Анх

Арма шел по мраморному полу, осторожно ступая по нему босыми ногами. Своды храма находились так высоко, что их было не видно. Вокруг стояла пугающая тишина, хотя Арму окружали десятки людей (ладно, не людей, а некромантов), чьи лица были скрыты капюшонами. То, что Арма попал, - это было слабо сказано. Он по уши увяз в дерьме. "Дорогие" родственнички дали ему увидеться с Хаттой, обнять дядюшку крепко-крепко и вытереть слезы о грубую ткань на его плече. Все. На этом свобода Армы кончилась. Хатта сидел под дверью - в комнату его не пускали, но некромант чувствовал его. Арму просто заперли на несколько дней и поставили на его клетку такую защиту, что, как бы некромант ни старался, ничего у него не выходило. У Армы не получалось выбраться. Кассандра (некромант не хотел называть ее бабушкой - обойдется) приносила ему еду, не отвечала на каверзные вопросы и расхваливала перед ним его будущую невесту. По словам "бабули", она была красавицей, умницей и некромантом, благословленным богами. Звали ее Ифигения. Арма был в восторге (нет - его уже тошнило). По сути, Арму забрали в рабство. Пусть и достаточно сытое - не били, кормили и работать не заставляли, но это была неволя. Его заперли в тюрьме. Правильно отец скрывал его от таких родственничков! На воспоминании о папе сердце защемило. Мысли о нем были каким-то мутными. Но кое-что Арма сумел вспомнить - он безумно любил отца, и это все, что надо было ему знать на данный момент. А вот другая часть его семьи не прельщала. Казалось, их цель была любой ценой женить Арму. На третий день заключения к нему пришли люди во главе с Кассандрой (именно, что люди!) и начали вертеть его то так, то сяк. В итоге, Арму закутали в короткий полупрозрачный, дымчатый халат, размалевали ему лицо, а его куцые волосы собрали в пучок на голове и украсили их серебряными заколками. Нет, подождите, его, что ли, замуж выдавали? Не женили? Позор какой! Зачем такие украшения? Но Арму никто не спрашивал. Правда, ему удалось мельком взглянуть в старинное зеркало, и он... Он казался красивым? Серые, невесомые одеяния очень хорошо подходили к его голубым глазам. Но кому нужна эта красота, правда? Главное, наслаждаться счастьем, что пока Арме было недоступно. После переодеваний некроманту стало не до разглядываний. Его скрутили, одели на голову мешок и куда-то потащили. Семейное гостеприимство в самом разгаре! Арма даже не пытался сопротивляться. Себе дороже. Его окружала очень плотная, темная сила. Нет, спасибо! Он подгадает более удобный момент. Но ничего хорошего не происходило. С Армы сдернули мешок, и он завертел головой, понимая, что находится в храме... Высокие потолки, стрельчатые окна, скупые солнечные лучи, падающие на мраморный пол, и громоздкий алтарь со статуей какого-то божества, ясно намекали на то, что его привели в святое место. За руку Арму держал Агамемнон. Держал очень крепко. - Как жаль, что тебя не смогла отвести к алтарю собственная мать, - тяжело и печально вздохнул Агамемнон, - Как жаль... Ага, жаль ему! Тридцать девять лет где-то шлялся, потом упал, как снег на голову, похитил, а теперь еще к алтарю тащит! Крыса! Кстати, об алтаре... Прямо у статуи, изображающую обнаженную женщину с поднятыми к небу руками, стояли двое - некромант (кто же еще?) в черном плаще, сжимающий кинжал, и девушка (судя по фигуре) в дымчатых, длинных одеждах. Ее лицо скрывала темная вуаль. Празднично, однако! Прямо чувствуется дух счастливого брака! - Твоя невеста, - с воодушевлением сказал Агамемнон, указывая на девушку. Отлично, ему еще кота в мешке подсовывали! Кто там, вообще, под этой вуалью? Живой человек ли? Он тут после встреч со всякими "тварями" готов был ко всему. Арме стало совсем дурно. Он вдруг резко остановился, и Агамемнон строго на него посмотрел. - Я вас не знаю, - упрямо буркнул ему Арма, - Не хочу, чтобы вы вели меня к алтарю! Простите, но пока вы мне никто! Хочу, чтобы к алтарю меня вел мой дядюшка! Тот, кто меня воспитал! Позовите Хатту! Если не исполните это, то я буду сопротивляться! Позвольте мне хоть это, если уж женюсь я насильно! По толпе пронесся ропот, но Арме было наплевать. Кого он тут должен уважать? К кому проявлять почтение? Его украли, ясно?! Он еще очень послушно себя вел! Мог устроить тут локальный конец света! Правда, Арма демонстрировал послушание не случайно. Он выжидал правильный момент. Если действовать сгоряча, то можно все порушить... Нет, Арма пока должен терпеть. Может, ему повезет. Именно поэтому он позвал Хатту. Время хоть потянет. А если ничего на ум не придет, и шанса на побег не представится, то Хатта все равно будет рядом... Его присутствие успокоит. - Ладно, - тяжело вздохнул Агамемнон, будто делал Арме величайшее одолжение, - Приведите несчастного мертвеца! Хатту завели в зал буквально через пару минут (быстро!) и всунули ему в руки Арму. Дядюшка крепко-крепко сжал руку некроманта и уверенно потащил его к алтарю. И вдруг Арма понял, что Хатта ему что-то передал. Его ладонь уколол какой-то острый предмет. Арма сжал руку Хатты сильнее и насчитал у небольшого предмета несколько граней. Похоже... На звезду? Арма вздрогнул. Звезда... В его ухе тоже была звезда. Они подошли к алтарю. Хатте пришлось отпустить руку Армы, но в ладони некроманта остался остроконечный предмет. - Дай руку, - вдруг хрипло сказал мужчина с кинжалом у алтаря. Наверное, это был жрец. Арма поколебался, но его толкнули в спину, и ему пришлось выставить вперед левую руку. Правой он старался не размахивать. Там был предмет. Раз Хатта его ему передал, значит, он может помочь. Жрец задрал рукав его халата, и запястье Армы обожгло болью. Что он там рисовал, сволочь?! Арма зажмурился - паника захлестнула его. Он не хотел, не хотел жениться! Не желал застрять в этой тюрьме! Думай, думай, Арма, думай! И вдруг в его голове, словно вспышкой, пронеслись воспоминания. - Возьми талисман, - сказал нежно папа, поцеловав его в лоб, - Я скоро приду к тебе. Но если по дороге тебя будет поджидать опасность, то сожми в руке мой талисман, и он доставит тебя туда, куда ты пожелаешь... Отовсюду. Талисман разобьет любую защиту. Любую стену. Обязательно. Верь мне. Он уникален. - Я хочу к тебе, - пробурчал обиженно Арма, - Может, ты дашь мне талисман-портал? Он сразу отнесет меня к тебе? Домой! Ты всегда сможешь защитить меня! - Портал в наш дом - это опасно, - тяжело вздохнул отец, - А этот талисман никто не сможет отследить... Но это - на крайний случай. Я уверен, все будет хорошо. Это просто я слишком волнуюсь. - Отдай его Хатте! - пожал плечами Арма, его на миг накрыло плохим предчувствием, но он быстро отбросил дурные мысли, - тогда некромант был слишком юн, чтобы понимать, что происходило, он верил отцу, как самому себе, а папа казался спокойным, - Ты и так меня всяческими талисманами обвешал... Арма вернулся в реальность толчком, словно вынырнул из холодной воды. Жрец дорисовал какую-то неведомую дичь на его запястье, но теперь некромант не боялся. Он знал, что делать. Арма молниеносно вырвал свою руку из пальцев жреца, схватил за плечо стоящего рядом Хатту и сжал талисман в руке, яростно желая: - Хочу... Хочу... Хочу к нему! Мелькнула белая вспышка света, и Арму вместе с Хаттой затянуло в серебристый водоворот. Последнее, что он услышал, было: - Тебе никуда не деться! На твоем запястье Боярышник! Ты обязан будешь жениться! Его не смыть! Когда Арма открыл глаза в следующий момент, то не поверил тому, что видит. Его нос находился буквально в нескольких миллиметрах от чужих губ. Пухлых и очень знакомых. Арма, сглотнув, поднял голову и встретился глазами с другими - прекрасными, карими, темными и глубокими. В них застыло искреннее удивление, почти шок... Шимике. Сердце Армы подпрыгнуло к горлу, он дернулся и внезапно осознал, что лежит прямо на любимом маге. И ему вдруг показалось, что это поза была создана для него. На Шимике было удобно. Не хотелось вставать. Никогда. А потом мозг Армы резко вернулся на место. Шимике отверг его! Он явно не желал, чтобы Арма грел на нем свою тушку! Некромант поспешно вскочил и отпрыгнул от Шимике, забившись в ближайший угол. - Он, что, упал с потолка? - вдруг раздалось шокированное рядом. Это сказал Инар. Вроде. Арма не мог ничего толком рассмотреть. Глаза застилали то ли слезы, то ли кровь... То ли он потерял зрение от эмоций. Как там говорят? Потемнело в глазах? - Мы его ищем по всему царству, Шимике не спит несколько суток, от нервов исхудал, никакой весточки от него, а он с потолка падает! Вместе с безголовым трупом! Еще и в таком странном виде! Чем занимался, вообще? Пытался работать в борделе? - лениво и насмешливо произнес кто-то. Куду-Или? Неважно. Арма услышал то, что хотел. Хатта точно упал рядом с ним! Слава богам! Арма думал протереть лицо, чтобы увидеть больше, понять, где находится, но вдруг его запястье обожгло такой болью, что он застонал. В следующий миг за руку его кто-то схватил. - Шимике, что там? Что там?! - кажется, это голосил Инар, - Он, что, умирает? Что происходит? На миг повисла оглушающая тишина, а потом Шимике, не отпуская его руку, странным тоном произнес: - Метка Боярышника. Брачная метка. Но... Красная. Незавершенная. Арма поспешно и резко вырвал руку из хватки Шимике. Маг не должен был ее видеть... Ни за что! Арма пока не знал, почему. Просто был уверен - Шимике нельзя смотреть. И все. Арма пополз на коленях неизвестно куда. Прочь... Подальше от Шимике. А потом его накрыла темнота, и он больше ничего не помнил.