В оковах смерти

Орион стоял на противоположной стороне дороги от Миа, наблюдая, как девушка переходит дорогу. Он не сводил с нее глаз, прожигая взглядом каждый миллиметр ее тела. Ему нравилось, что она все делает правильно. Правильно для него. Она неумолимо движется к капкану, к цепким лапам жнеца, в объятья смерти. Вот-вот захлопнется ловушка, и ей ничего не останется, как встретить свою судьбу в глазах жнеца. Орион перевел взгляд на свои наручные часы и улыбнулся тому, насколько идеально прописан сценарий смерти этой девушки. Вдали послышался шум машины, которая приближалась на необъяснимой скорости к месту своего судьбоносного назначения. Именно там, где сейчас Миа уронила пакет с едой. Орион достал из кармана плаща последнюю на сегодня карточку с именем этой девушки. Он еще раз прочитал все детали ее смерти, приготовившись зачитать ей это. Однако в следующую секунду Орион заметил, как та самая машина, словно дуновение ветра, пронеслась мимо. Жнец поднял глаза и увидел, что на дороге девушки нет. Она лежала на тротуаре без сознания, а над ней с испуганным взглядом склонялся человек. Орион стремительно ворвался в свой кабинет, на ходу снимая с себя плащ и отбрасывая изрядно помятую карточку с именем «Миа». В нем кипела злость, бушевала ярость, и разгорался огонь страха. Почему страха? Ведь все прекрасно знают, что жнецы ничего не боятся, потому что давным-давно испытали на себе кару за грехи в прошлой жизни. Так почему Орион боится? Почему он гневно опрокидывает свой рабочий стол, который с глухим грохотом встречается с полом, а все содержимое, включая бумаги и письменные принадлежности, падают рядом? Почему он подходит к своему излюбленному зеркалу и, видя отражение мрачного мужчины, кулаком со всей силы разбивает его, чувствуя, как в костяшки впиваются осколки стекла? Он не чувствует боли. Сейчас его переполняет лишь чувство злобы на себя, на мир, на эту девчонку, которая смогла избежать смерти. Он ненавидел себя за совершенную ошибку, за неудачную работу. Орион с жестокостью оборвал шторы с окна, которые с треском рвущейся ткани легли к его ногам. — Непростительно! — закричал он в пустоту, тем самым выплескивая эти эмоции на предметы мебели в кабинете, которые, как ему казалось, насмехались над ним за его ошибку. Орион сходил с ума. Каждую минуту краснел от ярости, от дикого желания убить эту девчонку собственными руками, наплевав на все правила перехода в мир иной. Задушить ее, перерезать ей глотку и наблюдать, как та захлебывается собственной кровью. — Я лично позабочусь об этом! Еще ни одна жертва не ускользала от меня! В кабинет постучали, но Орион не отреагировал. Ярость полностью захватила его темное сознание. Не дождавшись ответа, вошла девушка. Не обращая никакого внимания на следы гнева Ориона, она подошла к нему вплотную и вручила конверт. — Вас желает видеть Господин Алистер немедленно, — четко произнесла она и, взмахнув блондинистым длинным хвостом, покинула кабинет, оставляя Ориона вновь наедине со своими мыслями, однако она не заметила очень важную деталь, прежде чем покинуть помещение. Она не заметила внезапно ставшего ужасно бледным мужчину. Она не поняла, как к его глотке поднялся нервный ком, как его руки слегка затряслись, как зубы были стиснуты, а губы превратились в одну сплошную полосу. Не о том ли страхе идет речь, который разгорался вместе с другими отрицательными эмоциями?

***

Миа очнулась в неизвестном ей месте. Открыв с трудом глаза, она осознала, что уже не на улице, а в теплом помещении. Краем уха Миа слышала отвратительный звук работающей машины. Она повернулась и обнаружила прибор, который показывает ее жизненные показатели. Чуть приподнявшись, девушка увидела рыжую копну волос, лежащих на ее руке, которая успела онеметь от тяжести головы парня. — Эй, проснись, — раздраженно и одновременно умоляюще потребовала она, пытаясь выдернуть руку. Но парень не просыпался, наоборот, он еще сильнее прижал ее кисть в койке, отчего стало больно. Не сильно, но неприятно. Однако попытки Миа разбудить парня в скором времени дали свои плоды. Он проснулся и сонно приподнялся, протирая глаза. Миа уставилась на него в немом шоке. Нет, она не могла сказать, что он был красивым. Он был потрясающим. Эти взлохмаченные рыжие пряди, которые спадали ему на глаза. Этот острый подбородок, эти ледяные голубые глаза, которые выглядели еще сонными, эти пухлые губы. Девушка невольно приблизилась, чтобы разглядеть еще какие-нибудь его черты, однако парень резко отмахнулся от нее, со смехом падая с табурета. Миа не сдержала улыбки. Так странно чувствовать на душе умиротворение. Ощущение, будто бы проснулась, а все до этого было лишь кошмаром, который терзал девушку со всей своей жестокостью. Поднявшись с пола, рыжеволосый парень вновь присел на табурет, рассмотрев девушку. Ему было важно убедиться, что с ней все хорошо, что она не пострадала. Когда он спас Миа от, казалось, неминуемой гибели, девушка потеряла сознание, видимо, от сильного потрясения. Парню пришлось отвезти ее в больницу. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он. В его голосе чувствовалась забота, а в душе Миа росло подозрение. Она совсем его не помнит. Она даже не помнит, как оказалась в больнице. — Нормально, — почти шепотом ответила Миа. Это была неправда. — Да уж, по тебе не видно, что с тобой все в порядке. Выглядишь растерянной, — сделал вывод парень, пристально глядя на девушку. Миа нахмурилась. Она отвела взгляд от него, стараясь быть как можно дальше от глаз этого парня. Он видел ее насквозь. Парень усмехнулся, облизал свои пересохшие губы, думая, как же расположить к себе эту девушку. В его голове возникла чудовищная, даже абсурдная идея. Он приблизился к Миа, взял ее руку в свою, слегка надавливая большим пальцем на внутреннюю часть ее ладони. Девушка от неожиданности распахнула глаза, устремив взгляд, полный опасения, на свою и его руку. Она хотела было отпрянуть от него, но какая-то невидимая сила не позволяла ей это сделать. — Отпусти…- хриплым голосом попросила Миа. Парень отстранился. Миа тут же спрятала руки под больничным одеялом, намереваясь больше не допускать таких ошибок. — Прости, — виновато произнес рыжеволосый, вставая с табурета, — я, пожалуй, пойду, не хочу, чтобы ты еще больше страшилась меня. Если захочешь пообщаться, то у твоего врача есть мой номер телефона. Одиночество заглушало звук пикающей машины рядом. Дождь за окном навевал воспоминания, однако самое важное ускользало от Миа. Она не помнила, как оказалась здесь, как этот странный парень вовремя успел спасти ее, ведь яркие огни все еще стояли перед глазами девушками. Огни приближающейся смерти. Что еще? Она не могла просто потерять сознание. Она должна вспомнить еще. Только вот с каждой ее новой попыткой отыскать в голове нужный кусочек пазла сопровождались головной болью, которая, словно ножом, резала виски девушки. Эти воспоминания больше ей не принадлежали.

***

Этой ночью Орион работал на износ. Он пытался сделать свою работу как можно качественнее, лишь бы не встречаться с господином Алистером. От одного только имени жнеца бросило в жар, а страх затуманивал разум. Он был готов сделать всё, чтобы исправить ту фатальную ошибку, которую совершил. Орион мечтал найти в списке очередных жертв ее имя, чтобы раз и навсегда покончить с этим, но нет. Миа не хотела больше умирать. Миа — теперь самый настоящий его кошмар наяву. Однако делать было нечего. Неподчинение каралось, неявка воспринималась, как страх и слабость, которого не должно быть у настоящего проводника. Ориона вновь ждала работа. Пятнадцать имен, среди которых половина была тяжело больна и находилась в больнице. Делать было нечего. Сейчас особенно важно проявить себя, чтобы не уничтожить и так низкую репутацию и не угробить карьеру. Постепенно одного за другим Орион встречал, зачитывал им их карточку и провожал в другой мир. Жертвы были в основном старики. Когда осталась лишь одна девушка, тяжело болеющая раком мозга, Орион проявил к ней великодушное терпение, ведь та совсем не хотела умирать. Он злился, уговаривая ее, но не срывался, не заставлял силой. Жнец думал о своей подпорченной репутации, вспоминая девчонку, которая всё испортила. Как же мечтал увидеть ее в этом списке, однако вскоре ему пришлось столкнуться с ней в реальности. В ее палате. Он проходил мимо палат, пока не почувствовал всем телом ее присутствие. Открыв дверь, Орион застыл, увидев ту самую девчонку. Миа. В его голове пронеслась мысль, как он смог ощутить ее, но вскоре любопытство сменилось гневом. Жнец медленно, очень медленно подходил к ней, заглядывая в ее сознание и меняя прекрасные сновидения на кошмары с его участием. Ему хотелось дать понять Миа, что она теперь не отделается от него, что теперь она в его власти и что он убьет ее. Орион подошел к ней, схватил за запястье, однако внезапно почувствовал резкое влечение к Миа. Пришлось отпустить руку, но было видно, как его взгляд переменился. Вместо злобы и ненависти в глазах отразилось другое, более сильное чувство. Может, желание? Страстное желание обладать ею. Ориону потребовалось время прийти в себя. — Беги, беги, настолько далеко, насколько сможешь, но я все равно найду тебя. Я буду твоим кошмаром наяву. Я доведу тебя до такого состояния, что ты не захочешь жить, что смерть покажется тебе сладким подарком, — прошептал Орион ей на ухо, полностью контролируя ее тело. Ему доставляло невообразимое удовольствие издеваться сейчас над ней, когда та не может даже проснуться. — На твоем месте я бы не стал переходить границы, жнец, — за спиной Ориона послышался грубый мужской голос. Он обернулся и увидел на пороге палаты улыбающегося парня на вид примерно двадцать пять лет, но жнец знал, что ему гораздо больше. Он также знал, кто это, знал, что сможет справиться с ним, но не сейчас. Орион не хотел тратить свои силы на ангела-хранителя девчонки, поэтому он лишь усмехнулся и пошел прочь из палаты, напоследок задев ангела плечом, давая тому понять, что не стоит переходить ему дорогу.