Презумпция вины Бланта - Часть IV

— обвинение вызывает на допрос свидетеля Дениела Сэмюеля Фишера. Дениел выглядел подавленным. Эрик понимал, что это слушание дается ему непросто, однако он не станет врать под присягой, даже ради друга. Задача обвинения была составить максимально негативный портрет Эрика, и его близкий друг был отличным средством на пути к достижению этой цели. Расстегнув нижнюю пуговицу на пиджаке, он уселся поудобнее. Его ладони потели, он то и дело поправлял ворот рубашки. — прошу иметь в виду, что вы отвечаете под присягой и обязаны давать лишь правдивую информацию. — адвокат Грейс обратилась к Дениелу. — да, я понимаю. — чтобы понять характер поведения и мотивы подсудимого, необходимо составить его психологический портрет. Мы ознакомились с отчетом полиции о правонарушениях мистера Бланта, и выяснили, что три месяца назад он был участником дорожного происшествия, произошедшего по его вине под действием наркотических веществ. — протестую ваша честь, к делу не относится, дтп произошло после предполагаемого причинения вреда, — вступилась Анна-Лиза. — это относится к делу, ваша честь. Я веду к тому, что возможно, уже на момент встречи жертвы и подсудимого, у последнего были проблемы с наркотиками. — продолжайте, мисс Стюарт. — мистер Фишер, были ли вы свидетелем того, что ваш друг находился под наркотическими веществами? — да, был. — были ли случаи употребления наркотиков в период времени непосредственно перед происшествием? — да, такие случаи были. — скажите, проявлял ли подсудимый агрессию в поведении, когда находился под действием веществ? — нет. Обычно он расслаблялся и становился более дружелюбным… — то есть из этого можно заключить, что в обычном состоянии подсудимый не был дружелюбным? — ваша честь, это безосновательный вывод! — протест отклонен. Продолжайте. — я не хочу сказать, что Эрик не был дружелюбен, — Дениел смотрел на друга, — просто в этот период у него было много стресса, связанного с его бизнесом и принимая наркотики, ему удавалось снять напряжение. — хорошо, скажите, знакомы ли вам случаи проявления подсудимым агрессии. Дениел развел руками. — смотря что вы подразумеваете под агрессией… — я перефразирую. Применял ли Эрик Максвелл Блант силу по отношению к другим людям? Дениел закрыл глаза. Ему было неприятно признавать тот факт, но он должен был дать показания. — да, он проявлял насилие прежде. В зале стало шумно, но вскоре заседание продолжилось. — были ли вы сам свидетелем того, чтобы мистер Блант нанес телесные повреждения женщине? Дениел был загнан в угол. Эрик нервно поправил волосы и недовольно выдохнул. Анна-Лиза склонилась к нему и прошептала: — спокойно, это все вписывается в нашу стратегию. — да, я был свидетелем того, что Эрик применял силу по отношению к женщине. — состояла ли женщина в интимной связи с подсудимым? Дениел смотрел Синди в глаза. — да, они состояли в интимных отношениях. — расскажите, как это произошло? Дениел сглотнул. — мы проводили отпуск на острове. Там Эрик познакомился с Синди Уильямс… после сексуального контакта у девушки на щее я обнаружил следы от удара… В зале снова поднялся шум. — прошу тишины. Продолжайте, — судья обратился к Дениелу. — однако, поговорив с ней, оказалось, что это было по ее согласию… — ваша честь, утверждение со слов другого человека, прошу не учитывать в протоколе. — возражение принято. — скажите мистер Фишер, известны ли вам случаи, когда мистер Блант наносил бы телесные повреждения в гневе? — да, мне известен такой случай. Однако, это была провокация… — спасибо, на этом все. — Эйприл Стюарт была довольна ответами Дениела, она вернулась на свое место. — Свидетель может быть допрошен стороной защиты. — так как мы рассмотрели в этом слушании случай с аварией, в которой участвовал подсудимый, я бы хотела задать вопрос свидетелю: были ли вы непосредственно после происшествия с мистером Блантом? — да, я навещал его в больнице в ту же ночь. — какое впечатление он на вас произвел? — он был расстроен, подавлен… — как известно, мистер Блант прошел трехмесячную реабилитацию и лечение от наркотической зависимости. Считаете ли вы, что это происшествие послужило причиной для его решения обратиться за профессиональной помощью? — да, я в этом уверен. — выражал ли мистер Блант вам лично сожаление либо обеспокоенность по поводу своего поведения, из-за чего он стал бы обращаться за помощью? — он был обеспокоен тем, что под влиянием веществ не мог мыслить ясно и… думаю, да, он хотел это исправить. — скажите, как долго вы знаете мистера Бланта? — долго… несколько лет, может восемь или десять. — как бы вы описали его характер? — Эрик очень амбициозный, он гений в своей сфере. Этот человек щедр, он участвует в благотворительных мероприятиях, помогает другим. В прошлом году он оплатил перевод девочки из неблагополучной семьи в школу, в которой ей смогли обеспечить хорошие условия для дальнейшего обучения. В бизнесе он, несомненно, ведет себя более жестко, но это правила рынка… с друзьями он открыт, дружелюбен. — спасибо за ваши показания, мистер Фишер. — Мне нужно будет уехать на два дня, присмотришь за малышкой? — Синди погладила кошку, трущуюся возле ее ноги, пока она укладывала вещи в чемодан. — это командировка? — Изабель удивленно уставилась на нее. — да, утром самолет, мы летим вчетвером, так что скучно не будет. Джереми хочет наладить отношения с партнерской фирмой в Цюрихе. А я надеюсь поесть шоколада. — она раскрыла соседний шкаф и рылась на верхней полке. — о боже, и мне привезешь! — я знаю тебя, сладкоежку. За это не волнуйся… вот они! — она сложила в ручную кладь маску на глаза для сна. — думаешь, поспишь там? Синди задумалась. — ты права, они не дадут… Приземлившись в аэропорту Лондона, коллеги прошли паспортный контроль. Все они были уставшими и немного сонными. Синди в трикотажном спортивном костюме и с небрежно завязанными, непослушно растрепывающимися, волосами, без макияжа выглядела, как только что проснувшийся ребенок. Никак не могла достать бутылку с водой со своего рюкзака, запутавшись в нем. Остальные уже прошли вперед, и она была вынуждена остановиться, чтобы попить воды. Поставив рюкзак и склонившись над ним, она наконец смогла выудить бутылку. Поднявшись и сделав шаг, она натолкнулась на Бланта. От неожиданности девушка отстранилась. — Господи, Эрик… — Синди выдохнула. От ее взгляда не ускользнуло, что он выглядел каким-то измученным. — можем поговорить? Она растерялась. — Мои коллеги там… ждут меня. — она махнула им. — Отлично, теперь они увидели, что ты занята. Отойдем… я угощу тебя кофе. Девушка реагировала медленнее обычного и часто моргала. — вообще-то я собиралась поспать хотя бы до обеда… Он подхватил ее багаж и вдвоем они направились в кофейню. Уединившись в углу за столиком, Блант начал разговор. — ну, как прошел полет? Синди отпила кофе и закрыла глаза. — что случилось Эрик? — я звонил тебе несколько раз… Ты не отвечала. — да, это логично, мы же были с коллегами в командировке, но ты это уже и так знаешь, а значит, в чем обвиняешь меня? — была так занята? — угрюмо спросил он. — да, я была занята, мы работали по десять часов, а потом тусили. Было совсем не до телефона… вообще, почему я оправдываюсь? — она недовольно поморщилась. — ты встречаешься с ним? — что? — от усталости Синди вяло реагировала даже на такую провокацию — с кем, Эрик? — она заулыбалась. — К кому ты меня ревнуешь? — это ее забавляло. Он кивнул головой в сторону, где прежде были ее коллеги. — он твой начальник? — его лицо было напряженным. — это же смешно, ты хоть сам себя слышишь? Или ты считаешь, что мне не найти работу, если я не буду спать со своим боссом? — она хмыкнула. — У нас обычные рабочие отношения. Это все, что тебя интересовало? Он склонил голову, посмотрев на руки перед собой, и снова устремил взгляд на нее. Его глаза чуть покраснели от усталости. — я тоже мало спал последние дни, — он нервно улыбнулся. Вздохнул. — Я хотел знать где ты, с кем, хотел услышать твой голос… я бы прилетел, но эти придурки адвокаты запретили мне делать глупости. — он глубоко дышал. — Мне тебя так не хватает… давай прекратим это. — почему ты давишь на меня? — ты сказала, что хочешь решить, что с этим делать дальше. Давай обсудим это. Утверждаешь, что это я виноват, что уехал. Я свою позицию тебе уже объяснил. Но теперь я здесь, скажи, чего ты хочешь? Этот вопрос застал ее врасплох. Разве женщина может знать такое наверняка? Синди облокотилась на руку и грустно смотрела на Бланта. — когда ты уехал, не попрощавшись, не объяснившись, я осознала, что нас с тобой связывают лишь эмоции, события, страсть… между нами нет никаких гарантий. Каждый имеет полную свободу, вроде к этому мы и стремились, но потеряв тебя тогда, я поняла, что ты был прав… ты ничего мне не обещал… Блант молча слушал и после спросил: — тебе нужны гарантии? Ты в этом уверена? — он с насмешкой продолжил — Ну, я уточняю потому, что как только ты получила гарантии от своего бывшего, то сразу же остыла к нему. Никакие гарантии не остановили тебя от побега, от измен… Разве тебе самой не ясно, что если я сделаю тебе предложение, ты поставишь эту галочку и я стану для тебя выполненным заданием, трофеем на твоей полке, частью той предсказуемой рутины, от которой ты так быстро бежишь… Чем-то, что уже априори принадлежит тебе. Синди была смущена. — я не это имела в виду… я сказала тебе еще в прошлый раз, я не знаю о твоих истинных мотивах… — не знаешь? — он склонился к ней и с отчаянием смотрел в глаза, не давая отвести взгляд — посмотри на меня и скажи еще раз, что ты не знаешь… ты, как никто другой, понимаешь, что со мной происходит… что это за безумное наваждение… Ты отлично анализируешь людей и можешь читать их эмоции, ответь мне, что же за мотивы у меня? Почему меня тянет позвонить тебе, услышать твой голос, твой смех… Как часто я, лежа в комнате с белыми стенами, вспоминал созвездие твоих родинок… почему в особенно тяжелые моменты я держался за мысль, как снова сожму тебя в своих объятиях… И самое ужасное, что не удается никак обмануть себя! Я не могу подменить эти ощущения ничем другим… в каждой новой девушке искать твой запах, надеяться услышать знакомые стоны… Синди было не по себе, но он продолжал. — может объяснишь мне, что это за ненормальное влечение? Я теряю контроль над собой, мне не справиться с этим в одиночку… Когда ты рядом, я хочу лишь одного… помнишь, как ты обняла меня тогда на яхте? Такого чувства спокойствия и нежности я никогда больше ни с кем не испытывал… Ты можешь называть это химией между нами, но это нечто другое… — Эрик… — скажи теперь мне, что нам дальше делать? — он взял ее ладони в свои руки и сильно сжал их. Она молчала. — … когда ты исчез, я осознала, насколько я уязвима. Боль, которую я испытала, была не похожа ни на что… но на самом деле я даже не знаю тебя! Ты так боишься проявить себя и быть со мной откровенным, все что ты делаешь, это притягиваешь к себе и тут же отталкиваешь. Может, ты и сам еще не осознал, что боишься настоящей душевной близости… Я бы хотела, чтобы ты не скрывал свою уязвимость и боль от меня, я рядом не только для того, чтобы веселиться… — ты хочешь увидеть, как я слаб? Говорить о моих проблемах или страхах? Зачем? — он недоумевал. — Я предпочитаю быть сильным… — или таким казаться… Мы не можем всегда блистать успехами, достижениями и получать удовольствие от жизни и это нормально. Нет ничего страшного в том, чтобы признать, что чувствуешь страх или разочарование, боль или подавленность… — она вздохнула… — Образ, который ты поддерживаешь, очень энергозатратный, я могу лишь представить, какая борьба идет внутри тебя, чтобы питать его и рисовать эту иллюзию для всех… — прекрати говорить обо мне, как будто все, что у меня есть всего лишь мираж… — нет, речь не об этом, твои успехи грандиозны, и они настоящие, ты достиг очень многого, и я всегда восхищаюсь тобой, ты же знаешь, — она вытащила свою ладонь и положила на его. — Но тебе не нужно бояться открыться мне, подпустить меня к себе, когда тебе плохо… — и вот я здесь, — он развел руками, — разве не это я сделал? — я лишь хочу, чтобы ты не скрывался, не отворачивался от меня, когда тебе больно или когда ты чувствуешь себя слабым… — что ты хочешь знать? — он перебил ее. — например, ты никогда не говорил о своем детстве, я почти ничего не знаю о людях, которые повлияли на тебя… — мое детство не было счастливым, Синди. Я предпочитаю не вспоминать о тех людях, чтобы не чувствовать снова ту боль и обиду на них, из-за которой так их ненавижу… — он отвел взгляд. — ты бы не хотел отпустить прошлое? Он хищно улыбнулся. — прощение — не моя сильная сторона, дорогая… Девушка внимательно посмотрела на него. — но ведь от этого страдают не они, а ты… Ладно, у тебя свои сложные отношения с прошлым, если не хочешь, можем не говорить о них. Для нашего будущего я ожидаю, что ты позволишь мне участвовать в том, что происходит в настоящем. Он серьезно смотрел на нее. Синди встала из-за стола и подошла к нему сзади, склонившись и обняв его. — позволь мне быть частью твоей жизни. — ее руки обхватили его за плечи, и она шептала это ему в ухо. — Не скрывайся от меня, даже если тебе больно или страшно. И я поступлю так же. Это единственный путь продолжения отношений. — Эрик склонил голову.