Танец на костях

С тех пор, как бард Лютик серьезно взялся за обустройство доставшегося ему борделя, а Присцилла - за доставшегося ей барда-сердцееда, заведение заиграло новыми красками, и стало первым в Новиграде (а то и во всей Редании, и, в принципе, на северной части континента) настоящим кабаре. Разумеется, такой формат принуждал к некоторому “контролю” входящего в двери заведения контингента, и со временем приходить сюда стали, в основном, представители различных слоев аристократии. Были в этом плюсы (много блестящих золотых плюсов с горбоносым, суровым профилем нового правителя, ежедневно под конвоем покидающих “Хамелеон” и увозимых под надежные замки Вима Вивальди), но были и минусы… Пол трясся от танцев, воздух - от гвалта и раздававшегося из разных уголков заведения раскатистого хохота. Народу было столько, что протиснуться между посетителями представляло собой проблему. Помещение было наполнено запахами пряностей, дорогого “Эст-Эста” и нескольких десятков различных духов. Отдельно приятные, вместе они рождали нечто, мягко говоря, неудобоваримое. Но не такое неудобоваримое, как запах той парочки, что полчаса назад вошла в зал через дверь для персонала, и удалилась в отдельную комнату “для особых гостей”. Подметивший выражение лиц краснолюда и ведьмака трактирщик велел одной из девушек отнести в комнату кувшин крепкой настойки, а местного мальчишку-гонца - отправил к хозяину, заплатив ему полкроны и посулив столько же, когда тот вернётся. - Итить твою, Геральт, объясни, наконец: что за херня там произошла?!” - не унимался Золтан. Раскрасневшееся от спиртного лицо краснолюда напоминало одновременно гримасу вселенского непонимания, злости, и вселенской же обиды. Причиной этого колоритного зрелища послужил их недавний побег из Ямы, в которую они отправились на поиски его пассии, а по совместительству - одной из новых танцовщиц “Хамелеона”, Елены. - Ещё раз тебе говорю, - отвечал порядком уставший от нападок краснолюда ведьмак - во-первых: Елены там не было. Она пропала два дня назад, а самым свежим телам - не меньше недели, и оба принадлежат мужикам. Во-вторых, - Геральт опустил глаза, снова прогоняя в голове воспоминания из каналов - картина совершенно неясна. Тело, которое мы видели - не работа трупоеда, это точно.” - А кого же ещё?! - не унимался Золтан - Не знаю, но это точно не обычное чудовище. Вскрытие и извлечение сердца… Больше похоже на обряды черной магии, чем на оголодавшую бестию, не находишь? - Хм… - краснолюд задумался, и ненадолго замолчал. “Маленькая победа” - подумал Геральт. - А как мы её найдем? - Пока не знаю, но займусь этим. Только не раньше, чем завтра - мне надо отмыться и выспаться. - Да как же так… - Золтан, ты заебал - Геральт приложил немалое количество оставшихся сил, чтобы успокоиться - Сам подумай: в Яме её не было, а значит, придется начинать сначала, и выспрашивать всех, кто видел её перед исчезновением. А с воняющим дерьмом и мертвечиной ведьмаком люди будут общаться не так охотно. Золтан погрузился в пьяные раздумья второй раз, и Геральту почти удалось улизнуть, но перед самым его носом открылась дверь, и в комнату вошёл Лютик. В пёстром дублете, обитом бархатом и украшенном золотой нитью и самоцветами, он больше походил на аукционный экспонат, чем на серьёзного предпринимателя, а выражение его лица говорило о крайней степени беспокойства. - Я срываю собственное выступление на ежегодном маскараде в имении Вегельбуд, Геральт! Ради всего святого, скажите мне, что у вас хорошие новости, не то я прямо здесь устрою драматическую постановку. - Новости две, - прервал стенания Лютика Геральт. Он хотел как можно скорее закончить с этим и отправиться в баню, - и ни одной хорошей. Плохая - Елену мы не нашли, - Геральт вытянул ладонь, показывая Лютику, что не стоит его прерывать, - И вторая новость: я осмотрел яму, и тела Елены там не было. - И что из этого следует? - всё таки вставил слово бард, - Не чудовища - так бандиты, Геральт! Ты сам знаешь, что бывает в бедных кварталах с красивыми девушками вроде неё. “Может, не стоило слушать её бредни про экономию, и снять ей жильё рядом с рынком, как и остальным?” - язвительно подумал Геральт, а вслух сказал: - Знаю, Лютик. В любом случае, в это время и в таком виде я уже ничего не выясню, поэтому поиски твоей танцовщицы я продолжу завтра. - Хорошо. Надеюсь, ты её найдёшь. Раз уж я здесь, а моё выступление пошло псу под хвост, может, выпьем, и ты расскажешь, что вы нашли в яме? - Я бы с радостью, но у меня совершенно нет сил. Тебе обо всём расскажет Золтан, а я собираюсь отмыться и отдохнуть. До завтра. Обойдя пестрящего всеми цветами радуги хозяина “Хамелеона”, Геральт выскользнул в дверь. Поднявшись по лестнице на третий этаж, Геральт прислушался к блаженной тишине, и уголки его губ едва заметно приподнялись. Дойдя до конца небольшого коридора, ведьмак открыл дверь, вошёл в комнату и запер её на изнутри, оставив наполовину повёрнутый ключ в замочной скважине, так, чтобы снаружи никто не смог его отпереть. Долгожданное уединение. Трактирщик - и, по совместительству, управитель заведения - определённо знает своё дело: в углу просторной комнаты, за ширмой, к потолку поднимался пар от горячей воды, обещающей расслабление и, что важнее, избавление от зловония "Ямы". На ходу сбросив элементы доспеха и одежду, Геральт буквально нырнул в лохань. Горячая вода обняла изрезанное шрамами жилистое тело, залила уши, избавив ведьмака от любых звуков, заглушив даже тишину комнаты. Вынырнув из воды, ведьмак вытянул ноги и расположился поудобнее - благо, размер лохани это позволял. Обоняние мягко захватил аромат эфирных масел, очищающих и успокаивающих. После зловония каналов эти запахи не просто успокаивали - вместе с действием горячей воды они усыпляли, поэтому через недолгое время Геральт отключился, напоследок успев подумать, насколько его изнежила жизнь в поместье с Йен. - Расслабляешься?..