Просто эпизод

Вечерняя прогулка по Невскому оказалась не столь радужной, как я себе ее представляла. Хоть я и утеплилась по полной, все равно продрогла и промокла насквозь. Петербург на взрослую голову мне понравился меньше, чем в детстве. Утром я приводила себя в порядок. Долго перебирала вещи, которые привезла с собой. Редко когда удается побывать в обществе медиков без медицинского халата. Дресс-код первого дня мероприятия был определен как классический. Я надела персиковый брючный костюм и бежевые лодочки, сделала легкий макияж и аккуратную укладку. Спустившись на завтрак, я встретила возле шведского стола Максима. — Доброе утро, Лер! — приветливо улыбался он, удивленно уставившись на меня. — Я тебя не узнал! Тебе идет. — Доброе утро, — я смущенно улыбнулась. Макс всегда умел делать комплименты. Я положила на тарелку омлет со свежими помидорами и взяла кофе. — Лер, пойдем к нам за стол, — пригласил меня Максим, — я же обещал тебя познакомить с моим коллегой! Он повел меня за собой по большому залу ресторана. Мы подошли к столику возле окна. За ним я увидела знакомое лицо. Я едва не выронила поднос из рук. За столом сидел Гордеев. И на этот раз это был не мираж. Он поднял на меня взгляд и растерянно привстал с места. — Вот, познакомьтесь, — вступил Самойлов, — Лера — это Гордеев Александр Николаевич, мой наставник, тот самый ювелир, о котором я тебе рассказывал. Саша — это Валерия Чехова, очень перспективный нейрохирург из Реутовского хирургического центра. Мы смотрели друг на друга, не скрывая удивления. — Приятно познакомиться с выдающимся нейрохирургом Гордеевым, — присела я за стол. — Взаимно, доктор Чехова, — голос Гордеева чуть дрогнул, и он откашлялся. Максим с аппетитом принялся за завтрак, а мы с Гордеевым всматривались друг другу в глаза. Он изменился, я бы даже сказала похорошел. Возраст ему к лицу. Меня пронзила мелкая дрожь, но я держала себя в руках. Он уверенно смотрел на меня, и его взгляд излучал тепло. Он слегка улыбнулся мне. Я опустила взгляд в тарелку. Голова шла кругом. Я совершенно не ожидала увидеть его здесь и совершенно не ожидала узнать о том, что он нейрохирург. Сколько лет прошло с тех пор, как он уехал? — Давно ли вы практикуетесь в нейрохирургии, Валерия? — поинтересовался он у меня, сделав глоток кофе, все с той же улыбкой. — Всего лишь третий год, — посмотрела я на него, взяв себя в руки и приосанившись. — Лера, ну не скромничай, — вступил Максим. — Саш, мне несколько раз посчастливилось оперировать вместе с доктором Чеховой, тебе бы стоило на это взглянуть. Женская нейрохирургия — это загляденье. Я вдруг вспомнила как Гордеев скептически относился к моему намерению стать нейрохирургом. Благодаря словам Максима я почувствовала себя увереннее. — Что ж, похвально, — все еще не без доли иронии ответил Гордеев. — Я бы взглянул. — Коллеги, прошу меня простить, — Максим засуетился, взглянув на экран вибрировавшего мобильного и вставая из-за стола, — мне нужно сделать пару звонков. Увидимся в зале. Саш, удачно выступить. Самойлов пожал Гордееву руку и ушел. — Так значит вы, Александр Николаевич, нейрохируг, — спросила я у Гордеева, когда мы остались наедине. — Лер, мы, кажется, были с тобой на «ты», — посмотрел он на меня, все также улыбаясь. — Ты первый начал, — как-то по-детски среагировала я. Он расхохотался так заразительно, что я тоже чуть улыбнулась. — Ладно, — успокоился он, — а если серьезно, ты молодец. Я тобой горжусь. К нашему столу подошла администратор конференции. — Александр Николаевич, извините, что прерываю ваш завтрак, хочу напомнить, что ваше выступление через 20 минут, сразу после открытия, прошу вас быть заранее, нам нужно повесить на вас микрофон. — Спасибо, — отозвался он, поставив чашку на блюдце. — Я сейчас подойду. Администратор ушла. — Прости, мне нужно идти, — виновато улыбнулся он. — Еще увидимся. — Интересно будет тебя послушать, — сказала я. — Удачи. — Спасибо, — он встал из-за стола, снял со спинки стула свой пиджак и, надевая его на ходу, направился в конференц-зал. Я посмотрела ему вслед и выдохнула. Весь наш разговор я была напряжена как натянутая струна. В моей голове все шло кругом. Наша встреча была очень неожиданной, и я пыталась совладать с эмоциями. Я в спешке допивала кофе и доедала свой омлет, чтобы успеть занять место поближе к сцене. Я с нетерпением хотела услышать о чем будет вещать Гордеев. Я зашла в конференц-зал. Тут было яблоку негде упасть. Я растерянно высматривала свободное место и вдруг увидела поднятую вверх руку Макса. Он показал жестом, что занял мне место рядом с собой. — Макс, спасибо тебе огромное, — я села рядом с ним. — Не думала, что в первый день с самого утра будет такой ажиотаж. — Ну так само собой — все пришли Гордеева послушать, он давно не появлялся на конференциях, так что уникальный случай, — он поднял палец вверх. — А откуда они все узнали, что он будет выступать? — растерянно озиралась я. — Ну ты даешь, Лер, — Максим достал брошюру форума, — ты что, не читала программу? Я уставилась в список выступлений и вправду увидела во главе фамилию «Гордеев А.Н.», сразу после открытия. Мне стало неловко от своего же невежества. Перед отъездом я читала эту программу, но мое внимание было заострено на выступлении немецких коллег. Я пролистала брошюру и увидела списки незнакомых мне фамилий с перечнем регалий и заслуг. Сегодня очень насыщенный день, мне столько предстоит послушать и впитать эти знания, как губка. Открытие прошло красиво, с фанфарами и приветственными речами. Я рассеяно наблюдала за происходящим на сцене и переваривала в голове нашу встречу с Сашей. Кто бы мог подумать, что он нейрохирург, и, как оказалось, очень востребованный и уважаемый в профессиональных кругах. Мне снова стало стыдно и слегка удивительно, что за все мое время работы я ни разу не наткнулась на его публикации. Наверняка они у него есть. Наконец церемония открытия закончилась, и ведущий представил Гордеева. Зал взорвался аплодисментами. Меня это пробрало до мурашек. Он вышел на сцену. Ему безумно шел деловой костюм, я невольно залюбовалась им. Саша чувствовал себя уверенно и раскованно, он был абсолютно в своей тарелке, в своей стезе. Пару раз я поймала его взгляд на себе. Рассказывая о новых разработанных им методиках в операциях, он активно жестикулировал. Его глаза горели, было видно, что он искренне верит в то, что говорит, и как он любит свое дело. Я поймала себя на мысли, что слушаю его с открытым ртом, едва успевая записывать этот поток гениальных идей и решений. Время пролетело незаметно. Мне не хватило. Мне хотелось слушать его еще. У меня захватило дух. Гордеев закончил лекцию. Зал вновь взорвался в аплодисментах, на этот раз еще более громких и благодарных. — Если у вас есть вопросы, я готов на них ответить, — он оперся о тумбу и провел взглядом по залу. Наткнувшись на меня, он задержался на пару секунд и отвел глаза. В зале поднялось больше сотни рук. Ведущий по очереди поднимал с места участников, поднявших руку. Гордеев искрометно и исчерпывающе отвечал на каждый вопрос.

***

Я вышел с лекции выжатый, как лимон. Будто операцию провел, с ног валюсь. Я побрел в номер, выпить горячего чаю. В горле першило от такого продолжительного монолога. Я всю лекцию пытался не пялиться на Леру. Не ожидал, что встречусь с ней прямо за завтраком. Она сильно изменилась и повзрослела. Я не мог оторвать от нее взгляд и прекратить улыбаться. Красавица. Такая уверенная, такая обаятельная. Черты лица стали строже, но я с радостью отметил, что ее чудесные ямочки на щеках остались на месте. Я зашел в номер, включил чайник, опустился в кресло и прикрыл глаза. Какой же я идиот. Я уже сто раз пожалел о своем поступке. Надо было тогда брать ее в охапку и везти. Подальше от этих сплетен, интриг, детективов, злой мачехи. Поближе к себе. Мы бы с ней горы свернули. Какой же я идиот. Теперь это позади и все, что я могу — это улыбаться, глядя на нее. Улыбаться ей и тем чувствам, что вновь согрели мое сердце. Ни одна женщина не вызывала во мне ничего подобного. Надо разузнать у Макса, замужем ли она. Насколько я успел заметить, кольца на пальце нет. Но это ничего еще не значит.