Вне двенадцати шагов или тридцать дней в псих больнице.

Вскоре всех пригласили на обед. Пауль, которого я уже успел порядком разглядеть, остался лежать в палате. Невысокий, миловидный, но с очень печальными глазами. Зайдя в столовую и получив свою порцию "еды". Я начал поиски места, где можно было бы сесть. - Хей, парень, - услышал я знакомый баритон, - Пошли к нам. Обернувшись, я увидел Тилля в компании двух мужчин. Я подошёл, всё еще сомневаясь стоит ли вообще садиться к ним. - Привет, - натянуто улыбнулся я. Жестом Тилль пригласил меня сесть. Первый мужчина, сидевший справа от Тилля, был высок, худощав и с очень умным взглядом. Мужчина слева напротив толст и с потерянными глазами. - Это Оливер, это Крейг, - Тилль кивнул сначала вправо, затем влево. - Приятно познакомиться, - произнесли они в один голос. Я кивнул и сел. Поглядев в свою тарелку, я понял, что лучше остаться голодным. Я отодвинул поднос, в то время как Тилль наклонился ниже. - Ну что, устроим вечеринку с пиццей? - шёпотом произнёс он. - Но, Тилль, у нас всего шесть баксов, - досадно заметил Крейг. - У меня есть шестнадцать долларов, - задумчиво произнёс я, решив вступить в разговор. - Э-э-э нет. Так не пойдёт, братец. Не надо так бросаться словами, - Тилль улыбнулся, - Здесь ни у кого нет денег, всем приходиться жрать это, а у тебя целых шестнадцать баксов. Я вяло пожал плечами. Какая разница? Кому придётся в голову грабить меня? После обеда мне рекомендовали пройти в комнату отдыха. Заглянув туда я увидел небольшое количество людей и пару медсестёр. - Рисуешь? - спросил взявшийся из неоткуда Тилль. - Нет, - удивленно ответил я. - А зря, некоторым это помогает отойти от своей болезни или своего состояния. Я вот корзинки плёл дома, - Тилль смущенно улыбнулся. В голове вспыли образы из детства. Домик из одеял и стульев, альбом для рисования, карандаш в руке и мама. Мама, сидевшая рядом со мной и наблюдающая, что я рисую. - Эй, ты уснул что ли? - Тилль толкнул меня в плечо. - Нет-нет, - я быстро поморгал и мы прошли в помещение. За столом сидели пятеро. В лица я старался не вглядываться. - Нарисуешь что-нибудь? - ко мне подошла одна из медсестер. - Нет, я не рисую, - улыбнулся я а'ля мачо. Она даже бровью не повела. Под её взглядом я был вынужден сесть. - Анжела, - обратился к ней рыжий паренёк, - Как тебе бобёр? - О боже, - шепотом произнесла она, но всё же взглянула, - Хорошо, уже лучше, - улыбнулась Анжела, - Хвост на этот раз на месте. Парень чуть ли к подпрыгнул от восторга. Передо мной откуда не возьмись появился лист и карандаш. - Ну же, - улыбнулась мне она, - Не так важно, что это. Просто дай выход эмоциям. Хорошо? - я кивнул, - Давай, - добавила она шепотом и тихонько хлопнула по спине. Я взял карандаш. Знакомые чувства наполнили мой мозг. Я прикоснулся кончиком грифеля к листу. Не знаю сколько прошло и как это получилось, но на листе красовалась карта города в непонятном мультяшном стиле. Затем в ход пошла акварель, и вот на листе красуется аккуратно раскрашенный рисунок. - Вау, а ещё скромничал, - улыбнулся Тилль. Подошедшая Анжела лишь ахнула. Не раздумывая, я отдал этот рисунок ей. Она поблагодарила милой улыбкой, думая, что она мне понравилась, о чём свидетельствовал номер её телефона на бумажке с надписью "Выйдешь, позвони ;)". Ах, как это банально. Все похлопали, как и подобает в этом месте, поулыбались, сказали, что я - молодец. Это было странно. Остаток дня был проведен мною палате. Я пытался разговорить Пауля, но он ответил один раз, дабы сказать, чтобы я отъебался. Какой он грубый. После не очень приятного ужина Тилль повел меня в общую комнату, где в углу была наша маленькая "вечеринка". Я поел. Пицца - привычное дело для меня. Это хорошо. День прожит не зря.