Цепь жизни

Уже с самого утра Нацу стоял на остановке на поезд до Крокуса, где располагался дворец Короля. Кровь в жилах молодого человека кипела и, казалось, вот-вот наступит извержение, как у вулкана. Он был зол, подавлен и невероятно печален. На его руках умер единственный родной ему человек, но это сейчас было не самым главным. На первом месте, превыше всего, стояла месть. Желание убить Акнологию было настолько сильным, что это невозможно было передать словами. Из-за ярости сакураволосый не мог полностью принять человеческий вид. Рога, клыки, змеиный зрачок, когти и немного чешуйчатая кожа, которая протянулась от нижней челюсти до виска. Эти явные, довольно сильные изменения Нацу убрать не мог, поэтому кое-как, но приходилось всё это скрывать. Нацу тяжело зевнул. Он не спал всю ночь, сразу отправившись на остановку, в ожидании любого поезда до Крокуса. Нацу надеялся сесть на ночной, но он сегодня не шёл, что было прискорбно. Боясь пропустить утренний поезд, Нацу пришлось не спать. Да и, если бы он хотел, не смог бы. "А ведь я так много не успел ему рассказать" - мелькнуло в голове Нацу, из-за чего из одного глаза по щеке спустилась одинокая слеза. Такая же одинокая, как Нацу сейчас. Наконец-то прибыл поезд, и Нацу ни капли не раздумывая сразу вошёл в первый попавшийся вагон и сел на сидение в конце вагона. Туда редко кто садился, да и в его вагон зашла лишь какая-то компания из трёх людей. - Молодые люди, я могу вас о кое-чем попросить? - спросил Нацу, обращаясь к той компании. - Да, конечно. Спрашивайте, сэр, - спросил парень в большой красной шляпе. Его золотые волосы заставили Нацу вспомнить о ней. Нацу не один. У него есть Люси. - Не могли бы вы разбудить меня, когда поезд прибудет в Крокус? - серьезно спросил Нацу. - Конечно, мяу. Нам не составит труда разбудить вас, мяу, - говорила девушка, сильно похожая на кошку. - Благодарю, - сказал Нацу, снимая капюшон. Эти трое были сами по себе странными, так что, если они увидят пару рогов, не факт, что они удивятся. - Позвольте поинтересоваться, сэр. А вы случаем не Нацу Драгнил? - спросил парень с белыми волосами, которые имели голубой оттенок. Он, как парень в шляпе и девушка, похожая на кошку, был одет весьма странно, даже, вызывающе. Нацу опешил. Откуда они знают его? Неужели Акнология послал и за убийцей драконов людей, дабы те его убили? Драгнил напрягся. - Допустим, что я Нацу Драгнил. И что с того? - более грубо спросил Нацу, поворачиваясь к компании лицом. - Мы хотим помочь вам в убийстве Акнологии.

***

- Вы понимаете, что это очень опасно, - уже полчаса Нацу пытался объяснить тем троим, что это слишком рискованно для них, и с этим может справиться только он. - Мы всё понимаем, мяу. Но мы все равно желаем помочь вам! - говорила Миллианна. - Она права! Мы всё понимаем. И особенно тот факт, что можем умереть, - тоже говорил Руфус, поправляя свою красную шляпу. Нацу было больно слышать подобные слова. Эти люди хотят умереть для того, чтобы Нацу смог убить короля Фиора... Глупо. Драгнил не хотел таких жертв. Он вообще хотел обойтись без них, для этого у него и была пятиметровая цепь. Он не умрёт, пока не убьёт Акнологию. - Господин Нацу, прошу, примите нашу помощь. Мы не просим чего-то заоблочного. Мы просто хотим сражаться за нашу свободу бок-о-бок с вами. Это наша последняя воля, - говорил Леон. После, трое поклонились. - "Они сошли с ума.." - такая мысль появилась в голове Нацу, видя как эти люди жаждут отдать жизнь, отчего сердце сжималось. Он не выдержит ещё одной смерти. - Прошу, одумайтесь. Взвести все "за" и "против", - шептал Нацу, склоняя голову. Так тяжело, очень тяжело, что невозможно дышать. - Мы уже взвесили, поэтому и решили пойти с вами, господин Нацу, - сказал Леон. На сердце парня словно упала пятитонная гиря, а на его плечи легли три чужие жизни, ведь он теперь в ответе за них. - Раз решили, то хорошо... Я возьму вас с собой.

***

По прибытию в Крокус их встречал ледяной ветер. Он был таким же ледяным, как во время смерти его брата. Нацу всё не как не мог перестать думать о его смерти.. Боль, тоска, отчаяние, печаль, гнев, ярость и подобные эмоции с каждой минутой всё сильнее и сильнее укутывали его разум. Но в сердце глубоко-глубоко таились теплые чувства, которые находились вокруг одного человека, чьи золотые волосы были как лучики солнца, а улыбка ярче любого самого ослепительного света. Они находились вокруг Люси... Его любимой Люси. Сейчас мысли о ней давали Нацу надежду в светлое будущее, давали желание двигаться дальше и вернуться победителем.

Лишь она не давала Нацу полностью погрузиться в пучины отчаяния.

Тем временем перед Нацу и, теперь уже, его сопроводителями стоял огромный дворец. С тяжестью на сердце огненный убийца драконов делает шаг вперёд.