come and wrestle me free.

Fleurie - Hurts Like Hell

Тихое, жаркое раннее утро заглядывает в окно моей хижины, встречая сонную и ворчливую Эду Йылдыз, которая не торопится открывать глаза и показывать свое лицо новому дню. Заставляю себя подняться с кровати, чтобы продолжить существование вопреки всему, что со мной произошло. Тупая, ноющая боль где-то в районе груди никак не отступит, и я поддаюсь ей каждый раз. Глупая. Будто незримый враг уже поверг город моей души в хаос и отчаяние, будто его жители - все мои надежды и мечты - с криками покинули горящее месиво, которое когда-то называлось моей жизнью. Это капитуляция, осознание того, что ничего и никогда больше не будет, как прежде. Солнечный Лангкави* распахивает свои гостеприимные объятья заблудшей и потерявшейся в этом мире душе цветочницы из Стамбула, которая узнала, что такое счастье и любовь. И тут же потеряла навсегда. Навсегда ли? Иногда мне кажется, что я могу взять в руки билет в один конец туда, где бьется вторая часть моего сердца, но каждый раз понимаю - этому не бывать. Я все еще люблю его, как сумасшедшая, но, разделенная бесконечными километрами и не оправдавшимися мечтами, я топчу в себе эту любовь, вырезаю ее из себя каждый день по кусочкам. Шрамы кровоточат, отказываются заживать, будто я выбрасываю из себя не только чувства, которые мне не нужны, но и часть самой себя. Песок под моими ногами на утреннем солнце превращается в раскаленную лаву, когда я иду по направлению к соленой воде, чтобы в одиночестве, смотря на закат, нарисовать очередной бессмысленный, безвдохновленный эскиз для работодателя из Америки, который согласился взять меня на удаленную работу. Опускаю пальцы ног в воду, которая лишь на мгновение остужает, а затем безжалостно напоминает о том, что первое впечатление бывает обманчивым. Вывожу узоры на бумаге, прорисовываю цветочный сад для влюбленной пожилой пары из Калифорнии, каждая линия становится частью райской композиции, тогда как моя душа проходит через ад. На мгновение флешбеком погружаюсь в холодный ноябрьский вечер, где моя рука соприкасается с рукой Серкана Болата, когда мы работаем у него дома наедине. Закрываю глаза, поддаваясь ужасному мазохизму, представляя, что он рядом, и почти наяву ощущаю, как он с нежностью гладит подушечками пальцев татуировку в виде звезды. Даже не замечаю, как быстро летит время, неумолимое к моей разлуке. Безжалостное. Черствое. Лживое. Точь-в-точь, как Серкан, решивший поиграть нашими судьбами, отказавшись от любви в пользу того, чтобы я не узнала правду. Но в чем она, эта правда? Мои родители погибли по вине его отца, но разве он недостаточно узнал меня, чтобы понять - я никогда не смогла бы винить за это его? Зато теперь я виню его за ложь, которая разлучила нас, ложь, в которую он собирался играть до последнего, как играл всегда и с другими людьми. Ведь итак для Серкана Болата вся жизнь - это игра. Но я отказалась от того, чтобы участвовать в этом. Я сбежала туда, где он никогда меня не найдет, разорвала этот бесконечный круг боли, которую мы неизбежно причиняли друг другу. Тетя, подруги, бывшие коллеги - никто не знает, где я нахожусь, и только время от времени получают электронные письма о том, что все в порядке, я жива, что я по-прежнему нуждаюсь в этом одиночестве. Поэтому я абсолютно уверена в том, что он не найдет меня. Хуже всего, что где-то в глубине души я все еще верю. Верю в то, что однажды я смогу проснуться без этих шрамов, которые затянутся и перестанут быть напоминанием о моих ошибках и наивных мечтах, превративших меня в жалкое подобие прежней Эды Йылдыз. Я давно простила ему эту ложь, давно поверила в то, что он хотел спасти меня от повторной потери родителей. Но не могу забыть то, что мой любимый мужчина был готов отказаться от нашего будущего, от наших совместных пробуждений по утрам, первых шагов наших детей, от построенного его руками семейного гнезда и посаженного моими руками райского сада, которые станут нашим наследием. Не могу принять, что он заставил меня страдать и мучиться от мыслей, что он меня не любит. Распускаю свои длинные каштановые локоны, собранные в пучок, и они шелковым каскадом падают на плечи, укрывая собой, будто мягкое одеяло. Вечер плавно опускается на архипелаг, сверкая звездами, отраженными в неспокойной воде. Поднимаю голову, и на глаза наворачиваются слезы. Она там, и никуда от этого не деться. Звезда, которую он мне подарил. Подмигивает, словно знает все секреты, которые таит мое будущее, словно говорит мне: будь сильной, Эда, собери себя по кусочкам. И у меня достаточно времени для этого. Чтобы в моей душе вновь посадить цветы, любоваться их красотой и вдыхать райский аромат. Чтобы снова дышать, а не задыхаться. Чтобы забыть и отпустить, либо простить и вернуться. Я все еще чувствую его обжигающее, вызывающее мурашки дыхание на моих плечах в день нашей фиктивной помолвки. Я все еще ощущаю восторг, получив в дар медиатор - высшую степень доверия и расположения от Серкана. Я все еще на той набережной, с широко распахнутыми глазами, наслаждаясь соленым запахом Босфора, вдыхаю его уверенное я влюбился в тебя, как сумасшедший. Но больше всего я в том домике в горах. Петля времени, в которой я снова и снова проживаю самое счастливое в моей жизни утро с любимым человеком, которым не могу надышаться. - Если бы тебя здесь не было, я бы не смог дышать. - Когда ты пожелаешь, я стану твоим воздухом. Мы разучились дышать. И я физически чувствую его боль, ведь он также как и я не забыл меня, не сможет забыть, наверное, никогда. Мы всегда будем далеким эхом в жизнях друг друга, со временем эхо станет тише, но оно навсегда останется, чтобы отскакивать от стенок нашей души. Будет напоминать о себе, когда этого уже совсем не ждешь. В случайном прохожем, улыбка которого напомнит мне о нем. В знакомой песне, заигравшей на радио, которая напомнит ему обо мне. В последний раз смотрю на звездное небо, загадывая желание на падающую звезду. Он не найдет меня. Он не найдет меня. Он не найдет меня. Найди меня, Серкан.