What do i do?

Утро встретило их не самым лучшим образом. Было холодно. Слышен был дождь, который видимо или не прекращался, или начался вновь. И тишиной. Малфой не торопясь открыл глаза. Он понял, что, жив. «Черт!» - выругался он про себя и окончательно расстроился. Только спустя несколько минут он понял, что лежит совсем не на земле, что он в тепле и в чистой одежде совсем не той, которая была на нем. Холодно, пальцами даже не пошевелить, тело затекло. Хоть раны и затянулись без следа. «Жаль» - промелькнуло в голове, он хотел смотреть на них. Ему нравилось, когда на его теле были отметины. Либо те, которые он оставил себе сам, либо которые оставили другие. Но ему всегда будет мало. Это как наркотик, утягивает, с каждым порезом хочется еще. Это непередаваемое чувство, когда капля за каплей крови стекает по руке. Чувствуется каждое ее движение. Оно такое же непроизвольное как дождь. Именно поэтому дождливая погода его самое любимое время. Как только его размышления закончились, он понял, что не один. Драко понял, рядом тело, которое он никак не ожидал увидеть. Которое приносит и боль, и счастье одновременно. Какое-то время он рассматривает это лицо. Вроде все расплывается, но при этом это чертово лицо он видит слишком четко. Тяжело вздыхая, он отворачивается, когда видит движение ресниц, думая, что Гарри вот-вот проснётся. «Значит, он принес меня, спас. Увидел его в таком состоянии, узнал о нем, что никто не должен.» - мысли делали голову слишком тяжелой. Ему снова хочется курить. Это же лучше, чем оставить пару ран снова. Правда? «Нужно сваливать». Малфой встал, но не без труда. Голова кружилась, но он знает, что нужно уйти. Ему сложно, он один. Один против всего мира. Есть родители, есть соседи по комнате, есть назойливые и девушки, и парни, которые не упускают возможность либо подкатить, либо напомнить, какое он дерьмо. Его не волновало, он привык. Каждый день одинаковая обстановка, ничего не меняется. Когда он заработал этот фетиш? Когда он полюбил мазохизм? Драко не знает. И как избавится от этой херни, он тоже не знает. Возможно, когда он наконец будет счастлив, это пройдет. Смешно, правда? Драко запутался в своей жизни, все плохо, но все хорошо. Аж бесит. Этот день определенно будет солоноват. - Гарри, черт возьми, где ты был? – возмущалась Гермиона. Она думала, что ее друг вернется, а в итоге он ночевал неизвестно где. Хоть выглядит и свежо, кажется, что он даже выспался. - Я уснул прямо там. После того как… - Тут у него кольнуло что-то и непонятно где, что это не его тайна и он должен оставить в секрете, пока Малфой сам не захочет рассказать. – Взял зелье, и дурак выпил его прямо там. - Точно дурак. Ты вообще понимаешь, что некоторые люди переживают… Ладно, проехали. Мне нужно в библиотеку, хочешь пойти со мной? – закатив глаза, сказала девушка. - Мне определенно нужно отвлечься. – сам себе улыбнулся Гарри. - Только ты можешь учиться ради успокоения. – резко развернувшись, она направилась в нужном ей направлении. Их дорога до библиотеки происходила молча каждый дул о своем. Гарри думал о Драко. «Что его привело к этому, почему у этого дибила порезы? Он их сам сделал? Кто-то издевается?» - разум кричал. У него не было ответов не на один вопрос. Он знал, что блондин не расскажет. Он не доверит. И правильно. Гарри бы тоже не доверял человеку, с которым близко не знаком. Он очень хотел забыть. Мечтал, а с другой стороны, надеялся, что узнает правду, что поможет. Пока он размышлял, они уже дошли. Гарри решил, что не желает, чтобы хотя бы одна живая и неживая душа его сегодня потревожила. Он направился в самую глубь помещения, взяв предварительно нужный учебник. Драко все утро боролся с приступами тошноты и голода одновременно. В глазах плыло, но он ничего не мог сделать. Ему нужен был отдых пару дней. Но ему было до чертиков наплевать. Забыли? Он хренов мазохист. Он страдает от боли и одновременно кайфует. Он хочет, чтобы кто-то узнал и помог своим присутствием и одновременно скрыть. Зачем напрягать кого-то. Самое уединенное место – библиотека. Там тихо, спокойно, никто никому, по сути, не нужен. Все усердно пыхтят над своими домашними заданиями. Последний год, всё же. Тихо, спрятавшись за большим количеством книг, он сидел, читая книгу, и старался не высовываться. Его взгляд привлек человек, который так же как он пытался спрятаться от всех,который обставлялся книгами. «Неужели у нашего героя не так все красочно, как говорят?» - саркастично с еле заметной улыбкой пронеслось в голове Малфоя. Драко совершенно забыл о своей книге. Он сидел и смотрел как этот лохматый, не подозревающий слежку, придурок так старательно выводит каждую букву. Драко знал, что почерк все равно будет выглядеть не так превосходно, как считает сам Гарри. Но кому, какое дело? Его же любят не за почерк. Так он просидел еще несколько часов, ждавши пока Гарри сам не уйдет первым. Ибо выдать себя с потрохами блондину не хотелось. Так еще было больше недели. Они не трогали друг друга, но и не избегали. На Драко было еще несколько отметин. Он винил себя за такую слабость, но ничего не мог с собой поделать. Он считал, что его красота нахер никому не нужна, а ему тем более. Так зачем ее беречь. Спрятанная бутылка огневиски неистово манила. Блондин больше не мог терпеть, ему хотелось напиться. Вечером выходного дня, на ужине, он решил, что ночью обязательно заберется на астрономическую башню и воплотить несколько своих мечты. Не спеша, плетясь, Малфой никак не мог знать, что сегодняшний вечер он проведет не один. «Нужно успокоить нервы» - голова гудела, и сердце рвалось наружу. Какого хера это с ним происходит, понять он не мог. Режущее спасает. С каждой каплей, тело его обмякает и наступает тишина. Ему хорошо. После произнеся очищающее, оперившись на стену Драко сел. Тут он заметил, до жути знакомые глаза, которые пристально на него смотрели, хуй знает сколько времени. То ли с самого начала, то ли только заметили. А ему похуй, он уже спустил свои нервы. Закуривая, он ожидает действий. Его удивило, что без лишних вопросов Гарри просто садится рядом. Их плечи и колени чуть касаются, но никто не отодвинулся и даже не посмотрел. Как будто, так и надо. Драко беззвучно еле кивнул ему. Толи поприветствовать, толи показать, что все в порядке. У обоих есть вопросы и много. Но кто сорвется и нарушит эту идиллию, они пока не знают.