Южная красота

В покоях племянницы Императора шумно с самого утра. Вокруг маленькой колыбели крутятся слуги, а так же неподалеку сидит мама малышки и Вдовствующая Императрица, обсуждая какие-то насущные проблемы. Девочка хлопает глазками и мило улыбается, разглядывая все вокруг. Больше всего ей нравится цепляться пальчиками за кисточки от нарядов слуг, дергать на себя роскошные ткани бабушкиной одежды и звонко смеяться, ловя ее теплый взгляд. — Эти двое опять пропадают на охоте, — недовольно бурчит женщина, отдавая малышку в руки матери. — Ну что вы, сноха, они так давно не виделись, думаю, им нужно многое обсудить, — ее голос тихий и спокойный, похожий на шум воды в летнем ручейке с голубыми водами, в которых плавают красивые рыбки. Минами тоже присутствует здесь, разливает чай по небольшим чашечкам и мило улыбается заинтересованной в ней малышке. Но стоит служанке скрыться из виду, отойти на кухню, то девочка начинает недовольно хныкать, а после вовсе заливается слезами на руках матери. — Кажется ты ей понравилась, — смеется женщина. — Не хочешь подержать ее на руках? — Что? А, если вам так будет угодно, — служанка быстро кланяется, вытирает руки о полотенце и принимает в свои ладони крохотную малышку. Девочка замирает, словно очарованная светом голубых глаз, и вмиг успокаивается. Сама Минами тоже замирает, боясь пошевелиться, держа на своих руках столь ценное сокровище. Она точно похожа на свою маму, такой же маленький носик и небольшие щечки, но что-то определенное есть и от бабушки, от отца и дяди, только с последним она еще обязательно подумает. — Она чудесная, — шепчет служанка, поднимая восхищенные глаза на Вдовствующую Императрицу. — Думаю, ей уже пора спать, — говорит женщина и тянет руки к дочери, но та начинает кукситься и отворачивает носик, прижимая его ближе к груди Минами. — Госпожа... — Видимо ты очень ей понравилась, — улыбается женщина, поглаживая малышку голове. — Ты сможешь уложить ее спать? — Да, — шепчет Минами, кивая головой. — Она хорошо засыпает на улице, можешь выйти на балкон? Служанка послушно кивает и маленькими шагами движется в открытые двери, откуда веет сладким запахом цветущей Сакуры. Малышка и правда в мгновение утихает, сонно плямкая губками и закрывает глазки, утыкаясь носом в грудь девушки. Минами с улыбкой и щемящей теплотой в душе смотрит на маленькое сокровище, крошечного человечка, который обязательно вырастит и будет великим. Сейчас она может лишь шепотом петь заученные слова колыбельной, которую ей пела когда-то няня, служащая при дворе, и мечтать о светлом будущем со своими детьми. Она даже не замечает, как в покои входит Император со своим братом, чтобы поздороваться с малюткой. Но только она спит, спрятав личико, и тихо сопит на руках вошедшей в покои служанки. Юнги подмечает, что от нее пахнет персиками, каким-то далеким теплом и уютом. И все эти глаза, волшебные, манящие, скрывающие в себе светлое небо с россыпью пушистых облаков. Минами кладет малышку в колыбель, укрывает легким покрывалом и отходит, чтобы поклониться Императору и его брату. Только Юнги видит легкий румянец на ее щеках от любопытного взгляда, только он, кажется, слышал легкий шепот далекой, но такой знакомой колыбельной. — Матушка, не хотите ли вы составить мне компанию в прогулке по дворцовому саду? Я подумал над вашими словами... Императрица улыбается, а после гордо поднимает голову, начиная строить из себя строгую мать. — Давно пора, — говорит она, выходя из покоев. Минами поспевает следом, опустив голову, пробегая мимо Императора. А тот наконец-то за долгое время смог понять, что запах персика его любимый.