Ни дня спокойствия

      В комнате повисла тишина. Гарри понял, что перегнул палку, а потому замолчал. Возражать профессору сейчас было опасно. Мальчик сидел на диване, опустив глаза. Про себя он начал медленно считать трещины в полу. Один, два, три,.       Снейп смотрел на него, не скрывая ярости. Казалось, он вот-вот бросится на Поттера. Спасало только то, что в руках у профессора ничего не было, иначе это уже полетело бы в мальчика.       — Поттер, если ты еще раз посмеешь такое ляпнуть, то пожалеешь, что родился на свет! — рявкнул Снейп.       Гарри ничего не сказал. Он чувствовал как начинает краснеть. Ему было неловко и дальше находиться с профессором в одном кабинете. И самое ужасное, что в нем начало зарождаться чувство обиды. Пускай они никогда не ладили, но ведь, несмотря на все это, он был его сыном. Неужели ему настолько на него наплевать?       — Выход там! — рявкнул профессор.       Гарри поспешил в указанном направлении. Закрыв за собой дверь, мальчик бросился прочь от подземелий. Ноги сами привели его в гостиную. Рон и Гермиона уже находились там. Уизли спорил о чем-то с близнецами, а Гермиона читала книгу по трансфигурации. Увидев друга, она отложила ее и подбежала к мальчику.       — Гарри, — воскликнула Грейнджер, крепко обняв его. — Я так переживала. С тобой все в порядке? — она лихорадочно осмотрела Поттера. Но рука уже зажила, только волосы растрепались, что, собственно, не было для него ничем необычным.       — Все в порядке, Гермиона. Что я пропустил? — спросил он, посмотрев на друзей.       Рон отвлекся от братьев, которые, как всегда, веселились, но промолчал.       — Директор сказал, что завтра, ближе к ужину, к нам приедут гости из других школ — Шармбатона и Дурмстранга, — ответила Гермиона.       Наступила тишина. Никто не смел ее прерывать. Девочка, немного постояв, вернулась к книге. Поттер решил не беспокоить ее и отправился к себе в спальню. Делать уроки не хотелось. Завтра у них ЗОТИ и прорицание. Два самых страшных урока в один день! Раньше Гарри очень любил Защиту, особенно, когда ее вел профессор Люпин, но Грюм наводил ужас одним своим видом! А после того, как он на одном из занятий продемонстрировал Непростительные заклятия, в школе не осталось тех, кто относился бы к преподавателю без опаски. Гермиона потом ещё несколько дней подряд повторяла, что методы Грюма незаконны.

***

      Драко сидел в гостиной своего факультета. В руках он держал письмо от отца. Мальчик перечитывал его уже в пятый раз и с каждым разом ненавидел все больше. Малфой-старший в ярости отчитывал сына за то, что тот оскорбил Асторию, отказавшись даже думать об их союзе. Но разве мог Драко поступить иначе? Девчонка ему не нравилась! Можно даже сказать, бесила, к тому же он давно уже не маленький мальчик, который играется в машинки, почему отец забывает о том, что у него уже любимая девушка? Да только кто его будет слушать? Из взрослых мальчика понимал лишь крестный. Снейп пытался объяснить Люциусу, что Драко уже не ребенок, но все доводы пропали впустую.

Два месяца назад

      Стоял теплый день. Солнце так нещадно палило, что люди старались избегать его коварных лучей. Трава на бульварах чуть пожелтела из-за недостатка воды. Последние капли дождя упали на землю около двух недель назад.       По раскаленному асфальту, цокая каблуками, шла юная леди. Ее каштановые волосы развевались на ветру. У нее была грациозная походка, от неё веяла уверенность и гордость. Девушка шла по улице, и мужчины оборачивались при виде нее, но она не обращала на них никакого внимания.       Вскоре она пришла на детскую площадку, где уже давно никого не было. Девушка села на горячие качели, не спеша оттолкнулась от земли. Ветер приятно обдувал ее чуть покрасневшую кожу. Прохожие с интересом косились на девушку, а она сидела и ждала своего друга, который, по всей видимости, опаздывал.       Наконец, кто-то приблизился к площадке. Это был высокий парень в майке и джинсах, со светлыми волосами, аккуратно уложенными назад. Девушка улыбнулась ему, поднимаясь с качелей. Положив руки ей на талию и притянув к себе, парень нежно поцеловал её. Девушка отстранилась, и, взявшись за руки, они куда-то пошли…

***

      Первого сентября Хогвартс был переполнен людьми. Все куда-то спешили, бежали, что-то кричали. В толпе первокурсников, впервые увидевших этот величественный замок, шла девушка — та самая, что сидела на качелях. Сейчас она выглядела совсем по-другому. Не такая загадочная, как раньше, в школьной форме Слизерина, с небрежно распущенными волосами, которые лезли в глаза, из-за чего девушка была вынуждена ежеминутно их поправлять. Она на всех смотрела свысока, а во взгляде читалось презрение. Иными словами, приятной Пэнси Паркинсон назвать было трудно. Она гордо шествовала мимо студентов, не обращая на них никакого внимания, а, заметив Малфоя, ничуть не обрадовалась. Ухмыльнувшись, девушка поспешила вслед за подругой Милисентой в школу.       — Пэнси, ты видела, как он на тебя смотрел?       Милисенту всегда интересовали только любовные отношения. Кто на кого как посмотрел, кто что сказал, кто кому что подарил. Можно сказать, что было целью ее жизни.       — Кто? — равнодушно уточнила Панси.       — Малфой, — пояснила подруга, следя за реакцией.       Лицо Паркинсон изменилось, приобретя нежно-розовый оттенок.       — Мне нет до него никакого дела. Подумаешь, царь нашелся! — резко ответила Панси, ускоряя шаг.       Девушки сели в повозку. Рядом с ними опустились две когтевранки, с явным интересом прислушивающиеся к их разговору. Подруги какое-то время молчали, но потом Мили не выдержала:       — Верно, кто он такой? Считает себя лучше других лишь потому, что он сын своих родителей, — согласилась Булстроуд, косясь на притихших когтевранок, пытавшихся уловить смысл разговора.       — О, да! — воскликнула Паркинсон, задумавшись. — Сам он ничего не умеет. Хотя… нет. Он отлично жалуется.       Подружки засмеялись, чем безумно смутили соседок, а едва повозка остановилась, поспешили удалиться.       — Кстати, ты слышала, что родители Малфоя и Гринграсс хотят поженить своих детей? — по секрету сказала Милисента подруге.       Та вздрогнула, смутилась и, ничего не сказав, ускорила шаг.       — Пэнси? Что случилось? — крикнула вслед ей подруга, но ответа не дождалась.       Начался новый учебный год. Кто-то впервые посетил этот замок и теперь захлебывался от впечатлений, кто-то возвращался в уже ставшие родными стены, кто-то радостно кидался к своим друзьям, с которыми не виделся два месяца. На пиру, как всегда, представили нового учителя по ЗОТИ, Грозного Глаза Грюма. Не лучшая кандидатура на это место.       Первым уроком в семестре стояли зелья совместно с Гриффиндором. И если львята заочно возненавидели второй день из-за этого урока, то Слизерин вздохнул с облегчением. Снейп никогда не придирался к своему факультету, по поводу ли или без оного. Так, к примеру, год назад Драко Малфой умудрился поджечь шторы и объяснил свою выходку отработкой заклинания. Северус лишь обреченно вздохнул и потушил огонь, а ведь будь на месте Малфоя Поттер или Уизли, этим дело точно не обошлось бы.       На первый урок пришли все, кроме Пэнси. По классу пролетел шепот. Студентов интересовало, куда же могла подеваться красотка Паркинсон? Однако стоило профессору ударить кулаком по столу, как в классе воцарилась тишина.       — Кто-нибудь знает, где мисс Паркинсон? — спросил Снейп, оглядывая присутствующих.       — Ей стало плохо, профессор, возможно, она не придет на урок, — заступилась за подругу Булстроуд.       Больше Снейп этой темы не касался. Он дал задание сварить зелье и сел, наблюдая за тем, как Поттер корпит на работой. Долгопупс уже успел прожечь парту, а заодно и пол — хоть тот и был каменным — чем лишил свой факультет пяти баллов. Такая же участь ждала и Гарри, который, похоже, не замечал, что котел вот-вот взорвется.       Вскоре в класс вошла Пэнси. Гриффиндорцы зло посмотрели на девушку. На лице у неё были красные пятна, словно она только что плакала. Снейп ничего не сказал, лишь указал на свободное место рядом с Малфоем. Девушка села и достала учебники.       У Паркинсон, определенно, был талант к зельям: она быстро догнала класс. В тот момент, когда она уже заканчивала зелье, Драко решился начать разговор:       — Пэнси, прости, я должен…       — Ты ничего мне не должен, Малфой, — перебила его девушка. — Просто оставь меня в покое!       Похоже, она сказала это слишком громко, поскольку весь класс посмотрел на нее. Пэнси быстро доварила зелье и бросилась вон из класса.       Драко же задержался после урока, терпеливо ожидая, когда все уйдут. Он хотел поговорить со своим крестным один на один. Мальчик рассказал ему все: про замыслы отца, про любовь к Пэнси. Профессор слушал крестника очень внимательно, не перебивая, а когда тот закончил, ободряюще похлопал по плечу и сказал:       — Не переживай, Драко, все образуется. Расскажи правду ей, она поймёт тебя. Паркинсон не будет злиться на тебя вечно, а с твои отцом. Я постараюсь разобраться.       Мальчик кивнул в знак согласия, но так и не признался девушке об этом. Он соврал Паркинсон, заверив её, что все это только слухи.       Драко сидел в гостиной и перечитывал письмо от отца, которого ненавидел в эту минуту больше всех.

***

      Настал долгожданный день встречи делегаций. Вся школа замерла в ожидании. Ученикам хотелось увидеть студентов других школ, узнать, кто станет участником Турнира и какие испытания им придётся преодолеть. Гарри не разделял всеобщего интереса. В последнее время он был тих и замкнут. Друзья постоянно куда-то исчезали, а уроки зельеварения превратились в бесконечную пытку, более мучительную, чем когда-либо. Снейп буквально испепелял мальчика взглядом, но от возможных разговоров Гарри пока удавалось увильнуть.       Это утро было ужасным: пасмурное, хмурое, холодное. Больше всего Гарри хотел спрятаться и посидеть в гордом одиночестве. Но кто ему даст такую возможность?       — Гарри, идем, а то завтрак пропустим, — торопил Рон, подталкивая друга.       — Рон, ты все время думаешь о еде! Так нельзя! — возмутилась Гермиона и потащила парня прочь из гостиной. Гарри последовал за ними, размышляя о несправедливости мироздания. Два зелья, ЗОТИ, а на десерт встреча гостей.       Завтрак прошел обычно. Рон ел все, что мог запихнуть себе в рот, Гермиона безрезультатно одёргивала его, а Гарри, как всегда, размазывал кашу по тарелке. Впереди маячил ненавистный урок совместно со Слизерином. Не исправляла ситуацию даже дружба с Драко — единственным человеком, понимающим Гарри.       Уроки прошли на удивление спокойно. Зелий не было, потому что Снейпа вызвали к Дамблдору. Давно Гриффиндор не испытывал такого счастья. Весь урок ребята перекидывались записками, обсуждая грядущий обед. Гарри не разделял веселья окружающих. Удручённый тем фактом, что его отец — Снейп, он совершенно не интересовался Турниром и его участниками, полностью погрузившись в решение сакрального вопроса: что делать?! Гермиона, сидевшая рядом, заметила переживания друга и отодвинула в сторону учебник.       — Гарри, все в порядке? — поинтересовалась она. Девушка очень переживала за друга и пыталась помочь, хоть и понимала, как мало может сделать.       — Все в порядке, просто оставь меня в покое! — рявкнул парень, отвернувшись от подруги.

***

      На обеде все с нетерпением ждали появление гостей, которые вот-вот должны были прибыть. Рон спорил о чем-то со старшими братьями, а Джинни и Гермиона обсуждали Грюма, очень не нравившегося последней. Гарри всё ещё думал об отце, когда его размышления прервал директор.       — Дорогие ученики, поприветствуете наших гостей из Франции, студентов Шармбатонской Академии Волшебства!       В зал вошли красивые девушки в голубых бархатных платьях, за ними следовали юноши в элегантных костюмах, а позади учеников величественно плыла их директор — мадам Максим. Дамблдор поприветствовал гостей, и они разместились на приготовленных для них местах. Красота девушек Шармбатона поразила студентов Хогвартса, особенно мужскую их половину.       Следующими в зал вошли студенты Дурмстранга. Среди них был и известный ловец Виктор Крам, участвовавший в чемпионате мира по квиддичу. Любопытные взгляды провожали гостей из Дурмстранга до выделенного им стола.       Директор произнес торжественную речь и вместе с Барти Краучем огласил правила проведения Турнира. Как выяснилось, принять участия могут только лица, достигшие семнадцати лет. Эта новость сильно возмутила желающих войти в список чемпионов.