Среди нас...

…Игра на выживание…

…начинается…

Pov Красный.

      Наконец-то я прибыл на космодром. Восемь часов в машине тряслись…       Пройдя через все надлежащие осмотры, пару заключительных тестов и прощание с Землёй на камерах, в прямом эфире транслируемых сие событие по телевизору (конечно, ведь должен же мир узнать о своих героях!), мне выдали моё рабочее оборудование, и я оказался на совсем небольшом, больше похожем на капсулу, космическом корабле. Кораблике. Здесь даже встать не получится — сел, тебя закрыли, и полетел! Хорошо, что томиться в этой капсуле всего шесть с половиной часов. Да это же быстрее, чем от моего дома до станции…

***

      И привёл меня автопилот на огромную космическую станцию, прозванную «Первой космической колонией». На этом корабле способна поселиться почти половина всего населения Земли! Как жаль, что нашей команде разрешено работать лишь на одной сотой этого пространства…       К слову о команде — я о них ничего не знаю. Ни как зовут, ни откуда они, даже сколько нас будет — вообще ничего. Говорили, нас сюда за работой отправили, а не за знакомствами. Интересно, а среди них будут русские.?       Когда капсула состыковалась с колонией, и открылся шлюз, я оказался не в очень большой комнате. Вдоль стен располагались кресла, на которых сидели прибывшие раньше меня люди. Пока что всего нас было четверо, включая ребёнка. Что-то мало… Наверное, другие живут ещё дальше от станции и им придётся долго ехать, если не лететь. — Хм, очередной мужлан, даже не поздоровался, — словно констатировала факт Розовая, отворачиваясь от меня в сторону. Ой, я и в правду задумался…       Коричневый устало вздохнул, и, не дав мне исправить ошибку, обратился ко мне: — Не переживай из-за её слов, парень, нам с этой стервой ещё несколько месяцев, если не лет, жить. А ты не видишь, что парень впервые в космосе? У него шок и эта… как её… — Адаптация? — Подсказала старику молодая девушка. Но могу согласиться с Коричневым — есть всё-таки в ней нотка стервозности, которой нам всем ещё предстоит натерпеться… — Да, точно, она самая. Ну вот, ты и сама всё прекрасно понимаешь! Не заставляй парня нервничать ещё сильнее. Кстати, я пилот. — Коричневый встал с кресла и подошёл ко мне, протягивая руку. — Я охранник. — Я ответил рукопожатием.       В ожидании я посмотрел на Розовую. — Хах, даже мне не сказала. Мисс-загадка. — Усмехнулся пилот.       Девушка недовольно посмотрела на нас. — Скажу только когда соберётся весь состав. Я не попугай, чтобы повторять одно и то же каждому члену экипажа лично. — Сказала, как отрезала, Розовая.       И снова уткнулась в стену с плакатом о правилах поведения на корабле, который мы все уже должны были выучить ещё на первом курсе космонавтики.       Нехорошо получилось, хорошему охраннику нужно поддерживать хорошие отношения со всеми… Ну, или я просто отвык от вражды, ведь в моей жизни преобладали неконфликтные люди. Противоположных же я старался обходить. И как оказалось, зря, мог бы научиться обращению с ними.       Мы просидели, общаясь, ещё полчаса, прежде чем появился ещё один член группы. Светло-зелёная, ещё одна девушка. После Розовой я стал опасаться, что и эта будет такой же… Вредной, но хоть у меня и электрошокер есть, против них не применишь. — Добрый день… или ночь… ох, извините, в космосе время суток невозможно определить без специальных приборов… — Ещё одна новенькая… Ну, привет, красавица. Не нервничай, у всех когда-то это было впервые. — Попытался успокоить новоприбывшую Коричневый. Кстати, его сын, оказывается, был таким тихим и скромным ровно до тех пор, пока мы не привыкли друг к другу — сейчас же он не стеснялся залезать на меня, устроившись на моих плечах. Да и я против этого ничего не имел — видно, что сын послушный, и если отец скажет прекратить — тот его послушает.       После недолгого разговора я узнал, что Зелёная и вправду находится в космосе первый раз, как и я, только нервничает намного сильнее. Заикается, путается… Мы с Коричневым попытались это исправить, ведь учёным ошибки допускать нельзя, впрочем, как и всем на этом корабле. К тому же она оказалась немаловажным членом команды — биологом, без которой невозможно проводить какие-либо исследования в космосе. Хотя невозможно выделить в нашем экипаже «важных» или «неважных» ролей — убери хоть кого-то отсюда, и всю лавочку можно сворачивать. Даже эту загадочную Розовую, кем бы она ни была…       Затем довольно быстро корабль стал наполняться людьми. Когда прибыл Оранжевый, тишина и вовсе пропала, поскольку он оказался младшим помощником пилота. Они были знакомы уже давно, так как вместе проходили обучение на космических пилотов, только разница в возрасте заставила их в будущем проходить разные дальнейшие курсы. А теперь представьте встречу старых друзей, не видевшихся несколько лет, да ещё и изучающих одну тему…       Но тут Оранжевый задал вопрос, над которым я даже задуматься-то из-за разговоров не успел: — А почему мы сидим здесь? Может, уже дальше пойдём?       Ответил ему конечно же Коричневый: — Эта дверь автоматическая. Она сама откроется, как только здесь соберутся все 12 членов экипажа.       Вот как, значит, нас всего 12. Насколько я знаю, у меня будет помощник — второй охранник, но даже с ним мне всё равно будет сложно охранять 10 человек. Я нанимался телохранителем одной богатой личности, и это было довольно интересно и чересчур рискованно, так что через месяц я уволился. Это, наверное, странно и плохо, но его смерть ещё через месяц после увольнения польстила мне.       Итак, знакомства в самом разгаре, в комнате «жужжат» разговоры прямо как в коридоре перед сессией. Нас было 11, остался последний, и все начинали нервничать на этот счёт. Наконец прибыл и он, тоже с ребёнком. Я сначала удивился храбрости Коричневого, Тёмно-зелёного, а теперь ещё и Жёлтого — они взяли с собой детей. И не только храбрости — я думал, полёты в космос не для детей. А оказывается, можно, так же со специальной подготовкой и дополнительными денежными затратами, если хочешь дать ребёнку уже в малом возрасте опыт полёта и работы в космосе.