Игры сильнейших

Прошло две недели с той отработки. Так много? Время пролетело незаметно из-за постоянных нагрузок: то репетиции, то очередная просьба Минервы заменить её на патрулировании, то бесконечный поток домашнего задания. Надоело? Определённо. С Томом они не разговаривали, а всего лишь бросали друг другу мимолетные взгляды на уроке или в Большом Зале. Даже с Малфоем, Мерлин возьми, Аглая обменивалась несколькими словами. Или той ночью он наплёл ей красивых фразочек, чтоб овладеть её телом, а потом просто забить и забыть? Вполне себе похоже на правду. Сегодня суббота. Конечно же Аглая отправляется в Хогсмид с Конором. Чему тут удивляться? Погода радовала. Солнце светило во всю, что весь снежок, выпавший ночью, почти растаял. А заледеневшие лужи образовали каток, на котором Дамблдор чуть не грохнулась пару раз. Спасибо тренировкам по квиддичу и навыкам ловца, что Конор успевал ловить её в метре от земли. — Уже купила платье на бал? — Нет. — И туфли тоже? — начала отрицательно кивать, поджимая губы, — До бала неделя. Не боишься, что все красивые платья раскупят? — Даже если будет так, то я просто нацеплю на себя простынь. — И всё равно будешь самой красивой. Девушка расплылась в милой ласковой улыбке, смотря на него голубыми ангельскими глазками. Конор скользил по чертам её лица: вздёрнутому маленькому носику, нежно-розовым губам, румяным щёчкам. По щекам, которые он сейчас принялся гладить своими мягкими тёплыми ладонями. Взгляд его переместился за спину Аглаи в сторону елей. Там, в тени деревьев, наблюдалось несколько людей, точно следящих за парой. Кто это? Из палочки одного из людей вырвался ярко-зелёный луч, направляющийся прямо между лопаток Дамблдор. — Осторожно! Аббот успел оттолкнуть девушку, что та упала на землю, придавив всем телом свою правую руку. Громко ахнув и скорчась от боли, Аглая схватилась за, видимо, сломанную руку. — Аглая, вставай! — Конор присел на корточки и потянул её за здоровую руку в сторону деревни, — Бежим отсюда! Дамблдор повернула взгляд на задымившееся дерево. Смертельное проклятье? Оно было определённо направлено в Аглаю. — Вперёд! — выкрикнул один из нападавших, направляя ещё пару заклятий в сторону пары, — Они удирают! Дамблдор выхватила свою палочку из кармана мантии, отбиваясь от наитемнейших заклинаний. Сил почти не осталось, потому что приходится делать несколько дел сразу: бежать сломя голову, уворачиваться от заклинаний и отбиваться от них. Левой рукой, кстати, делать что-то у Аглаи не получалось. Хотя, она пыталась научиться писать ею, но больше двух строчек не выдерживала. — Черт, не могу! — крикнула девушка, продолжая бежать на полусогнутых ногах, — Нога тоже ранена. — Надо бежать в Дырявый котёл и через камин попасть в Хогвартс, — приказал парень, уворачиваясь от заклинаний.

***

— Что-то я до сих пор не услышал увлекательный рассказ о том, как ты оприходовал дочурку Дамблдора, — Малфой постарался вложить свой голос побольше насмешки и издёвки. — Я же не должен рассказывать тебе обо всех своих сексуальных подвигах, — Реддл так быстро опустошил стакан, что кажись даже не почувствовал хмельной вкус сливочного пива. — Не рассказываешь, потому что его не было, — Малфой дёрнул бровью, зачёсывая светлые волосы назад, — Она же всё время трётся с Уизли и Абботом. Наверняка кто-то из них её трахает. Наверняка кто-то из них её трахает. Ау. Это было неприятно. Кто-то из них. Хм. Вероятно это Аббот. Держу пари, что Уизли даже не сможет найти клитор. О чём вообще речь? Интересно, а приятно ли ему побирать за мной эту гриффиндуру? Приятно ли ласкать её там после меня? Приятно ли целовать её губы, когда на них ещё остался мой вкус? Сукачтожетытворишь?! А ведь этого всего больше никогда не будет. Том никогда больше не вдохнёт сладкий запах её волос. Никогда не прикоснётся к горячей нежной коже. Никогда не ощутит персиковый вкус на её мягких пухлых губах. Никогда. Она ведь теперь принадлежит Абботу, верно? Громкий звук разбившегося стекла отвлёк его от своих мыслей. Осколки витрины рассыпались с треском по полу и столам, напугав посетителей Дырявого Котла. В него попала Авада, которую Том никогда ни с чем не перепутает. Гораций Слизнорт, сидевший за дальним столиком с профессором Бири, подскочил со своего места. — Все под столики! Ученики и остальные посетители бара залезли под столы, дрожа от страха. В разбитом окне виднелись пролетавшие мимо яркие лучи очень-очень тёмных заклинаний. — Аглая, ещё чуть-чуть! Знакомое имя. Дамблдор? Знакомый голос. Аббот? Что за… Реддл немедленно выскочил из-под стола, наплевав на указ Слизнорта оставаться в прикрытие. Достав палочку из кармана мантии, парень вышел из бара. Перед ним бежала Аглая и её придурковатый парень, которые уворачивались и отбивались от проклятий. Судя по лицу и походке гриффиндорки, она была ранена. И очень серьёзно. Очередное тёмное заклинание летело в их сторону, но Том закрыл их Щитовым. — Реддл, — уголки губ Конора приподнялись, — Я впервые рад тебя видеть. — Да? Отблагодаришь потом. Реддл и Дамблдор отбивались от заклинаний, пока Аббот пропускал их в распахнутую дверь бара, придерживая её. — Быстрее в камин! Том и Аглая забежали в заведение, а там и в камин. Конор проследовал за ними, хватая в кулак летучий порох. — Кабинет профессора Дамблдора, — проговорил Аббот и бросил порох. Однако это не конец. Зелёный луч коснулся груди Конора, за секунду до перемещения в школу. — Авада Кедавра! Тело парня размякло, падая на колени. Последний крик «Конор!» и их переместило в кабинет Дамблдора. Учеников вытолкнуло из камина. Профессор Дамблдор сидел за столом, попивая горячий чай из пиалы, наслаждаюсь выходным днём, проходившемуся без происшествий. Ну, почти без происшествий. Альбус встал из-за стола, с непониманием смотря на студентов. Аглая, несмотря на боль в руке и ноге, переползла к телу Конора, кладя тяжёлую голову на свои колени. — Конор, очнись! — девушка гладила парня по щекам, смахивая свои слёзы с его лица. Дамблдор присел перед Абботом, разглядывая безжизненное тело, — Конор, вставай! — Аглая, он не встанет, — профессор. — Сделай что-нибудь! — Том, отведи её в Лазарет. Лёгкий кивок и Реддл аккуратно поднимает Аглаю с пола, направляясь в Больничное крыло. Девушка пыталась вырваться к Абботу, но хватка Тома всё равно была сильнее. — Пусти меня! — кричала весь путь в Лазарет Дамблдор, пытаясь оттолкнуть руки Реддла со своих плеч, — Там Конор. Ему надо помочь. Реддл развернул её к себе лицом, потрясывая за плечи. Его холодные руки обхватили щёки девушки, большими пальцами смахивая слёзы. — Ты ему ничем не поможешь. Конор мёртв. Каждое слово, сорвавшееся с бледных губ, разрывало и выворачивало грудную клетку. Ноги подкашивались и девушка чуть не рухнула на холодный пол в полуобморочном состоянии. Не теряя больше ни минуты, Том осторожно взял её на руки, быстрее направляясь в Лазарет. Волосы прилипают к мокрому от слёз лицу. Она молчала. Ничего не говорила. Не кричала Тому, чтоб он её выпустил. Просто рвано рыдала, так как дыхания не хватало. Сердце девушки сжалось до размеров горошины, при этом больно покалывая в области груди. Уже в Лазарете Реддл уложил девушку на кровать. — О, Мерлин! Дитятко моё, — донёсся голос лекаря, — Не так давно ты уже ломала эту руку. Неужели хочешь совсем остаться без неё? — Поверьте, мисс, это лучшее, чем она могла отделаться, — сказал Реддл, держа Дамблдор за здоровую руку. Миссис Миллер подбирала необходимые зелья для Аглаи, которая, вроде, замерла и успокоилась на миг. Она просто смотрела в потолок, не моргая. — Я сейчас сращу тебе кость. Будет очень неприятно, — лекарша закатала рукав мантии девушки, оголяя тот самый шрам, который вновь напомнил Тому, что он моральный урод и полный придурок. Хорошо, что обошлись без лишних расспросов Мисс Миллер. Хотя по её лицу было видно, что она в недоумении, — Брахиам Эмендо. Она не выла, не кричала. Просто крепко стиснула зубы, а слёзы скатились по щекам на подушку. Аглая мёртвой хваткой вцепилась в руку Тома. Но ему даже не было больно. Точнее, он даже не обращал внимания на свою боль, а просто следил за девушкой. — Ей нужен отдых. Лекарша наложила гипс и вышла из Лазарета, оставляя гриффиндорку и слизеринца наедине. Том собирался тоже уйти, но Аглая потянула его назад, усаживая на стул рядом с кроватью. Еле слышное «Останься». — Я останусь, спи. Аглая кивнула и перевернулась на бок спиной к Тому. Она молчала минуты две, пока не послышались тихие всхлипывания. — Я тут. Том лёг на кровать, обнимая Аглаю за плечи. — Всё будет хорошо. От этих слов и прикосновений стало так тепло на душе, что девушка не заметила, как уснула.

***

Только что вошедший в Больничное крыло профессор Дамблдор заставил девушку раскрыть глаза. Реддла рядом уже не было. Оно и к лучшему. Отец был очень взволнован и расстроен случившимся вчера. Он не спал всю ночь, пытаясь ответить на свои вопросы. Кто эти нападавшие? Что им надо было от Аглаи и Конора? Куда они скрылись? Но ответа так и не нашёл. — Моя милая дочь Аглая, — Дамблдор присел на край кровати, поглаживая лоб гриффиндорки, — Как ты себя чувствуешь? — Я? Прекрасно, — сарказм, — На моих глазах умер мой друг, отец. Как я могу чувствовать себя? Нелепое молчание повисло в Лазарете. Дамблдор подбирал максимально правильные слова. — На месте Конора должна была оказаться я, — голос Аглаи был тихим и слегка задыхающимся, — Смертельное заклинание изначально летело в меня. Глаза Дамблдора расширились. Чего?! — Они хотели убить меня. И они почти сделали это, если бы Конор не закрыл меня. Что-то внутри профессора с хрустом осыпалось от ужаса, вместе с картиной бездыханного тела своей дочери. — Но что я сделала такого, что они хотели меня убить? — Я не могу пока ответить, не до конца разобравшись в этом. Аглая поджала губы, подавляя делание вот-вот расплакаться. Попыталась проглотить ком, застрявший в горле. Она никогда не поверит, что Конор мёртв…