Сборник. Strong coffee.

      Жизнь в школе всегда проходит по одному и тому же кругу: скучные уроки, ленивые перемены и последний урок физкультуры, на котором происходит все самое интересное. Так произошло и сегодня. Т/и училась в 9 классе и, как все девочки, вступившие в переходный возраст, сохла по мальчикам из последних и последний классов. Её любовью уже как два года был семнадцатилетний Эйдан Галлахер — не совсем высокий, худой и до безумия красивый парень, особенно была прекрасна его светлая улыбка, которая сводила с ума многое колличество девушек. Каждую перемену шатенка ходила по коридорам школы, ища причину её бессонных ночей и дикого биения сердца. Она не решалась подходить к нему и познакомиться, потому просто любовалась со стороны, незаметно наблюдая, как он общается с друзьями или учит очередной параграф, стоя одиноко в углу. Он был идеален всем: своими музыкальными и притягательными руками, которые аккуратно держали книгу и перелистывали страницы, каштановые волосы, блистающие на свету, добрые и открытые всему миру глаза неизвестного оттенка, совмещающего в себе зелёный и серый и губы, к которым хочется прикоснуться и раствориться в нежном поцелуе. "Боже, Крейтон, хватит по нему слюни пускать! Просто подойди и поговори! Нельзя, он взрослый и знаменитый актер, у него, скорее всего, уже есть спутница. По такому, как он мечтает не то что школа, в пол города девочек! Хватит мечтать о Луне, живя на Нептуне. Вы из разных вселенных. Ты — обычная и скучная школьница, которая до сих пор спит с мягкими игрушками. Он никогда не посмотрит на такую, как ты." Прозвенел звонок. Сейчас физкультура — самый весёлый и желанный урок девятиклассников, потому что именно им учитель разрешает включать музыку на своих колонках и баловаться с турниками, а все потому, что в классе Крейтон учится сын физрука и последний разрешает сыну шалости на своем уроке, а следовательно, свобода дозволена и всему классу. Забегая в раздевалку, Т/и достает из пенала резинку, убирая передние пряди в маленький хвостик сзади. — Т/и, сейчас придет 11 класс! Мы будем заниматься со старшим классом! — Хватая подругу за плечи, воскликнула рыжая и высокая девушка с загорелой кожей и большим количеством веснушек на лице. — Клер, если ты хотела дать мне мотивацию заниматься, то она не очень удачная. — Шатенка была расстроена из-за собственных мыслей на перемене и не имела желания веселиться на этом уроке. — Я правду говорю! Нам учитель сказал! — Рыжая продолжала радоваться и трясти подругу, пытаясь вбить в нее эту информацию. — Хорошо, я тебе поверю, но, пожалуйста, успокойся. — Отстраняя от себя одноклассницу, Крейтон направилась на выход из раздевалки. Открывая дверь, девушка сразу увидела Эйдана, разговаривающего с друзьями и пытающегося отбиться от фанаток с 9 класса. Сердце зеленоглазой начало бить чечётку, а в голове загудело от шока и, резко захлопнув дверь, Т/и упёрлась на деревянную поверхность спиной не желая, чтобы кто-то ещё зашёл в маленькую комнату для девочек. Девушка посмотрела на свою подругу с шоком и испугом в глазах. — Я туда не пойду. — Резко сказала Т/и, пытаясь уровнять дыхание. — Почему? Это твой шанс! Целых 45 минут на то, чтобы познакомиться с Галлахером! — Нет! Я не пойду туда! Я не хочу с ним знакомиться! — Страх все больше и больше заполнял тело девушки, она не хотела раскрывать свои чувства. Вдруг, он посмеётся и отвергнет? Ведь, тогда она не переживет такого позора и не сможет продолжать учиться с ним в одном здании! Это будет катастрофой! — Т/и, — рыжая заметно стала серьезной и подошла к подруге, смотря той в глаза, — я знаю, это страшно, но, поверь, лучше выпустить из себя чувства, признаться, потерпеть поражение и погрустить какое-то время, чем мучаться всю жизнь и позволять эмоциям съедать себя изнутри. — Крейтон затронули эти слова, а ведь Клер права. Лучше выпустить и постепенно остывать, чем сгорать внутри. — Ладно… Я пойду. — Неуверенно ответила Т/и. — Но, подходить к нему я не буду! — Как твоей душе угодно. Девушки вышли в зал, где уже стоял её класс в строю. -Девочки, вы знаете, что опаздывать нехорошо? — Подал голос недовольный учитель, подходя к девятым классам, когда старшие стояли у стены, ожидая заданий. Т/и мельком посмотрела в сторону Эйдана и столкнулась с ним взглядами, сердце забилось чаще, а ладони стали влажными из-за волнения, ведь он смотрит на неё и будет видеть, как она занимается. -Простите, пожалуйста, мы не могли найти резинку для волос, чтобы убрать волосы. — Выкрутилась из ситуации Клер. -Носите ваши аксессуары на руках, а не в портфелях, и не будете пол урока искать. — Мистер Джонсон дунул в красный свисток, привлекая внимание всего спортзала и призывая послушать его указания. — Сегодня, так получается, что нам поставили совместный урок, а значит, придется делить спортзал между собой. Я предлагаю такое решение: девятые уходят к бревну, тренируясь выполнять переходы в паре, а одиннадцатые на турники, сдавать зачёт по подтягиваниям. — Все молчали и спокойно кивали головами, соглашаясь с учителем и все разошлись по своим местам. Т/и с Клер пошли к высокому и не особо широкому бревну, планируя занять его первыми, но их опередили парни, быстро запрыгивая на деревянную поверхность, начиная там дурачиться, словно обезьяны в зоопарке. Девушкам ничего не оставалось, кроме как сесть на скамейку, стоящую одиноко у стены, и ждать, когда мальчики успокоятся и освободят снаряд. Русая села, забираясь с коленями на скамью, подгибая к себе колени и заметила, что на нее пристально смотрят, повернув голову в сторону десятиклассников, девушка увидела, как парни разговаривают, подтягиваясь на железных турниках, а девушки активно сидят в телефонах в дальнем углу зала, но не было ни одного человека, который бы смотрел на неё. Но, ведь Т/и чувствовала, что на нее пялятся! Неужели показалось? Клер разлеглась вдоль скамьи, головой ложась на белые кроссовки одноклассницы. — Балдёж. — Сказала рыжая, расслабляясь, позволяя рукам упасть на пол, а ногам лежать на скамейке. — И не говори. — Школьница была напряжена. Она не хотела ни при каких условиях забираться на бревно, ведь она очень сильно боялась высоты, настолько, что даже метр от земли казался ей целым километром. Упадет и опозориться не только перед старшим классом, но и перед Галлахером. Последний же выглядел задумчиво и не очень активно поттягивался, переодически останавливаясь, чтобы поговорить с друзьями. Когда парень повернул голову и посмотрел в сторону скамьи, на которой отдыхали девушки, то встретился взглядом с Т/и, мило улыбаясь ей. Девушка покраснела, смущённо выдавливая из себя улыбку и отворачиваясь, лишь бы не видеть его взгляда. Вдруг, в Крейтон прилетела черная и влажная ткань, закрывая собой всё происходящее в спортзале. — Эй! — Т/и, разозлившись, стянула со своего лица, по всей видимости, футболку, смотря на высокого и подтянутого одноклассника, который был единственный с голым торсом и красовался перед девочками из старшего класса. -Подержи. Всё равно сидите, ничего не делаете. — Сказал брюнет, не поворачивая голову в сторону девочек. — Ты совсем охренел? — Разозлилась рыжая, вставая с места, собираясь дать этому мерзавцу промеж ног. — Вам сложно что ли? — Парень все-таки соизволил повернуться к одноклассницам, делая недовольное лицо. — Твоя футболка, сам за ней и следи, имбицил недоношенный! — Клер, покраснев от злости, вырвала из рук ничего не понимающей Т/и футболку и швырнула в лицо обидчику. -Ах, ты мразь! — Брюнет был в гневе и, в порыве ярости, выкинул свою вещь в сторону, подходя к Клер, собираясь ударить. — Нейтон, нет! — Крейтон подорвалась с места, вставая между подругой и парнем, за что в итоге получила не слабый удар в нос. Глаза моментально заслезились, а спинка носа начала адски болеть, схватившись за место удара, Крейтон попыталась встать, чуть не падая затылком о подоконник, но её подхватили сильные мужские руки, прижимая к пахнущему одеколоном телу. -Т/и! Девочка моя! Зачем ты полезла?! Он тебе нос сломал? — Клер вырвала из рук парня подругу, обнимая ту за плечи и прося убрать руки с лица. — Нейтон, живо к директору! — Прокричал в ярости учитель, после удалился из зала вместе с не менее злым обидчиком. Крейтон не издавала не звука, она не хотела сейчас видеть всех и вся. День был официально испорченный. Получила в нос, так ещё и опозорилась перед любовью всей жизни. Позор! Какой позор! -Т/и, пошли к медсестре, у тебя кровь! — Ещё больше испугалась рыжая, собираясь отвести подругу я другой кабинет, но девушек остановил старшеклассник, мягко забирая из рук Клер трясущееся тело девятиклассницы у себе. — Я отведу, не против? — Спокойно спросил Эйдан, держа обе руки на плечах у шокированой девушки. — А…я то не против, как бы. А…Т/и, ты пойдешь с ним? Крейтон нервно закачала головой в знак согласия:"Ведите, куда хотите, только не пяльтесь на меня, пожалуйста.» Эйдан аккуратно взял на руки девушку, уходя из спортзала, где стояло большое колличество шокированных школьников.       Эйдан нёс маленькое и хрупкое тело русой по пустым коридорам школы, переодически посматривая на ее лицо, спрятанное в бледные ладошки. — Голова не болит? -Н-ет. — Уже лучше, значит, сотрясения не будет. Но Нейтон, конечно, урод, ударить такое прекрасное создание, как девушку. — Попытался поддержать Т/и парень. Внутри Т/и сейчас происходил настоящий апокалипсис: волнение и переживание сменяли радость и счастье то того, что Галлахер назвал её прекрасным созданием, физическая боль сменялась моральным дискомфортом от стыда и смущения, сердце пропускало слишком много ударов за минуту, готовое вот вот остановиться, ведь носителя этого сердца сейчас доставляет к кабинету медсестры сам Эйдан Галлахер! — Ты в порядке, кроме носа, конечно? — С ноткой тревоги спросил парень. — Да, вроде бы. — Крейтон попыталась успокоиться, но всё обернулось крахом, ведь слезы не переставали течь из глаз толь от боли, толь от счастья. -Хей, не плач! Не нужно стыдиться такой незначительной вещи, это Нейтону стоит страдать от стыда и просить у тебя прощение ближайший месяц. -Да, ты прав. — Крейтон взбодрилась, но убрать руки от лица не решалась, она не хотела сталкиваться взглядом с шатеном и, чтобы он видел её заплаканное и окровавленное лицо. — Не знаю, будет ли тебе легче оттого, но, раз уж такая ситуация, то я имею возможность сказать, что я знаю про твои чувства. — Сердце забилось с удвоеной силой, а в голове загудело, словно она вот вот потеряет сознание. — Кто? — Эти три буквы были самыми тяжёлыми в жизни Т/и, ведь рот отказывался нормально произносить слова, а язык не слушался, словно больше не был частью тела девушки. — Сам догадался. Это было довольно просто. Поверь, это абсолютно нормально и не постыдно. Мы все влюбляемся, даже я — не исключение. — У тебя есть… девушка? — Руки начали понемногу трястись, а в лёгких предательски было мало кислорода. У него уже есть любовь? Получается, что Крейтон его никогда не интересовала, а все взгляды были лишь её фантазией? — Нет, я полный волк-одиночка. — Вот и дверь медсестры. Три тихих стука и открывающаяся дверь. — Здравствуйте, у нас на уроке физкультуры девочку в нос ударили.       Девушка сидела на медицинской переноске, шипя от боли. Медсестра уже обработала рану спиртом и нанесла специальную мазь, после заклеила нос пластырем. — Рана не столь серьезная, дышать можешь спокойно, а пластырь постарайся не снимать недели две, или же сама приклеивай дома новый. — Хорошо, спасибо большое. Вдруг на телефон женщины поступил звонок, после которого медсестра произнесла: — Мне нужно до директора сходить. Т/и, посиди здесь, подожди нас, пожалуйста. Будем с Нейтоном разбираться. Эйдан, если хочешь, можешь идти. — Спасибо, я пресмотрю за Т/и. — Как хочешь. — На этих словах женщина покинула кабинет, закрывая за собой дверь. В светлой комнате остались только они, каждый сидел, думая о своем. — Эйдан…я, — неожиданно подала свой голос русая, смотря смущённо в пол. — Спасибо, что донес до сюда и поддержал по дороге. — Всегда рад помочь. — С улыбкой ответил парень, смотря на красивое тело девушки, сидящее напротив него. — Т/и. — Да? — Девушка заметно напряглась, не решаясь поднять голову и посмотреть на Галлахера. — Закрой глаза, пожалуйста. Девушка выполнила просьбу, ожидая дальнейших указаний, но, за место этого, получила мягкий и нежный поцелуй в нос. — Чтобы заживало быстрее. — Эйдану явно нравилось, что сейчас происходило с девушкой: у нее краснели щёки, были поджаты розовые и вкусные на вид губы, а глаза все ещё были закрыты. Парень, резко выдохнув, поддался вперёд, беря щёки Крейтон в свои ладони и целуя её, страстно, бережно и жадно. Её губы открылись от немого шока, неумело и неуверенно отвечая на действия Галлахера, а само тело застыло в растерянности и шоке, боясь даже пальцем пошевелить. Эйдан продолжал напористо сминать губы русой, прижимая её лицо как можно тесно к своему, одну руку заводя за затылок Т/и, зарываясь в мягкие и, выбившиеся из хвостика, волосы, к которым он мечтал прикоснуться уже очень давно, засыпая с мыслями о ней. Кислорода было чертовски мало и обоим пришлось отстраниться, а Крейтон все ещё сидела неподвижно, боясь даже сделать глубоких вдох перед парнем. Эйдан прижался своим лбом ко лбу девятиклассницы, шепча ей в самые губы: — Ты и представить не сможешь, как сильно я мечтал попробовать их. — Погоди, — Крейтон нерешительно подняла голову, смотря в глаза парню, — ты… любишь меня? — Больше всего, что есть у меня. Люблю до потери пульса, до мурашек по коже. — Воодушевленно прошептал парень, увлекая ещё больше шокированную Т/и в новый поцелуй, более нежный, мокрый, чувственный и желанный.