Somewhere Far from Victory

Следующая неделя занятий в UA примечательна их самой первой тренировкой. В раздевалке больше не задают вопросов. Тодороки безразлично снимает рубашку, обнажая свежие бинты вокруг живота, под ними скрывается особенно неприятный ожог, и несколько синих пятен — результат удара о стену. Он спиной чувствует на себе чужие взгляды, изучающие следы на его бледной коже, но никто не произносит ни слова. Скорее всего, потому, что рядом стоит Шоджи, легко маневрируя всеми шестью руками и пролезая в свой костюм героя. Трудно не опасаться его, его широких плеч и роста. Он нависает над Тодороки достаточно близко, чтобы бросать на него тень, и тихим голосом спрашивает о том, как прошли выходные. Тодороки отвечает односложными предложениями и мычит, переодеваясь в свою одежду. Сато, с другой стороны, улавливает нить разговора и рассказывает длинную историю о своих братьях, которые случайно нашли воробьиное гнездо, сорвавшееся с дерева. Когда Токоями присоединяется к ним, его встречают несколько неизбежных дружеских насмешек Сато в виде вопроса о том, когда он собирается прийти и забрать своих детей. Следует весёлый смех и взгляд Токоями, обещающий расправу, после чего Кода рассказывает о том, как правильно кормить птенцов, используя шприц, и Тодороки позволяет себе игнорировать косые взгляды, адресованные его травмам. Его распределили в пару с Шоджи, который торжественно протягивает ему кулак, чтобы стукнуться. Тодороки отвечает на жест, а затем излагает план захвата бомбы. Шоджи разводит руками, чтобы уловить как можно больше звука, и превращает три свои руки в уши. — Одни движения на пятом этаже, колебания по заданной схеме. Вторые движения на лестничной клетке, спускаются по лестнице, время от времени останавливаясь у окон, выходящих на нашу позицию. Первые, скорее всего, Оджиро, вышагивающий возле ракеты, а вторые Хагакурэ, направляющаяся в нашу сторону. — Хм, — делает паузу Тодороки. — Ты можешь отследить Хагакурэ по движениям? Шоджи кивает. — Хорошо, найди её. Постарайся не подпускать её к пятому этажу, и как можно быстрее обезвредить её. Я займу пятый этаж. Сообщи по радио, если тебя поймали. — Бомба в приоритете, — говорит Шоджи. — Понял, — соглашается Тодороки. — В команде. — В команде. Тодороки уходит с линии обзора лестничной клетки и создаёт ледяной столб на пятый этаж, прямо к ближайшему окну. На другой линии вздох, болтовня детей в смотровой перед экраном. Кто-то бормочет: — Это самое длинное предложение, что я от него слышал. Он спокойно плавит стекло, чтобы минимизировать вероятность попадания осколков в комнату и одним плавным движением сходит с подоконника. Оджиро ждет его там, где, как сказал Шоджи, он будет. Мальчик встаёт перед ракетой, принимает оборонительную стойку и ждёт первого шага Тодороки. На практике это хорошая идея. Он — неизвестный. Сила и особенности его причуды, помимо подсказки в виде его фамилии, являются полной загадкой для большей части класса. Просто это плохая идея против Тодороки. Он делает небольшую дугу правой ногой, размеренное чёткое движение, тем самым посылая поток льда в сторону бомбы, окружая и ограждая её. Угроза временно нейтрализована. Оджиро не тратит время на осмотр ракеты, вместо этого он быстро нападает на Тодороки, видимо, полагая, что его причуда более эффективна на дальних расстояниях. Неожиданный взрыв пестрит языками пламени прямо над головой Оджиро и заставляет упасть на землю. К несчастью для него, мальчик падает прямо на тот участок бетона, что покрыт льдом. Он поскальзывается, пытается восстановить равновесие с помощью хвоста, но делает только хуже, падая плашмя на землю, ведь этот отросток застрял во льду. Тодороки проходит мимо, пока мальчик пытается освободить хвост из ледяной глыбы. Вдруг Оджиро наносит удар ногой из ограниченного положения в норовистой, пусть и несколько небрежной попытке вернуть позицию. Тодороки провел двадцать пять лет на войне, с народами, которые культивировали кунаи, дзюцу и боевые искусства. Он — командующий силами джонинов, один из самых страшных исполнителей АНБУ и Хокаге Конохи. У него двадцать пять лет боевого опыта и двенадцать жестоких лет тренировок в этой вселенной. Он скучающе ловит удар Оджиро, выкручивает его руку и блокирует мальчика. Следующий удар останавливает предплечьем. Тодороки небрежно связывает руки Оджиро, когда мальчик пытается вывернуться из захвата. — Враг нейтрализован, подхожу к цели. Шоджи мычит в ответ, и Тодороки слышит пронзительное: «Да иди ты, человек-осьминог!» Хагакурэ. Тодороки подходит и протискивает руку сквозь лёд, чтобы коснуться бомбы. — Поздравляем команду Б! Пожалуйста, освободите своих противников и идите к воротам, — громко доносится голос Всемогущего в ухе. В итоге они установили рекорд, самое быстрое выполнение миссии — шесть с половиной минут. Взрывоопасный ребёнок едва не убивает другого ребёнка, и мини-Всемогущий всё-таки ломает руку. Шоджи снова стукается кулаком с Тодороки и Сато обнимает их за плечи. Кода показывает им большие пальцы вверх и легко улыбается. Токоями царственно смотрит на всех четверых, излучая слабое превосходство, несмотря на то, что он самый маленький в группе. Кода выжидающе толкает его в бок. — Это был эффективный тейкдаун. Хорошая работа, — говорит он и разворачивается, взмахивая плащом. — Боже мой, — шепчет Сато. — Кажется, это самая не эмо вещь, которую он нам говорил. Кода хихикает. Тодороки смотрит на Шоджи и видит, как тот пялится в спину удаляющемуся Токоями. — Если собираешься плакать, пожалуйста, не делай этого на моём плече, — говорит Тодороки высокому мальчику. Одна из рук Шоджи приземляется прямо на буйные серебряные вихры Тодороки. Он вздрагивает, когда чувствует, что его ощутимо потянули за волосы. Сато громко смеётся и вытаскивает их из смотровой.

***

21:46 Три Высоких Парня (и два невысоких) Сато Рикидо: что мы должны взять с собой в USJ завтра? Сато Рикидо: также @Tokoyami, птенчики передают привет B) Токоями Фумикаге: Я смогу выдать твою смерть за несчастный случай Кода Коджи: Лол Шоджи Мезо: Я не слышал Айзаву-сенсея. Сато Рикидо: ой точно ты же сидишь рядом с Бакуго Сато Рикидо: мои соболезнования мужик Токоями Фумикаге: Боже я бы так хотел оказаться на твоем месте Кода Коджи: ? Сато Рикидо: хочешь сидеть рядом с бакуго? Шоджи Мезо: Вот дерьмо, я совсем забыл. Шоджи Мезо: Я приношу свои глубочайшие соболезнования Кода Коджи: Что за нафиг? Шоджи Мезо: Он сидит рядом с Минетой. Кода Коджи: уууу (͡ᶢ ͜ʖ ͡ᶢ) Сато Рикидо: твою жжжж, это такой отстой В( Токоями Фумикаге: Я жажду когда прекрасная смерть освободит меня от земных оков Сато Рикидо: я молюсь за тебя Кода Коджи: ｡ * ﾟ +. *.｡ (っ ͡ ° ل ͡ °) っ ✂ Кода Коджи: я должен спасти тебя Токоями Фумикаге: Спасибо Токоями Фумикаге: Я тоже не слышал сенсея @Todoroki Тодороки Шото: йоу Сато Рикидо: Лмао оказывается его нужно призывать Кода Коджи: криптид (͡⚆ ͜ʖ ͡⚆) Сато Рикидо: +++ ЧеРТ Тодороки Шото: обед, геройский костюм, бутылка воды, солнцезащитный крем, сменная одежда. Сато Рикидо: благослови тебя господь Сато Рикидо: мой мальчик Тодороки спасает нас Шоджи Мезо: Спасибо. Токоями Фумикаге: Через тернии моей агонии была рождена надежда Кода Коджи: спасибо 00:59 Три Высоких Парня (и два невысоких) Сато Рикидо: ребята, если бы вы были криптидом, которым вы бы были

***

Путешествие в тренировочный центр USJ начинается плохо и становится ещё хуже. Завтрак был ознаменован объявлением Старателя, что он хочет собрать членов семьи, по крайней мере тех, кто находятся за пределами психиатрической больницы, на ужин в субботу, чтобы отпраздновать поступление Шото в UA и получения им титула первого ученика. Фуюми побледнела. Шото посмотрел в глаза Старателя с совершенно пустым выражением, в голове были лишь мысли о мести, ожогах и ножах, режущих лицо. В улыбке Старателя было слишком много зубов, и Фуюми, извиняясь, выскочила из дома, пока Шото всё также смотрел на Старателя, на своего отца, и не чувствовал ничего, кроме раздражения. Он планировал посмотреть прямую трансляцию дебатов в парламенте Индии по ядерному разоружению. Однако слово Старателя в этом доме — закон. Шото придёт на семейный ужин и будет отвечать на вопросы человека, который так старательно делал из него оружие, страдая от скуки, и чувствуя на себе жалостливые взгляды своих братьев и сестры. Шото кивнул, убрал посуду и вышел из дома под ливень. Он решил не возвращаться за зонтиком. Он заходит в UА вымокшим до нитки и через секунду от его левой стороны идёт пар, что моментально просушивает униформу. Волосы Тодороки топорщатся сильнее обычного, поскольку влажность заставляет их немного виться. Вдруг из ниоткуда на его макушку ложится большая рука Шоджи, в попытке пригладить пушистую массу. Тодороки закатывает глаза и устало смотрит на высокого подростка. Маска Шоджи дёргается, словно он пытается сдержать улыбку. В автобусе, везущем их в USJ, Токоями ближе прижимается к левой стороне Тодороки: воздух сегодня на удивление холоден. Кода наблюдает как голова Сато поднимается и опускается, пока тот то засыпает, то просыпается. Кто-то начинает разговор о причуде Мидории, и взрывоопасный ребёнок начинает снова орать. Они прибывают в центр, где их встречает № 13. Айзава-сенсей и 13 разговаривают о Всемогущем. № 13 поднимает три пальца, и у Тодороки в дурном предчувствии стынет кровь. Тодороки знает, что со Всемогущим что-то не так. Он гений, и хотя PR-команда Всемогущего очень тщательна, бывают инциденты, которые ускользают от их зубастых гребней. Тодороки знает, что Всемогущий сокращает свои публичные выступления, что его героизм меньше освещается в новостях, и что его редкие битвы с известными злодеями длятся дольше, чем шесть лет назад. Тодороки замечал, как мужчина уворачивается от ударов, направленных в его левый бок и как нещадно бьёт только правой рукой. Он рылся в файлах с записями на сайтах. Он нашёл низкокачественные фото лица Всемогущего, сделанные с большого расстояния, с трудом поддающиеся расшифровке, так как слишком сильный зум камеры сказался на разрешении. № 13 показывает три пальца, и Тодороки понимает, Всемогущего можно не ждать. Кода толкает Сато в бок, когда тот начинает засыпать стоя. Шоджи тяжело вздыхает и что-то бормочет, склоняясь к Токоями. Тодороки оглядывает обширный комплекс, в котором они будут тренироваться, и чувствует некоторое приглушённое возбуждение. Посреди USJ с хлопком вытесненного воздуха, прорывая пространство, открывается портал. Раздаётся визг, когда лампы, освещающие стены купола, взрываются, падая на землю потоками стекла. Наружу выходят люди, наружу выходят злодеи с их неуместной ненавистью, с их разрушительными причудами и яростью, что кипит в их костях и, выливаясь, поганит окружающий мир. Ад вырвался наружу. Взрывоопасный и острозубый прерывают атаку № 13, бросаясь на врага, что открыл портал. Тодороки насильно поднимают, и движением, которое совсем не похоже ни на шуншин, ни на хирайшин его сенсея, отправляют на утёс, куда он падает. Видимо, имитация оползней, отстранённо думает он. Тодороки резко вертит головой в поиске своих одноклассников, своих друзей. Рядом никого нет. — Эм, ну и какого чёрта? — говорит голос позади него. Тодороки поворачивается, принимая оборонительную стойку. Клинок привычно сидит в руке. Он оглядывается. Его приветствует вид скал и различных обломков. — Я невидимка, идиот. Он смотрит вниз. Две невидимые ножки оставляют небольшое углубление в земле. Это Хагакурэ. — А, — отвечает Тодороки и расслабляется. — Давай перегруппируемся с остальными и выясним, что происходит. — Да ты что, — едко говорит Хагакурэ, и слышен только звук раскачивающихся камней под ногами, пока она спускается с горы. Они уже на полпути, когда их окружают двадцать злодеев. — Твою мать, — шепчет Хагакурэ. Звучат угрозы, оскорбления и намерения убить сына героя номер два. Никто из орды не замечает, как Хагакурэ проходит мимо, приближаясь к Тодороки. Они идут вперёд, ощетинившись причудами, и готовы атаковать. Двадцать против одного. Двадцать неопознанных причуд против одной, которая транслировалась по телевидению. Двадцать взрослых против подростка, вооружённого Ка-Баром, его смекалкой и наследием родителей. Это ничего. Тодороки сталкивался с боями, где силы неравны. Двадцать человек — ничто. Один выдох и напряжение покидает его тело. Один вдох и он с ледяным спокойствием принимает боевую стойку, ждёт. Враги смеются, плюются насмешками, приближаясь к нему. Восемь метров, шесть, пять, два- Он атакует без предупреждения, от его ноги дорожкой бежит лёд, хрустя охватывая группу злодеев по самую щиколотку. Они замирают на месте, машут руками в попытке удержать равновесие. Враги дёргаются и скоро ото льда остаются осколки, пыль или вода. Они спешат атаковать его, но находят лишь пустое место, где он мгновение назад стоял. Тодороки заканчивает заключать злодеев в ледяную тюрьму, когда выходит из зоны поражения, стоя рядом с Хагакурэ. Перед тем как закрыть лицо последнего, одного из более слабых членов, он подходит к нему и спрашивает: — Какова цель атакующих? — Пошел ты, — плюется злодей, явно пытаясь сопротивляться, возможно, впервые в своей жизни. Тодороки смотрит на мужчину очень усталыми глазами и поднимает нож. — Спрошу ещё раз: какова цель атакующего? Злодей облизывает губы, его тело дрожит, закованное в ледяную тюрьму, и переводит взгляд с Тодороки на Ка-Бар. Он колеблется, кажется, сравнивает свою плату за эту работу с измученным ребёнком с ножом в руках и решает всё выдать. Четыре минуты спустя Хагакурэ помогает Тодороки надеть наручники на нокаутированных злодеев. Она легко может самостоятельно тащить на себе одного из больших парней. Тодороки задаётся вопросом, что ещё она скрывает под своей невидимостью. Они спускаются с горы по ледяному склону, оставляя кучу недееспособных злодеев на произвол судьбы. Внизу они видят, как Всемогущий ведёт бой со странным монстром с клювом. Герой пытается взять его в захват. Под ними рвёт пространство портал, и, поскольку физике не чужды жестокие шутки, монстр впивается когтями именно в левую, слабую сторону Всемогущего. Тодороки действует, не задумываясь, едва ли слыша нервный вдох Хагакурэ или крик Мидории (который, видимо, тоже знает секрет Всемогущего). Тодороки посылает небольшую гору льда, намертво замораживая конечности монстра и наблюдая, как они трескаются и ломаются от обморожения подобно стеклу. Всемогущий свободен. Монстр регенерирует. Тодороки знакомы бессмертные существа. Он сражался с ними достаточно раз, чтобы вычислить уязвимые места в их регенерации, недостатки в идеальной защите, слабость в неестественной силе. Тодороки пережил войну против безумных богов, демонов, призраков давно погибших друзей и вещей, что просто не должны существовать. Тодороки видит, как монстр регенерирует — отвратительное, знакомое зрелище, и делает очевидное. Он бьёт в голову. Она падает, разбивается на множество ледяных осколков. Тодороки стоит над телом, не слишком близко, но достаточно, чтобы проверить на наличие признаков быстро размножающихся клеток. Красный узелок внутри начинает пузыриться, принимая форму того, что может стать головой. Тодороки создаёт огненный шар, позволяет ему опуститься на левую руку и нагреваться до тех пор, пока его кожа не начинает пылать от жара. Огонь играет синими красками и лёд вокруг дымится. Тодороки бросает шар прямо в шею монстра и мгновенно прижигает её. Верхнее туловище существа — обугленная кожа и обожжённые кости. В воздухе висит смрад полей войны, где его повысили до чуунина, сожжённой плоти и сырого мяса. Тодороки оглядывается. Все смотрят на него. Кто-то давится желчью. Мужчина с руками, облепленными по всему телу, первым отмирает. Он смотрит на обгоревшее тело монстра, словно его мир рухнул, его дыхание сбито, и он с криком бросается на Тодороки. Много чего происходит одновременно. Тодороки ставит ледяную стену, чтобы защитить себя, Всемогущий выскакивает из своей позиции, сжимая раненый бок, чтобы заблокировать человека, и открывается портал. Человек, покрытый руками, исчезает, всё ещё крича, как будто наступил конец света. Звук разносится даже после закрытия портала. Он эхом перекликается с тихим USJ. Следующим говорит злодей с порталом. — Что ж, я считаю, на сегодня достаточно. Мы вернёмся. Он поправляет манжеты рубашки и проходит через другой портал. Тодороки мельком видит бар, разорванный плакат и дыру в стене, которая выглядит совсем свежей. Всемогущий поворачивается к Тодороки, когда появляются взрывоопасный и острозубый дети. Взрывоопасный тут же начинает вопить о драках и «долбанных злодеях». Острозубый просто смотрит на тело перед собой широко распахнутыми глазами. — Ребята, — начинает Всемогущий, — не могли бы вы провести Айзаву-сенсея к выходу. Он нуждается в неотложной медицинской помощи. — Но злодеи! — Хагакурэ протестует рядом с Тодороки. Все в группе вздрагивают, очевидно забыв, что она здесь. — Прямо у лестницы их ещё много. Её прерывает визг. Крик, повреждающий барабанные перепонки, и он спускается по лестнице в толпу злодеев, на которых ссылается Хагакурэ. Они падают от его силы, схватившись за головы и стоня от боли. — Похоже, Сущий Мик здесь! Теперь не нужно беспокоиться о злодеях. Быстро, дети, помогите Айзаве-сенсею! Девушка-лягушка и Хагакурэ поднимают Айзаву-сенсея наверх и, в сопровождении взрывоопасного и зубастого, начинают идти к лестнице. Всемогущий влажно кашляет в кулак. Тодороки смотрит на героя. — Тодороки, мальчик мой, мне очень жаль, что тебе пришлось это сделать. Я знаю, что ты хотел помочь, но в следующий раз позволь мне разобраться с такими злодеями, — говорит Всемогущий. Тодороки много чего хочет сказать Всемогущему. Он хочет сказать: «Ты не справишься в одиночку», «Это нормально просить о помощи», «Никто не идеален» и «Я знаю, что что-то не так». Он хочет рассказать герою, первому герою в мире, об ожогах и огне, окружающих улыбку, в которой слишком много зубов. О ножах слишком близко к его лицу, и о безмолвных обедах. Тодороки хочет излить своё сердце этому человеку, которого он и старше, и младше. Он хочет рассказать о приступах паники на полу в ванной, о братьях и сестре, которые жалеют его и о попытках сдержать, похоронить боль потери. Он хочет рассказать о синяках и крохотной комнатке в психиатрической лечебнице, о мести и ужасном весе наследия. — Хорошо, — отвечает Тодороки и оборачивается. Он позволяет Всемогущему уединиться, позволяет мужчине вытереть руки о рубашку, оставляя на той пятна крови, поговорить с Мидорией без наблюдателей. Тодороки ведёт группу полицейских к злодеям, которых он связал, и отвечает на вопросы чёткими предложениями. Он отчитывался после каждой миссии, количество которых он перестал считать, когда цифра перевалила за пятую сотню. Он привык отвечать кратко и лаконично. Он проходит мимо репортёров и избегает зрительного контакта по дороге домой на поезде. Его сестра ждёт у входной двери их дома, с тревогой глядя на него, пока он молча проходит через парадные ворота. Она спрашивает, всё ли с ним в порядке. Он в порядке. Она толкает его в душ и стирает его вещи в приступе беспокойства. Когда он выходит, он переодевается в шорты и рубашку с изображением волны поверх надписи «SHARK AND CROW CLUB 2004». Фуюми красит ногти в серебристый цвет, играет дерьмовую поп-музыку со своего компьютера и рассказывает ему о том, как недавно выявили кольцо, нелегально распространяющее сигареты в доме престарелых. Он проверяет телефон, когда тот звенит. — 19:08 Три Высоких Парня (и два невысоких) Шоджи Мезо: Ребят, отзовитесь. Все в порядке? Кода Коджи: норм Сато Рикидо: ++ Сато Рикидо: немного потрёпанный, но я в порядке Токоями Фумикаге: Я в порядке Токоями Фумикаге: мы с Кодой успешно сдержали нашу группу злодеев Шоджи Мезо: @Todoroki Ты в порядке? Сато Рикидо: куда тебя телепортировали? я и шоджи были с 13 Сато Рикидо: черт возьми, как там тодороки Токоями Фумикаге: @Todoroki, Пожалуйста, отзовись Тодороки Шото: я в порядке. я был в зоне оползней с хагакурэ Кода Коджи: Ты в порядке? Сато Рикидо: да, я видел тебя со Всемогущим в конце Тодороки Шото: я в порядке. травм нет. мы обезвредили наших злодеев и попытались вернуться Шоджи Мезо: @Tokoyami и кода, куда вас телепортировали? Токоями Фумикаге: Зона ливневого шторма Токоями Фумикаге: Было… очень влажно Сато Рикидо: с чего бы вдруг Шоджи Мезо: Тодороки, мы видели твой бой с Ному у входа. Шоджи Мезо: Хочешь об этом поговорить? Сато Рикидо: ты не должен если ты не хочешь Токоями Фумикаге: Что случилось? Кода Коджи: +++ Тодороки Шото: я увидел как всемогущий дерется с неопознанным злодеем и взял на себя инициативу Сато Рикидо: что он имеет ввиду Сато Рикидо: и я даже не преувеличиваю Сато Рикидо: Тодобро увидел как Ному пырнул когтями Всемогущего Сато Рикидо: и наш сумасшедший решает влететь прямо туда Сато Рикидо: в стиле все с дороги я тут босс Сато Рикидо: и сражается со штукой которая держала в захвате гребаного Всемогущего Токоями Фумикаге: … Токоями Фумикаге: Тодороки Шото Тодороки Шото: ? Токоями Фумикаге: Я больше никогда с тебя глаз не спущу Токоями Фумикаге: Что за нахрен побудило тебя это сделать? Кода Коджи: (͡⚆ ͜ʖ ͡⚆) Кода Коджи: черт возьми Сато Рикидо: давай, токоями, боже Шоджи Мезо: Токоями… Токоями Фумикаге: Ты мог умереть?! Чем, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ты думал??!! Сато Рикидо: Кода здесь такой ┬┴┬┴┤ ͡ ° ͜ʖ ͡ °) ├┬┴┬┴ Кода Коджи: тру Тодороки Шото: я был в порядке Токоями Фумикаге: Не в этом дело! Шоджи Мезо: Честно говоря, это было ужасно. Тодороки Шото: спасибо за беспокойство? Токоями Фумикаге: Я сейчас просто кричу Шоджи Мезо: По крайней мере, теперь он знает, что этого нельзя делать? Сато Рикидо: лол наверное нет Кода Коджи: ? Токоями Фумикаге: ??? Сато Рикидо: лучшая часть в этом всем то что он тупо вынес этого ублюдка лол Сато Рикидо: просто взял его на себя и прихреначил в стиле мортал комбат Шоджи Мезо: То есть, ты хочешь сказать, Шоджи Мезо: Что Тодороки украл убийство у Всемогущего? Сато Рикидо: тВоЮ Ж Сато Рикидо: чёрт кода подавился слюной Токоями Фумикаге: Я ненавижу эту гребанную семью Тодороки Шото: спасибо. я тоже тебя люблю Коджи Коджи: лооооооол Сато Рикидо: я сейчас помру Токоями Фумикаге: Помрешь, если будешь продолжать в том же духе Тодороки Шото: (▀ ͜ʖ ͡ °) Шоджи Мезо: Что за чёрное пятно? Тодороки Шото: повязка на глаз Шоджи Мезо: Не тот глаз. Тодороки Шото: ͡ ° ͜ʖ ͡ -? Шоджи Мезо: Это подмигивание. Сато Рикидо: он отвечает только на сообщения об эмодзи Кода Коджи: криптид Сато Рикидо: ладно ребята вопрос, а вы бы встречались с человеком мотыльком 11:46 Три Высоких Парня (и два невысоких) Сато Рикидо: на этот вопрос никто никогда не ответит? Токоями Фумикаге: Заткнись и иди спать, Сато

***

Остальная часть недели — это туман папарацци, озабоченные взгляды взрослых и явное беспокойство Фуюми по мере приближения субботы. Тоя прибыл первым в ночь семейного ужина. Он подъехал к дорожке на разбитой машине и встретил Фуюми у двери с очевидными мешками под глазами. Шото стоял позади Фуюми и подслушивал их тихий разговор. — Он уже здесь? — Нет. Он заканчивает работу в офисе. Тоя взъерошивает волосы Шото после того, как повесил пальто. Он не спрашивает об оценках, учителях или пути к становлению героем. Шото очень благодарен. Вместо этого, когда телефон Шото звенит в седьмой раз за пять минут, он спрашивает о друзьях. Шото выключает уведомления, игнорируя разглагольствования Сато об упаковках с закусками без этикеток с питательными веществами, и суёт телефон обратно в карман. — У меня их четыре, — говорит он Тое. Тот почему-то выглядит очень счастливым и немного грустным. — Я так горжусь тобой, Шото. Фуюми продолжает разговор, пока не приходит Нацуо, промокший от внезапного ливня. Он тоже входит молча. — Он здесь? Фуюми качает головой, приглашая его войти. Тоя прижимает ладонь к намокшим волосам Нацуо и сушит их своей причудой. Они не говорят об автоматическом вздрагивании Нацуо в ответ на жар или о боли на лице Тои, когда он использует свой огонь. Они не говорят ни о молчании Шото, ни о нервных взглядах Фуюми на дверь, ни о душном воздухе дома их детства. Они сидят за обеденным столом и о многом молчат. Вместо этого они отвечают на вопросы о больнице Фуюми, работе Тои в сфере информационных технологий и опыте Нацуо в колледже. Шото особенно интересует последнее, хотя он знает, что никогда не сможет пойти туда. Они говорят об этом сейчас, потому что знают, что не смогут, когда придёт Старатель. По комнате разносится тихий смех, воспоминания о том как всё было, когда они жили вместе и звучат поистине плохие шутки. Входная дверь распахивается. Дом затихает. Шото наблюдает, как Старатель движется легко, так плавно в доме, покрытом страхом, построенном на страхе. Он молча наблюдает, как его отец с уверенностью передаёт тарелки, следя за каждым его движением. Он видит улыбку, в которой слишком много зубов, окружённую пламенем. Шото наблюдает, как его братья и сестра замолкают, когда Старатель становится слишком громким, и постоянно следят за его руками краем глаз. Он смотрит как они уходят в себя, забывая, что ушли из этого адского места, что сбежали из этой проклятой дыры, дома их детства, на работу, уехали в колледж или в квартиру на противоположном конце города. Он смотрит на них и вспоминает хрупкую беловолосую женщину с тихим голосом и нежными руками, которая держала себя с напряжением человека, висящим над раскалёнными углями. Старатель рассказывает им о результатах тестов и практических экзаменах Шото, а также о его успехах в USJ. Его братья и сестра в ужасе, когда упоминается смерть Ному. Старатель излучает злобную самодовольную гордость. Они почти закончили, ужин в этой адской дыре почти завершён, когда всё останавливается. Шото почти свободен, чтобы вернуться к своей прямой трансляции из Индии, а его братья и сестра явно смотрят на часы и отсчитывают минуты, когда им удастся сбежать, выйти наружу, исчезнуть из дома, что насквозь пропах гнетущим воздухом их детства. Они почти свободны, когда Старатель ставит чашку саке, поворачивается, чтобы посмотреть Шото в глаза, и спрашивает слишком громким голосом и улыбкой, которую другие назовут оскалом. — Итак, Шото, есть какие-то девочки в твоём классе? Его братья и сестра замирают. Они смотрят на него широко распахнутыми глазами, потерянные в тумане воспоминаний о принудительных браках, мести и ужасной тяжести наследства. Шото в тысячный раз вспоминает, что он единственный в семье, кто не боится своего отца. Он смотрит на Старателя, смотрит на оскал, окружённый пламенем, и не ненавидит его. Мужчина этого не заслуживает. Вместо этого есть раздражение, источник гнева, который растёт с каждым вздрагиванием, приглушенным шёпотом и слезами, пролитыми его братьями и сестрой. Шото может легко игнорировать то, что мужчина с ним делает. Шото привык к этому. Шото привык к гораздо худшему. Однако его братья и сестра никогда не были свидетелями насилия, как он, и никогда не станут свидетелями подобного, пока Шото жив. Они не должны были столкнуться с этим человеком, не должны иметь шрам на месте детских воспоминаний. Шото смотрит на Старателя с отвращением, скрытым за усталостью, скукой и маской. — В моем классе шесть девочек, — говорит он. Тоя давится воздухом. Нацуо выглядит так, будто хочет быть где угодно, но только не здесь. Ужас Фуюми охватывает всю комнату. Старатель смеётся, слишком громко и слишком долго, и зубасто. — Нет, — качает он головой, — я не это имел в виду. Есть те, в которых ты заинтересован? Шото хотел бы ещё подразнить его, уходить от прямых вопросов имитируя непонимание, симулируя забывчивость, но он смотрит как растёт страх его братьев и сестры, на их бледные лица и решает, что с них достаточно. С него достаточно. — Ах. Нет, таких нет, — Шото смотрит в глаза Старателю одним своим глазом. Его спина ровная и он излучает торжественную силу диктатора, который руководил деревней шиноби во время самой разрушительной и кровопролитной войны, которую только видела его вселенная. — Я гей. Фуюми тихонько всхлипывает. Это тихий жалобный звук заполняет всю комнату. Затем всё становится очень громким. Слова, насилие, слёзы, и вот Шото посреди ночи на улице, смотрит на звёзды. Забавно, думает он, отслеживая несуществующие созвездия, различия между этими мирами. Дождь прекратился где-то во время ужина, и этот район на окраине префектуры Сидзуока гудит песнями ночной тишины и дыханием ветра в высокой траве. На левой стороне лица Шото красный отпечаток кулака. Он в той же одежде, в которой был на ужине, и на рукаве его рубашки, где недавно вспыхнул огонь, видны дыры. Он в трех милях от своего дома. Небо вздымается над ним, бесконечное, обширное и полное возможностей. Всё молчит. Звенит его телефон. Шото хмурится. Он думал, что отключил уведомления. Он достаёт телефон из кармана и открывает его. 13 непрочитанных сообщений — 22:51 Три Высоких Парня (и два невысоких) Сато Рикидо: Кода сделал мне гребанный браслет дружбы Сато Рикидо: в нем все мои любимые цвета, я буду плакать Кода Коджи: лол Шоджи Мезо: У вас ночёвка? Кода Коджи: угу Шоджи Мезо: Я заканчиваю домашнее по уроку Полночи. Токоями Фумикаге: Реорганизовываю мои плейлисты Сато Рикидо: @Tokoyami даш доступ? Шоджи Мезо: Тебе не следует просить о том, чего не знаешь. Кода Коджи: Лоооол Сато Рикидо: насколько эмо оно может быть? Шоджи Мезо: … Шоджи Мезо: Не задавай вопросов, ответы на которые ты не хочешь получить. — Шото колеблется, стуча большими пальцами по клавиатуре. Он печатает предложение один, два, три раза. Он снова смотрит на пустое небо и тёмные окрестности, окружающие его, окутывая его оболочкой одиночества и покоя. Шото вдыхает, задерживает воздух в лёгких в течение семи секунд, прежде чем медленно выпустить его. Он пишет сообщение в четвёртый раз, закрывает глаза и нажимает отправить. — 22:52 Три Высоких Парня (и два невысоких) Тодороки Шото: могу я переночевать у кого-нибудь сегодня? — Ответ почти мгновенный. — Сато Рикидо: черт возьми да чувак мега ночевка Сато Рикидо: сейчас кину адрес, кода уже сделал для тебя браслет — Шото улыбается под маской. — Тодороки Шото: спасибо. я очень ценю это Сато Рикидо: в любое время B) Кода Коджи: нет проблем:) Шоджи Мезо: Ты в порядке? Тодороки Шото: да Токоями Фумикаге: Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится Тодороки Шото: хорошо Тодороки Шото: спасибо —

***

Он засыпает на гостевой кровати Сато под храп двух парней. Ему снятся волосы, подобные солнцу, перья и стрижка под горшок, дух товарищества и действительно дурацкие смайлы. Он доволен.