Четвертый раскол ХХХ.

***

Погоня, а затем и шутливая перестрелка водяными шариками с помощью Телекинеза закончилась вполне ожидаемо. Мне с экзером опасаться было нечего, тогда как джедайская роба Аньи из белоснежной превратилась в серую и мокрую, не самого презентабельно вида. И хотя припекающее солнышко могло довольно быстро высушить ее до прежнего состояния, девушка предпочла воспользоваться моментом. Обнажив плечико с манящей атласной кожей и игриво подмигнув мне. После чего быстрым и отточенным движением стянула робу, явив моему поплывшему маслянистому взору наряд, больше присущий вульгарной танцовщице-твилечке, но никак не образцовой джедайке. Белое нижнее белье представляло из себя настоящее произведение искусства, созданное по заказу лучших зелтронских домов моды. Плотный лиф крепко облегал юную девичью грудь, делая ее визуально выше и больше. А намокшая прозрачная сорочка облепила кожу, подогревая воображение и распаляя жар в штанах. Убедившись, что полностью завладела моим вниманием, Анья продолжила стягивать верхнюю одежду, с загадочной улыбкой покачивая бедрами и пытаясь изобразить некое подобие стриптиза. Из-за отсутствия опыта вышло так себе, но я чуть не вскипел паром из ушей, когда увидел обнаженные стройные ножки и темный треугольник между ним, облепленный невесомой мокрой тканью трусиков. Анья не слишком выделалась красотой на фоне остальных моих женщин. Те же Лана с Новой были более гармонично сложены, тогда как женственность и сексуальность Кары с Илонией могла заткнуть за пояс вообще любых соперниц. Но искренние чувства все меняли. Насколько бы совершенней они не были, сейчас я бы не променял никого из них на Анью Рал, навсегда занявшую в моем сердце почетный титул эвин. Любимой навек. И она об этом знала, отвечая мне в Силе такой же зашкаливающей нежностью. А также обещанием неземного блаженства, ждущего в самом ближайшем времени в качестве награды за верность, проявленную в долгом ожидании ее возвращения. Еще шаг, и отправленная Телекинезом одежда отправляется сушиться на ближайшие ветки деревьев. Тогда как ее хозяйка повернулась ко мне спиной, и, игриво качнув задорными подтянутыми ягодицами, с места нырнула в воду. Намек был более чем очевидный, и я негнущимися пальцами коснулся затылка, отдавая экзеру команду на свертку. Превратившись в маленькую коробочку серебристого цвета, он вместе с моим световым мечом отправился на стопку одежды Аньи. А я сам спрыгнул с камня уже собирался в пару прыжков добраться до достойной глубины, когда та сама вышла навстречу. И начала медленно подниматься из воды на берег, позволяя оценить великолепную картину водяной нимфы, соизволившей почтить своим царственным вниманием сухопутный мир. В том, как Анья выходила на берег, чувствовалась школа кафарель. Очевидно, подготовка к нашей встрече с Юкирой не ограничилась простым маникюром ноготков. В чем я ни секунды не сомневался, наблюдая целое представление для одного единственного зрителя. А когда эта недо-соблазнительница провела пальчиками от своей тонкой шейке вниз по изгибу ключиц, ложбинке груди и плоскому животику, едва не прорвал стоящим членом ткань пространства-времени. По крайней мере ощущения были именно такие, заставив сцепить зубы от резкого перенапряжения в паху. С ума сойти! Впервые со мной такое, чтобы едва не кончить лишь от одного вида партнерши. Впрочем, не один я оказался впечатлен произведенным эффектом. Увидев результат своих действия, Анья едва не подожгла ментал смущением, хотя внешне почти не покраснела, вовсю пользуясь скрывающими преимуществами косметики. Но эмпата даже в ранге новика не обманешь, не говоря уже о Силе. Я чувствовал неуверенность Аньи, разбавленную изрядным приступом страха перед своим первым разом. А еще желание. Очень сильное и буквально заставляющее бурлить горячую кровь в жилах. В ином случае я бы не стал более мешкать и немедля взял свое, забирая главенствующую роль в древней схватке между мужчиной и женщиной. Но ради Аньи сделал вид, что тоже смутился, прекрасно осознавая, что это прибавит ей сил и решимости довести задуманное до конца. Так и вышло. Совладав с дыханием, экс-Чемпион вновь приняла соблазнительную позу с выставленной вперед грудью и вызывающе сверкнула ровными белыми зубками. – Не думала, что ты можешь смущаться. Шаг навстречу ко мне. Еще один. Ощутив колебание воздуха на голой коже, я с насаждением втянув носом ее запах. Призывный, манящий и дурманящий голову аромат текущей самки, только и ждущей, когда ей овладеет сильный и напористый самец. В висках уже давно стучали барабаны под гремящий аккомпанемент кейю, а руки сами по себе тянулись в попытке схватить сладкое видение. Но я сделал усилие над собой и мелко кивнул, «в смущении» отводя взгляд. Анья победно засмеялась и приблизилась еще на шаг. Теперь нас разделяло от силы полметра. На таком расстоянии почудилось, будто нервы улавливают даже исходящий от ее кожи жар, но все это оказалось игрой распаленного воображения. Тонкие пальчики, коснувшиеся моих грудных мышц, оказались прохладными. А сама Анья мелко вздрагивала при порывах ветерка, несущего за собой мелкую водяную взвесь, окружавшую водопад. Осознав сей простой факт, я плюнул на красоту момента и, перекинув взвизгнувшую от неожиданности девушку на плечо, потащил ее подальше от пляжа. – Куда ты меня тащишь, варвар? – Баба. Пещера. Жрать. Трахаться, – не удержавшись, подыграл я ей. Причем, судя по всему, крайне убедительно, так как смех за спиной стих и сменился настороженной задумчивой паузой. Ненадолго, секунд на пять. После чего по лопаткам застучали кулачки и послушалось требовательное: – Неси меня обратно! Я хочу сделать это под водопадом, красиво! – Вэк? Вот на этом моменте у меня однозначно случился разрыв шаблона. А потом разобрал такой смех, что я вынужденно внял требованиям и опустил надувшуюся девушку на теплый песочек. Чтобы осесть там же, держась за живот и задыхаясь от гомерического приступа здорового гогота. «Свела же Сила двух извращенцев», – я утирал слезы и снизу-вверх смотрел на уперевшую руки в бока грозную джедайку. Откуда ей было знать о моих похождениях, где главный критерий звучал: запоминающийся? Секс на крыше офисного здания. В заснеженном лесу. Общественный транспорт под прикрытием толпы людей. Кухня ресторана со взломанными дроидами-поварами. Со своей колокольни я и помыслить не мог, что однажды встречу девушку, разделяющую мою страсть к экспериментам. Лана, у которой шило в одном месте, не в счет. Там все упиралось в ненасытное либидо, тогда как Анью, судя по ее ауре, попросту тянуло ко всему необычному. Точно также, как меня самого. – И чего смешного? – Ни… чего, – кое-как отдышавшись, я притянул Анью на себя, не взирая на показное сопротивление. И, дурачась, подул ей в ушко со словами. – Ты хоть представляешь, как это будет выглядеть в твой первый раз? Вопрос, ожидаемо, смутил Анью. И завел в тупик, когда она осознала подоплеку и бросила задумчивый взгляд на водопад. Во-о-т, вижу, пошла мысль. Умничка, все верно поняла. Сношаться, как кролики, под ниспадающими струями воды, может, и красиво со стороны, но уж точно не самый лучший выбор для первого раза. В частности с технической точки зрения, когда предстоит болезненная дефлорация мужским агрегатом внушительного размера. Кхм. Все еще стоящим и молча вопиющем о начале интимного банкета. Я прямо видел, как эти и схожие с ними мысли мелькают в хорошенькой головке моей любимой, направляемые мягкими ментальными подсказками в нужное русло. И как по мере осознания каждой пылающий румянец все же пробивается сквозь густой слой косметики. К счастью для Аньи, у меня имелся кое-какой опыт «работы» с наивными (и невинными) девочками. И, пока она погрузилась в размышления о превратностях первого секса, левая рука легла на верный маршрут, незаметно устроившись на выпирающей попке. Пока Анья думала, легкие поглаживания вкупе с подогреванием нужного настроя в ментале не позволили снизиться накалу момента. Я знал, как мягко и ненавязчиво возбудить партнершу. И понимал, что именно нужно делать в случае, если стану у нее первым мужчиной. Доверие. Без него ничего не выйдет, как бы Анья не храбрилась внешне. И моя задача здесь не напирать и позволить ей вести партию, перехватив бразды правления лишь тогда, когда придет время. Не раньше, чтобы, не дай Сила, не нарушить тонкую грань между принуждением и добровольной сдачей в руки победителя. «Детские игры кончились. Сыграем по-взрослому, моя эвин?» Краем уха контролируя слегка участившееся дыхание любимой и продолжая мягкий массаж ее упругих ягодиц, я принял лежачее положение, в процессе как бы случайно дернувшись вбок. Неловкое, но на деле четко выверенное движение вынудило бездумно свисающую руку Аньи задеть мой эрегированный член. «Ух…». Самое трудное в задуманном было сдержать собственный стон, но, ценой титанических усилий воли, мне это удалось. Зато результат оказался точно таким, как я задумал. Осознав, чего именно коснулась, Анья тихонько пискнула и в панике прижала обе руки к груди, испуганно посмотрев на меня сверху-вниз. На что я лишь поощряющее улыбнулся, после чего прикрыл глаза, предоставляя ей полную свободу действий. Сперва ничего не происходило. Через минуту, слушая сосредоточенное сопение Аньи, я уже хотел было помочь ей, направив руку по нужному маршруту, как вдруг ощутил осторожно касание к головке члена. Моментально воспрянувшего с прежней силой и едва ли не кончившего от внезапного прилива возбуждения. – Джове… – Смелее. Не бойся. Добавив в голос ободрения и ласки, я таки добился, чтобы узкая девичья ладошка обхватила мой эрегированной мужской орган. Сперва одна, а потом, после небольшой паузы, вторая, охватив остаток ствола до налитой багровой кровью грибовидной головки. – Так хорошо? – Да. Теперь аккуратно подвигай. Вверх-вниз… уф. Я поневоле прикусил губу, когда набравшаяся смелости джедайка внезапно решила ломануться напролом и начала активно наяривать ствол члена, больно оттягивая чувствительную нежную кожу. – Не так сильно, милая! Легче. – Так? – Да… Ощутив приятные изменения внизу, и рискнул приоткрыть глаза, получив удовольствие из-под век лицезреть картину сосредоточенной прекрасной девушки. Той, которая, не отрывая восхищенных глаз от твердого мужского жезла в своих ладошках, исследовала ствол по всей длине и временами робкими касаниями трогая мошонку. Пришлось позволить себе пару стонов, чтобы придать ей уверенности, после чего уже сами яйца стали непосредственным предметом интереса моей неопытной партнерши. Нежно массируя их, Анья вызвала новый прилив наслаждения в чреслах, уже практически готовых разразиться первой порцией свежего семени. – Тебе не больно, когда я так делаю? В ответ я чуть сильнее сжал ладонь на попке Аньи, заставив ее охнуть и зардеться. Похоже, до сих пор она не совсем осознавала, что я творю с ней, увлеченная своим личным исследованием мужского полового органа. Вызванная заминка позволила мне перевести дух и удержать кипящий заряд в яйцах, сберегая первый залп на боле подходящий момент. «Мой черед». Потянув Анью вверх, я добился, чтобы она перекинула ножку и уселась прямо мне на живот. Где уже обеими руками сжал ее ягодицы и, под шумный вздох Аньи, скользнул ладонями вверх по талии к ее груди. Но не коснулся ее, а пошел выше, к шее и далее сместился на спину, вызвав у девушки ощутимую волну дрожи. – А-ах! Не сдержав томного стона, когда мои руки начали исследовать ее тело, Анья на инстинктах подалась назад, уперевшись попкой в стоящий член. После чего начала ерзать у меня на бедрах, подбадриваемая касаниями пальцев к чувствительным эрогенным зонам и однотонными импульсами в ментале. Все в совокупности довольно быстро принесло ожидаемый результат, когда возбуждение превысило определенный порог, и всего одно касание к влажным трусикам Аньи принесло ей мощный кричащий оргазм. Придерживая девушку за талию, чтобы та не свалилась пускающим слюни кулем в песочек, я уложил ее на спину и, сместившись вниз, пристроил голову между ее ножек. В ноздри моментально шибанул дурманящий аромат возбужденной женщины, все еще дергающийся на остаточных толчках прогремевшего оргазма. Не удержавшись от соблазна, я лизнул мокрую ткань трусиков, плотно облепивших половые губы Аньи, чем вызвал у нее громкий вскрик неожиданности и обратил на себя полное внимание. Поднявшись на локтях, джедайка поймала мой улыбающийся взгляд над своим лобком и округлила глаза, начав лепетать что-то бессвязное. – Джове, что ты собрался-а-а… а-а-а!... Я не дал ей возможности испугаться или передумать, ловко отодвинув узкую полосочку трусиков в сторону и одним длинным движением языка пройдясь вдоль истекающей любовным нектаром щелки. «М-м, сладкая». Анья закатила глаза и с протяжным стоном запрокинула голову, ощутив бесцеремонно орудующий язык у себя в киске. Это был первый ее опыт подобных интимных ласк, и оттого ощущения казались особенно яркими. Мне даже не пришлось прибегать к помощи дара: возбуждения самой Аньи оказалось вполне достаточно, чтобы уже через пару минут спровоцировать новый оргазм. И следом еще пару, последний из которых обернулся повторяющимся каскадом из волн удовольствия. Выгибаясь навстречу моему языку и подвывая от туманящих разум ощущений, Анья едва не потеряла сознание, но я четко контролировал весь процесс, почти не касаясь клитора и не позволяя ей преждевременно уйти в нирвану. Пока рано. У нас еще весь день и ночь впереди. Удовлетворенный содеянным, я утер мокрые губы и, встав на колени, подхватил на руку обмякшую девушку, неспособную хоть что-то противопоставить моим действиям. Ее закатившиеся глаза и блуждающая улыбка все еще свидетельствовали об остаточных последствиях пережитого удовольствия. Я позволил ей сполна насладиться этими ощущениями, прежде чем аккуратно уложил у водной кромки озера на призванный Притяжением Силы экзер. Пришлось попотеть, чтобы объяснить симбиоту, что от него требуется, но результат того стоил. Постоянное ношение обеспечило нам тесную связь, благодаря которой образы одежды можно было снимать, как настоящие вещи. Единственное условие – оставлять прямой контакт с кожей, чтобы экзер мог поддерживать стабильную форму. В итоге вызвав образ джедайского плаща, я расстелил его на прибрежном песочке внутренней частью наверх и бережно уложил на него не сопротивлявшуюся девушку. Чей взгляд преобрел осмысленное выражение лишь после касания к теплой и приятно льнущей к телу ткани. – А?.. – Не бойся, – я прилег рядом с Аньей на бок и, улыбаясь, подпер согнутой в локте рукой голову. – Просто переложил тебя на мягкое. Все приятнее, чем на голом песке валяться. – Да. Поймав мой раздевающий взгляд, Анья потупилась и чуть отвернула голову, прижав кулачки к груди. – Не смотри так пристально! Я смущаюсь. «Ага. Особенно после того, как мой язык побывал в твоей киске», – с внутренней усмешкой подумал я, но вслух ничего не сказал, вместо этого просто улегшись рядом и подняв взгляд на лазурный небесный купол с редкими вкраплениями пушистых кучевых облаков. В самый разгар дня Зел нещадно палил, грозя серьезными ожогами любому, кто не имеет привычную к такому излучению красную кожу. К счастью, мы с Аньей заранее озаботились своей безопасностью и могли спокойно загорать под яркими лучами зелтронского светила, не боясь ожогов. А вот купаться придется с осторожностью. Гель от загара, которым мы пользовались, водостойкий, но не вечный. На час-другой непрерывного купания хватит, после чего придется бежать к хижинам за новой порцией. Либо вызывать Ми-Три с челнока, нарушая сложившуюся идиллию уединения. Отчасти поэтому я не хотел сразу лезть под водопад, но сейчас, в тишине и покое, мне в голову пришла одна мысль. «Хм, а это идея. Но чуть позже. Когда она будет по-настоящему готова.» Довольно прищурившись, я повернул голову в бок и увидел любящую улыбку смотрящей на меня Аньи Рал. – Что? – Просто. Думаю, как мне повезло с тобой. Знаешь, в Храме, мы с девочками иногда мечтали о жизни вне Ордена. Что было бы, если бы у нас не имелось чувствительности к Силе, и нас не забрали джедаи. – И что ты представляла? – Свой дом. Семью, – Анья подняла руку и тыльной стороной пальцев нежно коснулась моей щеки. – Любимого мужчину рядом. Но я и мечтать не могла, что когда-нибудь получу хоть что-то из этого. – Ты получишь много больше, родная. На самом деле… Мне вдруг пришла в голову еще одна мысль, вдвое лучше предыдущей. И, резко прогнувшись в поясе, я с таким воодушевлением посмотрел на Анью, что она неуютно заерзала на плаще. Вот только сказать ничего не успела. Произнесенные мной слова заставили ее замереть и подобраться как приготовившуюся к прыжку кошку. – Повтори. – Анья Рал. Ты выйдешь за меня? Всего пара томительных секунд ожидания, растянувшихся в вечность. После которых Анья отмерла, и по ее щекам покатились слезы счастья. – Да… Чувствуя, как внутренний свет на пару с кейю торжествующе ревут во всех диапазонах, я наклонился и нежно поцеловал свою теперь уже невесту, ни капли не жалея о спонтанно принятом решении. В глубине души мы оба знали, что все идет к этому, так чего тянуть? Тем более, предложение руки и сердца до секса и после – два совершенно разных предложения. Что и подтверждала Анья, сияя в ментале ослепляющим светом незамутненного счастья. «Теперь осталась самая малость». С трудом оторвавшись от нежных губ своей эвин, я крепко прижал ее к себе и тихо сказал: – Прежде чем мы продолжим, я хочу, чтобы узнала правду обо мне. Всю, до конца. Это займет какое-то время объяснить… На сжатую историю нашего с Фрисом появления в этом времени ушло около пяти минут, после которых моя невеста глубоко задумалась и ушла в себя, переваривая гору свалившейся информации. Я не стал ничего утаивать, рассказав все как есть. Без прикрас. Теперь, когда мы обручены, и Анья имеет права знать, с кем решила связать свою жизнь. Вероятно, это стоило бы сделать перед тем, как делать ей предложение, но я, как не стыдно признаваться, боялся. Правды. Страшился узнать, чего на самом деле стоят чувства Аньи, и как далеко она будет готова пойти ради возможности быть со мной. До нашей встречи ее будущее было предопределено. Барсен’тор Ордена джедаев и служба на благо Республики до конца своих дней. Вполне достойная судьба... и канувшая в несостоявшееся прошлое, если Анья примет предложение. Поэтому я одновременно и жаждал, и боялся услышать ее ответ. Столь весомые изменения в хронологию истории не могут не остаться без последствий, обязательно найдя свое отражение в будущем. Вопрос только в том, насколько серьезные? И кому придется расплачиваться за них? С другой стороны, сдавать на попятную поздно. Я уже достаточно наворотил. Не только на Ондероне, но и когда заключил сделку с ульем Уруир и Сотом на Альдераане. Последствия этих решений мне уже известны, и я утешал совесть тем, что исчезновение одной джедайки померкнет на этом фоне. «Если она согласится», – напомнил внутренний голос, заставив вновь обратить внимание на любимую, все еще погруженную в тягостные думы. – Анья. – Я здесь. Прости, немного задумалась, – немного растерянно произнесла она, переводя на меня взгляд. К счастью, все такой же теплый и любящий, без малейших признаков негатива. – Значит, ты и твой брат Фрис прибыли из другого времени. – Да. – И ты хочешь забрать меня с собой? Вынудить бросить Орден и свой долг джедая? Что-то внутри меня оборвалось, рухнув в пустоту. Рассыпаясь в пепел. Оставляя давящее предчувствие, воплощенное в мешающий дышать камень в горле. – Анья… – Я согласна! Уже второй раз за неполный час мои глаза вылезли на лоб, став похожими на два круглых шара, Тогда как Анья залилась счастливым смехом и обняла меня настолько сильно, что едва не захрустели ребра. – Конечно, я пойду с тобой, глупый! – еще один нежный поцелуй в губы окончательно развеял мои последние сомнения и вернул нормальный цвет побледневшему лицу. – Ты – вся моя жизнь. Какие тут могут быть сомнения? Орден никогда не даст мне того, что я обрела с тобой. И, знаешь, что? Хватит болтать. Иди ко мне… Анья начала заваливаться спиной обратно на плащ, утягивая меня за собой. Еще миг, и ее нижнее белье, сорванное в порыве страсти, полетело в воду. В прелюдиях больше не было нужды. Сыграли свою роль и настроение после предложения, и откровенные признания, и чувственные поцелуи после. Анья уже была достаточно мокрой для меня, что я и ощутил, накрыв ладонью ее текущую промежность. Нетерпеливо застонав, любимая закинула ножку мне на бедро и вплотную прижалась всем телом, едва не уколов острыми холмиками возбужденных сосков. Этого оказалось достаточно, чтобы я не выдержал и подмял ее под себя. В тот же миг ножки Аньи легли мне на бедра, а руки обвили шею, заставляя буквально втиснуть ее тело в плащ экзера. – Ближе, – ворвался дрожащий голос в затуманенный возбуждением рассудок. – Сожми меня крепче! Я сделал это, вынудив Анью с жадными хрипами воевать за возможность глотнуть свежего воздуха. При этом одновременно терся стоящим членом о ее набухшие половые губы, чувствуя щекотку от соприкосновения с аккуратно постриженными лобковыми волосиками и скользкую влагу, обволакивающую ствол по всей длине. Приятно. Даже без Ментального Слияния я чувствовал полное единение с партнершей, точно зная, что и в какой момент ей нужно. – Сейчас, – задыхаясь, простонала Анья, сцепив ноги в замок вокруг моих бедер, когда вдруг ощутила проникновение головки в щелку половых губ. – Люби меня, Джове… Люби… мень… я-а-а!!… «Да». Свершилось. Вошел, как по маслу, почти не ощутив сопротивления девственной плевы. Анья запрокинула голову и замерла на вдохе, крепко прижимая меня к себе всеми конечностями. Имела бы хвост – и им бы спеленала, не позволяя шелохнуться. Да я и не собирался. Вагинальный тоннель так тесно сжимал член, что от наслаждения потемнело в глазах. Будто в один миг весь мир сузился до одной точки: места, где наши с Аньей тела сливались в единое целое. «Моя эвин... Родная. Наконец-то, мы по-настоящему вместе». – О, Сила! Как же хорошо, – наконец, услышала я ее надтреснутый голос. И тогда же хватка на плечах чуть ослабла, позволяя мне слегка приподняться на локтях. Лицо Аньи сияло чистым незамутненным светом. И хотя на щеках виднелись мокрые дорожки слез, она улыбалась. С такой любовью и нежностью, что я едва не прослезился сам. Но сдержался и вместо этого наклонился вперед, положив начало долгому интенсивному поцелую страсти. – Люби меня! – повторила Анья, когда наши уста разъединились. Не прерывая зрительного контакта, она сжала мои плечи, и сама подалась бедрами наверх. Этого оказалось достаточно, чтобы я начал понемногу двигаться, позволяя ей привыкнуть к ранее неизведанному чувству наполненности мужчиной. В остальном проблем не было. Смешанной с кровью смазки выделилось столько, что даже при адском сжатии девственной киски член легко скользил по верному маршруту, доставляя бездну наслаждения и заставляя закатывать глаза от удовольствия. – О, Джове… а-а… нежнее, да… еще…. – Анья… Плавный размеренный ритм фрикций и жар двух сплетенных воедино тел. Не в силах насмотреться в сияющие лица друг друга, мы с Аньей медленно двигались и целовались, занимаясь не сексом, но любовью. До сегодняшнего момента я не осознавал разницу, но сейчас она стала очевидна. Мы были единым целым и отдавали друга друга полностью, без остатка. Любили, выражая свои чувства и душевно, и физически. Наслаждались каждым мгновением интимной близости, воплощенной в нежном слиянии женского и мужского начала. Вот что для меня означало заниматься любовью. Не просто животный секс ради удовлетворения похоти, но нечто более глубокое, исходящее прямиком из сердца. В какой-то момент ощутив близость подступающего напряжения, я прервал поцелуй и задышал чуть чаще, ускорившись и устремив блуждающий взгляд поверх головы Аньи. Но вновь опустил его под давлением ее рук, легших на шею. – Смотри… на меня, – умоляла она, мелко дергаясь под усилившимися толчками моего таза. – Смотри! – Люблю… – … тебя… – А-а... да-а-а.... В этот момент в голове не осталось никаких мыслей. Мне было попросту плевать на последствия, и, сделав еще пару мощных фрикций, я захрипел и всем весом навалился на ахнувшую партнершу. – А… а…, – что-о бессвязное вырывалось из груди Аньи, пока ее ножки по бокам моих бедер вздрагивали в такт пульсации члена, выплескивающегося в ее утробу мощные заряды накопившейся спермы. Слишком много. Я ощутил, как наши слившиеся оргазмические жидкости вытекают наружу, и еще сильнее надавил тазом, всем нутром чувствуя накатывающее блаженство. «Дело сделано». Не знаю, откуда промелькнула эта мысль, но после нее пение кейю как отрезало. Увы, на тот момент я не придал этому значения, по славной мужской традиции уйдя «на перезарядку», когда в голове пусто, а перегревшаяся оружейная батарея остывает перед следующим массированным залпом по цели. Тем не менее, опыт многих интимных схваток позволил сократить этот процесс до минимума, и прейти в себя прежде, чем партнерша вновь начала задыхаться от нехватки воздуха. Отвалившись набок, как сытый насосавшийся крови клещ, я еще какое-то время отрешенно пялился в небо, пока разум не вернулся на положенное место. И лишь тогда накрыло осознание содеянного. Странно, но страха в нем не было. Только удовлетворение от исполненного мужского долга, попавшего точно в цель, а не палящего вхолостую, как обычно. Я любил Анью, а она меня. И мы обручились, собираясь создать полноценную семью. Так переживал ли я по поводу, что кончил в нее без какой-либо защиты? Нисколько. Наоборот, осознание этого наполнило меня каким-то неведомым доселе умиротворением. Которое передалось и моей невесте – будущей матери моего ребенка. Она пришла в себя практически одновременно со мной и собственническим жестом, на подкорке вшитом во всех особ женского пола, закинула на меня согнутую ножку сверху. При этом прижалась киской к моему бедру, позволяя ощущать, как из нее все еще вытекают наши смешанные соки, чем дала дополнительный стимул к восстановлению. Нащупав ручкой шевеление внизу, Анья хихикнула и чмокнула меня в подбородок, после чего щекотно засопело носиком в ухо. – Хочешь еще разок, любовь моя? Вопрос на деле скрывал в себе ответ. Да я и не был против, но на наш второй заход у меня имелся несколько иной план. Ради него можно и потерпеть чуть-чуть, благо тут идти недалеко. И все же, вот так покидать нагретое место сразу не хотелось. Поэтому я улыбнулся своей женщине и, притянув к себе, поцеловал, одновременно начав играться свободной рукой с ее сиськами. Теперь, когда глаза не застилала пелена похоти, у меня появился шанс оценить их форму по достоинству. М-м, очень даже миленькие. Пусть и небольшие, но довольно упругие, с задорно торчащими вверх аккуратными плоскими кончиками розовых сосков. Повезло любимой. Если будет поддерживать себя в тонусе, грудь не потеряет привлекательных очертаний до самой старости. А после родов, быть может, даже станет чуточку больше, на что я втайне и, скрестив пальцы, надеялся. – Джове-е, – простонала Анья, изрядно заведенная массажем сисек и начавшая призывно тереться промежностью о мое бедро. – Ну же, иди ко мне! «А, к ситху планы! Импровизация наше все». Накатившее возбуждение внесло свое коррективы, и, потянув на себя девушку сверху, я помог ей направить член в свое лоно. Хлюп. – О-о-о!!! Анья навалилась грудью мне на лицо, чем я не преминул воспользоваться и ухватил губами ее левый сосок. После чего причмокивая, как довольный ребенок, начал медленно, а потом все быстрее двигать бедрами, одновременно придерживая подскакивающую партнершу за талию. – Да, любимый, – стонала Анья, вжимая мою голову в свои прелести и прогнувшись в спине, пока член раскочегаренным поршнем проникал в киску. – Да, наполни меня. Снова. Еще-е-о-о! А! А, да-а! А-а!! От сильных фрикций остатки спермы в ней начали хлюпать, вместе со шлепками моего таза о ягодицы Аньи и ее стонами усиливая общее возбуждение. Все это уже больше походило на привычный секс, и я без особых усилий сдержался, доведя свою женщину до кричащего оргазма. После чего дал ей минутку прийти в себя, не вынимая члена из киски и массируя покрасневшие от шлепков ягодицы. Каюсь, не удержался. Сколько раз в мечтах сжимал эти булочки, а когда оказалось, что Анья неплохо так подкачала их за время разлуки… М-м. Сладкий орешек. Упругая и в то же время мягкая плоть женских ягодиц приятно ласкала грубую кожу ладоней, доставляя отдельный вид наслаждения распаленному мозгу. Не имей я внушительного опыта в подобных делах, уже давно бы излился вторым зарядом спермы. А так ничто не мешало мне наслаждаться ощущением упругой задницы в своих руках, пока ее обладательница отходила от вознесения на небеса. – Ты еще, – минуту спустя Анья расслаблено вздохнула и выпрямилась, для упора используя мои грудные мышцы, – не все? Вместо ответа я чуть шевельнул членом внутри киски, вызвав немедленную реакцию Аньи: прикушенную нижнюю губу и многообещающий взгляд голодной тигрицы. Все ее тело покрывали мелкие бисеринки пота, блестящего в ярких лучах Зела. При том, что мой боец все еще находился в плену ее лона, картина показалась почти что волшебной. – Тогда… – Давай сделаем перерыв, – предложил я, видя, скорее ощутив, нежели увидев утомленность Аньи, не привыкшей к таким бурным скачкам. – Ты, вроде, хотела искупаться? Нахмуренные бровки и носик. Раздумывающая Анья с моим членом в своей киске выглядела очень мило и в то же время настолько потешно, что я не выдержал, и засмеялся. – Что? – спросила Анья. Но когда не получила ответа, рассердилась и так сжала мышцы влагалища, что у меня едва глаза из орбит не повылазили. В третий раз за день, но уже отнюдь не от удивления. – Ой, прости! – не ожидавшая такого эффекта девушка поспешила соскользнуть с пострадавшего орудия любви, всего покрытого блестящей смазкой и белыми выделениями. – Я не хотела! С ним все нормально? – Не знаю, – борясь с приступами смеха пополам с болью, выдавил я из себя. – Проверь. – Сейчас! Ой, он весь мокрый, фу… то есть… Эй, ну чего смешного? Схватив в охапку обнаженную девушку, я поднял ее в воздух и немного покрутил, пока она сама не начала смеяться и не перестала вырываться. Вот и что с ней делать? Люблю ведь, и смешно до слез. Чую, весело нам жить будет. – Пошли купаться. Вопреки прохладе около водопада, сама вода в озерце казалось теплой, как парное молоко. Зел уже перешел границу зенита и достаточно прогрел воду, чтобы можно было спокойно плавать, не боясь отморозить причиндалы. Ну или как плавать. Оказалось, что Анья владела только одним стилем. Камнем на дно по кратчайшему пути. Пришлось учить, благо ученица попалась талантливая и все схватывала буквально на плаву. Вот только мы немного увлеклись и прошляпили момент, когда вода таки смыла гель, и кожу начали пощипывать все еще кусачие лучи закатного Зела. Пришлось в экстренном порядке вызывать Ми-Три с челнока с новой порцией геля от загара, дабы не обгореть на солнце. Счастливый астродроид, получивший временное избавление от генеральной уборки, притащил аж три флакона с прозрачным содержимым и сделал попытку остаться. Но Анья разделяла мое желание побыть в уединении и криками погнала ворчащее ведро обратно на войну с мусором, оставив меня на пару минут дрейфовать на поверхности озерца. В виде морской звезды разведенными руками и ногами. Пряха была права – мне жизненно необходимо было расслабиться. После хорошего секса и купания, болтаясь незакрепленным буйком на водной глади и вяло загребая в сторону водопада, я ощущал умиротворение, какого не испытывал уже давно. Но что самое важно – вновь обрел уверенность в своих силах. Теперь, когда Анья со мной, прорыв второго духовного контура не за горами. Лишь обретя свою любимую, я осознал, как мне не хватало ее все это время. И сколь сильно тормозила мое развитие неизвестность, исчезнувшая без следа после нашего воссоединения. «Скоро все изменится». Услышав тихий плеск у берега, я позволил Анье незаметно подплыть к себе со стороны головы, после чего выпустил из легких весь воздух и ушел под воду. – Джове! Ее напуганный крик едва пробился сквозь толщу воды, но я не сразу показался на поверхности, кружа под ее ножками хищной акулой, готовящейся вцепиться в свою жертву. И в какой-то момент… Ам! – А-а-а!!! Подхваченная мной под пятую точку девушка завизжала, но, когда поняла, кто ее схватил, засмеялась и принялась отбиваться. Шутливо и не всерьез, хотя я все же позволил ей вырваться, дав начало азартной погоне вплавь, закончившейся на берегу близ водопада, где мы вынужденно покинули воду, чтобы обработать себя гелем. Зел, пока не скрылся за горизонтом, не переставал напоминать о себе, грозя серьезными ожогами кожи всякому, кто пренебрегает средствами индивидуальной защиты. Впрочем, я не возражал. Процесс нанесения геля оказался очень приятным, когда работаешь не один, а в паре со своей любимой избранницей. Неудивительно, что мы с ней слегка увлеклись, и в какой-то момент обоюдные просьбы «потереть спинку» переросли в нечто большее с многообещающим продолжением. – Джове-е, – проскулила стоящая ко мне спиной Анья, неумело качая блестящей от геля попкой в попытке насадиться на мой колом стоящий член. – Хватит уже дразнить! Я больше не могу терпеть! – Рано. Идем. Я уже успел разглядеть небольшую площадку искусственного происхождения и ведущую к ней мощеную булыжником дорожку вдоль каменного уступа, откуда срывались пенистые струи водопада. Очевидно, не у нас одних возникла мысль насладиться этим природным душем, и кафарель в свое время позаботились, чтобы к нему можно было подойти без лишних усилий. Держась за руки и бочком проскользнув по дорожке, мы с Аньей выбрались на небольшой пятачок, сокрытый в полумраке ниши под водопадом. В отличии от булыжников под уступом, ноги тут почти не скользили, хотя ощущали под собой гладкую поверхность отполированного водой камня. Я без труда удерживал равновесие, занырнув на пробу под пенную бурлящую пелену. После чего выскочил обратно, обрызгав засмеявшуюся Анью, от прекрасного вида которой у меня поневоле перехватило дыхание. Света, пробивающегося сквозь пенящуюся воду, все еще хватало, чтобы окутать покрытую гелем кожу обнаженной девушки золотистым ореолом. Видимо, мы немного увлеклись во время намаза, и схожую картину можно было наблюдать и со мной, судя по восхищенно округлившемся глазам Аньи. – Как красиво, Джове… Я… а-ах! Подхваченная за талию, Анья вынужденно сцепила руки в кольцо вокруг моей шеи и закинула ножки на бедра, по инерции едва сама не насадившись на стоящий кверху член. Но я не позволил, вместо этого внеся зажмурившуюся партнершу прямо под самое большое полотно ниспадающей воды. Еще с пару секунд остававшуюся с закрытыми глазами, прежде чем осознала, что может спокойно крутить головой. Озадаченно посмотрев наверх, Анья ахнула, увидев незримую сферу Силы, благодаря которой водяное полотно водопада плавно стекало по ней, подобно расплавленному прозрачному стеклу. На поддержание этой техники безжестового Телекинеза у меня уходила прорва концентрации, но оно того полностью стоило. Мы будто оказались заключены в водяной темнице, наполненной золотом лучей закатного Зела. Картина столько же потрясающая на вид, сколь возбуждающая при той недвусмысленной позе, что мы приняли. Качнув бедрами, я заставил Анью, зачарованно любующуюся переливами преломленного водой света на поверхности купола, прикусить губу и обратить полное внимание на меня. Головка члена уперлась в ее текущую киску, готовая погрузиться по проторенному пути при малейшем движении. «Ты этого хотела?» – в ментале спросил я, даже не надеясь перекричать шум ниспадающего водопада. Да оно и не требовалось. Обучение у Пряхи позволило мне выражать свои мысли через чувства столь же отчетливо, как при использовании телепатии. На самом деле, даже еще более ярко. Слияние ментального мостика с силовой техникой Понимания Речи позволяла общаться мысленно столь же легко, как при помощи слов. И процесс этот работал в обе стороны, что отразилось на шокированном лице Аньи, когда она поняла, что может говорить со мной мысленно. «Но как?...» «Техника чем-то напоминает Узы Силы, но без привязки к конкретному разумному. Ты не ответила». «Я… м-м!» Еще одно движение бедрами для ускорения мыслительного процесса заставило Анью запрокинуть голову и издать такой эротичный стон, что у меня внизу практически случился микро-взрыв. Головка члена вошла в киску, так и норовя скользнуть до конца по уже известному проторенному пути. Но я не спешил, стиснув зубы и удержав подступившую развязку, дав секундную передышку себе и партнерше. Которая, мелко дрожа, опустила на меня пылающий похотью взгляд и искривила губы в понимающей усмешке. «Так вот откуда эта поза…» «Что?» «Тогда в оазисе. в наше первое появление здесь. Ты заснул у Трини на коленях, но еще до этого, я видела, как твой шард и Лаура… как раз вот так. Стоя. Так непослушно...» «О?» – я улыбнулся. Фрис мне рассказывал об этом, но не о том, что Анья застала из на горячем. Как интересно. И что дальше? «В ту ночь, – продолжала исповедь Анья, ерзая киской по головке и доставляя нам обоим острые незабываемые ощущения, – я впервые поняла, что такое настоящее возбуждение. И что хочу, чтобы тоже самое со мной сделал тот, кому я отдала свое сердце. Джове…» Анья ослабила хватку рук вокруг моей шеи, и, дернув попкой, под наш слившийся протяжный стон окончательно соскользнула влажным и горячим лоном к основанию члена. Может, она хотела сказать что-то еще, но я уже не мог сдерживаться. Только не сейчас, удерживая под коленки насаженную на мой ставшим сверхчувствительным член горячую пещерку обнаженной девушки, громко вскрикнувшую под первым толчком. Рывок. – …а-а! Рывок. – …и меня!! Рывок. – …ильнее!!! Крики Аньи были настолько громкими, что прорывались даже сквозь шум водопада. Но я не слышал ничего, удерживая ее за бедра и безжалостно насаживать на член в своей излюбленной позе навесу. На и все это в куполе из текущей воды, подсвеченным золотыми лучами заходящего светила Зелтроса. Ее упругое молодое тело выглядело совершенно потрясающе, а подтянутые сиськи с набухшими холмиками возбужденных сосков подскакивали при каждом движении. «Фрис будет локти кусать, узнав, какой убойный материал не заснял в свою коллекцию, хе-хе». – …а …а… Что-а?... «Упс». Я напрочь забыл, что Анья все еще связана со мной модифицированной версией Познания Речи, и оттого осознает все мои мысли. Пришлось экстренно ускорять темп, вышибая из кричащей девушки лишние вопросы вместе с воздухом из легких. Результат оказался закономерным. Вися у меня на шее и взмахивая ножками по бокам бедер в такт фрикциям, в какой-то момент Анья обмякла и погрузилась в один протяжный конвульсивный оргазм. Чего не выдержал уже я и, взревев зверем в период весеннего года, начал накачивать ее киску мощными выстрелами спермы. Еще. И еще… Шшух. Концентрация слетала, и нас с Аньей накрыл пенистый поток, заставив хлебнуть воды от неожиданности и кубарем свалиться на мокрую каменную площадку. Где мы и остались валяться лежать еще какое-то время, пока не пришли в себя и не засмеялись, переглянувшись и осознав, что едва не захлебнулись в порыве страсти и погоней за красивым видом. Однако этот секс вне сомнений войдет в десятку одних из самых запоминающихся на моей памяти. Что уж говорить об Анье, судя по ее горящим глазам. Подтянув себя ко мне, она вновь собственнически закинула согнутую в коленке ножку мне на живот. А после и вовсе переползла на грудь, спасаясь от леденящей кожу прохладной поверхности каменной площадки. На что я только крякнул и безмолвно закатил глаза, не в силах пошевелиться после мощного окончания, выбившего из тела последние остатки физических сил. «Так что там с коллекцией Фриса, любимый?» – проникновенный голос Аньи толпой колючих мурашек пронесся по хребту. «Да так. Мелочи, не обращай внимания». Анья засмеялась и щелкнула меня по носу. «Ладно, живи. Пока что. А с Фрисом я еще поговорю». «…». «И, Джове?» «Да?» «Мы не использовали защиту, – Анья мучительно покраснела и, не поднимая головы с моей груди, покосилась вверх исподлобья. – Ты же понимаешь, что я могу?..» «Да». «И не против? Мы еще так молоды». «Это пройдет, – я чмокнул ее в макушку, а после запечатлел долгий поцелуй в губы, когда она сама потянулась ко мне. – А наша связь нет. Ты моя эвин. Сейчас и навсегда». «Эвин, – Анья прикрыла глаза от удовольствия, лаская этот убраз у себя в голове. – Так говорят зелтроны, да? Любовь…» «…всей жизни». На сей раз наш поцелуй продлился гораздо дольше. Солнце уже скрылось за горизонтом, погрузив площадку под водопадом в давящий полумрак, а мы с Аньей все еще лежали и наслаждались покоем и близостью друг друга. Не сказать, что валяться на холодном мокром камне было удобно или приятно, но одаренные могут не обращать внимания на такие мелочи. Тем более тренированные джедаи, привыкшие обходиться малым при необходимости. И все же, ночь так не проведешь, и мы нехотя покинули уголок мира, укрытый широкой водяной лапой водопада. Чтобы выйти наружу с открытыми ртами, окунувшись в самую настоящую звездную сказку. Все полуночное небо, насколько хватало взгляда, представляло сплошной сверкающий ковер из мириад малых и крупных звезд. Зрелище столько же завораживающее, сколь пугающее. Будто диковинные цветы атомных взрывов, звездные скопления грозили вот-вот обрушиться на беззащитный Зелтрос неудержимой волной всепожирающего огня. И как в противовес им мягкий белый свет над водной кромкой озера, постоянно меняющийся и столько же прекрасный. Мириады светлячков, устраивающих брачные игры, как ни странно, практически не издавали шума. Но света от них даже без звездного пожара более чем хватало, чтобы погрузить оазис кафарель в волшебную атмосферу сказки, наполнявшей особым чувством удовлетворения. – Какая красота, – все же не выдержал я, и, посмотрев на Анью, понял, что не у одного меня не сходит глупое одухотворенное выражение с лица. Нашел ли отражение ментальный мостик, все еще связывающий нас, или само очарование ночной природы – наши чувства звучали в унисон. И точно также начали наливаться густым туманом возбуждения, когда Анья встретила мой взгляд и потянулась вверх, положив начало долгому и страстному поцелую. А потом мы снова оказались на плаще из экзера, придавшись ласкам и купаясь в очаровании момента. Я не спешил сводить все к сексу, предпочитая прежде как следует исследовать тело Аньи. Теперь, когда наш первый голод был утолен, сделать это оказалось не так трудно. Удерживая собственное либидо в узде, я одними кончиками пальцев и прикосновениями губ проходился по Анье от ушек до пальцев стоп. Словно настраивая музыкальный инструмент, слушая ее тихие постанывания, находил точки и узлы удовольствия, способные принести максимум удовольствия. Вместе с даром видеть и ощущать духовный мир, на это не ушло много времени. А когда я закончил, настало время главной игры. Тронув незримые струны, я добился, чтобы Анья прогнулась в спине, издав громкий вскрик раненной птицы. Первый акт ночной сонаты, острым ножом скользнувший по нервам. Мои левая рука находилась в постоянном движении, тогда как правая непрерывно мяла и пощипывала сиськи партнерши, практически не задевая сосков. Особенно правого, будто напрямую соединенного с клитором и вызывающего бурную на малейшее прикосновение. А еще волосы. Их перебор вместе с ненавязчивым массажем головы доставляли Анье особо удовольствие, усиливая и без того плещущее через край сексуальное возбуждение. Подведя таким образом ее как можно ближе к пику наслаждения, я добился звучения слезной мольбы о пощаде. Но и тогда не стал торопиться, ласковым касанием к верхним слоям ауры снимания часть сексуального перенапряжения Аньи и начиная следующий акт интимной сонаты. Снова и снова. До тех пор, пока мелодия вибрирующих струн не обернула протяжные стоны в звенящие крики. Чуть ли не воя от невозможности кончить, Анья, извиваясь всем телом, уже сама подмяла меня под себя. И, навалившись сверху, тяжело задышала мне в ухо, ерзая текущей промежностью по бедру. – Дай мне кончить! – чуть не прорычала она, полыхая таким пламенем нереализованной страсти, что поневоле становилось не по себе. – Я больше не могу!!! Ложь. Я сыграл минимум одну сонату, прежде чем понял, что пора. И, ухватив извивающуюся скулящую партнершу за талию, грубо привлек к себе, одновременным касанием к правому соску и скользкому от смазки клитору запустив цепную ядерную реакцию. – А-а-а-а-а-а!!! Крик забившейся в оргазме Аньи, должно быть, дошел звуковой волной до самого Зелара. И уж точно не оставил равнодушными наших друзей в оазисе, по ощущениям, оторвавшихся друг от друга, чтобы насладиться финальным аккордом музыки страсти в полной мере. До чувственного восприятия донеслось одобрительное послание Азура и завистливое зелтронок. Бедняжкам так и не посчастливилось побывать в моих объятьях, о чем я ничуть не жалел. В плену моих рук в конвульсивных судорогах удовольствия билась та единственная, с кем я хотел провести остаток жизни. Разумеется, остальные мои женщины тоже никуда не денутся, но без согласия Аньи быть с ними в интимном плане я уже не смогу. Просто из боязни разрушить то хрупкое счастье, что связывает нас воедино. А она, увы, такое не даст. Можно не сомневаться. Истинная любовь не терпит измен. И, как бы хорошо не относился я к сестрам Лорсо, Илонии и Нове, отныне для меня существует лишь одна женщина. Анья Рал. Джедай, собиравшаяся стать барсен’тором Ордена, но принявшая решение отринуть свой долг ради меня. Девушка, заставляющая бешено колотиться сердце лишь при одной мысли о себе. И, наконец, мать моего будущего ребенка, к чьему рождению я уже морально подготовился и ожидал с большим нетерпением. Однако принятие этого решения не означало избавление от мук совести. Сердце больно кольнуло виной при воспоминании об искренних чувствах Ланы с Карой и данном Илонии обещании. Но если с первыми еще как-то можно будет объясниться, ведь они знали, что я чувствую (а вернее не чувствую) к ним, то с Илонией ситуация сложнее. Не имея возможности забеременеть ни от кого другого, кроме меня, экс-принцесса Дома Пантир жила лишь одной мыслью о своем будущем малыше. И мне придется искать компромисс, чтобы исполнить данное слово, не изменяя при этом Анье напрямую. Сперва через Силу, проведя комплексное обследование. Если не поможет, то обращусь к Соту. Или к Стражу Центра-Прайм в будущем, если смогу отыскать его после разборок с Могру. На самый крайний случай, если ничто иное не сработает, всегда есть запасной план: искусственное оплодотворение. Вполне себе реальный способ забеременеть, и требующий от меня не более, чем генетический материал. Предоставить его будет просто и не вызовет столь сильного морального отторжения, как мысль о настоящей измене. Останется только обсудить это с Аньей. Уверен, когда она поймет ситуацию, то пойдет мне навстречу. А нет… Что ж, придется ей просто принять мой выбор. Как глава клана Атран, я имею определенные обязательства. И, раз дал однажды слово, вынужден его держать до конца. Это касается не только Илонии, но всего остального. О каком доверии и уважении к лидеру может идти речь, если он отказывается от собственных обещаний? Взяв на себя бремя главы Атран, я также принял и определенные обязательства. Хочу или нет, но с ними придется считаться. Также, как Анье, если хочет разделить дальнейшую жизнь со мной. Впрочем, это дела будущего и пока преждевременны. Сейчас меня волновала лишь одна женщина, все еще дрожащая на волнах множественного оргазма и крепко втискивающая сиськи в мою грудь. Я не отказал себе в удовольствии помять эти восхитительные округлости, так приятно ложащиеся в ладони и щекочущие кожу напряженными холмиками сверхчувствительных сосков. После чего сместил руки вниз и с неменьшим энтузиазмом помацал ягодицы Аньи, разводя и сводя их под ее прерывистые вдохи-выдохи. При всем моем старании она так и не смогла кончить струйно без дополнительной стимуляции влагалища, но прогресс был налицо. Анья окончательно раскрепостилась и без какого-либо стеснения липла ко мне всем телом, не стесняясь ощущений от эрегированного пениса, упирающегося ей прямо в живот. На самом деле, я даже слегка вздрогнул, когда в какой-то момент ее цепкая ручка без предупреждения схватилась за него и начала яростно наглаживать ствол. А потом, когда убедилась в его полной боевой готовности, сама попыталась направить по нужному маршруту. Остановившись лишь потому, что мои руки крепко сжали ее бедра и не позволили блестящей от смазки головке проскользнуть в призывно сокращавшуюся дырочку киски. – Ну же! – заводясь, прошептала Анья, одновременно прикусывая мне мочку уха. – Хватит дразнить, дай мне его! Это прозвучало уже не как просьба. Приказ. И я усмехнулся, когда услышал его не только в ее голосе, но и ощутил в эмоциях. Анья вкусила прелесть близости с мужчиной и пробудила в себе настоящую хищницу, жаждущую плотских наслаждений. Но это не значило, что я собирался идти у нее на поводу. – Джове! Головка члена уперлась в приоткрывшиеся половые губы киски, но под неверным углом, не сумев скользнуть дальше. Зарычав от разочарования, Анья впилась жестким поцелуем в мои губы и попыталась добиться своего. Безуспешно. Я крепко держал ее за бедра, не позволяя протолкнуть вожделенный инструмент в свое истекающее любовными соками лоно. После пары кульминаций мне не составляло труда держать себя в руках, тогда как перевозбужденная Анья едва сдерживалась на гране очередного оргазма. – Пожа-а-луйста, – наконец, не выдержала она, и жалобно захныкала, елозя сиськами по моей груди. – Любовь моя, умоляю… – Что? – Дай мне кончить. Я сделаю все! – М-м. – Да! – ободренная успехом простонала Анья, ощутив, как член скользнул еще на полголовки в складочки ее киски. – Все что захочешь! – Хм. – У-у-у…. Анья вновь начала извиваться, закатывая глаза и чувствуя, как член еще чуть-чуть продвинулся в ее пещерку. Но все еще недостаточно. И тогда, ощутив как та вот-вот расплачется от переполняющих эмоций, я смилостивился. Резко дернулся вверх и по самые яйца засадил всхлипнувшей от наслаждения Анье, забившейся в судорогах очередного не помню по счету какого оргазма. Не двигаясь и дав ей немножко времени на пике наслаждения, я сделал упор на ноги и начал можно трахать свою партнершу. Под шлепки яиц о ее лоснящуюся потом попку и задыхающиеся вскрики наслаждения. Сперва лежа. Потом перевернул на спину и в классической позе с ножками, закинутыми на свои плечи. Когда она снова кончила, наваливаясь всем весом сзади и размеренными фрикциями начал вгонять член в киску под углом сверху-вниз. Ритмично. Сильно. Глубоко. И без перерыва, с одновременной стимуляцией катализаторов: клитора и правого соска. Анья не выдержала такой долбежки уже через пару минут и закатила глаза, заходясь в крике под наплывом мощного мульти-оргазма. Все ее тело сотрясали мелкие вибрации, резонируя с пульсацией члена в ее киске и касаниями к эрогенным узлам. Как наяву, так и в ментале. Я постарался, чтобы Анья прочувствовала максимальную совокупность физического и духовного наслаждения, желая сделать этот секс по-настоящему незабываемым. Вот только не учел одного: для девушки, только лишившейся девственности, это было уже слишком. Когда я на мгновение остановился, чтобы утереть льющий в глаза пот, Анья дернулась в последний раз и с закатившимися куда-то внутрь головы глазами отключилась. У меня появился выбор: продолжить до собственного оргазма, не взирая на ее состояние, либо проявить такт и подождать, пока очнется. Само собой, выбираю второй и отваливаюсь на бок, любовно отводя мокрые волосы с вспотевшего лица эвин и наслаждаясь видом ее счастливого умиротворенного личика. «Вот и как ее не любить?» Тепло улыбнувшись, я притянул ее к себе под бочок и занялся созерцанием звездного неба. Красота. Мышцы расслабленно гудели от хорошей физической нагрузки, кожу приятно овевало прохладой, приносимой летним ветерком с поверхности озерца. Только что покрытый смазкой и белыми выделениями член все еще стоял укоризненным монументом незаконченному акту любви, но я не спешил заканчивать дело «вручную». Анья сбоку уже начала потихоньку ворочаться и приходить в себя, оповестив об этом вялым постаныванием. Прошло еще какое-то время, прежде чем ее блуждающий взгляд приобрел осмысленное выражение. Я улыбнулся, отвечая на ее нежный поцелуй, после которого Анья окончательно пришла в себя и тихонько спросила: – Ты тоже успел?.. – Нет. – Прости, – она смущенно потерлась носиком о яремную ямку у меня под шеей. – Так хорошо было, что не выдержала и отрубилась. Секс всегда так хорош? – С опытным партнером, – я не удержался от толики хвастовства, – и, если любишь. Да. Анья хихикнула и потянулась рукой вниз, уверенно обхватив начинающий уныло заваливаться набок пенис. – Но ты все еще не кончил. Я могу как-то помочь? Собственно, мне не дали ничего сказать. Не успел я и рта раскрыть, как Анья скользнула вниз и, встав на колени, неловко засосала головку члена в свой ротик. При этом вопросительно глянула на меня, как бы интересуясь, правильно ли поступает. На что я кивнул и, слегка вскинув брови в удивлении, и предоставил ей полную свободу действий. Минет любимой женщины – тот редкий случай, когда мужчина готов выпустить инициативу из своих рук. Пусть Анья и не имела опыта в оральных ласках, ее энтузиазм и желание отблагодарить за полученное удовольствие компенсировали отсутствие навыка. Однако уже спустя пару минут сладкой пытки мне пришлось признать, что теорию она знает неплохо. Видимо не зря провела время на Корусанте, с помощью Голонета восполнив пробелы в сексуальном образовании. И сейчас разве что не причмокивала от усердия, качая головой вверх-вниз и с любопытством исподлобья наблюдая на меняющимся выражением моего лица. Собственно, я и после секса был порядочно возбужден, а тут еще и довольно неплохой минет с ласковым массажем яичек. Ощутив первые выстрелы у себя во рту, Анья поперхнулась, но все же вытерпела мой оргазм до конца. При этом сперма начала вытекать из уголков ее рта еще до того, как она выпустила обслюнявленный член на волю и выплюнула собранный груз себе в ладошки. – Кхм, – Анья смущенно покосила на меня и с какой-то робостью спросила. – Что теперь? Я пожал плечами, расслабленно улыбаясь и не спеша давать ответ. Мне самому стало интересно, что же она предпримет. Анья же мое молчание восприняла, как молчаливый приказ, и, с глубоким вздохом, зажмурившись, одним махом высосала и проглотила выплюнутую сперму. Чтобы потом скорчить такую страдальческую гримасу, что я, как не старался, не сдержал смеха. – Выплюнь, не мучайся. – …, – сдерживая рвотные позывы, буркнула нечто нечленораздельно Анья, титаническим усилием воли сумев удержать «поздний ужин» в себе. – У мужской спермы всегда такой странный вкус? – Не знаю, – меня скрутило в очередном порыве смеха. – Не пробовал. – Да ну тебя! Анья смущенно зарделась и стукнула меня кулачком по ноге. Правда после этого сама засмеялась и облизнула остатки белых капелек в уголках губ. – На самом деле не так противно, как девочки в Храме рассказывали. Думаю, привыкну со временем. – Не надо заставлять себя, – я притянул ее себе и чмокнул во влажные губы, заставив улыбнуться и залучиться довольством ауры. – Или равняться на других. – Но мне понравилось доставлять тебе удовольствие! – возразила Анья. И, чуть подумав, с загадочной ухмылкой прошлась наманикюренными коготками по кубикам моего пресса вниз к упавшему бойцу. – И, знаешь, что? Я бы не против повторить. – О, ты куда-то торопишься? У нас вся ночь впереди. – Всего лишь ночь! – поправила Анья, целуя и нежно покусывая меня в шею. – И, может быть, последняя в оазисе. Я не хочу терять ни минуты… И мы не потеряли, еще множество раз сплетаясь воедино под ярким звездным небосводом Зелтроса. Так как знали: что бы ни ждало нас впереди, эта волшебная ночь навсегда останутся в нашей памяти. Как время, когда мы наконец-то по-настоящему обрели свое счастье.

***