Найти выход

      — Как ты это делаешь? — в который раз за вечер спросил меня Санс.       — Просто, — ответила я, откидываясь в кресле.       — Ты мухлюешь, — с подозрением предположил он.       — Докажи, — ответила я, перетасовывая колоду карт, сделанную специально для слепых монстров.       Прошло около двух месяцев с тех пор, как я оказалась в Сноудине и поселилась в доме скелетов. За это время адаптироваться в полной мере не получилось, но я хотя бы немного начала возвращаться к прежнему образу жизни. Разговор больше не вызывал внутреннего отторжения, а взаимодействовать с обитателями дома стало в разы проще. Да что уж там, привычки, полученные в Глубинах, постепенно начали отходить на задний план.       Но вот с чем было справиться сложнее всего — так это со скукой. Я привыкла всегда находиться в движении, делать что-то, а здесь заняться при отсутствии зрения было практически нечем. Сидеть в четырех стенах было действительно невыносимо. Тем более первую половину дня я оставалась одна и кроме уборки и готовки особо ничем себя занять не могла. По телевизору монстров не было чего-то достаточно интересного. Но даже так я уже наизусть выучила все песни, которые там крутили. Хотелось лезть на стену и выть.       Но высказать недовольство я не могла. Я прекрасно понимала, что выходить из дома мне нельзя ни в коем случае, ведь тогда есть риск попасться местной страже, а тем самым я подставила бы не только себя, но и скелетов. Санс, кстати, перестал относиться ко мне с той же настороженностью с какой и раньше. Может быть, он наконец понял, что я вообще не желаю причинять вред хоть кому-то?       Только вечера выходили достаточно неплохими. Можно сказать, что я с нетерпением ожидала прихода скелетов. Папирус много говорил и вообще был очень эмоциональным и живым. Мне нравилось с ним общаться, потому что в глубине души я ощущала какое-то знакомое приятное тепло. Он будто напоминал мне кого-то из Той жизни. Кого-то, кого я искренне считала близким мне человеком.       Насколько я поняла, Папирус ходит куда-то вроде подготовительных курсов для того, чтобы в будущем стать частью королевской гвардии. Этот скелет был невероятно дружелюбен, так что добрая половина города ходила у него в друзьях.       Санс работал часовым около дверей в Руины. К нему я всё ещё относилась настороженно, но и это постепенно проходило. Он перестал расспрашивать меня о прошлом, что было очень кстати. Наконец-то я могу хотя бы немного выдохнуть и полностью сосредоточиться на восстановлении своей частично поломанной психики. Я даже шутить начала под напором старшего из скелетов. Не могла я не ответить на какую-нибудь очередную колкость в свой адрес, так что иногда у нас начиналась своеобразная словесная баталия. Папирус в это время жутко злился и чаще всего уходил от нас куда подальше.       Мне очень нравилось слушать. Я не могла выйти на улицу, но при мне было воображение и осколки воспоминаний о Том мире. Несколько раз вместо обыденных кошмаров мне снились яркие огни далёкого туманного города. Какие-то высокие кирпичные дома, уютные вечерние кафе, в которые я наверняка любила захаживать. Комната, залитая утренними лучами Солнца. И огромное количество самых разных цветов на подоконнике.       От внезапных картинок, отдающих чем-то вроде ностальгии, на сердце становилось одновременно радостно и печально.       Поздними вечерами или когда я не могла уснуть, я приоткрывала окно и подолгу слушала уличную суету. Детские крики, радостные возгласы, спокойные разговоры… Каждый звук, наполненный жизнью был завораживающим. Ни разу с того момента, как я попала в город, я не слышала ужасающей и глухой тишины. Всё вокруг буквально кипело жизнью.       Иногда становилось совсем тихо. Часто именно вечером шум улиц стихал. В такие моменты просыпалось кое-что другое, не менее потрясающее. Лёгкий звук падающего снега, шелест деревьев, далекий плеск воды… Я мечтала увидеть всё это своими глазами, наконец-то вспомнить как выглядит мир.       Спать на кровати так и не получалось. На ней было слишком удобно, слишком мягко и из-за этого внутри возникал какой-то блок. Будто моё подсознание не позволяло мне уснуть в таком незащищенном месте. Приходилось забираться под кровать и укутываться в одеяло. Но даже так со временем сон стал спокойнее и я начала действительно отдыхать. Даже продолжительность сна с 2-3 часов увеличилась до 5-6. Невероятный прогресс, я считаю.       Однако кошмары всё ещё являлись чуть ли не постоянным моим спутником. Любой шорох, посторонний звук или скрип, первое время как и обычно заставляли меня просыпаться и вскакивать, готовясь к битве. Пару раз я просыпалась в холодном поту и какое-то время вообще не могла понять где я нахожусь. Мне даже казалось, что Сноудин — просто выдумка моего подсознания. Вдруг я сейчас лежу где-нибудь под завалами камней, пожираемая монстрами и медленно умирающая? Такой сценарий был бы слишком жесток даже для меня.       В самые плохие дни, с самыми ужасными кошмарами, когда я просыпалась в вихре жёлтых искр, меня успокаивал Санс. Он как-то сказал, что понимает то, что я испытываю в такие моменты. Он не паниковал, никогда не злился на то, что я активирую магию и бессознательно атакую. Он просто садился на кровать и одним своим присутствием постепенно приводил меня в чувства. Осознавать, что рядом находится кто-то, кто не желает причинить вреда — странно. Однако эта молчаливая поддержка действительно помогала мне. Я очень благодарна Сансу за это. Возможно, он пережил нечто похожее и поэтому настолько понимает меня?       С каждым днём я менялась. Эти два долгих месяца пошли мне на пользу. Я постепенно начинала приходить в себя, а моя броня, которую я выстраивала на протяжении огромного количества времени, начинала спадать, обнажая мою настоящую личность. Я ведь никогда до Этого мира не была кем-то, кто способен выжить в какой-нибудь глуши. Хотя, может это я просто чего-то о себе не знала? Человек, находящийся на грани не раз и не два, может раскрыться с совершенно неожиданной стороны. Но такое моё перевоплощение мне не нравилось. Я ведь столько пережила… Мне приходилось чуть ли не ломать свои принципы, свое мировоззрение, ради выживания. Я счастлива, что всё же смогла сохранить рассудок и пережить всё это. И я даже рада, что выросла как личность. Но всё же я так устала. Хочется вернуться к привычной жизни.       — Санс, а ты видел других людей? — неожиданно спросила я, изучая карты.       Времени на приведение своих мыслей в порядок было предостаточно. Я начала вспоминать этот мир, хоть и не так чётко и ясно, но хотя бы основные события. Так, недавно я и вспомнила про семь человеческих Душ, которые были в сюжете очень важной деталью. Увижу ли я их?       — Кроме тебя никого, — ответил Санс.       — Что, сюда ещё никто не падал? — взмахнула я рукой, образно обозначая Подземелье.       — Падали, — с какой-то странной ноткой ответил Санс, — А что?       — Просто интересно, — ответила я, скидывая одну из карт.       — Хм, — Санс задумчиво почесал черепушку и победно положил на стол свои карты, — Я победил, Фулл хаус.       — Как жаль, — наигранно расстроилась я, — Флэш рояль.       — Чего?! — ошарашенно воскликнул Санс.       Я скинула карты на стол. Скелет недоверчиво схватил их и принялся внимательно всматриваться в каждую.       — Я больше никогда не буду с тобой играть, — обиженно заявил он, — Как ты это сделала, блин?       — Санс, я, может, и слепая, но не настолько. Я же прекрасно слышу как ты прячешь определённые карты. Так подсчëт становится в разы проще. Они же для слепых сделаны специально чтобы не мухлевали.       — Ведьма, — прошептал он, складывая карты в коробочку.       — Слушай, а кто был первым упавшим человеком? — решила выяснить я.       — Хм… голубая Душа. Имени я её не знаю, но она первый упавший сюда. Её Душа хранится в королевском дворце.       Я задумалась. Когда я попала в Руины, то встретила Тор… Тэри… я забыла её имя, но не суть. Она, вроде как, защищала упавших детей и была первым боссом в игре.       — А после неё?       — После неё упало ещё пятеро человек, никого другого не было. Последний попал в подземелье около двадцати пяти лет назад, если не ошибаюсь.       Я вздохнула и откинулась на спинку стула. Неужели я попала сюда после этой семёрки? Тогда, выходит, прошло около двадцати лет?       Санс отложил коробку с картами в сторону и на секунду словно в нерешительности замер. Я подняла голову, чувствуя, что он хочет что-то спросить.       — А как… М-м-м… Как ты попала в Подземелье? — выдавил наконец Санс.       Я неловко отвела голову в сторону. Стоит ли говорить ему? Но в этом же нет ничего такого?       — Я не помню как упала сюда, — начала я, неловко теребя край футболки, — На меня напал монстр… Он вроде как хотел меня… убить. Но в последний момент меня спасла Тэри… Томи… Забыла её имя, вот чёрт.       Я схватилась за голову, пытаясь схватить неуловимое воспоминание. Что же у меня за память-то такая дырявая?       — Ториэль? — подсказал Санс, внимательно слушая меня.       — Да! Она спасла меня и хотела отвести к себе в дом… Но я неправильно активировала что-то и мост под ногами разрушился…       — Так это всё же ты… — прошептал Санс.       — Что? — непонимающе нахмурилась я.       — Я… слушай, может я сейчас немного… испугаю тебя, но всё же, — Санс неловко замялся.       — Что? — ещё раз, более раздражённо спросила я.       Чего он тянет?       — Как ты думаешь, сколько лет назад ты попала в Подземелье? — спросил меня Санс, как-то напряжённо.       — Я думаю… что-то около двадцати? — неуверенно произнесла я.       — Я общаюсь с Ториэль через дверь в Руинах. Она не знает о том кто я, но догадаться о том, что это наша королева — легко. Она рассказывала мне о каждом упавшем сюда человеке и… упоминала девушку, чьё имя она так и не смогла узнать, — начал рассказывать Санс.       — И что? Она говорила обо мне что-то?       — Да. Дело в том, что первый человек, голубая Душа, попала в Подземелье около трёхсот лет назад. Ториэль рассказывала мне о падении безымянной до этого момента, — на одном дыхании произнёс Санс.       К горлу подступил горький ком. Внутри как-то резко потяжелело, а голова начала пульсировать. Я тяжело сглотнула.       — То есть… ты хочешь сказать… — дрожащим голосом я попыталась сформулировать мысль.       — Ты… попала сюда больше трёхсот лет назад, — подвёл итог Санс.       Волна жара накатила после резкого холода. На спине выступили крупный ледяной пот. Я прерывисто выдохнула и обхватила себя руками. Санс что-то сказал, но все звуки смешались в один единственный гул. Нет. Он же шутит, да?       — Т-ты же шутишь? — вырвался у меня истеричный смешок.       — Нет, Лина, послушай…       Я сжала руки в кулаке. Слёзы, кажется, просочились сквозь повязку. Я уткнулась лицом в ладони. В воздухе повисло какое-то нарастающее напряжение.       — Нет! — вырвался у меня неестественно громкий крик.       А потом всё вокруг будто бы взорвалось. Магия сильным потоком начала выходить из тела, формируясь в неясные, бесформенные разряды. Невероятная злость буквально поглотила меня. Почему? Как вообще подобное возможно?! Мир вокруг перестал существовать. Я лихорадочно пыталась ухватиться хотя бы за одну осознанную мысль, но ничего, кроме немого крика. Банальные вопросы по типу «как» и «почему» сменились на глухую ярость. Искры магии фонтаном брызгали во все стороны, отвечая на бушующий ураган внутри меня. Я не могла принять это. Не могла… Я просто не могу больше терпеть всё это!       — Успокойся! — меня резко потрясли за плечо.       Этот простой жест вывел меня из начинающейся паники. Магия постепенно пришла в шаткое, но равновесие и успокоилась. Я всхлипнула.       — Лина! Всё хорошо! Прошу не нужно…       — Хорошо? Хорошо?! — я сорвалась на непривычный крик, — Я триста лет провела непонятно где, а ты говоришь всё хорошо? Нет! Всё плохо, Санс! Я не могу так больше! Что ещё такого произойдёт, что окончательно добьёт меня? Почему так случилось, Санс, я не понимаю! Не понимаю! Люди не живут столько, просто не живут, а я провела триста лет в чёртовых пещерах, сражаясь насмерть с монстрами, которые хотели сожрать меня! Почему, Санс? Неужели я недостаточно настрадалась за это время? Я не могу принять это… Я не могу…       Под конец моя гневная тирада сменилась истерикой. Голос сорвался. Я прерывисто вдыхала и выдыхала, пытаясь прийти в себя.       — Но ты ведь жива, — сказал Санс, — Так почему сейчас ты переживаешь из-за этих несчастных трёхсот лет?       — Что? Но люди не живут столько! Как такое возможно?       — Люди и магией не могут пользоваться, а ты вон как молниями швыряешься, — ухмыльнулся Санс.       — Я не понимаю что происходит… Сначала магия, потом эти долбанные триста лет… Я… я просто… Я не знаю что мне делать дальше, — честно призналась я.       — А чего ты хочешь? — спросил Санс, присаживаясь рядом со мной.       — Я хочу… свободы, — прошептала я.       — Надо же. У нас поразительно похожие цели, — хмыкнул скелет, — Так значит ты всё же знаешь что делать.       — Что?       — Жить дальше. Разве не за это ты сражалась?       Я молча опустила голову в пол. Может и так…       — Но всё равно, как я могла прожить столько?       — Для некоторых монстров триста лет — огромный срок, — пробормотал Санс, задумываясь.       На секунду мы оба погрузились в свои мысли. Стоило бы хорошенько все это обмозговать…       — Магия… — прошептала я.       — Что?       — А может это всё из-за магии?       — Ты не рассказывала раньше, но… как ты её получила? — осторожно спросил Санс.       — Я… — я замялась, нерешительно пытаясь подобрать слова.       Стоило ли рассказывать ему? Но ведь в данный момент он единственный кто хоть как-то может мне помочь…       — Я попала в одно место, где был огромный водяной монстр, — начала я рассказ, хмурясь от болезненных воспоминаний, — Тогда у меня ещё не было магии и вообще я была… другой. Чтобы выбраться нужно было пересечь озеро, но монстр этого сделать не давал. Я заметила островок посреди грота, когда научилась чувствовать магию. На этом самом островке были какие-то кристаллы, словно искрящиеся жёлтым светом. Я смогла добраться до этого места, но монстр неожиданно выбрался на берег и чуть не сожрал меня. Я случайно дотронулась до кристаллов и… после этого я ничего не помню.       — То есть магия из этих кристаллов перешла к тебе? — спросил Санс, до этого внимательно слушая.       — Я точно не знаю. Но после этого случая у меня появился и тот шрам и магия. Я… правда особо ничего не понимаю, — грустно ответила я, сжимая футболку.       Мы замолчали. Санс усиленно о чём-то размышлял, пока я просто тряслась от неожиданного страха. В голове только и крутилась эта чёртова цифра. А ведь если так подумать, на что я рассчитывала? Пересечение только одной пещеры в лучшем случае занимало около года, а если сложить сражения, мои болезни, поиски еды… В некоторых местах время вообще невозможно было определить… Я тяжело выдохнула, пытаясь успокоиться. В голову пришла неожиданная идея.       — Санс, а может дело в моей Душе? Ты можешь как-то призвать её и посмотреть? — спросила я.       — Ч-что? — странным тоном воскликнул Санс, — Ты хочешь… показать мне свою Душу? Вне боя?       — Ну… а что? Может и правда дело в ней?       — Я… слушай это немного… очень… личное для монстров. Так обычно не делают, — пробурчал он, отворачиваясь.       — Но я же не монстр и откуда мне вообще такое знать? Я просто пытаюсь разобраться, — раздражённо ответила я.       Санс неловко помялся, протяжно вздыхая.       — Ладно, ты права, — сдавшись сказал он, — Ты не монстр, так что всё в порядке. Но есть проблема…       — Какая?       — Я не могу вызвать твою Душу, сам не знаю почему. Так что сделай это сама — сказал он.       — Что? Но я не умею.       — Не умеешь? Как это возможно? Каждый умеет это делать, — удивлённо ответил Санс.       — Мне, знаешь ли, не у кого было спросить, — бросила я, отворачиваясь от него.       — А… ну да. Тогда слушай. Можешь представить как у тебя из груди выходит то тепло, которое ты обычно ощущаешь во время использования магии? Просто представь этот процесс хорошенько, — объяснил мне Санс.       Я без труда отыскала центр магии. Сделать это было просто. Я представила, как то искрящееся тепло, ставшее таким родным, сжимается и начинает просачиваться наружу. Я ощутила небольшое покалывание и в следующую секунду как-то поняла, что всё получилось. Неужели всё было настолько просто?       — Ну как? Что там? — нервно спросила я.       Жаль что я не могу увидеть свою Душу. Хотя я все же имею смутное о ней представление.       — Она… потрясающая, — восхищенно выдохнул Санс.       — Она была белой когда я увидела её в первый раз, — сказала я, немного отчего-то смущаясь.       — Белой? Да, тут виден белый, но проблема не в этом… на самом деле я немного… в шоке, — нервно хмыкнул Санс.       — О чём ты? С ней что-то не так? — напряжённо спросила я.       Душа — это то, что позволяет мне жить. Я очень переживала за неё.       — Ну… как сказать. Понимаешь, твоя Душа невероятно сильна. Она словно… трескалась огромное количество раз, но потом словно собиралась воедино. Будто бы стекло склеили обратно, но менее прочным оно от этого не стало, а наоборот, закалилось. Я и не знал, что ты настолько сильна духом… Но дело даже не в этом. Я вижу переливание жёлтого цвета, цвета твоей магии, и белого, — описывал Санс.       — Ну это вполне… логично, — сказала я.       — Да. Но твоя Душа перевёрнута.       — Что? В каком смысле перевёрнута? Как это?       — Души монстров серые и перевёрнутые. Души людей выглядят как обычное сердце и цветные. Твоя Душа — это перевёрнутое сердце, переливающееся жёлтой магией. И я не понимаю, как это возможно, — ответил он.       — Но оно было нормальным! Обычным!       — Может, как раз из-за этой… аномалии ты и прожила столько, — размышлял Санс.       — Но я… но я же человек! Я не понимаю, ничего не понимаю… Что со мной случилось за это время? — прошептала я.       — Я не могу тебе точно сказать… Что это такое? — неожиданно громко сказал Санс.       — Что? Что там? — заволновалась я.       — Это… Это что, пустотная жидкость? Если присмотреться, то видно небольшое чёрное пятно прямо внутри твоей Души! Это… бред какой-то, как ты до сих пор жива?       Я неосознанно убрала Душу обратно и откинулась на спинку кресла. Меня слегка трясло от перенапряжения и стресса. Вскрывшиеся факты были… неожиданными. И крайне скверными.       Мы достаточно долго сидели вот так, ничего не говоря друг другу.       — Я хочу встретиться с Ториэль… — уверенно произнесла я.       — Что? Ты серьёзно? — спросил меня Санс.       — Да, абсолютно. Я хочу чтобы она знала, что я жива. Тем более она спасла мне жизнь когда-то, — ответила я.       — Может она смогла бы хоть что-то прояснить… Слушай, у меня предложение, — обратился ко мне Санс.       — Какое?       — Твоя Душа… я не знаю что это за ерунда у тебя с ней, но тебе не кажется, что нужно на всякий случай проверить, не опасно ли это? — спросил он.       — Если это возможно, то да, конечно, хотелось бы, — ответила я.       — Но проверить это можно только в Хотленде… Я мог бы тайно провести тебя в ту лабораторию… — сказал Санс, задумавшись.       — Нет. Хватит с меня, — отрезала я.       — Что «нет»? — удивлённо спросил он.       — Я хочу для начала восстановить зрение и увидеть всё самостоятельно. Раз уж я оказалась вовлечена во всё это, хочу полностью понимать, что со мной не так и чем мне это грозит, — сказала я.       — Хорошо-о-о… И как ты планируешь восстановить зрение? Ты говорила, что нужно по меньшей мере около двух-трёх месяцев? — спросил Санс.       — Да, но мне кажется, что я уже могла бы попробовать снять повязку. Хотя бы в тёмной комнате, — задумалась я.       — Если ты так считаешь, то можно попробовать. Но не станет ли хуже?       — Нет, точно нет. Я уверена что уже можно, — сказала я, дотрагиваясь до повязки на голове.       Пора бы начать искать ответы.