Часть 18
21 ноября 2023 г., 19:37
Хирако сидел за столом подпирая подбородок руками. Казалось всё хорошо, но признаться ему было очень даже весело. Наблюдать, за быстро меняющимися эмоциями на лице Даян. Впервые капитан пятого отряда наблюдал такую картину, нет он думал, что после вчерашнего вечера, она будет на его месте. Сидеть и подкалывать за лёгкий румянец на щеках и явно бессвязную речь которой он пытался бы описать ситуацию.
Но вот явно, что-то пошло не так.
Даян лежала на диване, свесив голову вниз, макушка практически касалась пола, эмоции на лице сменялись слишком быстро и крайне сложно было прочесть в какой миг о чем она могла подумать. Девушка была похожа на натворившего что-то запретное, но такое приятное, ребёнка. Спонтанное решение, принятое на нетрезвую голову, которое она явно не могла принять и металась между здравым смыслом и новым необузданным желанием.
Хирако мог поклясться, что чёрт тебя дери от неё веяло сексом. Она источала тонкий аромат перевозбуждения. Делать поспешные выводы не в его стиле, хотя он мог прямо сейчас заявить о своих догадках. Принять такое было бы очень сложно, несмотря на бушующую страсть между Кучики и Лаур, которой несёт за версту когда они подходят друг к другу ближе чем на один метр. Даже зная только о той части их отношений, о которой Даян с трудом очень давно рассказала, захлёбываясь слезами и заливая боль алкоголем. Привычка осталась навсегда, только высокоградосный алкоголь часто сменялся лёгкими коктейлями и дополнялся не всегда резрешенными сушеными травками.
— Капитан, — Хинамори впервые зашла в кабинет без стука, губы Хирако расплылись в милой улыбке, не той с которой он смотрел на Даян.
— Я пришла вас, — короткая пауза, — тебе сказать, что меня не будет до вечера.
В этот момент, если бы в голове Даян не боролись миллионы сущностей, вбросила колкий комментарий. Ведь резкая смена фамильярности на простую речь казалась очень подозрительной.
— До вечера?
— Да, внеплановое собрание лейтенантов, Окикиба-сан решил поднять всю документацию за год. Даже со сменой лейтенанта в одиннадцатом отряде дел не уменьшилось и нам придётся поработать не только за свой отряд, — она обречённо вздохнула.
— Хорошо, тогда я займусь документами без тебя, — сказал он указывая на приличную гору бумаги в углу кабинета, — и закончу тоже.
— Простите, можешь оставить половину на меня, завтра разберу.
— Знаешь ли я хоть и капитан, но заваливать своего лейтенанта бумагами выше моего достоинства. Как ни как мы равны в выполнении бумажной работы.
— Просто, — Хинамори посмотрела на капитана неловким взглядом, в глазах отчётливо читалась жалость, — сегодня конец квартала и, — отступив немного вбок, она пропустила рядовых с огромными стопками листков исписанной бумаги, — все сдают отчёты.
Вот теперь Хирако было не так весело, смотря на количество бумаги, он обречённо застонал. Всё это нужно не просто подписать, а прочитать, отметить важное, отдельно составить отчёт на каждого рядового о проделанной работе и отдельно на каждую миссию. Обычно с Хинамори они тратили минимум несколько дней беспрерывной работы, и сейчас он понимал, что всё это придётся делать самому.
— Капитан, я в тебя верю, — воодушевлённо произнесла Хинамори, но даже её поддержка явно не помогла капитану.
— Блять, — Даян резко приняла сидячее положение.
Хинамори схватилась одной рукой за сердце, от неожиданного появления девушки, а второй сжала рукоять зампакто.
— Испугала, ты всё время была здесь? — спросила Хинамори, снимая руку с оружия, но ответа так и не последовало, только непонимающий и растерянный взгляд в её сторону.
Даян помахала головой из стороны в сторону, медленно, словно отрицательно кивала, собственным вопросам в голове.
— Я помогу с бумагами, — постепенно выходя из транса, сказала она, — Это пиздец, — и тут же в сторону более тихо, произнесла.
— Это врятли, я думала тебя заинтересует, странные колебания реацу, в дальних деревнях за стенами Сейрейтея.
Девушка встала на ноги, отряхнула серый спортивный костюм, состоящий из свободных штанов и облегающего топа с длинным рукавом, похлопала Хирако по плечу.
— Ты всё сможешь, — подняв большой палец вверх и блеснув зубами, произнесла она.
— Кто занимается этим? — спросил Хирако, ведь Хинамори странно смотрела в сторону.
— Шестой отряд, Абарай собирает группу чтобы всё проверить.
— К чёрту группу, таскаться с кучкой пугливых котят. Пойду разрулю всё.
— Будьте обе вечером в казармах, раньше нужно было смотреть за вами по отдельности, а теперь разом отпускать от себя. Вот что чувствуют отцы, когда отпускают дочерей на свидание, — наигранно сказал он.
Даян и Момом искоса посмотрели на замечтавшегося капитана и просто решительно молча ушли, не забыв погромче хлопнуть дверью. От вибрации бумаги в стопках разлетелись по кабинету, а Хирако просто оставалось молча смотреть на летающие вокруг него листы бумаги.
Уговаривать Главнокомандующего не пришлось, только завидев девушку на пороге, он просто молча кивнул и не отрывая взгляда от бумаг продолжил водить кистью. Поднимешь тут голову когда над тобой стоит грозная и строгая Нанао.
***
— Чёрт, увязался, — фыркнула Даян. Когда Даян сообщила, что она и Абарай идут вдвоём без сопровождения, синигами был даже рад, не придется лишний раз отвлекаться на товарищей в критическрй ситуации. Он понимал, что Даян может быть сильнее чем он, и в случае чего, они сосредоточатся на проблеме а не на спасении друг-друга. Собравшись с мыслями и обговорив план действия, они явно не ожидали, что капитан заявит о своём шествии над миссией. Даян это не нравилось, она могла лишь идти вперёд по установленному пути, оглядываться было неловко. Да твою мать, она не могла даже взгляд оторвать от земли, лишь бы только даже силуэт Кучики не попался в её поле зрение. Напряжение между ними, чувствовал даже Абарай, идущий посредине, словно меж двух огней. Странность поведения капитана он заметил сегодня утром. Когда обнаружил несколько листов с отчетами под столом. Они явно попали туда не случайно. Ведь капитан был настолько педантичен, что замечал даже пыль, на самой верхней полке огромного стеллажа в его кабинете. Лейтенант, в целом никогда не интересовался личными проблемами капитана, только изредка. Когда тот сам заводил тему и то всё слишком быстро сводил на нет. Для Даян его общество было испытание, хотя между ними и находился Ренджи, который хоть как-то скрашивал ее нынешнее состояние. Мысли менялись слишком быстро, словно поток речного водопада. Сказать что прошлой ночью между ними ничего не произошло, значит соврать. Это было больше чем просто близость, большенство назвали бы такой момент близким флиртом на грани интимных отношений, но для них это было больше. Больше чем просто секс, которого не было, даже будучи в опьянении они не перешли эту черту. Касания друг-друга в самых интимных местах, поцелуи, плоть к плоти. Да твою ж, даже от эти воспоминаний голова идет кругом, а во рту сухо, как в пустыне. Она бы ударила себя, но присутсвующие рядом синигами останавливали. — И что тут необычного то? — Селести сидела на одной из ветвей дерева, свесив ноги и прислонившись спиной к стволу. — А мне по чём знать? Я немного о другом думаю, — в слух произнесла она. — И о чём же? — сухой голос Кучики прозвучал из-за спины. — Что нужно сделать, что б отвязаться от вашей опеки? — язвительно произнесла она, — Капитан. Селести права, ничего необычного я не зачмечаю. — Я тоже, — подтвердила зампакто. — Ну так чего заговорила то? — Просто увидела знакомую вещицу у дитишек. — Знакомую? Они дошли до небольшой деревушке на окраини одно из благополучный районов. Люди тут были не самые богатые, акуратные дома и опрятно одетые гаражане. Толпа детей бегающих вокруг и девочка с красочным ветрячком в руках в форме цветка. Знакомо. Очень знакомо. — Привет, — голос Даян стал мягким и более приятным нежели когда она говорила с Кучики. Она обратилась к девочке. — Привет, — тонкий голос и милая улыбка на губах. — У тебя красивая игрушка. — Спасибо это дедушка Джо сделал, он ещё куклы делает и машынки, яркие. — Я бы тоже такой хотела, не покажешь дорогу к дедушке? Девочка акуратно взяла Даян за руку уводя в деревню. — Капитан, — Абарай бросил взгляд в сторону явно недовольного капитана, или ему так казалось. Кучики молча пошёл следом за девушкой, а Абараю ничего не оставалось, кроме как пойти за ними. — Какие все вокруг странные, — вздохнув, произнёс он. Абарай шёл за капитаном, ступая по земляной тропе, среди ухоженных скромных домов и занимающимися своим делом людей. Смех детей и гул от тележек и торгующих на придорожном рынке людей. Осматриваясь вокруг ему стало грустно, вот в такие моменты где-то глубоко в свое душе, он жалеет, что стал синигами, но в то же время рад, что может быть частью системы которая как ни как охраняет этих душ. Детский смех становиться всё громче, а гул рынка всё дальше. Они шли дальше в тихий закуток из нескольких домов ближе к окраине. Толпа мимо пробегающих детей с яркими игрушками в руках, пробежали мимо, зазывая провожавщую их девочку. — Вам туда, — она указала на низкий, маленький домик слегка потрёпанный, но ухоженный, а затем убежала вместе с толпой. Даян помохала рукой удаляющимся детям и посмотрела на дом. Вокруг низкий забор, на котором сушились яркие отрезки тканей, прям перед входом небольшой прилавок с маленьким выбором очень ярких игрушек ручной работы. Вокруг было тихо и спокойно, звук колакольчиков разносился по округе, от лёгкого дуновения ветра. Пожилой мужчина вышел из дома, обув сандали он сел на лавочку, и взяв лежавшие на скамье кисть с красками, начал раскрашивать держащую в руках ткань, выводя причудливые узоры, преподнося кусок ткани всё ближе к глазам. Тень заслонила свет и мужчина поднял глаза. — Наконец-то я встретил тебя, — девушка села, прикосаясь коленями земли и внезапно обняла его, ложа голову на колени, — А ты всё такая же, — он легким движением руки погладил её по волосам, — Амели. — Да, — она подняла голову, — Александр, и ты тоже всё такой же. — Мало кто помнит свою земную жизнь, в основном дети, но вот что бы кто-то более старший, уже редкость, — рассуждал Абарай. Хозяин дома радушно их принял и сделав чай, рассказал что был знаком с девушкой когда был жив и, что попав сюда всегда знал, что прийдет время и он вновь увидит её. — У Ала, была на редкость сильная аура и заметил он меня без гигая, это был мой второй или третий год в Мире Живих, я тогда уехала во Францию учить язык. — Да, ты была словно маленький потерянный котёнок, среди мусора и рваных коробок. Сидела возле фонтана, вся промокшая и худая, аж кости светились, глаза такие тёмные, без единого намёка на жизнь. Я думал просто заблудший дух, который привязался к этому месту, много таких было в то время. — Но потом мы встетились в кафейне, и ты меня забрал к себе и впрямь как котенка, — девушка сжала его худую холодную руку. — Моя жена умерла, а дети разбредись кто куда, и ждали пока моё состояние перейдет к ним. Мне было одиноко в большом доме, и каждая женщина абсолютного любого возраста хотела только моего содержания, но я нашел родную душу в хрупком цветке с зелёными, словно стебли розы, глазами, — Даян рассмеялась. — О да, они были все взбешены, когда их отец на старости лет решил жениться на молодухе. Это было феерично. — Женился? Погодите, Дана, это ваш муж?! — глаза Абарая были похожи на два форфоровых блюдца. А вот сидящий за ним капитан притих и явно был не в духе. — Да, мы были женаты двенадцать лет, пока Ал не умер. Он дал мне образование и цель в жизни. Показал практически весь мир и научил жить в непонятной для меня обстановке, — её голос был спокойным и нежным, а глаза светились ярче солнца, когда взгляд фокусировался на нём. — Дорогая, — Александр погладил девушку по щеке, — я же говорил, что ты все равно вернёшься в родные места и люди которые причинили тебе столько боли будут наказаны сполна, я надеюсь на это. Я рад, ты настоящая, живая и полна жизни, — Даян хотела что-то сказать, но была резко остановлена, — Нет, отрицания не принимаються. — Никогда не могла тебе перечить. — Я просто нашёл к тебе подход, вот и всё за двенадцать лет то, — он рассмеялся и Даян настолько широко улыбнулась, что Кучики стало тошно. Стало тошно, от того насколько она сейчас всетиться при виде немочного сатрика. Нашел подход, чёрт с ним, за двенадцать лет, это миг для синигами. А он за пол века так и не научился понимать её, а теперь и подавна. — Что привело тебя сюда и явно не обычних рядовых синигами? — спросил он, отпив чай и отставив чашу в сторону, — Явно ничего хорошего. — Не случалось ли, чего странного в последнее время? — спросил Абарай. — Странного, — задумался старик, — дай подумать. Ну разве что, за деревней есть озеро, говорят там часто люди стали проподать, да и не только из нашей деревни. Детей туда уже давно не пускают, а вот всякие заблудшие часто пропадают. Я рядом травы собираю, но как видите ещё не утащил никто. Может из-за времени, я утром хожу, а те ночью забредали. — Стоит проверить, — отозвался Кучики, и тут же исчез оставляя своего лейтенанта в недоумении. — Да вечереет уже, погоди минутку, — Ал похлопал по тыльной стороне ладони Даян и зашёл в дом. Через несколько минут он вернулся со свертком, — Уже давно его храню, с тех пор как увидел тех синигами в такой же форме как у тебя и решил, что рано или поздно встречу тебя, — он развернул серую ткань. Чёрная накидка, вышитая серебрянными нитями и фиолетовыми мелкими цветками незабудки. Незабудки, их запах всегда пробирался в дом по вечерам, а капли росы на каждом лепестке поблёскивали, словно драгоценные камни рано утром. Для Даян то время было прекрасным, каждый миг и каждое утро в цветущем саду, наполняли её силой и хоть какой-то частичкой радости. — Незабывай меня, если я стану росой на этих лепестках, — Даян подняла взгляд и улыбнулась, — Я помню, и буду помнить всегда. Девушка накинула её на плечи, притный шёлк коснулся кожи. Тепло. Спокойно. Пахнет деревом, хлопком и красками. — Мне пора, — сказала Даян. — Да, тот молодей парень такой нервный. Негоже сравнивать уже старого и сморщеного деда с собой, — он потянул Даян за рукав и тихо произнёс на ухо. Девушка только закатила глаза. Уже темнело, и в отличии от капитана Даян и Абарай решили пройтись по местности обычним шагом, что бы все детально рассмотреть. Из леса возвращались плотники со спилянными деревьями, жещины с корзинами полными ягод и трав. — Как только начало темнеть, все возвращаються ближе к деревни, даже плотники сначала добыли материалы, перенесли ближе к деревни и уже сдесь будут работать, обычно они б разбили лагерь прям в месте выруба. Меня знаешь что интерисует? — Абарай заинтерисаванно посмотрел на девушку. — Почему отряд отвечающий за этот сектор, всё ещё ничего не предпринял. Тут же возникает следующий вопрос, а знает ли кто-то кроме тех, кто на постоянной основе ходит сюда в патруль? — Это вопросы к пятому отряду, кажеться на них недавно спихнули эту часть, — сказал Абарай, — Действительно странно. Ты намекаешь на то, что они предумышленно скрывали, но кому какое дело до станных исчезновений, особенно на окраинах, тут постоянно водяться мелкие пустые. — Да, а в голову ничего не приходит. — Он сидит в полной изоляции, отрезанный от мира в тюрьме. — Айзен очень умный, хоть и козёл. Но я про другое, пока мы были там, только один сказал про опасность в лесу. Даже сейчас, когда мы идем с тобой, проходя мимо деревенских, никто из них не помотрел нам в след, или же предупредил. Мы явно сдесь впервые, насколько бы синигами были не милы местным, но даже самые отбитые кричат в след и злорадствуют, предупреждая. — Думаешь местных запугали. — Я не думаю, я уверенна. Проверю одну теорию, позже когда вернёмся. А теперь, найдём твоего капитана истеричку, — Абарай засмеялся в голос. Капитан истеричка, как человек гордый и разумный посностью посвятил своё время исследованию ранее упомянутого леса. Но за всё время пребывания, кроме птиц и наскольких кабанов никого не встретил. Выйдя ближе к озеру, ему показалось, что всего на мгновение, что проскоскочила реацу, и совершенно ему не знакомая. Показалось. — Знаешь Кучики, твою реацу за версту слышно, кого ты уже тут встретил? — Даян и Абарай выбрались с чащи леса, отряхивая одежду от паутины и пыли. — Встретил? — переспросил он. По лицу капитана деушка поняла, что спросила явно о чем-то чего не было, — Не показалось. — Ладно, ничего такого я не заметила, обычный лес, обычное озеро. — Либо из-за нашего присутствия, всё такое обычное, — в своеё манере сказал он. — Тоже заметил, похвально. Я уж думала, так и не научился дашь своего носа видеть. — Истерика знаешь ли, затуманивает разум переодически. — Подслушивать, — девушка улыбнулась, — неприлично.
