Анх

Староста выделила им свою хату для постоя. По ее словам, это было самое удобное для господ жилище. Арма не мог с ней согласиться - ванна была на улице и представляла собой корыто, но это было лучше, чем ничего. У Армы хрустел песок на зубах, а в волосах его застряли комья земли. В холодной воде он плескался целых полчаса. За это время изменилось многое. Шимике куда-то делся (наверное, не вытерпел и ушел чистить свою одежду к реке), а Инар вольготно прогуливался за воротами, держа под руку молоденькую деву. Незнакомую. И где только нашел? Ага, налицо обет безбрачия! Арма хмыкнул и вприпрыжку побежал обратно в дом. Стоило решить вопрос - поспать или идти искать Шимике? А может, маг уже вернулся? Ответ ждал Арму неподалеку. Шимике в идеально чистом, оранжево-розовом халате застыл неподалеку от крыльца, под раскидистой яблоней, и наблюдал за звездами. Стемнело. Лицо Шимике ничего не выражало, и Арма минуту колебался, но все-таки решил подкрасться к нему. Помешает? Или нет? - Почему ты не спишь, жеребенок? - вдруг сказал Шимике, не отводя своих чистых глаз от неба, и Арма вздрогнул, - Разве ты не устал? - Не устал, - возразил Арма, но тут же зевнул, и пояснил, - Не сильно устал. А ты? Почему не медитируешь? - Много мыслей. Они не дают спокойствия, - тихо пояснил Шимике. Интересно, что его так поразило? Схватка с демоном? Или что-то иное? Арма хотел было уйти, чтобы не мешать, но слова сами вырвались из его рта. - Ты, правда, принял обет безбрачия? - сгорая от любопытства, выпалил Арма, - Или ты соврал, чтобы тебя не женили? Шимике молчал, а потом вдруг прерывисто сказал, почти выдохнул: - Я принял обет, когда мне было десять. Я стараюсь не врать, когда можно избежать лжи. Арма завис. Десять? Совсем ребенком был! Почему так рано? - Это было твое решение? - в непонимании нахмурился Арма. - Нет, конечно! - слабо улыбнулся Шимике, - Принять обет меня заставила мать. Арма поджал губы. Что за порядки такие? Если матриархат, то можно мужиков третировать? - Здесь надо знать историю моей семьи, тогда все поймешь, - едва слышно пояснил Шимике, - Мать любила меня, и поэтому, она пошла на такой шаг. Маг на минуту задумался, а потом спокойно продолжил: - В семье Эстанус царит матриархат. Ты думаешь, мы такие праведные, поэтому ценим женщин? Сейчас - да, это так, но раньше... Все было по-другому. Основатель моего клана - мужчина. Его звали, как ты догадываешься, Эстанус. Он был сильным магом жизни, но человеком - обычным. В нем крылось и добро, и зло. И, может, зла в нем таилось даже больше. Времена были такими... Хотя, конечно, не время определяет суть человека. И сейчас есть злодеи. Да и праведников тогда было достаточно... Что я хочу сказать... Шимике тяжело вздохнул. - Эстанус кому-то причинил боль, это определенно, - вернулся к своему рассказу маг, - И его род прокляли. Я догадываюсь, что это была женщина, которую Эстанус обидел. Сильно обидел. До смерти. Эта женщина - несомненно, сильный маг, сделала так, чтобы среди потомков Эстануса больше не рождалось мужчин. Вообще. После смерти первого главы на свет появлялись только девочки. Они имели мощные силы - наши целительницы всегда были известны и почитаемы, но магов-мужчин мы лишились. Со временем, через несколько сотен лет, проклятие ослабло, и в семье снова стали появляться мальчики. Но магами они были слабыми... Что редкость для нашего клана. Я - первый маг в нашей семье, который, скажем так, имел силу выше среднего... Выше среднего? Ага, конечно! Да его мощью сшибало наповал! Шимике опустил голову, и его волосы занавесили лицо, - так, что выражение глаз мага было не понять. - Мне всегда было стыдно за это, - почти прошелестел Шимике, - Мы не пришли к матриархату по своей воле. Это была необходимость. У нас просто не осталось мужчин. И, получается, то, что мы проповедуем сейчас, выросло на обмане... Это ужасное ханжество. Мы не пришли к этому по своей воле. Можно ли считать наши воззрения истинными? Сам я разделяю их, но, при этом, чувствую боль и обиду... Арма не знал, как реагировать на это признание, но неуверенно сказал: - Если ты разделяешь эти идеи, то большего и не надо. Может, это проклятие и не было случайным! Может, оно, наоборот, подтолкнуло вас к истине! Это дар свыше, да! Сам не понял, что сказал, но он хотя бы попытался! Шимике вдруг откинул со лба волосы и легко рассмеялся. - Спасибо, Арма, ты очень добр, - почти с нежностью посмотрел на него маг. Добр? Нет, вы что! Он - злобный некромант, очнитесь! Но слышать подобное все равно было приятно, и Арма, чуть покраснев и смутившись, поспешил замять эту тему. - Я сочувствую тебе. И спасибо, что рассказал историю своей семьи, - неловко пробормотал некромант, - Но я никак не могу понять - как связан твой род с обетом безбрачия? - Связь прямая, - сцепил челюсти до боли Шимике, - В моем клане живут, в основном, родственники. Правда, дальние - браки между ними возможны. Раньше было почетно заключать союзы внутри семьи, но сейчас это стало невозможно. Женщинам приходилось выходить замуж за магов из других семей. Так было, пока не произошло исключительное событие... Родился я. Сильный маг-мальчик. Свой. Из рода Эстанус. Женщины нашего клана будто с ума сошли! Они все передрались, пока я был в колыбели... Доходило даже до... Насилия. Все мои троюродные и четвероюродные тетки, сестры, племянницы заявили на меня свои права. Мама была в ужасе. Ее дитя еще не ходило, а его уже делили... Речи велись даже о... О многоженстве. И ни меня, ни мать больше не спрашивали. Мать тогда еще не была главой и не имела большого влияния. Шимике улыбнулся, но радости в его улыбке не было ни грамма. Боги, неужели маленького ребенка хотели буквально разорвать? Судя по виду Шимике - еще как хотели! - Мама нашла выход из ситуации, - продолжил рассказывать Шимике, - Тогда, наверное, единственный. Я принял обет безбрачия и стал неприкасаемым. Но мама не могла смириться с моей судьбой и оставила мне одну лазейку... Заранее было оговорено, что я могу разрушить обет безбрачия под влиянием высшей силы. - Какой высшей силы? - глаза Армы сверкнули от любопытства, - Магии жизни? - Нет, конечно! - благодушно рассмеялся Шимике, - Высшая сила - это любовь, глупыш! - Ах, любовь! - презрительно закатил глаза Арма, - Да что вы все о любви говорите? Что в ней такого? Я, например, любви никогда и не знал! Может быть, у меня и сердца нет? - О чем ты говоришь, жеребенок? - искренне удивился Шимике, - Сердце есть у всех. - И даже у демона? - не поверил Арма. - Даже у него, - величественно кивнул Шимике, - Оно просто иссохло от злобы и ненависти, но там внутри что-то определенно осталось... Любое сердце может сгнить, если его вовремя не спасти. - И даже у злобного некроманта есть сердце? - беззаботно уточнил Арма. Беззаботно - только с виду. Внутри у Армы все напряглось в ожидании ответа. Шимике посмотрел на него очень внимательно, будто в душу заглянул, и просто сказал: - И у злобного некроманта есть сердце, Арма. Но почему ты думаешь, что все они злобные? Некроманты могут быть разными, Арма. Как и все маги, как и все люди... Каждый сам выбирает свою судьбу. Ты так не считаешь? Шимике глядел на него столь пытливо, что Арма не выдержал и попятился. - Не знаю, мне говорили, что некроманты - злобные, - чисто из упрямства буркнул он. - Мы не выбираем, кем родиться, - легко пожал плечами Шимике, - Но только мы решаем, как поступать нам в дальнейшем. Подумай об этом... А сейчас иди спать, Арма. Завтра снова в путь. Эээ, его прогоняли? Арма насупился. - Ты можешь постоять рядом, - будто разгадал его мысли Шимике, - Но прошу, пока не говори со мной, хорошо? Мне нужно собраться с мыслями. Да ладно, уйдет он! Арма обиженно хмыкнул и развернулся, чтобы покинуть Шимике, но внезапно его голову пробила странная и мучительная мысль. А что если... - Шимике! - неожиданно выпалил Арма, - А ты думал нарушить свой обет? Нет, понятно, что ему десять раз на дню предлагали жениться... Шимике - красивый, умный, сильный, добрый, честный и щедрый! Мечта, а не мужчина! Но думал ли он сам отказаться от своего обета? Шимике долго молчал, и Арма начал думать - а не позорно ли ему ретироваться? Все равно не ответят... Но маг вдруг глухо произнес: - Лишь один раз я раздумывал над тем, чтобы нарушить обет. Мне предлагали это сделать. И тот, кто просил меня об этом, был мне дорог. - Но ты не нарушил обет, - прохрипел Арма, - Почему? Он понимал, что лез не в свое дело... Понимал. Но... Но. - Это была не высшая сила, - едва слышно выдохнул Шимике, он повернулся лицом к Арме, и глаза его влажно, грустно сияли в свете звезд, - С моей стороны была не она, понимаешь? - Понимаю... - ветром прошелестел Арма, хотя ничего, кажется, уже не понимал. - Ты жалел? - снова против воли вырвалось у него, - Что отказал этому человеку? Магу? Шимике отвернулся, устремив свой взгляд ввысь, - к звездам. - Я жалею о многом, - глухо произнес он, - Но это была не высшая сила. И мой отказ... Я поступил правильно. Я не мог изменить свои чувства. Это не дано никому. Хотел бы я их изменить? Уже не знаю. Понимая, что разговор окончен, Арма на ослабевших ногах ввалился в хату. Боги, отчего его так трясло? *** Арма стоял уже несколько минут, опираясь спиной о косяк, и думал, думал, думал... Высшая сила! Как же! На болотах всякий сброд шлялся, и Арма видел иногда, чем мужчины и женщины занимались! Ему не нравилось это! Жадные и дрожащие, нетерпеливые, они напоминали животных, а не людей! Хотя и говорили "люблю"! Жалкое зрелище! И это высшая сила? Или это была не любовь? Не совсем любовь? Арма запутался. Он всю жизнь был равнодушен к влечению тела. Его ни к кому не тянуло... Почему? Быть может, его и не должно было тянуть? Потому что он - некромант, а им любовь и желания чужды? Арма устало и зло потер лицо. Боги, ему было так страшно, и он не понимал, почему! Внезапно скрипнула дверь, и раздалось мягкое и взволнованное: - Жеребенок, почему не спишь? Ты едва шаг за порог сделал! Лицо Шимике будто светилось в темноте. Такое чистое, красивое, праведное... Будто лик милосердного божества. От Шимике пахло свежей травой и ночью... Лунной, светлой, влажной и прохладной. В такие ночи хотелось бродить по тропкам вечно и разглядывать бескрайнее небо, вдыхая свежий, сладкий воздух. Ворот халата Шимике открывал его ключицы, и белая кожа мага напоминала нежный бок луны... Хотелось выть на нее, словно брошенному волку. Шимике и сам был неотъемлемой частью этой ночи. Хотелось им дышать. Арма вдруг всхлипнул и, оттолкнув мага, выбежал из лачуги. Он мчался непонятно отчего... Не зная, почему. Взволнованные крики Шимике Арма уже не услышал...