Минуя страх и боль

-- Значит...Это ты подставила Японию? ,-- парень смотрел на девушку, у которой были синие волосы и зелёные глаза. Конечно, волосы покрашены, а зеленые глаза - это линзы. Одета была девушка в черную толстовку, с принтом белого пса. -- Агась ,-- кивнула на вопрос парня. Сам парень был брюнетом, глаза карие. Одет был в белую рубашку, с черным галстуком, и в такого же цвета брюки. -- И..это из-за тебя многие в Киото погибли? -- Аха ,-- улыбнулась девушка. Парень вздохнул, облокотившись об стол ,-- Что ж, Нацу, теперь задам тебе вопрос...Ты согласен сотрудничать с ИГИЛ-ом? -- Для начала, ответь пожалуйста, как ты этих двоих уговорила? ,-- девушка на вопрос закатила глаза. Спрятала руки в карманы толстовки и положила ногу на ногу. -- Согласись на сделку, потом отвечу. -- Если откажусь - убьешь? -- Конечно ,-- потихоньку выставляя из кармана пистолет, говорит девушка. Нацу снова вздохнул. Сам же виноват. Удалил ту информацию о том, что страны покинут этот мир через год. А эта девушка, зовут ее кстати Мисао, заметила это. Девушка на самом деле была помощницей Японии. Одевалась всегда строго, только когда уходила, одевала что то уютное, домашнее ,-- Да брось, Нацу..Не стоит так сильно переживать! Твоя сыворотка, может помочь ему с выполнением плана.. -- Окей...,-- сдался парень. Девушка лучезарно улыбнулась, похлопывая ладонями ,-- Так ответишь? -- Хах! Я, тому, кто изнасиловал Беларусь, сказала, что заплачу огромную сумму денег, если он это сделает. А деньги ему были нужны..Жена его, как раз заболела Раком, последняя стадия у неё вроде. Врачи говорили, что ей кранты, но тот был упрям. Вот и... -- А второй? -- Ай, да он все сделает ради Японии. Уж лучше скажи, как ты смог их прах найти-то? -- Хмм...Расскажу тогда, когда встречусь с ИГИЛ-ом... *** Прошло два дня. Ничего не изменилось, даже ИГИЛ перестал что-либо делать. Но, люди пропадали. А новость о Японии шокировал всех, кроме России. Он не хотел слышать о ней что-либо. Ему сейчас важнее Беларусь и Казахстан. Первая чувствует себя в безопасности только если рядом с ней ее семья. Своей охране она перестала доверять, и не ест почти ничего, лишь пьет воду. А также спотыкается об собственную ногу, когда вспоминает ту сырость и ту боль. Ночами плачет, обнимая Россию или Украину. Не выходит на улицу, а на незнакомых мужчин смотрит с ужасом. Что касается Казахстана...Он говорит, что все с ним хорошо, когда на самом деле, это не так. Он все также улыбается Российской Империи, но тот знает, что улыбка эта фальшивая. Империя хочет попросить прощения, но не знает как подобрать слова. Казахстан все также улыбается, поет тихо колыбельную Беларуси, когда у той кошмары. Все в семье её поддерживают, а Казаху говорят, чтобы тот был сильным. Он же мужчина. Он должен быть сильным. Они-то не знают, каково это, потерять крылья. Они их не имели. Для Казахстана, крылья были неким напоминанием, что он свободный, независимый. Теперь их нет. Свободы, значит, нет? Парень лишь пел тихо у себя в комнате, грустно улыбаясь. Он хочет плакать. Но не может. Он хочет кому то выговориться. Он хочет рассказать о своих чувствах. Но не может. Боится. Жаль, что домбра сломана. Не починить её. *** Япония; Больница. Жертв больше миллиона, Киото теперь заражен, там тихо, очень тихо. Недавно в Киото царила жизнь, теперь, можно было назвать его кладбищем. Земли заражены, жертв много, а остальные японцы были шокированы этой новостью. Япония гнила в больнице, корчась от боли. Руки и ноги болели, органы будто выворачивались наизнанку. Было внутреннее кровотечение, а белоснежная кожа начала гнить, иначе говоря, начала обретать неестественный, темный цвет. Было больно. Очень больно. Япония плакала, пока доктора доставляли выживших. У них были ожоги, кто-то остался без глаза, кто-то без руки. И, о боже, кто-то остался без обеих ног... Выживших больше тысячи. Конечно, доктора принимали меры предосторожности, до того, как помочь больным. Видя страдания своих людей, японка невольно вспоминала и своего отца, умершего от радиации в 1947 году. Тогда-то японка поняла, что и страны могут заболеть смертельной болезнью, но будут живы еще как минимум два года. Не выдержав, Япония выходит из больницы. Во всем виноват КНДР. Япония, невзирая на боль в области почки, шла к себе домой, перед этим успев взять с собой бинты. Во всем виноваты эти двое Япония злилась, в этот раз не на себя, и не на своих людей, а на КНДР и ИГИЛ. Они оба союзники. Хотели убить ее. Раз хотят уничтожить ее, то пусть делают, что хотят! Ответить им тем же можно. Они заплатят. Япония прокашлялась, открывая ключом дверь своего дома. Но, как оказалось, она была открыта. Кто-то проник в её дом? Сигнализация не сработала? Девушка проверила камеру видеонаблюдения, которая была в углу, она была отключена. Класс, кто-то камеру отключил. Приготовившись к опасности, девушка медленно потянула дверь на себя. Дома была тишина, но чувствовалось некое напряжение. Шагнув внутрь, Япония оглядывалась по сторонам. Все еще тихо, лишь пол под ногами немного скрипел. Повернув направо, японка шла медленно, сжимая в руках ключи. Она не могла забыть запереть дверь, просто не могла. А камеры работали еще вчера. Кто-то проник в дом. Возможно, воры, но сигнализация не сработала. Это может чья-то шутка? Японцы часто шутят на разные темы, устраивают порой смешные, порой страшные розыгрыши. Можно сказать, пранки. Япония раздвинула сёдзи, входя в свою комнату. Помещение было просторным, здесь не было кровати, лишь шкаф, где находилось несколько одеяний девушки. В комнате даже не было кровати, Япония всегда спала на футоне. Было слишком тихо, что раздражало девушку. Да, она почти с детства росла в одиночестве, в тишине, но все же в этой тишине, что-то скрывалось. Что-то злое и непонятное. А интуиция почему-то подсказывала, что бы девушка сбежала из этого дома. Послышался позади скрип пола, и Япония резко обернулась, готовясь ударить незнакомца. Но тут же остановилась, как только увидела синие волосы. Япония уже хотела была сказать, что Мисао ее напугала, как тут же почувствовала боль в голове. Возможно, прошло тридцать минут, а то и часа, но Япония все же медленно открыла глаза. Голова не болела, что странно, ведь она отчетливо помнит удар в ее голову. Она помнит, кто это сделал, но не может поверить своим глазам. Почему Мисао вырубила ее? Еще и ударила чем-то тяжёлым. Девушка хотела дернуть рукой, но послышался лишь звук цепей. Японка теперь заметила, что привязана к стулу. Помещение, где она находилась, было светлым и пахло чем-то жареным. Вкусно пахло, честно говоря. Мебели всякие стояли и в углу, и перед окном. Комната сама была очень чистой. Затем, Япония поняла, что находится у себя же на кухне. А перед плитой стоял брюнет, что-то напевая. Он обернулся, как только услышал звуки цепей, и Япония узнала, кто перед ней стоит. ИГИЛ. Но, почему он здесь? Как он сюда попал? Мисао помогла?! Но, страна не давала ей доступ к ее дому. Лишь одному человеку...Нацу...Он мертв? Его убили? Это ИГИЛ сделал? Или же..сама Мисао? Нет, нет, нет! Она же ведь с ним хорошо общалась, почему она должна его убивать? Украла доступ к ее дому? Этот вариант самый логичный. И возможно, это правда. -- Hmm, you've been out for an hour. I had to cook something, otherwise I was hungry (Ты была в отключке час, пришлось что-то приготовить, а-то проголодался) ,-- говорит парень, улыбаясь. Мисао села за стол, достав телефон из кармана. Раздались шаги у входа на кухню, затем на пороге стояли...Сирия и Нацу. Что за хрень? Что они тут делают?! Они пришли ее спасти? Нет, стоят и выглядят так, будто это их самый обычный день. Неужели, они работают на ИГИЛ-а? Нет, нет, нет, это же невозможно! Нацу, когда про ИГИЛ-а начали говорить, он сразу же его невзлюбил, а на земли Сирии этот террорист первым напал! Какого хрена!? От шока Япония даже не знала что и говорить, да и боль в руках и в ногах давала о себе знать ,-- So let me tell you why I came here (Итак, давай ка я тебе скажу, почему сюда пришел) ,-- начал ИГИЛ, поставив тарелку с жаренным мясом и с рисом перед Японией, и перед союзниками. Когда девушка почувствовала этот вкусный запах, то поняла, что была тоже голодна. Не ела же ведь два дня... ,-- You know, I need an army for something.. and your army is just right for that goal! Your technologies are also well developed..(Знаешь, мне нужна армия для кое-чего..А твоя армия как раз подходит к этой цели! Еще и технологии у вас хорошо развиты..) ,-- быстро, четко и ясно говорил ИГИЛ. -- Do not even hope (Даже не надейся) ,-- рыкнула Япония. ИГИЛ на это лишь посмеялся, иногда глядя на Сирию, который не вмешивался в разговор, только поедал приготовленную еду. Рис кстати был пресным, но мясо было хорошо приготовлено. -- If you are against ... Then I will have to destroy your lands even more! Thank you Misao for letting my people infiltrate your military bases.. ( Если ты против...То мне придется еще больше губить твои земли! Спасибо Мисао за то, что дала моим людям проникнуть в твои военные базы..) ,-- ИГИЛ положил руки на ее плечи. Мисао на этот жест никак не отреагировала, лишь что-то писала в телефоне. Телефон, на самом деле, принадлежал самой Японии. Но, волновало страну отнюдь не это, а то, что сказал террорист только что. Его люди проникли в ее военные базы? Тогда, их там шантажируют, мол, страну вашу убьем ,-- Yes... your people are very loyal to you! But, you can spoil this trust well... (Да..Твои люди уж очень преданы тебе! Но, можно это доверие хорошенько так подпортить...) -- What do you mean? (Что ты имеешь в виду?) -- And the fact that if you do not agree to the deal, Misao can make a video where you order two men to rape Belarus...(А то, что если не согласишься на сделку, Мисао сможет сделать видео, где ты приказываешь двум мужчинам изнасиловать Беларусь...) ,-- начинал ИГИЛ, не убирая ухмылку с лица, тем самым заставляя Японию сжимать кулаки ,-- And tear off the wings of Kazakhstan (И оторвать крылья Казахстану) ,-- Япония уже поняла, что этими двумя мужчинами умело манипулировали. Да и сама она не знала, не была знакома с этими преступниками. Тем не менее, это не заставит ее простить их. Они поступили ужасно ,-- And if, as I remember, people begin to hate their country, then it itself will begin to die every time (А если, как я помню, люди начнут ненавидеть свою страну, то сама она начнет с каждым разом умирать) ,-- Япония молчала. Она этот факт давно знала. Лучший пример этому факту -СССР. Его люди начали доверять не ему, а его сыну, Россие, тем самым медленно убивая Союза. Вишенкой на торте было то, что его сыновья захотели стать независимыми от него, разрывая, если можно так назвать, семейные узы. А Япония такой участи не хотела, ни умереть от радиации, ни умереть от того, что ее же люди восстали против нее. Никто бы не хотел такой участи ,-- But, I could kill you, and other countries would lose such a strong ally as you.. (Но, я мог тебя убить, и другие страны лишились бы такого сильного союзника как ты..) -- Then why are you pulling? (Тогда зачем тянешь?) ,-- после этих слов ИГИЛ рассмеялся, будто знал, что Япония скажет такие слова. -- Yes, people can be manipulated because of mourning, and you can win their trust! Just imagine, people do not know what to do, the earth is rotting, and Syria comes, saying that it will lift the earth from its knees! (Да, из-за траура людьми можно манипулировать, да и завоевать их доверие можно! Только представь, люди не знают что делать, земли гниют, и приходит Сирия, говоря о том, что поднимет землю с колен!) ,-- мечтательно говорил ИГИЛ, снова глядя на Сирию, тот лишь ухмылялся. А Нацу и Мисао ничего не говорили, им на самом то деле было не по себе. Да, они предали свою страну, но лицезреть ее смерть...Но, террорист может сделать так, чтобы остальные жители подумали, что такое преступление сделали Мисао с Нацу. Этого первая не хотела, а вот второму было глубоко плевать. Ему важны эксперименты, к которым он придет, если Япония согласится на сотрудничество ,-- But, countries would understand that Syria is not what it seems. So this option is out of the question..(Но, страны бы поняли, что Сирия не тот, кем кажется. Так что, это вариант отпадает..) -- Do not you feel sorry for your people? They are also faithful to you, they are ...(А своих людей не жалко? Они же тоже тебе верны, они же...) -- My people? (Мои люди?) ,-- снова смех, который длился почти минуту ,-- I'll tell you a secret... I am not a country (Скажу по секрету...Я - не страна) ,-- Япония расширила глаза от удивления, даже приоткрыла рот. Она хотела задать уйму вопросов. Нацу тоже. Как не страна? Он не похож на человека, не действует как человек, даже взгляд не как у человека! Он врет. Точно врет. Хотя до 2013 года не было известно о нем ,-- Thanks to someone..(Спасибо кое кому..) ,-- теперь все взгляды прикованы к Сирии, который уже закончил есть. Шокированный взгляд японцев говорило о многом. -- What does this mean, Syria?! (Что это значит, Сирия?!) ,-- не выдержала Япония, и сразу же перешла на крик. Сирия лишь тихо засмеялся. -- I am a hybrid of a person and a country, that's what it means.. (Я - гибрид человека и страны, вот что значит..) ,-- ответил ИГИЛ, скрестив руки. Снова шок. Нацу тоже захотел позадавать вопросов. Как гибрид? Как это получилось? Это было возможно? Где тогда мать ИГИЛ-а? Япония уже хотела сказать Сирие о том, что сношаться с человеком - табу. Но, мужчина заговорил первым. -- If you thought I was the father of ISIS, then you are not.. (Если вы подумали, что я отец ИГИЛ, то это не так...) ,-- снова шок. Как так? Япония не знала, что и сказать, даже как реагировать. Ни одна страна не пошла бы на такое, ради какого то эксперимента. Да и сам человек тоже! Японцы так просидели бы час, переваривая только что сказанную информацию, если бы Сирия решил не вставать с стула. Он положил тарелку в раковину, и обернулся к Японии, которая не сводила с него глаз. -- So what's the answer? (Так, каков ответ?) ,-- спрашивает араб, скрестив руки на груди. Япония лишь поджала губу. Она не знала, что ответить. Если откажется, то люди ИГИЛ-а и Сирии начнут убивать невинных японцев. Возможно, даже зараженных! Или же, ее саму. Они и в правду могут воспользоваться трауром жителей, и попытаться захватить военные базы. А если согласится, то другие страны и люди начнут ее ненавидеть. Она тогда потеряет много деловых партнеров, потеряет доверие многих, и в последствие станет обычной страной, у которой нет союзников. Но, ее люди дороже. Пусть станут ее ненавидеть другие страны. Хотя бы ее же люди будут жить счастливо, и не будут знать, что же происходит в мире. И так то вся эта ситуация с Киото многих шокировала, нет, ужасало. Кстати, про Киото. Точнее, про ядерный взрыв. Корея и в правду помог ИГИЛ с этим? Сирия же ведь, однако, находится в дружеских отношениях с Кореей, поэтому араб мог как то манипулировать несколькими военными. Но, Мисао тоже могла такое провернуть. Даже сама Япония не могла понять, как ее помощница смогла подружиться с армейцем северной провинций земель Кореи. Так еще и убедить его сбросить ядерную бомбу в земли страны! Либо этот армеец сам ненавидел всех стран, либо его как то шантажировали. -- Hey we are waiting (Хэй, мы ждем) ,-- подал голос ИГИЛ, заставив Японию вернуться в реальность. Та огляделась, напрягла плечи. Что же делать? Ответа все еще нет. Какая-то совесть, или гордость не давала ей предавать приятелей, все же она верила, что некоторые страны на ее стороне. Но и людьми рисковать нельзя! Больных сейчас много! Сама она сейчас заражена, благо ее заражение не передается кому либо. Очко в пользу страны. Тем не менее...какой ответ? Что сказать? Думать о приятелях, или о своих людей? Последние то доверяют своей стране больше, чем своим семьям. ИГИЛ говорил, что его люди проникли в военные базы, благодаря Мисао, конечно же. А если туда и проникли, значит не уйдут. Если бы ушли, то некоторые горожане в соцсетях начали бы это все обсуждать. А ИГИЛ действовал почти в тени. Значит... -- Whatever my answer is, you will still blackmail all my people and me, right? (Каким бы мой ответ ни был, ты всё равно будешь шантажировать всех моих людей и меня, да?) ,-- уже потеряв некую надежду, говорит Япония, опуская плечи. Он все равно будет шантажировать всех. По крайней мере, если согласится, перестанет убивать ее людей. Все ради них. Ради людей.