Деревенские приключения бантан

POV: Юнги «Ку-ку-ре-ку, ку-ку-ре-ку» — Чонгу-у-ук, чтоб тебя, ты совсем обнаглел, — пробурчал Юнги, видя перед глазами Гука в костюме петуха, который выкрикивал странны звуки. «Неужто эта мелочь уже в мои сны сумел пробраться? " Слыша пение петухов, он думал, что это всё игры его воспаленного рассудка. То, что это шутка и Чонгук опять врубил один из своих идиотских рингтонов, он понял только спустя 5 минут. С этим осознанием пришла и здравая мысль, что сейчас многоуважаемый лидер придёт и разбирётся с мелким. Однако сон, как рукой сняло, когда на его нос сёла, мать его, оса. Огромная оса! Наверное, она захотела нектар из цветочков в сене, но зачем ей понадобилось сесть на простого спящего человека — загадка. Скривившись и отогнав это исчадие ада, Мин всё-таки проснулся и присел на отвратительно скрипящей кровати. Утром он смог получше разглядеть «синвал» (вроде так назвала его та бабуля). Вчера они приехали уже под вечер и успели только кое как раскидать свои вещи. Потом пришлось лечь спать, ибо ночью источником света служила лишь одна тусклая лампочка (спасибо, что не керосиновая), а сломать себе в потьмах шею никому из парней не хотелось. Но ему сначала понадобилось выйти подышать. Спустив ноги с «кровати» и сунув их в тапочки, Gucci тапки в деревне на секундочку. Если Бог есть, то у него отменное чувство юмора, Юнги бы посмеялся, честно. Наконец приняв вертикальное положение и услышав чудесную мелодию щелкающих костей, которые ещё не привыкли к активной деятельности, суровый репер Мин Шуга, немного пошатнувшись, направился к дверям, которые открыл лёгким толчком. Перед ним открылся просто потрясающий вид. За такое можно было простить все неудобства. Утреннее солнце, только-только начало вставать из-за горизонта. Его первые рассветные лучи окрасили округу в невероятные цвета. Природа словно была нарисована кистью величайших художников. Сочная зелёная трава, могучие деревья, прекрасные цветы… Лето — это определённо самое красивое время года. Ступая на мокрую от росы траву босыми ногами и вдыхая кристально чистый воздух, Мин решил, что здесь он обязательно напишет парочку текстов. Но сейчас ему нужно обратно на сеновал, ибо природа-то прекрасна, но ноги-то мёрзнут. Зайдя внутрь он наконец смог разглядеть помещение. Здесь было достаточно уютно: всё сделано из дерева, пахло травами, было тепло и очень светло. Первый этаж был «жилым», на втором сушилась трава. На его удивление сено было тюкованное и не валялось повсюду, хотя Юнги ожидал увидеть вторую картину. Кроме их комнаты было ещё две, в которые Юнги зашёл, утоляя своё любопытство. В них не было ничего особенного: всего лишь предметы для работы да мешки с зерном. — Интересно, здесь крысы есть? — спросив сам себя, но так и не ответив, Мин направился в их комнату, чтобы переодеться. Конечно деревня — не красная дорожка, но ходить в одних шортах и тапках не комильфо. Комната, в которой они находились, была достаточно большой. В ней были шкаф, 4 таких же скрипучих кровати, как у Юнги, небольшой стол и два кресла. Ну чтож… Почти как в отеле. Зайдя внутрь он обнаружил, что Намджун уже проснулся и что-то пишет, сидя за столом. — Доброе утро, если так о нем можно сказать. Что пишешь? — подходя о спины, спросил Юнги. — Привет, да вот, мелодию навеяло. Ах, кстати, я разговаривал с Зиной, той бабулей, она сказала, что через час мы можем идти на завтрак, а после должны будем смотреть за утками, — с улыбкой поведал лидер. Удивившись тому, что не заметил, как проснулса Намджун, Юнги словил охриненчик из-за только что полученной информации. Утки… Здесь есть утки. — Серьёзно, утки? Зачем за ними смотреть? — Не знаю, она сказала их на речку не пускать. — пожал плечами Намджун, не отрываясь от своего занятия. — А ничего, что утки плавают в воде, а не топятся в ней?! Что за ерунда? Ладно, я возьму твою футболку? — Даже не вздумай! У тебя полно своих, — резко поднял голову Намджун. Юнги показалось, что он слышал хруст позвонков. — Тогда я одолжу, у Джина, — он ехидно посмотрел на лидера и уже собрался будить самого старшего мембера. — Ладно-ладно, можешь взять мою. — проговорил Джун, потирая шею. Получив в ответ злорадную улыбку, он проследил, как Юнги натягивает на себя одну из его любимых чёрных футболок и выходит на улицу. Намджун осмотрел комнату и остановил взгляд на своей кровати, где спокойно посапывал Джин. Он всегда любил наблюдать за ним, когда тот спит, ему казалось, что в эти моменты старший становился ещё красивее. Слева расположилась кровать Чонгука и Хосока, где младший, закинув на старшего ногу и что-то бубня себе под нос, мило обнимал подушку. Возле них, на такой же кровати, лежали в обнимку со своими подушками Тэхен и Чимин. Эти два друга всегда вместе — «неразлей вода», иногда создаётся впечатление, что по одиночке они вообще не спят. Рядом стояла одноместная кровать, где спал Юнги, но Намджун прекрасно знает, что если бы была возможность, он бы заперся в комнате с Чимином и никого туда не пускал. Хотя нет, помнится, как однажды эти двое пригласили к себе Хосока. Не хочется даже представлять, что они выдумали делать с этим солнышком. Хотя по звукам можно было понять, что они уж точно никого не обижали. — Подъём, завтрак готов! Кто последним придёт к столу, будет мыть за всеми посуду, — послышался хриплый голос бабушки и сразу после ее слов мемберы уловили звук удаляющихся шагов. Это известие было встречено недовольными стонами и всеобщими проклятиями. — Почему так грубо, неужели нельзя понежнее? — простонал Чимин. — Она приходила тебя будить или ебать? Понежнее ему. Знаешь, ты вообще-то не относишься к тем, кто любит понежнее, — проговорил Хосок, кладя руки за голову и смотря, как ракета под названием «Чимин» хватает вещи и вылетает на улицу. Все остальные, зашевелились и начали собираться.Потянувшись и выйдя на улицу в длинных жёлтых шортах и такого же цвета футболке, Хосок обратил внимание на чудесную погоду и яркое солнышко, которое уже во всю грело землю. Зрелище, как шесть человек разминаются под чутким руководством Намджуна, хотя эта разминка была больше похожа на неумелые попытки вызвать дьявола, было прекрасным. Если бы это увидел сам дьявол, то оскорбился бы до глубины души, а как известно души у него нет, так что делайте выводы. — Где здесь найти воду, чтобы умыться? — спросил Хосок, присоединяясь к аккультному танцу. — Возле кухни есть колодец, а туалет за сараем, деревянный такой, голубой краской покрашенный. -Вижу у бабушки есть вкус, ладно я отлучусь на минутку. Сделав все свои дела и зайдя на кухню, Хосок удивился как в этой комнате могло поместиться так много всего. Помещение было достаточно большим, даже больше среднего, но вещей здесь было очень много. Особенно всякой посуды: расписные тарелочки, чашечки, плошечки, мисочки — всё это многообразие сразу бросалось в глаза. Взглянув в окно, он увидел, что ребята уже сидят в беседке. Зина суетилась возле плиты, где что-то шипело и скворчало. Сейчас она выглядела намного лучше чем вчера, по крайней мере на ней не было бесформенной серой куртки. Ей было приблизительно под пятьдесят. Одета она была в цветастую кофту и треники. Эти вещи делали бы ее чуток моложе, если бы не вишнёвые волосы, которые портили эффект. Интересно, зачем она их покрасила? — Ты опоздал, поэтому моешь посуду. Иди кушай и готовься к общественно полезной работе, — сказала бабуля. Хосок уже не слушал, что там ворчала Зина. Он побежал к ребятам, которые что-то очень быстро уминали за обе щеки. Мемберы сидели в большой беседке, казалось, что в ней может поместиться еще человек семь. Стол был заставлен множеством тарелок, по большей части они были с какими-то соусами. По середине, на большом подносе лежала гора каких-то жареных непонятных круглешков. — Что вы кушаете, и почем я должен мыть посуду? — «Сырники» — очень вкусные. И бабуля же говорила: кто последний тот и моет. Твои проблемы, что ты во время подъёма обсуждал с Чимином, кто насколько жёстко любит, — посмеивался Намджун, отпивая кофе из милой чашечки с крабиками. Даже не сомневайтесь, что никто не стал спорить с лидером за право обладать этой чашечкой. — Что вы там обсуждали, да еще и без меня? — с наигранной строгостью в голосе спросил Юнги, пододвигая к себе тарелку с вареньем, в которое макал свои серники. Он ловко закидывал их в рот, а после облизывал пальцы от попавшей на них сладости. Это выглядело уж очень сексуально — стол погрузился в тишину. — Ем… кто чем сегодня занимается? — спросил Чонгук, отводя взгляд от Юнги. — Ну, как мы поняли, Хосок убирается на кухне. Думаю, что одному там будет сложно, так что пусть пойдет Чимин и поможет ему своими ручками. — Что? Хен, ты о чем? — пробормотал Чимин, краснея ака помидор. — Ну бабуля говорила, что банки нужно помыть, а там ручки маленькие нужны, чтобы пролезли. Господи, клуб сексуально озабоченных, — вздыхая и закатывая глаза, произнёс Намджун -Ладно, — тихо проговорил Чимин, опуская глаза. Что-то сегодня Чимин все не так понимает. — Дальше. Юнги с Чонгуком будут смотреть за утками. — Эй, а почему мы?! — возмутились оба. — Потому что нужно, чтобы один бегал, а другой сидел. — Тэ с Джином пойдут убираться в погребе, бабушка говорила, что там какие-то бутылки с вином нужно перебрать. — Хен, я с большим удовольствием разгребу эти бутылки, — выкрикнув это, Тэ поднялся со своего места и положил руку на сердце. Вы бы видели расстроенные мордашки Чимина и Юнги в этот момент. — Тэхен, пересмотреть, а не выпить. Джин будет следить за тобой, а я пойду с бабушкой, ей нужно в село сходить с чем-то разобраться, вот и помогу. Все всё поняли? — дождавшись утвердительных кивков, лидер продолжил, — тогда доедаем и по делам. *** Команда Чимина и Хо *** — Значит так, это посуда, я надеюсь, вы ее мыть умеете. Это банки из-под молока, — бабуля показывает на стол весь заложенный банками, — их нужно залить мыльной водой, потрясти, закрыв предварительно крышкой, вылить и сполоснуть, если что-то останется — засовываем руку и вымываем. Всё понятно? — спросила Зина, явно нехотя доверяя им работу. — Да, всё понятно! С этим любой дурак справится, — заверил ее Чимин. — Ну, я надеюсь, что вы справитесь. Все я ушла, работайте, — сказала она закрывая за собой дверь. — Так, ну здесь всё довольно просто я берусь за тарелки, ты — за банки, — произнес Хосок, не очень хорошо смотря на Чимина. — Да, всё ясно, — весело произнёс тот, ни о чем не догадываясь. Полчаса длилась идиллия: парни разговаривали и смеялись, пока не случилась довольно деликатная ситуация. Чимин настолько ответсвено подошел к заданию, что решил на всякий случай, для убийства всех микробов, мыть банки в горячей воде. Из-за этого его рука слегка опухла, и он не смог вытащить её из довольно-таки узкого горлышка. — Хен, я застрял, — простонал Чимин, жалобно смотря на Хосока. — Что? Чимин как ты мог застрять? У тебя же маленькие руки. — Хен, не знаю, горлышко слишком узкое оказалось, и у меня рука опухла от горячей воды. Помоги! — Иди сюда, я налью на нее мыло и попробую ее вытащить, ты только кисть расслабь. — Хорошо, — тихо проговорил Чимин, уже не зная куда себя деть. Сегодняшний день его слишком взбудоражил и он даже не представляет, что ему делать чтобы успокоиться. Пока Пак пытался собраться с мыслями Чон, обильно смазав руку мылом, начал потихоньку ее вытаскивать. Спустя пятнадцать минуты рука была освобождена. Чимин настолько обрадовался, что сразу же прыгнул в объятия хена и поцеловал его, сам не до конца осознавая, зачем он это делает. Поцелуй был недолгим, но очень страстным, если бы Хосок не думал о том, что им нужно закончить работу и о том, что их может кто-то засечь, то разложил бы Чимина на этом самом столе и трахал бы до потери голоса. -Ох, Чимин ты такой сладкий, малыш, но нам нужно закончить уборку и нас могут увидеть. Можешь немного отдохнуть, а я продолжу, — закончив говорить Хосок, посадил Чимина на кресло и ещё раз поцеловал в губы. Они обязательно продолжат, но не сейчас. Интересно у остальных тоже казусы происходят? *** Команда Юн-Гуков *** — Одним задания дала, теперь вы. Это утки, познакомьтесь. Недалеко ручей, мама-утка туда хочет сбежать поплавать, а утята слишком маленькие, поэтому им нельзя туда, иначе умрут. А если умрут они — убью вас. Если не дай Бог все-таки утка будет в ручье, а утята за ней побегут: мамку достать, детей тоже. Здесь, — показывая на небольшие миски, — есть еда и вода, так что за ними надо только следить. Они должны гулять и пастись и чтобы к моему возращению их как было, так и осталось двадцать четыре. Все понятно? — Да, все ясно, — весело произнес Гук предвкушая игры с этими маленькими пушистыми комочками. — И ещё, если будет холодно — вот коробка. Их нужно в неё сложить и отнести в клетку. — Всё понятно, мы справимся, — сказал Юнги, нежно поглаживая маленькую головку этого чуда. Через 10 минуту парни поняли, что Зины давно уже нет, и они слишком уж увлеклись сюсюканьем. — Всё, хватит, мы их ещё разбалуем, Гук, — проворчал Юнги, — наша задача — не пустить их на речку. — Но хен, они вот — в миске купаются. Какая разница? — спросил Чонгук, показывая на маленькую ванночку в которой весело плавали утята. — Разница в том, что этот «водоем» маленький и теплый. Они в нем не переохладятся, а на речке вода холодная. Не видишь? Они ведь совсем крохотные. Какая им речка? Ребята приступили к работе. Они считали, что их задание самое лёгкое, ведь они сидят в теньке, болтают и периодически поглядывают за уточками, которые даже и не думают куда-то убегать. Но вот в один момент парни так увлеклись обсуждением идеи новой песни, что уток увидали, когда те уже гордо топали к большой воде. — Черт, Гук, утки! Бежим! Гуку казалось, что они так быстро никогда еще не бегали. Они почти добрались до цели, но вот беда — своим топотом эти умники, распугали всех уток, а некоторые и вовсе в воду залезли. — Черт, надо доставать, как говорила Зина. Здесь неглубоко… Значит так, ты ищи и выводи тех, что попрятались на полянку, а я достану утят из воды. Хорошо, что туда залезло только трое. — Хен, я не могу, а вдруг ты не вернёшься? На кого ты меня оставляешь? На кого ты наших детей оставляешь? — запричитал Чонгук, складывая невидимый слёзки в свою ладонь. — Чон Чонгук, что за цирк ты тут устроил?! Я туда и назад, и вообще с детьми до Тэхена иди, — проворчал Мин и начал залазить в речку подзывая уток. Было не глубоко — Юнгли сумел разглядеть дно, устланное мелкой галькой. Хорошо, что мелкие утки помнили, кто недавно их подкармливал и не убегали. Спокойно давались в руки. Только вот держать двух и ловить третьего, было неудобно, так что пришлось звать Гука, который, к счастью, закончил со своей работой и мог помочь. — На, держи, но не неси к остальным, а то эти будут кричать и позовут всех оставшихся сюда. Получив кивок, Мин начал ловить третьего утенка, который, как назло, начала убегать, — Да чтоб тебя! — ругался Юнги. — Хен, а у вас с Чимином тоже есть третий, который все время убегает — с невозмутимым выражением лица спросил Чонгук. — Поймал! — закричал Юнги, радостно поднимая утенка и отдавая его Гуку. После того как Мин удостоверился, что утки в безопасности, он начал и сам выбираться из воды. Собрав всех уток, перечитав и обнаружив все двадцать четыре штуки они, радостно выдохнув, пошли домой. — А у вас… — Вот будешь иметь свой тройничок, тогда поймешь. Мелкий еще. — Хе-е-ен, — простонал Гук, обижаясь на старшего из-за того, что тот не поделился столь интересной информацией. *** Команда Ви-Джинов *** Оказывается бабуля Зина занимается изготовлением домашнего вина. Она даже сначала похвасталась виноградниками, которые находились в садике за домом. — Это подвал, в котором храниться домашнее вино. Вам нужно просмотреть каждую бутылку и расставить на полки по дате изготовления, на них все написано. Понятно? — Да, а вино можно будет продегустировать, — задал Те самый интересующий его вопрос. — Можно, но только так, что бы вы все успели, а не просто сидели здесь и пили. Ясно? — Да, мы поняли, — проговорил Джин, оторвав взгляд от потолка. — Хорошо, за работу. Зина ушла, оставляя парней наедине. Сначала у них, как и у всех, всё было хорошо. Они даже быстро справились ничего не разбив и не напортачив, и в честь своей победы парни решили попробовать вина. Только они так увлеклись дегустацией, что их милые разговоры с «как думаешь, какой цвет выберем для обложки нового альбома» перешли на « Тэ, я конечно понимаю, что Гук ходячий секс — ик — но член Намджуна самый охуенный — ик — я, Тэ, как ценитель искусства говорю». «Да что ты -ик- за ценитель? Я вообще-то -ик- разбираюсь в искусстве получше тебя и могу с уверенностью заявить — член Гука высшее проявление искусства на этой планете -ик-». Ну так вот. Всё было бы хорошо, если бы Намджун с Зиной, с которой лидер, кстати, нашел общие темы для разговора, не имели бы чести лицезреть состояние этой команды «дегустаторов». — Ну пиздец, — произнесли и Намджун, и бабуля, хотя посыл, как я полагаю, был у них разный.