Среди нас...

      Первые часы все потратили на обустраивание комнат. У большинства комнаты были личными, но, как оказалось, не у всех. Представителям одной профессии пришлось уживаться вместе. Вторым охранником и моим соседом оказался Синий. Не очень разговорчивый, разговор с ним ну никак не клеился. И всё же нужно о нём хоть что-то узнать — работа ведь у нас одна.       Я закончил разбирать свои вещи и устало сел на кровать. Синий всё ещё копался в сумке, раскладывая вещи по шкафам. — Эй, привет… Нам так и не удалось ещё нормально поговорить.       Он медленно повернулся, уставившись на меня. Жаль, что шлем костюма скрывал его лицо — я мог его узнать. — Ты знаешь, что я тоже охранник. Тебе ничего обо мне больше знать не нужно. Чего ты хочешь?       Что ж, хотя бы спросил… — Ну, мы могли бы подружиться, узнать друг друга лучше… — Эй, я не из «этих».       Что? Чёрт… Кажется, он меня не так понял, или это я не то сказал… — Нет-нет, я не в этом смысле… Просто молчание несколько напрягает… — Напрягает? Чем? Я никого не трогаю, по крайней мере, пока на это не будет причин, вот и вы меня не трогайте.       Холодно, грубо, но он прав: скорее всего это я просто нервничаю и нуждаюсь в чьей-нибудь поддержке… Пойду навещу Коричневого, душевный старик. А вообще пора отвыкать…       Пока шёл в коридоре встретил двух механиков — Чёрного и Белую. Да, девушка-механик, я уже не удивлён. Они оживлённо о чём-то спорили, и ради общей безопасности я прислушался: ничего особого; да и спор серьёзных разборок не предвещает.       Коричневый тоже уже управился с вещами и сейчас они втроём (вместе с сыном и Оранжевым) пили чай. — О, снова привет, парень. Скоро тронемся, как только допью. Предупреди всех там, чтобы держались покрепче — тряхнёт неслабо.       Коричневый заметил меня первым. Вот так сходу получив и приветствие, и задание от пилота корабля, я так и остался стоять в дверном проходе. — Да, здравствуйте. Хорошо, скажите примерное время отбытия от «колонии». — Давай скажем так… минут через 20, — недолго подумав ответил он.       Я кивнул и поплёлся в главный зал, которым у нас являлась обширная столовая, собирать людей и объявлять предупреждение.       Отбытие было и в правду заметно, но весь экипаж сидел у себя в комнатах, ожидая этот момент. Затем, когда всё успокоилось и корабль выровнялся, вместе с Синим мы прошлись по комнатам, интересуясь состоянием учёных и механиков. Все были в порядке, и после обхода мы услышали объявление Коричневого, созывающего всех в главный зал, выслушать сообщение руководства с Земли.       Речь оказалась банальной и от того скучной: поздравления с получением таких важных и почётных должностей, похвала президентов разных стран, откуда мы все были отобраны, пожелания удачи и т. д. и т. п. Они и раньше говорили нам подобное едва ли не за каждый успех в чём-то. Закончили словами «на этом всё, приступайте за работу». А работы у учёных, к слову, на всю жизнь хватит… Моя же работа как охранника заключается в охране жизней экипажа и сдерживания опасных экспериментов, если вдруг такое случится.       У каждого учёного есть своё задание с Земли, в которых говорится, что им нужно сделать на корабле, а так же код к определённому отсеку на складе, где хранится объект, который нужно изучить.       После обращения Земли все более-менее воодушевлённые отправились выполнять свою работу. Те, у кого работы пока не было, например, у Лазурного — медика, или у механиков, хотя те и бегали по разным частям корабля, проверяя исправность механизмов и прочей техники. Сомневаюсь, что что-то могло сломаться сразу же после отправления в полёт, и всё же парни молодцы — перестраховываются.       Пока было нечего делать, я решил помочь Жёлтому с готовкой — он один должен готовить еду здесь на всех. К моему удивлению, когда я только зашёл на кухню и увидел его стоящим у плиты и что-то мешающим, парень улыбался. Да он в принципе и не совсем один был — рядом с ним скакала, подавая продукты, его маленькая дочка. Даже не хотелось отвлекать — вдруг помешаю их идиллии? Но было поздно: меня заметила его дочь. Жёлтый, всё так же улыбаясь, повернулся ко мне — оказалось, что он чистил картошку. — Доброе время суток, шериф! Могу чем-то помочь?       Я кивнул в знак приветствия. — Вообще-то это я думал предложить помощь, но, смотрю, тебе твоя работа приносит только радость. — Да нет, просто всё время улыбаться и поднимать настроение людей — это тоже одна из моих работ. А так — я не против помощи, — он вновь приятно улыбнулся, демонстрируя свой позитивный настрой. Несмотря на свой молодой возраст — выглядит лет на 25 — со своей работой он справляется отлично! Невольно я и сам начал слегка улыбаться.

***

      Так в спокойной обстановке прошли несколько дней. Синий всё так же оставался молчаливым камнем, но он оказался прекрасным слушателем — по вечерам, возвращаясь после помощи всем, кому мог, в комнату, я делился с ним какими-то своими впечатлениями, заметками, мыслями — а он слушал, не перебивая. Первые два дня я думал, что он просто игнорирует меня, а я слишком болтлив и, наверное, уже надоел ему, но когда на третью ночь я пришёл и молча лёг в постель, он спросил, как я провёл сегодняшний день. Так мы и начали по-немногу понимать друг друга, и напряжённость спала.       С остальными членами команды отношения складывались просто замечательно — каждый знал своё место, и мою роль как охранника их же безопасности воспринимали с уважением.       Розовая наконец-то рассказала, что её работа — составлять отчёты абсолютно обо всём, что происходит на корабле, и отправлять их на Землю.       Благодаря стараниям Жёлтого экипаж стал довольно дружелюбным не только по отношению ко мне, но и друг к другу; стали появляться вечерние чаепития с обсуждениями открытий или просто новостей в своей области.       Что до безопасности? Ну, иногда в корабль врезались небольшие куски космического мусора, но мы уже стали привыкать к ним, так что когда в очередной раз в складском помещении послышался шум — никто и ухом не повёл, только пара механиков, взяв свои инструменты, поспешила убедиться в том, что никаких нарушений не произошло.       Чуть позже они рассказали нам о планируемом выходе в открытый космос — внутри корабля никаких повреждений не обнаружилось, а вот датчики целостности говорили об обратном. Значит, что-то случилось во внешней обшивке. Лучше устранить сразу, что бы там ни было, даже если там простая вмятинка, чем потом эта «вмятинка» преобразуется в полноценную дыру. Коричневый остановил корабль, позволив Чёрному и Белой покинуть его. Так как это был первый чей-либо выход открытый космос, посмотреть на это собрались все, даже Коричневый, который летает не первый раз и к такому уже привык. Механики же тоже были с опытом — не нервничали, не торопились. Чёрного это столпотворение даже раздражало: — Какого шлака вы все тут стоите?! У вас своих дел нет?       Кажется, он всё-таки нервничал. Наверное, боялся ошибиться у всех на глазах — школьный страх. Но его успокаивала Белая, переведя всё его внимание на задачу, и довольно быстро и Чёрному стало не до нас.       Никаких окон на ту стену не выходило, так что каждый разбрёлся кто куда, только я остался ждать.       Я поддерживал с ними связь, так что их одновременное молчание было слишком заметно для меня. — В чём дело?       Ответ последовал только через несколько секунд от девушки. — Тут камень застрял в обшивке… И он светится. — Красиво, — добавил Чёрный. — Да. Стоит ли взять его на корабль?       Честно говоря, я понятия не имею, что им сказать. С одной стороны — новый объект для исследований учёным, с другой же — откуда мы можем знать, не заражён ли этот камень каким космическим вирусом? Следовало бы сказать нет, но… — Да!       За спиной у меня возник ребёнок Тёмно-зелёного. — Мистер Красный, разрешите, пожалуйста, моему отцу исследовать его? Всё-таки это по его специальности. — Эх, ладно… — Я согласился. Всё-таки, мы в отлично защищённых от подобных вещей скафандрах, так почему бы не позволить учёным исследовать космические предметы? Чем больше информации они соберут, тем всем будет лучше. — Белая, Чёрный, если камень не очень большой, можете принести его на корабль.       Камень оказался и вправду красивым, переливающимся на свету и, кажется, даже светящимся в темноте. Только края его были очень острыми, что заметил взявший его в руки Тёмно-зелёный, была опасность проколоть скафандр, поэтому переносить его было разрешено только на специальном подносе. ***       Уже был поздний вечер, даже ближе к ночи. Пришлось задержаться, помогая некоторым членам группы в разных делах. Большинство уже готовились ко сну, хотя оставались и некоторые особо упёртые личности, продолжавшие работу до сих пор. Я только зашёл в свою комнату; Синий уже спал, отвернувшись к стене. Но стоило мне сесть на спальное место, как по динамикам, имеющимся в каждой комнате, раздался взволнованный голос Светло-зелёной. Рефлекторно я сорвался с места в научный блок. По пути, слушая заумную речь учёного, всё что я понял — она обнаружила живое существо.       Возле дверей уже стояло несколько человек, ещё несколько шли со стороны жилых комнат, и в итоге собрались почти все. Светло-зелёная вышла из блока с счастливым выражением лица. — Уважаемые сотрудники… мы нашли жизнь.

***

— Как вам удалось это сделать? — Поинтересовался Оранжевый. — Ну… благодаря моим коллегам — Тёмно-зелёному и Фиолетовому, а так же с помощью некоторых приборов. Как именно, думаю, объяснять нет смысла, там очень сложные термины, так что простыми словами — мы нашли жизнь.       В столовой за большим столом собрались все взрослые. Оторванные ото сна, некоторые едва не спали за столом, но упёрто продолжали сидеть. — Мне нужно знать, каким образом вы выявили жизнь. Для отчёта. Не думайте, что я не знаю каких-то понятий, говорите как есть. — Сказала Розовая.       Посовещавшись, Лаймовая и Фиолетовый решили, что этим займётся всё же химик. Они отсели с Розовой, приготовившей планшет для записей за другой столик, чтобы не мешать девушке объяснять какие-то вопросы остальным членам экипажа.       Наконец, и я решил поинтересоваться: — Где это существо находится сейчас? Оно может представлять для нас какую-то угрозу? — Мы поместили его в специально созданный для таких целей бокс, который полностью изолирован от остального корабля. Насчёт безопасности пока ничего не известно — будем продолжать исследования завтра, а сегодня мы все очень устали, и Тёмно-зелёный — больше всех, он уже у себя, а без него у нас не получится продвинуться в исследовании. Но если мы посчитаем его несущим угрозу для наших жизней, то незамедлительно отделим бокс от корабля и запустим функцию самоуничтожения.       Такое положение дел меня устраивает. — Хорошо, спасибо за рассказ о такой возможности нашего корабля.       Да, за каждый отсек отвечает определённый человек, так что меня не удосужили разъяснениями о большей части корабля.       Лаймовая уронила голову на сложенные на столе руки, показывая тем самым свою усталость. Похоже, работа и вправду была изнурительная. — Ладно, завтра со всем разберёмся, а сейчас отправляйся отдыхать. Всё, народ, расходимся. Детали этого происшествия обсудим завтра. — Согласна. — Подала голос Розовая, хлопая обложкой планшета. — На Землю отправлять нужно только подлинные данные, так что для начала мне самой нужно убедиться в этом. Конечно, по моим уставам, отправлять подобные происшествия на Землю немедленно, но никто из учёных не хочет пускать меня к образцу. Придётся ждать завтра.       Сойдясь на одной мысли, все разошлись по своим комнатам, только Жёлтый остался сидеть. Вернее — лежать на столе, поскольку он уже уснул. Я решил помочь ему добраться до бокса и уже после отправиться к себе.