Игры сильнейших

Том быстрым шагом вышел из Большого Зала и направился в ванную старост. Чёртова неудачница. Как она посмела?! Реддл облокотился о раковину и посмотрел в своё отражение. Все волосы и мантия были в липком тыквенном соке. Желваки заходили. Руки сжимали края раковины. Тупая шлюха. Неужели она не поняла, что Том сильнее и достойнее. Его нужно бояться. Реддл снял с себя всю одежду и наложил на них очищающие заклинания. Он залез в ванную и прикрыл глаза. Идиотка. Грёбаная уродка. Глупая девчонка. Поганая жалкая сучка. Про эту отвратительную гриффиндорку можно придумывать оскорбления бесконечно. Том ударил ладонями по поверхности воды. Я заставлю её страдать.

***

Слухи расползлись по Хогвартсу с огромной скоростью. Даже профессора узнали о поступке Аглаи и немедленно доложили это директору Диппету, который снял с Гриффиндора пятьдесят очков. Помимо этого Дамблдор осталась на вечернюю отработку в библиотеке, вместо похода в Хогсмид. Но, Мерлин, у неё есть проблема посерьёзней. Никто иной, как Том Марволо Реддл, не оставит Аглаю в покое. Этот змей будет мстить. Мститель по страшному.

14 сентября 1943 года

Незаметно наступил вечер. Многие ученики отправились в Хогсмид, пока Аглая направлялась в библиотеку. Всего лишь из-за одного проступка. Тем более этот осел заслужил! А я из-за него должна отрабатывать. Аглая расставляла книги в алфавитном порядке, попутно смахивая с них пыль. Да сколько веков они лежали тут нетронутыми?! Дамблдор настолько заработалась, что не заметила, как наступил комендантский час в Хогвартсе. Аглая положила последнюю книгу на самую верхнюю полку и собиралась спускаться с лестницы, но тут же падает с неё. Последнее, что она услышала — «Остолбеней», и отключилась. *** Через силу Аглая открыла глаза, села и осмотрелась. Это было какое-то тёмное подземелье. Гостиная Слизерина? Бред. Хотя, возможно. Запах змеиного духа прям и витал здесь. Но слишком мрачновата и грязна, даже для слизеринцев. Тогда где она? Наконец встав на ноги, та отряхнулась. Рука болела и немного опухла. Наверное перелом. Хотя, конечно, перелом. Падением с такой высоты одними ушибами не отделаешься. — Осмотрелась? Донёсся грубый голос сзади. Аглая обернулась и увидела Тома, выходящего из тьмы. Девушка начала прощупывать карманы своей мантии, чтоб достать палочку, но они оказались пусты. — Реддл, что за шутки?! Где мы? Где моя палочка? — Палочка? А она Вам сейчас не пригодится, мисс Дамблдор, — Том подходил все ближе и ближе, но Аглая отступала, прижав сломанную руку к груди, — Неужели Ваш мудрейший отец не рассказал о Тайной комнате. — Что, Мерлин… Ты болен? — Аглая уперлась спиной о стену. Идти некуда. Она опустила голову, жмурясь от боли и страха. Том вытянул руку и концом палочки поднял её лицо за подбородок, — Тайную комнату может открыть только наследник Слизерина. Или стоп… — Вы как всегда сообразительны, мисс Дамблдор, — серые глаза мгновенно покраснели, — Однако где была Ваша сообразительность, когда Вы позволили себе тот поступок на ужине, не подумав о последствиях. Вы думали, что все так легко сойдёт с рук. Он в открытую рассмеялся ей в лицо и отошёл на пару шагов назад. — И что ты сделаешь? Ударишь? Или непростительное нашлёшь? А, Реддл? — с вызовом произнесла Аглая. — И снова в яблочко, — Том на мгновение улыбнулся и взмахнул палочкой, — Круцио! Красный луч вылетел из его палочки. Аглая рухнула на пол. Боль была совершенно невыносимой. Ужасная боль. Нестерпимая боль. Дамблдор подняла взгляд на Реддла. Парень стоял и наслаждался её болью, пока та мучалась в конвульсиях. Единственное, что хотелось — чтобы эта мука прекратилась. Забыться. Умереть. Том медленно опустил палочку, прекращаю свою пытку. Он подошёл к Аглаи и сел на корточки перед ней. Парень взял её за волосы и поднял голову. — Я бы мог замучить тебя хоть до смерти. Единственное… Не хотелось бы расстраивать профессора Дамблдора, — Реддл схватил Аглаю за сломанную и та громко вскрикнула. Он взял свою палочку как перо и острым кончиком начал вырезать на предплечье буквы. «Неудачница». Из-за таких тяжелых пыток Дамблдор отключилась, а что дальше было, она уже не помнит…

***

Аглая распахнула глаза, но тут же закрыла. Какого черта так светло? Всё тело ныло, что пошевелить им было очень болезненно и тяжело. Картины прошлой ночи ночи всплывали перед глазами. Падение, Тайная комната, Круцио, шрам. Точно, шрам. Дамблдор подняла руку, застонав от боли, и засучила рукав. Шрам «Неудачница» красовалось над предплечье. Горячие дорожки слёз побежали по щекам, но она их быстро смахнула, так как двери Больничного крыла распахнулись. — Моя милая дочь Аглая! — к ней подбежал отец, целуя в лоб, — Я так рад, что ты очнулась. — Отец… Как я здесь… Что произошло со мной? — Дорогая, ты упала с лестницы во время отработки. Хорошо, что Том патрулировал школу в этот момент и принёс тебя, — Аглая повернула голову и увидела Реддла. Она очень испугалась и это было написано у неё на лице, но Тома это только забавило, — Если бы не Том, то… — Не стоит, профессор. Это мои обязанности, — гордо произнёс Марволо, — Я же староста, хоть и Слизерина.

***

17 сентября 1943 года

— Чёрт, Реддл, — раздраженно проговорила девушка, отдавая ему пергаменты, — Мне не нужны твои конспекты, спасибо. — Это просьба твоего отца, — парень обратно швырнул свои конспекты, что девушка аж шуганулась, — Ты боишься меня? Аглая отрицательно покачала головой, но Том видел всё. Он видел насквозь, когда ему врут. Вновь двери Больничного крыла открываются и в палату проходит Минерва и Септимус, которые принесли ей сладости. За ними зашёл Конор, вместе с интересными книгами. Том смотрел на всех с презрением, собрал свои вещи и вышел из кабинета. Находиться в компании такого количества гриффиндорцев и недо-слизеринца ему не хотелось. Тошно.