительно набирал скорость, заставляя Наруто откидываться назад. Ледяной воздух бил в лицо, в слезящиеся глаза и проникал под толстовку. Но самыми первыми замёрзли руки, вцепившиеся в Учиху, как в спасательный плот после крушения Титаника. Саске затормозил перед выездом на главную дорогу.       — Засунь руки в мои карманы, а то отвалятся.       И снова движение, скорость которого намного превосходила предшествующее. На просёлочной дороге Саске только разминался, сейчас же можно было действительно повеселиться. Сердце Наруто дрогнуло, и он со всей силы зажмурил глаза, забывая о всякой гордости и как можно ближе прижимаясь к Саске. Он почувствовал, как «отмороженные» руки постепенно теряют хватку и по итогу послушал совет, засунув их в чужие карманы, а заодно пригнув голову за спину Учихи. Так было намного лучше. Узумаки начал привыкать и решился открыть глаза, наблюдая за проносившимся со скоростью света ландшафтом. Холодно и правда было дико. Первые минут десять, а дальше всё замерзло до степени окоченения — ничего не чувствовалось. Уже второй раз за этот день (и жизнь в целом) он гонял по трассе с немного долбанутым знакомым. И сейчас, не сдавленный наступающей паникой, Наруто начал чувствовать некоторый кайф от происходящего. «Тот странный зелёный чувак из школы точно сказал бы про силу юности». Да, прекрасная сумасшедшая юность: двое на мотоцикле, спутанные белёсые волосы и бешеная скорость, превышающая все ограничения.       Счёт во времени потерялся за чередой поворотов и коттеджных посёлков, в одном из которых они остановились.       — И почему я раньше не знал, что у меня есть друзья с такими домами? — протянул Наруто, разминая мышцы после долгой поездки.       Это не помогло, зато зубы начали потряхивать от холода. «Заболеть ещё не хватало». От сердца Узумаки немного отлегло, по крайней мере его не привезли в лес, не расчленили где-то по дороге, а добросили до вполне людного местечка. Хотя если его начнут пытать в подвале, вряд ли это кто-то услышит. Шея, обвязанная футболкой, предательски заныла.       Саске пошёл первым. Поднёс палец к биометрическому сканеру отпечатков, после чего с писком открылась калитка, пропускающая в переднюю часть двора. На крыльце загорелись огни, работающие по датчику движения и Наруто смог получше рассмотреть фасад дома. Этот коттедж из белого кирпича был раза в три меньше дома Сакуры, но всё равно считался довольно большим, по мнению такого простого человека, как Наруто. Треугольная крыша, два этажа, всё в лучших традициях уютного немецкого городка — избито, но мило.       — Входите, — тихий голос, донёсшийся из приоткрытой двери, обратил внимание Наруто на себя. Совсем непохожий на голос убийцы или работорговца (какой вообще у них голос?). Узумаки прошёл в дом за Саске, аккуратно прикрывая массивную белую дверь. Где он вообще? Что он делает? Чей это дом? Почему он на это согласился? Единственное, что он знал — тут было не холодно. Тепло приятно прошлось по колющимся конечностям.       — Наруто, доброй ночи. Давно тебя не видел.       Оставив в покое дверную ручку, Наруто обернулся, чтобы наконец-то увидеть лицо новоявленного «друга». Лицо, очень похожее на рожу Саске, только лишённое типичного Учиховского недовольства и злорадства. Оно было спокойным, с невыраженной улыбкой. Хотелось сказать, что он не видел его вообще ни разу, но промолчал и похлопал глазами. Теперь незнакомец маньяка напоминал намного больше, чем раньше: взгляд какой-то пустой и улыбка казалась выдавленной через силу. Наруто не осознавал, что со стороны выглядит как загнанный в угол зверёк. Это вызвало у Саске приглушённый смешок, после чего он покинул прихожую. Наруто и незнакомец остались одни. Узумаки в любой подозрительный момент был готов сорваться и выбежать из дома, заранее зная, что это не имеет никакого смысла, хотя бы из-за сканера отпечатков на калитке.       — Саске сказал, что ты ранен, — начал вдруг незнакомец, но Наруто его перебил:       — Кто Вы такой? — Узумаки постарался выровнять голос и осанку, но получилось неважно.       Мужчина напротив него был родственником Учихи. Их выдавали идентичные чёрные волосы и глаза. Правда у незнакомца локоны были длинные, ниже лопаток и собранные в низкий хвост. Казалось бы, обычный человек, которого потревожили посреди ночи, в поношенной домашней одежде, усталый после рабочих будней, чуть растрёпанный и помятый. Из всей картины выбивались лишь массивное кольцо на безымянном пальце правой руки. Мужчина проследил за взглядом Наруто и стянул с себя украшение, пряча в карман. Спустя некоторое время Наруто не смог бы точно сказать, видел ли он его или показалось.       — Давай посмотрим твою шею. Доверься мне, я правда твой друг.       Злополучное «доверься мне» проехалось по ушам металлическим скрежетом и отдалось неожиданной головной болью, настолько резкой и неприятной, что Наруто не смог сдержать надломленный сиплый выдох. Незнакомец внимательно смотрел на парня секунд двадцать взглядом, лишённым всяких эмоций и всё-таки подошёл ближе к Наруто, положил руку на плечо и повёл вглубь дома. На секунду к Узумаки пришла мысль, что его отравили каким-то газом, притупляющим сознание, но постепенно боль начала сходить на нет, оставляя после себя что-то, что сложно описать словами. Чувство, находящиеся между всепоглощающей пустотой и мятежной яростью. И прежде, чем оно затаилось в глубине души, Наруто понял, на что всё это так отчаянно было похоже. «Стена». Там, где-то на задворках подсознания, он увидел ещё одну стену.       Когда Наруто пришёл в себя, он понял, что сидит на диване и незнакомец снимает с его шеи футболку. Развязав узел, мужчина передал её в руки Наруто и начал осматривать ранение. Парень не сопротивлялся, почему-то сил становилось с каждой секундой всё меньше и меньше. Как по зову судьбы в гостиную зашёл Саске, держа высокий гранёный стакан в руке, доверху наполненный водой. Он протянул его Наруто и тот жадно впился в стеклянную поверхность, разом выпив содержимое. Незнакомец нахмурился и легко подхватил Узумаки за подбородок, направив непроницаемый чёрный взгляд прямо в мутные зрачки «пострадавшего».       — Что ты ему всунул?       — МДМА. Но он сам захотел, — Саске пожал плечами и завалился на диван, откинув голову на спинку. Из-под полуприкрытых глаз он наблюдал за тем, как незнакомец обрабатывал рану Наруто и накладывал бинт. Узумаки заметил это и хотел что-то сказать, но моральных сил не нашлось.       — Рана не глубокая, скорее царапина, заживёт, но шрам может остаться, хоть и едва заметный. Как себя чувствуешь?       Наруто медленно обрабатывал полученную от мужчины информацию и наконец выдавил:       — Ну, как-то…       — У него отходняк, всё нормально. Буду давать ему полакать водички, — Саске хмыкнул, не меняя положения тела. Вскоре Наруто повторил за ним и также прилёг на мягкие подушки дивана.       — Если об этом узнают, Саске… Этого не должно повториться.       — Зато было очень даже весело.       После этой фразы, двое удалились, оставив Наруто в полном одиночестве и выключив свет. Нынешнее состояние Наруто полностью не удовлетворяло. Тело и сознание были вялыми и медлительными. Хотелось вернуться к чарующей эйфории, что сопровождала его несколько часов назад, но она ушла, не оставив ни следа магии после себя. Прикрыв глаза, Узумаки не заметил, как заснул, утомлённый непривычно длинным днём.       Сон отпускал его не спеша. Было непривычно просыпаться не от будильника Джирайи, который звенел даже в выходные. И всё же, где будильник? Наруто резко распахнул глаза и от увиденного чуть не упал с кровати. Незнакомой и чужой кровати. Здесь царила мрачная атмосфера из-за завешенных шторами окон, через которые свет не имел возможности проникнуть в комнату, которая ничем интересным не отличалась, словно номер в гостинице: двуспальная кровать, две тумбочки по её бокам, торшер в углу. Всё было какого-то мутно-серого цвета, даже постельное бельё. Это неосознанно портило и без того не самое жизнеутверждающее настроение Наруто. Радовало одно: он живой и видимо вред ему здесь действительно не собирались причинить, раз помогли с раной, уложили спать и несколько раз приносили воду посреди ночи. Стало слегка неловко, но это чувство быстро прошло, сменившись другим. Взор устремился на тумбочку, где лежал его телефон. Вчера он ничего не сказал Джирайе по поводу того, что не вернётся домой.       Наруто разблокировал устройство и выдохнул слегка облегчённо. Пропущенный от опекуна был в единичном экземпляре. Мама на его месте позвонила бы раз пятьдесят без преувеличения, а уже затем начала бы терроризировать полицию. Сообщений несколько. Последнее также от старика:       «Веселись».       Узумаки рассмеялся, увидев смайлик в конце текста. Выглядело это как предупреждение об убийстве. Он решил перезвонить опекуну, когда будет в городе. Автором следующих смс являлся Киба. Все они пестрили огромным количеством описок, иногда понять некоторые слова не предоставлялось возможным. Его приятель вкушал все соки алкоголизма, когда отправлял это. Примерный смысл сообщений заключался во фразе:       «Как ты мог меня бросить? Спокойной ночи!». Таким образом, то что должно неминуемо испоганить настроение Узумаки, подействовало наоборот.       Послышался стук. Наруто ожидал, что сейчас дверь откроется и в неё кто-то войдёт, но этого не произошло. Зато повторился звук, и парень выкрикнул короткое: «Войдите!» В комнату зашёл знакомый незнакомец, держа в руках дымящую кружку.       — Доброе утро, Наруто. Как спалось? Я не знал, что ты предпочитаешь, но сделал кофе с сахаром, — протянул кружку мужчина и направился к окнам, чтобы наконец пролить свет в помещение. А после сел на прикроватную тумбу, почти напротив Узумаки.       — Доброе. Вполне неплохо, ведь я думал, что до утра не доживу. И я, если честно больше всего люблю чай с молоком, но спасибо, что хотя бы не убили, — язвительно проговорил парень.       Мужчина не сдержал коротко смешка в кулак. Правда при дневном свете он уже и не казался мужчиной, в том смысле, что он будто был всего на несколько лет старше Наруто. Но его раскрывали морщинки у переносицы и в уголках губ, таких не бывает у двадцатилетних.       — Саске так тебя запугал? Да, у него довольно хмурое выражение лица, — задумчиво произнёс незнакомец и дополнил: — Чай с молоком значит. У тебя специфичные вкусы.       — Да, хмурое лицо и пистолет делают своё дело, знаете ли, — Наруто слегка подул на поверхность напитка и отхлебнул, почувствовав характерный кофейный вкус. — Мой отец всегда пил чай только так и меня приучил. Вы же знали его, верно?       — Как ты догадался?       — Отец работал в столице. Больше вам неоткуда знать обо мне. Но как Вас зовут и кем Вы приходитесь Саске? Вы точно родственники.       — Я не могу тебе ответить на эти вопросы. Пока что, — он дождался пока Наруто кивнёт: — Сегодня вы с Саске кое-куда съездите.       Узумаки встрепенулся и протестующе замахал перед собой свободной рукой:       — Что? Нет-нет, мне надо домой. Обо мне будут волноваться, я ночью не ночевал и не сказал никому.       — Это не займёт много твоего времени, — незнакомец улыбнулся, перехватывая пустую кружку из рук Наруто и скрываясь за дверью.       Узумаки нахмурил брови. Ему это всё не нравилось, в особенности, из-за того, что ему не предоставили как такового выбора. Видимо это у Саске с незнакомцем семейное. Он постарался как можно аккуратнее заправить кровать, натянул свои рваные чёрные джинсы, заменил одолженную, судя по всему, у Учихи футболку на родную толстовку. Наруто чувствовал себя неуютно, хотелось, как можно скорее вернуться домой, но вместо этого пришлось сновать по чужому жилищу в поисках ванной комнаты. ***       Саске взял машину у незнакомца. Так Наруто ехать было привычнее, чем на байке. Не экстремально, зато тепло, удобно и трусливо прижиматься ни к кому не надо. Молчание было напряжённым, по крайней мере так казалось Узумаки, который в прострации смотрел в потолок автомобиля. Бежевый и бархатный. Саске же сидел рядом на водительском сидении и одеколоном источал какие-то восточные благовония на весь салон. Наруто точно оказался на душном рынке у отдела с пряностями и рассыпным чаем. Приятного мало.       — Ты со всеми такой доверчивый? — произнёс Саске и не удосужился скосить взгляд на Наруто.       Это было неожиданно после получаса полной тишины, не прерываемой даже музыкой. Да и вопрос странный, почти возмутительный.       — О чём ты?       — Ты меня не знаешь. Ты не знаешь куда мы едем и зачем. Ты не знаешь ни о чём вокруг. Как слепой котёнок.       — Я говорил тебе это всё вчера, но ты стал угрожать пистолетом. Был бы выбор — я бы тут с тобой не сидел и никуда не ехал, — фыркнул Наруто и сложил руки на груди в жесте полного негодования. Он доверчивым и наивным себя не считал, просто подсознательно понимал, что Саске не сделает с ним ничего плохого. Хотя бы потому, что он обычный школьник. И Сакура не стала бы встречаться с головорезом. — И вообще мог бы просветить меня, если я такой тупой, о, проповедник истины.       — Проповедник? Да, именно им я и являюсь.       Звучало безапелляционно. Наруто недоверчиво приподнял бровь, ожидая продолжения, которого не последовало.       — Это ведь всё как-то связано, да? Тот чувак — твой родственник. И он знал моего отца. Папа влез в какие-то долги? И теперь вы будете меня мучить, пока я не отдам всю сумму?       Учиха приложил ладонь ко лбу, видимо жалея, что вообще начал вести диалог. Он выглядел чуть менее готично, чем вчера на вечеринке и Наруто вдруг понял, что тот всего-навсего снял свой чёрный плащ Ван Хельсинга и смыл макияж.       Узумаки смотрел выжидающе и нервно дёргал ногой. Саске скосил на трясущуюся ногу собеседника испепеляющий взгляд. Наруто это заметил и продолжил с двойным усердием, размышляя о том, что Саске наверняка хочет её сломать.       — Тебе проводили экскурсию по столице?       — Эм… — Наруто растерялся, — нет. Я только с классом сюда приезжал лет семь назад. Видел скалу основателей, мэрию, центральную площадь. А что?       — Что ты знаешь о Мэре?       По урокам современной истории Узумаки помнил, что Шимура Данзо — второй по счёту правитель Конохи после Войны и канцлер государства, который пришёл к власти около двадцати пяти лет назад. С начальной школы детям внушали уважение и чувство страха к столь великому человеку, однако далёкий от политики Наруто относился к нему примерно никак. Ну есть и есть, сидит где-то в сердце столицы, обладает неограниченной властью, наверняка богатый донельзя.       Наконец парень ответил:       — Мэр? Ну, Данзо-сама по сути управляет не только городом, но и всем государством. Не особо разбираюсь в политике, но кажется в своё время он поднял страну из руин. К чему ты всё это спрашиваешь, Учиха?       — Мне сказали показать тебе плоды его правления, — флегматично ответил Саске и в противовес тону, расплылся в дьявольской ухмылке.       — Кто сказал? Чёрт, мой отец что-то не поделил с самим Мэром? Вы вообще в курсе, ребята, что дети не отвечают за проступки родителей?       — Слишком много вопросов, слепой котёнок.       — Пошёл ты, придурок. У тебя правда на лбу написано, что ты мудак.       — У меня всё ещё есть пистолет.       Ехали долго и какими-то извилистыми затерянными дорогами. Читая таблички с надписями, Наруто догадался, что они объезжают город по периметру, и стоял вопрос, зачем они это делают. Узумаки достал телефон из заднего кармана джинсов, пару-тройку секунд разбираясь в ремне безопасности. Несмотря на лесную местность, связь ловила более, чем хорошо, потому парень включил GPS и заглянул в приложение с картами, дабы проверить местонахождение. Однако Наруто заинтересовало не оно, а планировка всей столицы, открывшаяся крупным планом. Город представлял собой довольно чётко очерченный треугольник с «лучом», исходящим из вершины. Вся эта странная фигура, напоминающая то ли метлу, то ли недоделанный пацифик, была со всех сторон окутана непроходимым лесом. Он отделял Конохагакуре от остальной страны густой живой границей. Красная стрелочка их транспорта миллиметр за миллиметром двигалась к центру.       В машине незнакомца можно было проводить операции, настолько всё находилось в идеальной чистоте и стерильности. Даже в швах кожаного сидения отсутствовали малейшие соринки, а на стекле разводы. Ненароком Наруто вспомнил и кристальную поверхность мотоцикла Учихи, записав данный факт в мыслях как ещё одно доказательство родственных уз этих двоих.       Они въехали в город, который на первый взгляд выглядел точно также, как и миллионы других. Улочки домов, расстояние между которыми стремились к нулю, кафе и продуктовые магазины с непримечательными при свете дня вывесками, люди с висящими на локтях из-за ненадобности зонтами. Светофор мигнул пару раз и остановился на красном цвете, останавливая движение.       — За последние года город неплохо поменялся, — произнёс Саске, когда загорелся зелёный свет, машины тронулись, приближаясь к шоссе, — правда ночью это выглядит куда эффектнее.       Двигатель зашёлся утробным звуком и Саске вывернул руль вправо, пристраиваясь в одну из шести полос. Перед глазами развёрнутой панорамой открылся другой мир, подобный которому можно было отыскать в фантастических фильмах или книгах. Наруто присвистнул. Многоуровневые дороги схлестывались друг с другом над его головой, здания соревновались между собой в оригинальности и высоте. Одно закручено спиралью, другое из-за специальных каркасов кажется левитирующим в воздухе, третье держит на вершине огромную «хрустальную» ласточку, которая распахнула крылья в предстоящем полёте. Каждое процентов на восемьдесят состояло из стекла. Наруто придвинулся ближе к лобовому стеклу, оттягивая ремень и внимательно всматриваясь в проносящиеся небоскрёбы. Живя в «деревне» он и представить не мог, что в его родной стране технический прогресс продвинулся до такого уровня. Вдалеке показалась возвышенность, которую Узумаки смутно помнил. В памяти пронеслись небольшая площадь и белое здание с колоннами, что представляло собой Мэрию. Сейчас же они стремительно приближались к гигантской, в этажей пять, золотой сфере, расположенной между двух колец — орбит.       — Насмотрелся?       — Ещё нет! — выпалил Наруто, когда автомобиль уже стал заворачивать в обратную сторону, скрывая от глаз парня здание — шар, а вскоре и прочая красота центра города скрылась из виду, превращаясь в сгусток серых улиц. — Как же там красиво, — выдохнул он наконец, расплывшись на сидении и восхищённо улыбаясь. Он вернётся сюда позже и внимательно рассмотрит каждый шедевр архитектуры.       — Да. Гордость нашей страны. Настоящая сокровищница. Достояние нации. Перечислять дальше?       — Теперь отвезёшь меня домой? — спросил Наруто, проигнорировав пропитанную сарказмом речь Учихи.       — Мы даже не приблизились к месту назначения. ***       Время клонилось к полудню, а дорога с каждым последующим километром пути становилась хуже и хуже. Учиха не предпринимал попыток начать разговор, как и Наруто, на телефон которого одно за другим посыпались сообщения от Кибы, который, судя по всему, только недавно проснулся. Наруто принялся их читать.       — Открой карту.       Наруто недовольно уставился на Учиху, сжимая в руке гаджет довольно старой модели: сенсорный, но небольшой и толстый, потрёпанный постоянным использованием и с вереницей трещин на стекле. Наверняка, подобного телефона четырёхгодичной давности больше не выпускают, почти раритет. Парню тон Саске не нравился, он будто приказывал выполнить что-то в сию секунду. Но с другой стороны Наруто понял, что ему в Учихе не нравится буквально всё. Кроме, быть может, его картины и его девушки. И он мог придираться ко всему, что говорил или делал Саске, ведь Наруто отчаянно не понимал, как Сакура связалась с этим хамом и психопатом, который успел отравить его жизнь за один день общения. Да, Саске считался красивым по девчачьим меркам: симметричное лицо, прямой острый нос, чёрные волосы и бледная кожа — эталон слащавости и приторности. Но разве красота могла затмить его надменность, вечный негатив или, наоборот, тотальное безразличие? Да ещё и талантлив, безусловно талантливее Наруто, особенно сейчас, когда он и наброска сделать не может. Узумаки не любил это чувство, вяжущее в груди, он презирал его в себе и других. Но сейчас он не мог с этим ничего сделать. Он завидовал и злился, но не на собственные мысли. На Учиху, что выжидающе поглядывал на него. Наруто открыл уже использованное в этот день приложение и нехотя кивнул.       — Видишь центральное кольцо? Мы находились в его сердцевине. От неё исходят три основных луча, — Саске говорил, не отрываясь от дороги.       — Это очень странная структура. Похоже на рогатку, только между разветвлением лес, а затем ещё один кусок города, обособленный от всего остального.       — По сути, эти пять частей — большие районы, способные существовать автономно друг от друга. В каком из лучей ты живёшь?       — В нижнем правом, который намного длиннее.       Наруто слушал внимательно, переводя взгляд с экрана на Саске и обратно. Дорога тем временем стала невыносимой, асфальт постепенно сменился на гравий. Цивилизация скрылась за стволами деревьев.       — Это очевидно, потому что в твоём районе живёт большинство людей из рабочего класса со средним достатком. Тот, что слева, короткий — район успешных предпринимателей и олигархов. Именно там проходила вчерашняя вечеринка.       — И твой родственничек там живёт. В центре, видимо, обитель Мэра? И наша школа. А что в верхнем луче и в этом отрезанном ото всех куске? — спросил Узумаки, поднося телефон ближе к Саске и тыкая в интересующее его место пальцем.       — В верхний луч проезд запрещён. Вероятно, в нём находятся какие-то военные и научные базы под покровительством Мэра. В последний район ехать тоже нельзя, но мы направляемся именно туда. Местные называют его Окраиной. Из-за настолько чёткого деления большинство людей никогда не выйдут за пределы этих участков, просто незачем. Если ты из Окраины или с Рабочего, то ты не сможешь переехать в другое место или устроиться на работу не в своём районе. Только по особому указу или разрешению Мэра.       — Но выходит, что я из Рабочего, но учусь в Центральной школе.       — Особый указ или разрешение Мэра. По-другому никак.       Саске старался объезжать ямы, но удавалось это далеко не всегда. При каждом неудачном манёвре он коротко ругался себе под нос, наверняка не замечая, что говорит вслух. Наруто вовсе забыл о сообщениях Кибы, погружаясь в размышления обо всём сказанном ранее.       Они с Джирайей практически перестали видеться на буднях. В разное время просыпались, в разное время приходили домой, в разное время ужинали и в разное время ложились спать. Но Наруто всё равно не мог понять, почему старик не рассказал ему настолько важные вещи. Отчего его посетила мысль, что Саске шизофреник или параноик, который на ходу придумал всю эту историю с районами и явным классовым неравенством.       Часть Конохи под названием Окраина встретила парней пустотой и грязью переулков. Кирпичные коробки домов налегали друг на друга, как криво собранный конструктор «Лего», изрисованные непристойными граффити. Саске припарковал машину у одиноко стоящего здания с вывеской «Школа №4», с выбитыми стёклами и дверью. Наруто вышел наружу первым и поспешил закрыть нос рукавом. Здесь бесплотным облаком стоял омерзительно пахнущий зеленоватый смог, режущий глаза и забивающий ноздри. На деревьях полностью отсутствовали листья, они казались засохшими палками, воткнутыми в песочную серую землю. Мозг не соображал. Наруто не понимал, как это место могло быть столицей. Это параллельный мир, не настоящая реальность, которая не имела права существовать.       — Саске, не говори, что здесь живут люди, — сказал Узумаки и начал оглядываться по сторонам, боясь увидеть хоть одно живое существо. Постепенно смеркалось, но ни в одной из многоэтажек не загорался свет. Отсутствовала динамика жизни или какое-либо её подобие, обычно проявляющееся в шастающих людях, машинах, ветре. Район находился в тотальном запустении.       — Живут, — коротко ответил Учиха, что внимательно наблюдал за реакцией Наруто.       Тот резко обернулся и несколько раз похлопал ртом, пытаясь сформулировать и выпустить слова. Но в нём что-то замкнулось от шока. Как здесь может кто-то жить, если даже дышать тут выходит с большим трудом?       — Нет, не может быть.       — Живут. И взрослые, и старики, и дети. Правда ведут другой образ жизни.       — Как же…это не город, это…руины.       — Веди себя тише, мы здесь находимся не совсем законно.       Наруто запустил руки в волосы и пытался собрать мысли в кучу. Может только один квартал находится в настолько плачевном состоянии, а Саске захотел его чем-то запугать? Он пошёл вперёд, ускоряя темп шага и после вовсе сорвался на бег, вглядываясь в кривые дома с заколоченными окнами и мусорными свалками возле дверей в подъезды. На обветшалых стенах крупными буквами встречались надписи с потёками краски. «Нет спасения грешным душам», «и город стал могилой нашей», «как счастливо я жил, пока ты не сделал это». По спине прокатились мурашки. Он остановился и хрипло задышал, всматриваясь в переломанную детскую площадку, признать которую получилось лишь из-за валяющегося металлического каркаса от сидения качелей. Земля на этом участке была обугленной и убитой. На секунду показалось, что вонь прогнившего мусора сменилась не менее удушающим запахом гари. Поблизости, среди безжизненных веток шиповника, валялся испачканный сажей резиновый щенок с румяными щеками и наверняка надоедливым пищащим звуком. Парень не рискнул потянуться за игрушкой через закостенелые колючки кустарника.       Обратно Наруто возвращался, опустив глаза. Дыхание сбивалось, а лёгкие мечтали вытолкнуть из себя удушающий воздух. Саске ждал его внутри машины, откинувшись на кресло и закрыв глаза.       — Может хочешь ещё посмотреть?       Саске сидел всё в той же позе, не собираясь в ближайшие минуты трогаться с места и как бы давал Наруто время подумать. Его лицо в привычной манере напоминало камень, но это нисколько не тронуло Узумаки. Кого мог волновать Учиха, если целый район с людьми разлагался заживо, в то время как в центре всё лучилось изобилием и достатком. А Наруто думал, что его родной город — настоящая дыра. Но он ни в какое сравнение не стоял с ужасом, царившим на Окраине.       — Надо ехать, не хватало только патрулю попасться, — полушёпотом произнёс Саске самому себе. Он громко выдохнул и повернул ключ зажигания, заводя машину. Вскоре злополучный лес скрыл за собой неприглядный кусок Конохи.