Найти выход

      Я стоял в длинном коридоре и терпеливо ожидал. Мне всё-таки хотелось ещё раз лично убедиться в том, что этот человек безобиден.       Сзади послышались тихие шаги. Я медленно обернулся. Передо мной стояла девочка, которая каким-то неведомым образом смогла пройти через всё Подземелье. И завоевать доверие каждого встречного монстра.       Иногда мне казалось, что она действует так, словно уже знает всё наперёд. Она легко уклонялась от атак, говорила то, что все хотели слышать. Она буквально по щелчку решала проблемы окружающих, будто никаких проблем и не было. И она даже смогла попасть в лабораторию в Хотлэнде и помочь амальгаметам. Просто невероятный список дел, выполненный ребёнком.       Как ни крути, а я оказался единственным, кто всё ещё подозревал человека. Хотя, я и сам не знаю, в чём именно. Просто мне единственному она всё ещё казалась странной. Но осторожные расспросы монстров показали, что этих самых странностей никто не замечал. Может, это из-за того, что я внимательнее всех следил за ней? А виновата во всём эта непонятная фраза в голове, которую я просто не мог выбросить. Не доверяй ему.       Каждый раз, когда я уже точно убеждался в безобидности девочки и хотел было расслабиться, я словно слышал тихий голос, который снова и снова повторял эту фразу. И именно она меня словно отрезвляла, возвращала из какого-то полусонного состояния. Будто эти слова не давали окончательно поддаться непонятному странному чувству. Хотя… может, я просто параноик?       Я что-то сказал. Махнул рукой и пробежался взглядом по табличке перед глазами. Как я и ожидал. У неё не было УР. Я глубоко вздохнул и мельком посмотрел в окно. Прекрасный сегодня день.       Я вышел из зала и, не глядя, двинулся вперёд. Сейчас девчонкой занят Азгор и… даже не знаю, что он сделает. Отпустит? Может, так было бы правильнее. Хоть мне и хотелось оказаться на поверхности, но сейчас это желание притупилось. Мои эмоции в последние дни вообще странно себя ведут. И меня сильно раздражает, что я не понимаю, с чем это связано. Да и этот месяц… он был каким-то слишком скомканным и стремительным. Время даже не бежало, а летело вперёд. Дни слились в одно сплошное серое пятно. Так что судьба этого человека меня не волнует.       Из королевского замка вышла волна непонятной, словно дикой энергии. Меня хорошенько тряхнуло. Я напряжённо уставился на замок и почувствовал какое-то непреодолимое желание пойти туда прямо сейчас. Что-то словно тянуло меня.       И я подчинился.       

***

      А дальше… на самом деле, я помню всё лишь очень смутно. По пути я пересёкся с Папирусом и остальными. Даже с Ториэль, которая, как она сама сказала, пришла, чтобы помочь ребёнку. Она просто не смогла выдержать тревоги, которую испытывала. Всё-таки раньше она уже потеряла нескольких детей, так что её волнение оправдано. В чём-то я её даже понимаю.       И пока мы что-то обсуждали, я услышал тоненький и противный смех. Я почувствовал сильную магию где-то сбоку. Я моментально среагировал и уже практически дотронулся до Папируса, чтобы перенести его отсюда подальше. Но не успел.       Сначала меня отбросило ударной волной. Я сильно ударился головой и потерял понятие верха и низа. Кое-как, по стеночке, я смог подняться. В голове раздался белый шум. Меня крепко что-то связало и приподняло над землёй. Шипы растения впились в кости. Я ощутил отток магии, из-за чего ослаб ещё сильнее. А потом перед глазами всё поплыло.       Я слышал какие-то голоса. Словно они разговаривали между собой. Кто-то плакал. И звал на помощь. Но я не мог ни пошевелиться, ни хоть что-то внятно расслышать.       «Он точно забыл… получилось…» — раздалось эхом у меня в голове.       Уловить фразы целиком никак не получалось. Я наткнулся на какую-то невидимую плёнку. Перед глазами всё мерцало. Быстрые, мимолётные образы, мелькавшие на задворках подсознания, я так и не смог запомнить. Хотя очень пытался.       Я очнулся так же внезапно, как и потерял сознание. Комната, прежде погружённая во мрак, теперь была залита ярким и непривычным тёплым светом. Я судорожно вздохнул и первым делом отыскал Папируса. Он был недалеко от меня.       — Папс, что случилось? — пробормотал я, опираясь на стену.       — Санс? Ты что, не помнишь? — воскликнул он удивлённо.       — Что именно? — пробормотал я, слегка касаясь гудящей головы.       Папирус обеспокоенно подскочил ко мне. Он помог мне нормально встать и начал что-то рассказывать. Эмоции Папса били через край, так что очень быстро голова заболела с удвоенной силой.       — …и он помог нам разрушить барьер! — добавил Папирус в конце.       Я болезненно скорчился и вздохнул.       — То есть, ты говоришь, что сын Азгора, Азриэль, стал говорящим цветком, попытался поглотить Души всех монстров и людей? А потом он под напором «силы дружбы» этой девчонки… Фриск? Исправился и разрушил барьер, обрекая себя на такое жалкое существование? — я приподнял бровь, как бы не веря в сказанное.       Да и поверить было… трудновато. Чтобы этот странный монстр-цветок, которого я раньше видел только мельком, был умершим принцем Азриэлем? Я нахмурился от неожиданно пришедшей на ум мысли. А ведь чаще всего я замечал этого Флауи только в непосредственной близости от человека. Доверия, он, конечно, не внушал никакого. Всегда казался слишком… странным.       Пока Папирус что-то яростно доказывал, Фриск весело болтала со всеми остальными. Она внимательно слушала то, что говорят монстры. Было странно видеть, как она так быстро заимела со всеми столь тёплые отношения. Всё же никак не могу взять в толк, как именно ребёнок добился такого прогресса. Но только ли её странное, слишком нетипичное поведение настораживало меня?       Я ощутил волну свежего ветра откуда-то сзади. Я развернулся и уставился на залитый светом коридор, который ранее окутывала лёгкая мерцающая дымка. Я подошёл чуть ближе и недоверчиво протянул руку. Никакого препятствия не было. Я озадаченно обернулся.       — Его… нет? — недоумённо спросил я.       — Я же сказал, что его уничтожили! Чем ты слушал? — обиженно пробормотал Папирус.       Я на секунду растерянно моргнул и снова отвернулся. Поверить в такое действительно было слишком сложно. Всё напоминало какой-то странный сон, который в любую секунду мог закончиться.       — Санс, давай выйдем? — улыбнулся Папирус, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.       Я только медленно кивнул и взял его за руку.       С каждым шагом всё внутри переворачивалось. Но никакого счастья не было. Наоборот, тоска, которую я так и не мог унять, становилась всё сильнее и сильнее.       По лицу пробежал лёгкий ветер. Он в корне отличался от того, который царил в Подземелье. Пахло какими-то травами, цветами…       Мы вышли из пещеры. Я выставил руку перед собой, закрывая яркий свет… Солнца. Я зажмурился и осторожно открыл глаза. Это было по-настоящему. Я медленно подошёл ближе к краю обрыва и уставился на огромный, слишком яркий оранжевый шар, неторопливо заходящий за горизонт.       — Санс, а это ведь…       — Солнце, — прошептал я.       Я не обратил внимание на разговоры. Я как будто вообще перестал слышать. Ни одна мысль меня так и не потревожила. Я и не заметил, как на землю окончательно опустились сумерки.       — Папс… — я обернулся, но никого не обнаружил.       Видимо, они уже вернулись обратно и решили не тревожить меня. Может, зря я так думал про эту девчонку. Она ведь всё-таки помогла разрушить барьер… И откуда взялась эта странная фраза в голове? Сам себе напридумывал…       Я шумно выдохнул и присел на траву. Повинуясь какому-то мимолётному порыву, я восхищённо провёл по ней рукой. Всё равно эта трава совершенно не похожа на ту, что растёт в Ватерфолле. Вдалеке слегка мерцали жёлтые огоньки сверчков. Практически полностью стемнело.       Я запрокинул голову. В небе сияли миллионы ярких звёзд. Глазницы расширились от восторга.       — Они… невероятны, — пробормотал я.       Это то, чего я хотел больше всего. Увидеть звёзды и небо. Такая глупая, но почему-то очень значимая для меня мечта. Я и не помню, когда именно она появилась.       На небосводе ярко выделялась одна огромная Северная звезда. Она светилась сильнее всех и была заметна, наверное, откуда угодно.       Я дотронулся до щеки и с удивлением обнаружил мокрую дорожку, идущую от глазницы. Только сейчас я вдруг понял, что Душа готова была вырваться из груди. Я сжал футболку и зажмурился от урагана эмоций, который рвался наружу.       — «Обещаешь?»       Я резко открыл глаза и шумно втянул воздух. Я оглянулся в поисках неизвестного голоса. Он был таким ясным, громким и слишком знакомым.       — Обещаю… — прошептал я, зачем-то отвечая неизвестному.       Почему я это сказал? Я схватился за голову. Неожиданная боль и головокружение сбили меня с толку. Я снова посмотрел на небо. Среди сияния звёзд, я словно заметил призрачный силуэт, который преследовал меня последние пару недель. Я осторожно встал и немигающим взглядом пытался рассмотреть как можно больше деталей. Ничего толкового я так и не увидел. Всё было словно окутано дымкой, сквозь которую ничего не было видно.       Только яркие серые глаза. Ясные и такие… счастливые.