Просто эпизод

Долгий полет прошел для меня незаметно — я практически весь его проспал. Благо рейс был ночной, да и накануне мы так «отдохнули» с Леркой, что после такого отдыха нужен был еще один отдых. Вот уж не думал, что этот отпуск настолько встряхнет наши чувства: последний раз такой секс-марафон мы устраивали года три назад, когда отвезли Егора с Варей к родителям на целую неделю. Тогда, собственно, Лера и забеременела Верой. На этот раз мы держали в голове план, что она выйдет из декрета, а не пойдет в следующий. Она устала и я это видел, трое детей — это непросто. Особенно, когда я целыми днями торчу на работе. В этом отпуске мы серьезно задумались о том, что стоит взять няню на постоянной основе уже в Москве. Я прибыл в клинику сразу из аэропорта. Тот диагноз, который мне описал Кочетков, требует незамедлительных действий. В больнице все отвешивали комплименты по поводу моего загара и отдохнувшего вида, но мне было не до этого. Перодевшись в халат, я включил кофеварку и пригласил к себе Кочеткова и Степанова. Мы собрали своеобразный консилиум. Пациент, 25 лет, кавернозная гемангиома, расположенная крайне неудачно. Падение, потеря сознания, кома. Коллеги подкидывали мне на стол снимки, анализы, заключения. После долгого перерыва я не сразу «включился» в процесс, было трудно сосредоточиться. Кочетков не затыкался, говоря без умолку, Степанов поддакивал ему в такт. — Стоп, — прервал я их. — Дайте мне минуту тишины. Коллеги замолчали, а я всматривался в лежащие перед собой бумаги. Что-то не клеилось, не сходилось, во мне разыгралась какая-то необъяснимая тревога. Я пытался вчитаться в диагноз, пока не поднял глаза на строчку с ФИО пациента: «Чехов Денис Петрович» — прочитал я, опешив. У меня внутри все перевернулось. Бросив бумаги на стол, я выдохнул и опустив лицо на ладони, провел ими по волосам, стараясь взять себя в руки и собраться. В голове забегали мысли одна хуже другой. — Кто его привез? — Жена или невеста… не знаю точно, — ответил Кочетков. — Отец его тоже тут дежурит и, кажется, еще брат. Все тебя требовали вызвонить. Без тебя тут никак, Саш, сам видишь. — Вижу… Прервав консилиум, я направился в реанимацию к Денису. Рядом с ним я увидел Олега Викторовича, к которому у меня тут же возникли вопросы. — Саша… ты приехал… — с ноткой надежды в голосе поприветствовал меня Лобов, который был бледнее стены. — Приехал. Что происходит, Олег Викторович? — начал я без церемоний. — Почему нельзя было напрямую мне написать? Почему я узнаю об этом от своих коллег и только по прилету?! Лобов взглянул на меня рассеянным взглядом. Похоже, его накачали успокоительным. — Ты все равно не смог бы прилететь раньше, чем ближайший рейс. Извел бы себя за эти сутки ожидания. Я не стал красть у вас с Лерой отдых. Прости, Саш. Я не хочу, чтобы она знала. Пожалуйста, не говори ей. — Что за детский сад? — свирепел я. — Денис ее брат! — Подумай о ней. Зачем ей сейчас такие известия? Она все равно не сможет ничем помочь после долгого перерыва в практике. Детям нужны спокойные родители. Так пусть это будет хотя бы мама. Я опешил от такого решения. — Вы предлагаете мне врать собственной жене? Лобов выдохнул и устало потер переносицу. — Это ложь во благо, Саш. Обязательно расскажем ей, когда Денис придет в себя после операции. — А если не придет?! — вырвалось у меня. Олег Викторович потерянно уставился на меня. Я сам напугался подобных мыслей. Это было лишним. Проверив показатели, я вышел из реанимации и встретил в коридоре Глеба, успокаивающего Надю, невесту Дениса, сидя на скамье. Надеюсь, хоть кто-то из них находится в адеквате. Судя по состоянию, это точно не Надя. Глеб, увидев меня, привстал с места. — Саша, слава Богу, ты тут, — протянул он мне руку, — с приездом. Я пожал руку в ответ и строго взглянул на него. — Глеб, ладно отец, не хотел тревожить нас с Лерой, но ты-то мог хотя бы мне написать? Что вы тут устроили за тайны мадридского двора? А если бы я не приехал? Отказался бы, остался валяться на пляже? — Ты бы не смог, я тебя знаю, — ответил он мне. — А Лерка этого не переживет. Скажем ей, когда все наладится. Так, ясно, сговорились. Добавили мне проблем на голову. С этим я потом как-нибудь разберусь. Сейчас важно понять что произошло. Я осторожно присел перед Надей на корточки, заглянув в ее заплаканные глаза. — Надя, можешь подробно описать мне что случилось? Она послушно закивала, вытерев нос платком и заправив рыжую прядь волос за ухо. — Мы были в гостях у Олега Викторовича, жарили шашлыки, пошел дождь. Денис поскользнулся на мокрой траве и упал, ударился затылком. Пришел к столу, все было нормально, пожаловался только на боль в месте ушиба. Через десять минут он упал в обморок, — она снова заплакала, — всё. Да. Не густо. — Ну что такое, ну-ка давай без слез, — постарался я ее утешить и взял за руки. — Когда у вас свадьба? — Через два месяца, — шмыгнула она носом. — Я тебе обещаю, что мы все вместе станцуем на ней, правда Глеб? — Конечно, — он ободряюще приобнял ее. — Надь, до свадьбы заживет! Я встал и, оставив их, направился в своей кабинет. Рассказ Нади мне не очень помог. Кавернома зрела у Дениса еще с детства, мы наблюдали за ней и все было в пределах нормы, но падение стало катализатором. Закрыв кабинет на ключ, я отключился от окружающей обстановки и, взяв в руки снимки, начал детально продумывать план операции.