темпы изменений

So Good — Dove Cameron

«С волнением вовсе не нужно бороться, главное — сменить его полярность с отрицательной на положительную. Сформировать пригодность к актерской деятельности — одна из важных задач актера, к этому относятся и преодоление волнения перед публикой, и эмоционально регулятивные способности.» Феликс опускается на кресло, поглаживая подол своего платья. Он играет свою роль слишком хорошо и это так нравится. Сон Гён тоже не плоха, подмечает, что парень улыбается себе под нос. Вот только его улыбку темноволосый напротив воспринимает на свой счёт и сам начинает улыбаться, летая где-то в своих мечтах, завороженный красотой девушки. Атмосфера в гостиной, для почти чужих людей, слишком семейная. Феликс обводит взгляд семью Хван. Помимо темных волос у них очень много общего и дело даже не во внешности. Они настолько легки в общении, что становится неловко. Хван Юджин о чем-то перешептывается с Ли Сан Юном, посмеиваясь и обильно жестикулируя. Женщины, кажется, тоже нашли общий язык, расхваливая своих детей будто те какие — нибудь статуэтки или дипломы, о которых нужно рассказать всё до последней мелочи. Лишь Феликс и Хёнджин молчат, рассматривая друг друга с разных углов. Блондин думает о том, будет ли больно разбить сердце такому красавчику как он, а темноволосый — как заполучить такое драгоценное сокровище как эта девушка в свою коллекцию. Он даже обещает, что будет дорожить блондинкой больше чем другими, а может и выкинет других из своей жизни, чтобы подарить всего себя только ей. Ему нравится такой контраст — белое и чёрное. Кофе с молоком? Он даже не хочет думать, что белый — это плохо, ведь если смешать его с чёрным, то последний утратит свой прежний цвет, становясь простым серым, ничем не отличающимся от других. Нет. Ведь быть с ней — не только угроза для него, но и для неё тоже. Они будто должны дополнять друг друга. — Может выйдем? — так и не дотронувшись до еды говорит вдруг Хёнджин, взяв инициативу в свои руки. Феликс косится на светловолосую женщину, которая легко кивает, разрешая выйти из гостиной, но сразу же напоминая о том, чтобы не задерживались надолго, ведь еда остынет, а им обязательно нужно поесть. — Идём. — блондин встает со своего кресла и направляется к выходу. Хёнджин следует где-то позади. Ликс оборачивается только тогда, когда после них закрываются двери гостиной. Он вопросительно смотрит на темноволосого, не понимая, что он задумал, но тот молчит. Его рука вдруг касается её запястья и тянет в сторону выхода. Блондин молчит, не зная как на такое реагировать. — Я видел у Вас в дворе беседку. — кидает ему, даже не обернувшись. — Лучше посидим там. Подальше от наших — они будут подслушивать. — Но там, наверное, холодно. — Феликс тянет на себя, вдруг останавливаясь, а Хёнджин, не ожидая этого, чуть не падает на блондина, вовремя выравниваясь. — Я возьму пледы. Ликс в спешке удаляется куда-то, переводя дыхание. Берëт в гостиной два пледа, которые, так кстати лежали на диване. Но вдруг телефон во внутреннем кармане вибрирует, и блондин быстро вытягивает его. Звонит Чан. Он как чувствует, что Феликс с Хёнджином наедине. Блондин пытается разговаривать тихо и кратко, чтобы никто ничего не услышал, но парень слишком много хочет знать, поэтому обещает, что расскажет все позже, когда точно будет уверен, что никто не будет подслушивать. — Взяла. — блондин кивает на пледы в своих руках. Хёнджин, как настоящий мужчина, сразу же забирает их с рук блондина, и, ловя того за запястье, снова ведёт за собой. Феликсу роль девочки на побегушках как-то не по душе, но он ничего не говорит. Пусть ребенок ещë побалуется, полюбуется им, а потом будет выкинут в мусор как старая тряпка. Блондин снова возвращается к мыслям о том, что чувствуют такие красавчики как он, когда их бросают, ведь Хёнджину найти другую девушку вовсе не проблема, в этом блондин уверен точно. Даже думает, что, если бы был настоящей девушкой, был бы не против развлечься с ним разок. Темноволосый пропускает блондина вперёд и тот сразу же усаживается на кресло. Всё его тело пробивает дрожь и только он протягивает руку за пледом, как темноволосый вдруг набрасывает на её плечи плед, закутывая в него полностью. Жест доброты? Феликс улыбается сам того не понимая. Ему вдруг нравится такая забота. Хёнджин присаживается на кресло рядом, укутываясь в теплое одеяло тоже и поворачиваясь к блондину. Смотрит неотрывно, любуясь. Плед укрыл Феликса почти полностью, скрывая фигуру и оставляя для глаз темноволосого только блондинистые волосы, темно-карие глаза и маленькие тонкие губы. — Ты выглядишь… волшебно. — немного охрипшим от волнения голосом выдает Хёнджин и сразу же краснеет. — Спасибо. — тихо отвечает Феликс и отводит глаза. Они сидят молча несколько минут, думая каждый о своем. Хёнджин откинулся на спинку кресла, осматривая двор с другого ракурса. Феликс любовался темноволосым, его ладонями, пальцами, которые нашли свое место на коленях парня. Белая сорочка, выглядывающая из-под пледа, выглядела таинственно. Блондин не мог оторвать глаз, будто так всë и должно быть. — Смешная ситуация. — Хёнджин вдруг повернул голову к Феликсу, встречаясь с ним взглядом. — Мы совсем незнакомы, но уже являемся потенциальными невестой и женихом друг для друга. — И правда. — блондин вдруг вспоминает об этом и на сердце тяжелеет. — Когда я только узнал о тебе, — темноволосый громко сглатывает, слишком громко для этого мира. — думал, что ты не понравишься мне и я смогу вернуться домой с чистой душой и найти кого-нибудь другого, ведь желающих много. Феликс ухмыляется. Хёнджин слишком откровенен. Его как будто распирает от правды, которую тот всё время держал в себе, а теперь может высказаться. Блондин молчит, смотрит изучающе на парня рядом, мысленно оставляя заметки о его слабостях, обещая себе использовать их против темноволосого позже. — Но теперь, как бы странно это не звучало, мне не нужен никто. — он немного склоняет голову, приближаясь к Феликсу ближе и понижая голос до полушëпота. — Теперь меня интересуешь ты. — Что? — Ликс теряется от этих слов. Серьезно? Он настолько быстро понравился ему? О боже, этот Хёнджин хоть каплю гордости имеет? Так быстро признался, что на душе становится тошно. Или это ещё не всё? Может он просто пытается подшутить над ним, ведь в их семье, как он заметил раньше, такое поведение — норма. — Что слышала. — вдруг выдает темноволосый и возвращается в прежнее положение, вглядываясь куда-то вдаль. — Что это только что было? — Феликс решает не отступать. — Ты милая, но немного глупая, наверное. Ликс вдруг громко фыркает, вставая с своего кресла, но Хёнджин ловит за запястье и снова сажает назад. Темноволосый скользит рукой немного вверх, но, как будто передумав, возвращается к ладони, немного сжимая её и поглаживает большим пальцем костяшки, от чего у блондина по коже табуном бегут мурашки. Феликс смотрит на движение руки с небольшой опаской, но вдруг понимает, что не доверяет ему. Хёнджин не такой, каким сейчас хочет показаться ему, и он не понимает для чего эта вся игра. — У меня раньше никогда не было отношений. — тихо говорит блондин и ловит на себе удивленный взгляд. Кажется, жертва уже в сетях. — Правда? Феликс кивает, переводя взгляд на парня рядом. Хватка на руке слабнет, а позже и вовсе пропадает. Блондин непонимающе смотрит на темноволосого. Он будто был на крючке, но уже нет. Сорвался? — Это так странно. Может с тобой что-то не так? — Может. — Ликс смеётся, прикрывая ладонью рот, от чего он кажется ещё больше незащищённым и Хёнджина от этого ведёт. — Значит я буду первым? — вдруг осознает темноволосый и в беседке становится тихо. — Почему же? Может и не ты. — Ага, да, конечно. У тебя есть ухажёры помимо меня? — Да, ты думал, что один такой? Хёнджина вдруг передёргивает от мысли, что кто-то ещё может посягнуть на это чудо, которое сидит рядом с ним. Нет, ни за что. Пусть даже не думают. Товар раскуплен — лавочка закрыта. Идите искать своё где-то далеко отсюда. Темноволосый мысленно бьёт себя по лбу, вспоминая о том, что должен был сделать ещё тогда, когда они вошли в беседку. — У меня есть кое-что для тебя. — Хёнджин тянется к карману штанов и вытягивает совсем крохотную коробку, протягивая Феликсу. — Что это? — блондин недоверчиво щурится, но всё же берет в свои руки подарок, открывая. Внутри оказывается маленький серебряный браслетик. Хёнджин наклоняется к Феликсу, помогая застегнуть его на запястье, и возвращается назад, осознав, что хотел бы зайти чуть дальше. Настолько близко к Феликсу, чтобы ловить его дыхание своими губами, впиться в его чувственные тонкие губы и терзать их до крови, чтобы больно было обоим настолько, насколько приятно. К реальности его возвращает милый писк блондина, который под тусклым светом рассматривает подарок, улыбаясь самой яркой улыбкой. — Нравится? — Конечно. Я же выбирал. — ухмыляется парень, пробуя держать серьезный вид, но внутри уже во всю растекается. — Так часто даришь подарки, что стало привычкой? — вдруг подмечает Феликс. — У тебя совсем никакой реакции. — блондин мило дует губки, от чего Хёнджин ещё больше умиляется этой бусинке. — Нет, раньше почти никому не дарил. Не видел смысла, ведь все скачут в кровать уже после первого же свидания. Не было никакого интереса делать ещё что-то для них. — наклоняется ближе темноволосый и шепчет, как будто по секрету. — А ведь ты — другое дело. Я дарю тебе это не потому, что хочу дарить, а только для того, чтобы ты помнила о том, что получила его от меня. — Мне не нужны подарки от тебя, Хёнджин. — впервые блондин назвал его так и у темноволосого натурально спирает дыхание. Он закрывает глаза, наслаждаясь чувством, которое вдруг разлилось где-то внутри. — Нет, ты не поняла, Ликси. — Хёнджин наклоняется ещё ближе и уже в самые губы шепчет. — Я потакаю своим желаниям. Я делаю подарки не для твоего, а для своего удовольствия. Чтобы чувствовать, что ты моя. — и вдруг оставляя лёгкий поцелуй на губах Феликса, отстраняется. — Хван Хёнджин! — блондин возмутительно вскрикивает. — Что ты себе позволяешь? — Успокойся, Ликси. Я же не девственности тебя лишил. Всего лишь поцелуй. И то детский. Если бы хотел, мог бы прямо тут разложить тебя на столе, но, как видишь, не делаю этого. От такой откровенности у Феликса краснеют щеки. Он касается губ, вдруг вспоминая поцелуи с Чаном и ему становится жаль. Он будто бы предал его. — Ты всего лишь потакаешь своим порочным желаниям, Хёнджин. Ничего больше. — уже тише говорит блондин и опускает глаза куда-то вниз. Хёнджин видит это и не может не поддаться своим желаниям и не коснуться блондина ещё раз. Он протягивает руку к лицу Феликса и поднимает его, оборачивая к себе. — Да, Ликси, это можно назвать именно так. Я не знаю насколько порочны мои мысли относительно тебя, но мне они нравятся и я хочу, чтобы и ты приняла их. — О боже, Хёнджин, — вдруг улыбается блондин. — хватит уже этих сцен из дорам. — Как ты узнала? — смеётся темноволосый, убирая руку и прикрывая глаза от стыда. — Ты немного переигрывал. Совсем немножечко. — Феликс поддерживает смех парня рядом, оба громко хохочут над этой ситуацией. — Но ты хорошо подыграла. — Спасибо. — блондин встаёт со своего кресла, скидывает плед и низко наклоняется, все ещё смеясь. — Укутайся в плед обратно. — пробуя успокоиться, говорит Хёнджин. — Замëрзнешь ведь. — Хорошо-хорошо, будущий муж. — Феликс даже не замечает, как говорит последние слова и ему становится немного не по себе. — Даже так? — лицо Хёнджина вытягивается в удивлении и неверии. — Ну хорошо, будущая жена. — и хохочет дальше уже с серьезного вида блондина.

***

Dancing With Your Ghost — Sasha Sloan

Первое, о чем подумал темноволосый перед тем, как его голова коснулась подушки — это то, что уже не нужно суетиться как белка в колесе. Все уже свершилось. Контакт с Ликси настроен. Процесс запущен. Теперь нужно просто не перегнуть палку и держать планку, потому что есть риск остаться в конце без сладкого. Ему нужно свидание. И главное, чтобы оно произошло не в доме семьи Ли. Хёнджин вдруг сорвался с кровати, ища сумку и проверяя на наличие водительских прав. Неожиданная мысль посетила его, заставив искать ещё тщательней. У него есть привилегия — папина машина, которую ему точно дозволят использовать в благих намерениях. Он нащупал в сумке твердую карточку и облегчëнно вздохнул — все его опасения не оправдались. Хёнджин уселся на кровать, обдумывая план побега. Ему нужно сначала спросить Ликси не против ли она, а потом уже думать, как уговорить папу отдать машину и куда отвезти девушку. Он снова притянул к себе сумку, вытаскивая небольшой блокнот, который повсюду таскает с собой, чтобы записывать что-нибудь если потребуется. Эта привычка заимствована у папы. Хёнджин вообще во всём пытался быть похожим на старшего Хвана. Когда в школе говорили о кумирах, он говорил о папе; когда он чего-то не знал — сразу шёл к Юджину расспрашивать. Он доверял ему больше, чем просто папе. — Помни о нашем свидании завтра вечером. — прошептал Хёнджин, записывая слова на листке. Он оторвал лист от блокнота, запихивая по привычке последний с ручкой в задний карман штанов. На цыпочках подобрался к двери, открывая её и оглядывая коридор. Пусто. Хёнджин помнил куда заходила Ликси. Сердце опускается куда-то далеко вниз, когда он подходит к двери, останавливаясь и приседая на носочках. Темноволосый уже хотел пропихнуть листочек под дверь, как вдруг услышал голос девушки. — Чан, не волнуйся. — какой-то нервный смех. — Лучше подумай о том, куда ты хочешь сходить, когда мы увидимся на следующей неделе. Хёнджина снова передëргивает, прям как в тот раз в беседке, когда Ликси сказала, что он не единственный претендент на её сердце. Темноволосый повторяет сказанное раньше имя Чан несколько раз, будто пробуя на языке. Мужское. Кулаки сжимаются с такой силой, что пальцы начинают хрустеть. Он вдруг резко вытягивает блокнот, записывая что-то и вырывает страницу, запихивая ту под двери, громко стуча по двери и быстро удаляясь в свою комнату. Руки так и чешутся ударить по чему-нибудь. Хёнджин не привык бороться за девушек. Это же так смешно. Нужно, наверное, вовсе не иметь гордости, если борешься за какую-то девчонку. Лучше уже позвать её куда-то на ужин, показать кошелёк, набитый деньгами, и все — она твоя. Но Ликси — немного другое дело. Ее невозможно поразить деньгами, украшениями или машинами — она имеет все это. Значит нужна настойчивость. Хёнджин откидывается на постель, злобно улыбаясь. Она делает большую ошибку, вызывая в парне чувство ревности. Даже если она этого не хотела, даже если не знала об этом. Поздно уже. Теперь Хван настроен серьёзно. Этот Чан позже тоже поплатится за то, что позарился на его девушку.

***

Неожиданно раздался сильный стук в дверь. Феликс вздрогнул, роняя телефон на пол. Взволнованный голос Чана раздался где-то снизу, но блондин неотрывно смотрел на белый лист, который лежал около двери. Раньше там его точно не было. Феликс осторожно подобрался к нему, поднимая. Красивый почерк и такие гадкие, как думает парень, слова: «Сохрани свою болтливость до нашего свидания! Меня раздражает, когда ты говоришь с другим парнем!» Смешно. Феликс хмурится, несколько раз, перечитывая, и возвращается к телефону, в котором вовсю кричит Чан. — Тихо! — повышает голос блондин, чтобы заткнуть парня хоть на секунду. — Он такой собственник. — Кто? — непонимающе спрашивает. — Хван Хёнджин… — кажется, Феликс отчётливо услышал, как захрустела челюсть по ту сторону. Чан молчал и это напрягало ещё больше. — Думаю, пора идти спать, пока никто не услышал наш разговор. Блондин не хотел, чтобы Чан знал об этом коротком письме и о том, что Хёнджин подслушал их разговор. От последнего Феликсу становится жутко страшно. А что если он услышал что-то лишнее, не предназначенное для его ушей? — Хорошо. Сладких снов. — и не дождавшись ответа, Чан отключается. Блондин в недоумении откладывает телефон. Чан тоже большой собственник и неизвестно, кто из них больший. Но что будет делать с ними Феликс, когда всё зайдет слишком далеко? Он не уверен нравится ли ему Чан и точно знает, что никогда не сможет быть с Хёнджином. Дело даже не в том, что последний не знает правды, нет. Он просто видит в темноволосом только «одноразовый купон на наслаждение», ничего больше. Хёнджин не создан для серьёзных отношений и Феликс это понимает. В душ, на кровать и снова в телефон, чтобы полазить немного в Инстаграме и проверить ленту новостей. Его однокурсники женятся, рожают детей и улетают за границу, а он всё сидит тут. Застрял в этом чёртовом доме. На сердце становится теплее от мысли, что он будет свободен после того, как семья Хван уедет. Феликс сможет уехать с Чаном куда захочет и может даже никогда не вернётся. Хотя кого он хочет обмануть? Он не оставит своих родителей. Пусть они были безответственными в плане его психологического здоровья, но он никогда не был обделëн любовью. На экране вдруг выскакивает оповещение, и Феликс даже немного теряется: «@hyunjinluv подписался (-ась) на ваши обновление.» Говорят, что фотографии в социальных сетях могут рассказать о человеке намного больше чем то, каким он пытается представить себя перед вами. И Феликс верит этому, ведь инстаграм-страница парня своеобразная. Хёнджин любит селфи и фото в зеркале. И много-много одинаковых фотографий с разных ракурсов, но темноволосый не использует фильтры, чем очень радует блондина. А ещё Феликс находит несколько фотографий с какой-то девушкой. Под фото сердечки, а в комментариях много хороших слов от незнакомых блондину людей, но понятно одно — они пара. Были парой или есть сейчас? Но если это даже и в прошлом, зачем до сих пор хранить фотографии в своем профиле? Феликс снова берет записку от темноволосого в руки и перечитывает. «Сохрани свою болтливость до нашего свидания». Свидания? Блондин злится. Но почему? Из-за нескольких фотографий с девушкой? Нет. Точно нет. Феликсу не нравится этот тупоголовый Хёнджин, который даже не удосужился удалить фотки со своей девушкой из своего профиля перед тем, как приехал к нему. Но почему-то ощущает колючую ревность и это злит ещë больше. Феликс вдруг решается на дурное. В других случаях он точно бы этого не сделал, но, кажется, ревность дурманит похуже алкоголя. Он вскакивает с кровати, снимает всю свою мужскую одежду, надевает лёгкий халат и, распустив волосы, расчёсывает их. Наносит тонким слоем красную помаду, чтобы выглядело максимально натурально. Подкрашивает ресницы и в последний раз смотрит в зеркало. Для маленькой истерики, которую он хочет устроить одному придурочному, выглядит идеально. Феликс знает, где поселили Хёнджина, поэтому сразу же направляется туда. С комнаты доносятся звуки музыки и смех парня. Блондин несколько секунд не решается постучать. Может это действительно плохая идея? Но к черту всё. Подносит к двери кулак и несколько раз тихо постукивает. Слышится шорох, что-то падает. Хёнджин матерится, а потом все же открывает дверь. Дальше всё, как в фильме. Ступор, молчание, понимание, кто стоит перед тобою, и Хёнджин вдруг ловит Феликса за локоть и затягивает внутрь своей комнаты, закрывая за ним дверь. Блондин подмечает, что у темноволосого, наверное, какой-то фетиш на таскание за собой людей. — Не ожидал тебя тут увидеть. — ухмыляется парень и притягивает Феликса к себе. Но блондин пришел не ради этого. Он вдруг бьёт ладонью по груди Хёнджина, выскользнув из его рук и отступив на шаг. — Ты… — тычет пальцем в парня напротив. — Как ты посмел приехать сюда? А? Темноволосый стоит в недоумении, смотрит в глаза блондина неотрывно и, кажется, даже немного злится от непонимания происходящего. — У тебя есть девушка, для чего же ты приехал сюда? Не хватает одной? Решил ещё и другую завести, чтобы был полный комплект? — Феликс кажется взаправду теряет самообладание, потому что руки чешутся, чтобы ударить по этой самовлюблëнной морде. Понимание к Хёнджину приходит мгновенно и он даже немного теряется. В полутьме, между двумя вдруг нарастает напряжение, укреплённое молчанием и ещё чем-то, но ни один, ни другой пока не хотят вникать в суть этого. Пусть будет, со временем разберутся. Темноволосый вдруг ловит себя на мысли, что хочет поменять метания по девушкам на некую стабильность и желание остаться только с этой истеричкой. И эта мысль его немного пугает. — Тебе пора кое-что понять, маленькая. — Хёнджин подступает к Феликсу на шаг, вдыхая полной грудью аромат блондина. — Если бы эта девушка что-то для меня значила, я бы не приехал. — Тогда почему ты не удалил те фотографии?! Почему они до сих пор в твоём инстаграме? — Феликс уже чуть не плачет, задыхаясь от злости, которую пытается удержать в себе. — Завтра поговорим об этом. — Хёнджин утыкается носом в плечо блондина, оставляя едва уловимые поцелуи и крепко обнимая за талию. — А если я против ехать куда-либо с тобой? — взволновано шепчет Феликс, ощущая чужие губы на своём теле. — Тебя никто не спрашивает, Ликси. — скользит пальцами по руке блондина и затрагивает подаренный браслет на запястье, о котором тот уже и забыл. — Ты не сняла его, а значит теперь моя.