Дознание

После ужина Лань Ванцзи перехватил Лань Юя с подносом на пороге трапезной. Видимо, юному адепту вменили в постоянную обязанность доставлять еду Старейшине Илина. — Иди, я отнесу, — сказал Лань Ванцзи, забрав поднос из рук Лань Юя. Тот раскрыл рот от удивления, однако благоразумно промолчал. Дозорный возле дома с горечавками справился с замешательством быстрее и немедленно бросился отпирать дверь, хотя выглядел не менее изумленным. Не услышав с порога привычного «Лань Чжань», Ванцзи бросил взгляд на кровать. Вэй Усянь лежал с закрытыми глазами, темные волосы в беспорядке разметались по белой подушке. Лань Ванцзи тихо поставил поднос на стол и подошел ближе. — Не нужно, Лань Чжань… — пробормотал Вэй Усянь. Из уголков его глаз по вискам струились слезы. — Ничего не осталось… Только тьма. Она ждет меня. Лань Ванцзи сперва насторожился при звуке своего имени, но потом понял, что Вэй Усянь звал его во сне. Сердце болезненно сжалось, вспомнились собственные ночные кошмары. — Вэй Усянь. — Помедлив, Лань Ванцзи положил руку ему на плечо и слегка потряс. — Вэй Усянь, проснись… Вэй Ин… Мокрые ресницы дрогнули, Вэй Усянь открыл глаза и уставился в потолок затуманенным взором. — Вэй Ин, — настойчиво повторил Лань Ванцзи: хотелось поскорее вырвать Вэй Усяня из плена мрачных видений. Наконец серые глаза прояснились, взгляд стал осмысленным. — Лань Чжань?.. — Вэй Ин сел и огляделся. — Как ты здесь… Я спал? — Мгм. Лань Ванцзи вспомнил, как сам днем отвлекся от тяжелых мыслей, и полез в цянькунь. Возможно, Вэй Ина порадуют подарки. — Ты просил. — Он положил на кровать гребень. — И вот еще. — К гребню добавились лента, бутылочки ароматных масел и мешочки со специями. Вэй Ин рассматривал их с непонятным выражением — то ли в мыслях был далеко, то ли не понимал, зачем все это. — Лань Чжань, ты… — наконец произнес он. — Ты что, специально для меня купил? Лань Ванцзи кивнул. — Даже специи? — Вэй Ин раскрыл один из мешочков и с наслаждением вдохнул пряный аромат. — А это зачем? — Он взял одну из бутылочек и улыбнулся. Лань Ванцзи осознал, что жаждал увидеть эту улыбку, ждал ее с того момента, как пересек порог. — С маслом легче расчесать волосы, — пояснил он. — Тут разные запахи. Не знал, какой тебе нравится. — Лань Чжань, ты просто удивительный человек, — Вэй Ин порывисто поднялся и положил руки ему на плечи. — Знаешь, я даже немного завидую будущей госпоже Лань. Лань Ванцзи не сразу понял, о какой «госпоже Лань» идет речь. Он видел собственное отражение в лучистых серых глазах — настолько близко оказался Вэй Ин. От этой близости и от теплого веса ладоней на плечах перехватило дыхание. Сердце замерло, словно в томительном ожидании. — Ну, ты ведь женишься когда-нибудь, — объяснил Вэй Ин и отпустил Лань Ванцзи, явно заметив его замешательство. — Неужто еще ни одна девушка не тронула сердце безупречного Нефрита? — Он улыбнулся слегка лукаво. Конечно, Лань Ванцзи приходилось думать о женитьбе. После войны дядя принялся подбирать невест обоим племянникам. Девушки отличались и красотой, и безукоризненными манерами. Однако душа не стремилась ни к одной из них. Кроме того, брак предполагал телесную близость, а мысли даже о невинных прикосновениях вызывали стойкую неприязнь. Брат убеждал дядю не торопиться. Мол, когда Ванцзи влюбится, проблема решится сама собой. Но пока, кроме самых близких, лишь один человек стал исключением. И сейчас рядом с этим человеком с Лань Ванцзи творилось что-то непонятное: замершее было сердце пустилось вскачь, тело бросило в жар. Волнительные ощущения не имели ничего общего с обычным неприязненным напряжением от чужих прикосновений. Неужели он влюбился не в женщину, а в мужчину? Лань Ванцзи внутренне вспыхнул от такой непристойности и резко отстранился. — Ужин на столе, — прозвучало излишне холодно. — Я сказал что-то не то? — Улыбка на лице Вэй Ина погасла. — Прости, если так. Вроде жениться вашими правилами не запрещено. Лань Ванцзи захотелось ударить себя. Едва удалось отвлечь Вэй Ина от мрачных сновидений, как надо было испортить ему настроение. Как будто тот виноват в его постыдных помыслах. Вэй Ин молча сел за стол и высыпал в еду добрую половину содержимого мешочков. Лань Ванцзи никогда не видел, чтобы кто-то так обильно приправлял пищу. Он сел напротив и с удивлением наблюдал, как Вэй Ин с явным удовольствием принялся есть. — М-м-м, Лань Чжань, спасибо. Ты определенно спас этот ужин. От острой еды бледные скулы окрасились легким румянцем, а губы стали ярко-алыми. Сейчас Вэй Ин гораздо больше напоминал себя в юности, чем безжизненного призрака, каким выглядел еще недавно. Лань Ванцзи невольно загляделся, и все мысли вылетели из головы. — Лань Чжань, ты так смотришь… Хочешь попробовать? — Вэй Ин протянул ему палочки, как в прошлый раз. Лань Ванцзи опомнился в последний момент и отпрянул. — Я не ем острое. Со стыдом он признал, что поначалу бездумно потянулся к палочкам и едва не коснулся их губами. И дело было отнюдь не в еде, его будоражило, что этих палочек только что касались алые губы Вэй Ина. — Ну ладно, как хочешь, — пожал плечами тот и спокойно продолжил есть. Похоже, не видел в своих действиях ничего двусмысленного. Лань Ванцзи призвал остатки самообладания, чтобы направить мысли в другое русло. Возможно, следовало сообщить о разговоре с Цзян Ваньинем. Однако Вэй Ин наверняка огорчится, что его тайна теперь раскрыта. — Расскажи, как ты играл с А-Юанем, — наконец нашел Лань Ванцзи подходящую тему. К тому же ему действительно было интересно. — Ты правда хочешь знать? — Вэй Ин положил палочки на пустую тарелку. — По-разному. Например, закапывал в грядку. — Зачем? — опешил Лань Ванцзи. — А-Юань просил братиков и сестричек. Не мог же я ему их родить! — Вэй Ин озорно засмеялся. — Вот и сказал, что если посадить ребенка и поливать, то вырастут другие детишки. А потом А-Юань сам за мной бегал и требовал закопать. Я прозвал его редисочкой. Правда, Вэнь Цин ругалась. Даже заставила меня как-то стирать одежду. Лань Ванцзи с удивлением слушал. Ему бы никогда не пришло в голову обманывать ребенка. И неужто Вэнь Цин могла заставить Вэй Ина стирать? Какого рода отношения их связывали? Мысль неприятно кольнула, и Лань Ванцзи тут же одернул себя. Его это совершенно не касалось. — Иногда я что-нибудь прятал в пещере, А-Юань искал. И порой находил что-то другое. Вещи, которые я сам давно потерял. — Вэй Ин усмехнулся. — Еще он любил стащить Чэньцин и обслюнявить. Большинство заклинателей говорило о призрачной флейте Старейшины Илина с благоговейным ужасом. Знали бы они, насколько беспечно тот относился к своему духовному оружию. За этими размышлениями Лань Ванцзи не сразу заметил, как взгляд Вэй Ина погрустнел. — Он ведь никогда не вспомнит, правда? Так лучше, я знаю. Так лучше, — Вэй Ин словно старался себя убедить. — А ты, Лань Чжань?.. Будешь вспоминать обо мне? Жечь ритуальные деньги? — Нет, — вырвалось у Лань Ванцзи, горло сжало спазмом. — Ты прав. — Вэй Ин натянуто улыбнулся. — Зачем тебе обо мне помнить? Забудь, что я сказал. — Нет, — повторил Лань Ванцзи и задумался, как продолжить. «Я спасу тебя», «Сделаю всё, чтобы ты остался жив»? Он привык давать обещания, только когда точно мог их исполнить. Однако хотелось, чтобы Вэй Ин понял его намерения. — Я хочу защищать тебя на суде. — Почему? — Вэй Ин пристально посмотрел ему в глаза. — Лань Чжань, кто я для тебя? Лань Ванцзи сам запутался в своих чувствах и не представлял, что сказать. — Знаешь, в юности я очень хотел с тобой подружиться, — заговорил Вэй Ин, не дождавшись ответа. — Неоднократно порывался подойти на состязаниях, но вечно кто-нибудь отвлекал, а тем временем ты успевал удалиться. Да и вовсе не обращал на меня внимания. Один раз я даже цветок тебе бросил. Лань Ванцзи вспомнил тот случай. По традиции перед состязаниями девушки кидали цветы заклинателям, чем показывали свое расположение. Прямо в руки ему упал ярко-розовый пион. Лань Ванцзи обернулся и увидел Вэй Усяня в компании двух юных заклинательниц. Тот сделал невинное лицо и начал громко отнекиваться: мол, это не он бросил цветок. Девушки захихикали и принялись с ним спорить. Тогда Лань Ванцзи решил, что стал жертвой какого-то розыгрыша, сути которого не понял, но и не особо стремился вникать. — Твоему брату досталось больше цветов, — продолжил Вэй Ин. — Мне показалось это несправедливым. И почему тебя считают только вторым по красоте? Я бы отдал первое место. Лань Ванцзи почувствовал, как уши загорелись от смущения. Вэй Ин действительно считал его самым красивым? — На обучение в Гусу меня не пустили, и к Вэням на перевоспитание тоже. Я завидовал Цзян Чэну, когда он сразил с тобой Черепаху-Губительницу. Хотел бы я быть на его месте! А после… — Вэй Ин ненадолго замолчал. — С тех пор, как пошел по Темному пути, мог ли я стать твоим другом? В твоем праведном клане особо презирают отступников. — Я не презираю тебя, — возразил Лань Ванцзи. — Наверное, ты единственный. — Вэй Ин грустно улыбнулся. Они оба замолчали. Лань Ванцзи не хотелось уходить, но наверняка его присутствие утомило Вэй Ина — ему требовался отдых. Лань Ванцзи так и не задал ни одного вопроса касательно дознания, но для них еще будет время. Он поднялся на ноги. — Лань Чжань, ты придешь завтра? — встрепенулся Вэй Ин и, получив в ответ кивок, тут же сменил тон с серьезного на шутливо-капризный: — Здесь просто невыносимо скучно! — Я попрошу принести тебе книги. — Лань Ванцзи мысленно укорил себя, что не подумал об этом раньше. — Надеюсь, не трактаты о благочестии? — усмехнулся Вэй Ин. — Хотя, кажется, я бы сейчас и на правила Гусу Лань согласился. Не то чтобы хотелось их изучать, но всегда было любопытно, как вашему клану удалось набрать аж три тысячи правил. На обратном пути Лань Ванцзи встретил Лань Юпина. — Ты выглядишь измученным, А-Чжань, — отметил тот. — Что-то случилось? Лань Ванцзи покачал головой, но под проницательным взглядом лекаря все же ответил: — Плохо спал в последнее время. — Снились кошмары? — Мгм. — Я пришлю тебе отвар для крепкого сна. — Благодарю учителя за заботу. — Лань Ванцзи слегка поклонился. — Могу я попросить дать такой же отвар Вэй Ину? — Вэй Ину? — Наставник поднял брови. — Значит, ты уже зовешь его первым именем? Когда вы успели настолько сблизиться? Лань Ванцзи понял, что невольно выдал себя. Он соблюдал вежливость и никогда не использовал первые имена при обращении ко взрослым. Однако сегодня впервые произнесенное «Вэй Ин» прозвучало на удивление правильно. Словно раньше чего-то не хватало, а с ним всё встало на свои места. С того момента Лань Ванцзи даже в мыслях не мог называть этого человека иначе. — Ох, А-Чжань, — вздохнул наставник. — Вижу, мальчишка не оставил тебя равнодушным. Могу понять, чем он тебя привлек… Однако надеялся, что этого не произойдет. Я приду к тебе позже в цзинши, нужно поговорить. Заодно принесу отвар. Твоему Вэй Ину тоже дам нужное лекарство, не беспокойся. Я снизил ему дозировку, но, видимо, рано. Сам-то он ни за что не пожалуется. — Спасибо, учитель. Лань Юпин пришел в цзинши незадолго до вечернего колокола, Лань Ванцзи как раз закончил писать. — Выпьешь перед сном. — Наставник поставил чашу с отваром на стол и сел на предложенную подушку. Лань Ванцзи устроился напротив. — Так что за кошмары тебе снились? — Ничего особенного, — попытался он уклониться от ответа. — Не хочешь говорить? — Лань Юпин покачал головой. — А-Чжань, я не стану осуждать тебя за сны. И за привязанность к этому мальчишке тоже. — Вэй Ин умирал, — помедлив, сказал Лань Ванцзи. — В каждом сне. Я не мог его спасти. — И тебе было больно, — заключил наставник. — Зная тебя, уверен, ты не отступишься. Что собираешься делать? — Выступить на суде в его защиту. — Это записи по дознанию? — Лань Юпин указал взглядом на стопку бумаги на столе. — Можно взглянуть? Лань Ванцзи взял исписанные листы, переложил их по порядку, начиная с первого дня, и подал наставнику. Тот бегло проглядел записи, с каждым листом хмурясь все сильнее. — А-Чжань, ты представляешь последствия, если это станет широко известно? — Лань Юпин махнул зажатой в руке бумагой. — Здесь много порочащего Ланьлин Цзинь. Только из-за одного Призрачного Генерала разразится серьезный скандал. История с Золотым Ядром выставит в невыгодном свете главу Юньмэн Цзян. А в осаде Могильных холмов участвовали все Великие кланы, ты же описываешь поселение Вэней как исключительно мирное. Люди не любят чувствовать себя неправыми. — Учитель, но разве справедливо будет скрыть правду? — с отчаянием спросил Лань Ванцзи. — А-Чжань, — наставник положил руку ему на плечо, — я видел твоего отца, когда он решил пойти против клана и жениться на твоей матери. Сейчас у тебя точно такой же взгляд. Словно ты готов бросить вызов всему миру. Этот мальчишка тебе настолько дорог? — Да. — Пусть Лань Ванцзи не до конца понимал свои чувства, однако не мог отрицать, что Вэй Ин важен для него. — Тебе следует показать эти записи брату. Как бы ты ни хотел спасти своего Вэй Ина, такие решения нельзя принимать без главы клана. Лань Ванцзи кивнул, он в любом случае собирался поговорить с Лань Сичэнем.