I want you to be with me or I'll explode

Уезжая от Доку всё дальше и дальше, Нанами начинала плакать всё сильнее и сильнее, но при этом беззвучно. Хотелось ещё хотя бы раз поговорить с братом… А почему она не догадалась позвонить ему из дома доктора? Ну и дурочка… — Что ты хотела сделать? — Неожиданно спросила Майя, но Нанами её вопроса не поняла, поэтому и смогла только промолчать. — Я понимаю, что ты хотела вернуться в Мусутафу, но зачем? Что бы ты делала по прибытии туда? Насколько я знаю, из академии тебя выгнали, значит и в общежитие ты вернуться не могла бы. Так что ты хотела делать? «Хотела попросить помощи у Доку», — подумала Нанами, но вслух произносить не стала. Она понимала, что если расскажет служанке свой план, который она придумала ещё в детском доме после того, как позвонила Доку, то Майя сразу поймёт, что Ритоку соврала, когда сказала, что не знает, что случилось с её братом. — Не знаю, — Тихо соврала она, полностью погружаясь в себя. Нанами на все сто процентов была уверена, что из-за большой любви брата к ней, он бы точно помог. Доку слишком сильно любит свою сестру, так что не оставил бы её просто на улице. Если бы Нанами ему всё рассказала, то он, наверное, мог бы снять ей какую-нибудь маленькую квартирку, где она могла бы тихо мирно жить… Конечно, она понимала, что не может так просто пренебрегать любовью брата, но это было меньшее, что он мог бы сделать, чтобы искупить свою вину… Хотя, вину он свою уже никак не искупит. И Нанами по-прежнему собирается когда-нибудь убить его, чтобы отомстить. Из-за всех своих странных мыслей девушка и не заметила, как они доехали до дома и пришла в себя только тогда, когда уже переступила порог дома. — Хочешь чего-нибудь? — Поинтересовалась служанка, помогая Ритоку снять пальто. — Я бы перекусила… — Неуверенно ответила девушка. — Я справлюсь сама. Можете ложиться спать… И извините, что вам пришлось вот так вот поехать за мной не весть куда в такой поздний час. — Ничего страшного. Кухня полностью в твоём распоряжении. А я пойду отнесу вещи к тебе в комнату, — С улыбкой на лице сказала Майя, уже поднимаясь по лестнице на второй этаж, неся в руках рюкзак Ритоку. — Только будь потише. «То не обижать младшего, то быть потише… В этом доме мне настолько не доверяют?! Они вообще какого обо мне мнения?!», — Подумала Нанами, заходя на кухню. Она не ела два дня, поэтому, очевидно, была голодной, но вечером есть вместе со всеми не хотелось. Точнее, не то, чтобы не хотелось, а просто её не устроила компания, в которой приходилось есть. «Новая семья» совершенно не понравилась Ритоку. Особенно её приёмная мать. Она выглядит, как змея и разговаривает монотонно, словно убаюкивает. Больше всего Нанами взбесили те приказы «не обижай его» и «будь потише». Для начала знакомства это очень плохо. А что будет потом? Сначала скажут: тебе надо по-другомy одеться. Потом скажут, что надо похудеть. Потом — что надо энергичнее двигаться и смотреть на всё веселее! Оптимистичнее. И не жаловаться. Надо сменить прическy. Прочитать историческую книгy и посмотреть документальные фильмы для саморазвития. А когда похудеешь, сменишь прическy, наденешь другие вещи и начнёшь оптимистично улыбаться, скажут, что слишком правильная. И что тогда делать? Ритоку было плевать, что она сейчас живёт в семье из высшего общества. Она собирается прожить свою жизнь, и никто не в праве указывать, что ей делать… И как она вообще додумалась до того, что кто-то собирается управлять её жизнью, если её просто попросили не шуметь и не обижать брата? — Проголодалась? — Послышался мягкий мужской голос за спиной Ритоку. Обернувшись, она увидела хозяина дома. Нанами за обе щеки уплетала онигири, что нашла в холодильнике, поэтому, отвечать мужчине не было никакого смысла. Но вот рассказала ли ему Майя о ночных приключениях Ритоку в незнакомом городе? — Знаешь, до меня только сейчас дошло, что я тебе теперь вроде как отец, — Начал разговор Кайоши, наливая себе стакан молока. — Если хочешь, можешь звать меня папой. «Ещё чего удумал?», — Мысленно выразила своё недовольство Нанами. Папой она могла называть только одного человека в своей жизни, и это — не этот поганый доктор. — Завтра новый год… Как хочешь его отметить? — Спросил мужчина, присаживаясь напротив Ритоку за стол. — Обычно мы всей семьёй едем в шикарный ресторан и там объедаемся всякими вкусностями. В этом году я решил предоставить тебе выбор, как мы проведём новый год, так как ты первый раз такой праздник празднуешь с, можно сказать, незнакомыми тебе людьми. Я пытаюсь хоть как-то тебе открыться и довериться. — Мне все равно, — Проглотив еду, коротко ответила Нанами. — Да быть не может. И у вас же с семьёй была какая-нибудь особая новогодняя традиция? — Поинтересовался опекун, заглянув Ритоку в глаза. — А как в академии? Вы же, наверняка, хотели что-то устроить и отпраздновать по-своему? Ты же расстроилась, что не смогла попасть на праздник? Хочешь я организую такой же, как вы и хотели? — Бал… — Спустя некоторое время грустно ответила Ритоку, подумав, что на самом деле эта идея неплохая. — Учитель хотел отвести нас с одноклассниками в дом какого-то богатея, где устраивали бал. И раз уж ты и сам богатей, то почему бы тебе не устроить этот бал? Позовём много гостей, будет весело. «А ещё во всей этой шумихе можно и не заметить, как кто-то из детей вдруг пропадёт», — Подумала Ритоку, пытаясь найти новый шанс на побег. — Я рад, что смог вывести из тебя больше двух слов… Бал, да? — На несколько долгих секунд мужчина призадумался. — Устраивать балы очень сложно, Нанами. Но это возможно. Не сейчас, а дня через три. Нужно заказать выпивку и еду, красиво оформить зал… В общем, всё должно быть официально, так что до завтра мы не сможем это организовать… Третье число тебя устроит? Ритоку кивнула два раза, закатывая глаза. Она сможет и подождать до третьего числа, если тогда сможет сбежать. — Это хорошо, но тогда завтрашний день у нас всё ещё свободен, — Продолжил говорить мужчина. — Всё же, нужно придумать, как встретить новый год. Хм… О, а ты когда-нибудь прыгала с тарзанки? — Мне нельзя прыгать с тарзанки. — Ответила Нанами, кладя голову на стол. — У меня тревожное расстройство… И если честно, это не самый лучший вариант, как можно встретить новый год. — Стоп-стоп, Нанами, чего? Тревожное расстройство? — Спросил мужчина так, будто и в самом деле удивился. — Ага, вы же, наверняка, видели мою медицинскую книжку, — Сказала Ритоку, поднимая взгляд на опекуна. — В том то и дело, что видел, Нанами, — Ответил Кайоши, а взгляд его был потерян. — И там написано, что диагноз поставлен ошибочно. У тебя нет никакого тревожного расстройства, только обсессивно-компульсивное расстройство. Разве тебе не сказали этого? — Что вы сказали…? Нет тревожного расстройства?.. — Полностью шокированная Ритоку выпрямилась во весь рост и зачем-то посмотрела на свои руки. Ладони почему-то вспотели. Столько лет она принимала успокоительные, думая, что если принимать их, то она будет казаться обычным человеком без каких-либо психических заболеваний, а оказалось-то, что никакого заболевания то и нет… Но вот только… — А что такое обсессивно-компульсивное расстройство? — Не хочу тебя расстраивать, но это тоже психическое расстройство, не лучше тревожного. У него очень много симптомов, но в основном, оно связано с тем, что у тебя непроизвольно появляются навязчивые, мешающие или пугающие мысли, — Ответил мужчина. — У тебя же были навязчивые мысли, которые вызывали тревожное состояние, и ты не способна была это контролировать? — Да, постоянно, но… Как же панические атаки? — Спросила Нанами, всё ещё смотря на свои руки, которые почему-то начали трястись. — Панические атаки могут быть и у человека со здоровой психикой. Но, возвращаясь к твоему расстройству, скажи, ты никогда не думала, что тебе противно прикасаться к предметам, которые до тебя трогали другие люди? — Что? Нет, это полный бред. На меня не похоже. — Нет? Хм… — На несколько секунд доктор задумался. — А когда выходила из дома, то не было чувства, будто ты забыла закрыть дверь или не выключила утюг? — Ну, да, но такое редко. Похоже на обычную паранойю, разве это не у всех? — Ну, может быть… Нанами, я уже не знаю. Я задал тебе пару вопросов, чтобы ты убедилась, что у тебя не тревожное, а обсессивно-компульсивное расстройство, но ты заставляешь меня задуматься. Я доктор, Нанами, но это не моя специализация. Давай как-нибудь съездим к психиатру и он там осмотрит тебя, скажет, что и как… Пожалуй, я ещё поразмышляю над этим. Как я уже и сказал, у этого расстройства много симптомов, но может же быть такое, что ты просто нервный человек? Может они снова поставили ошибочный диагноз? — Можно я буду считать себя нормальной? — Застонала Ритоку, упираясь лбом в стол. — Ты и есть нормальная, Нанами, — Ответил мужчина, поднимаясь со стула. — Я пойду спать. Может дать тебе успокоительное? Или ты как вообще? — Я в порядке, — Приглушённо сказала девушка, тоже поднимаясь со стула. — Я пойду просплюсь. Нужно просто поспать, чтобы мысли пришли в порядок. — Сладких снов, — Обеспокоено сказал опекун Нанами, когда та уже почти вышла из столовой. — Если что, то успокоительные можешь найти в ящике над холодильником. А сейчас лучше открой окно в своей комнате. Тебе нужно подышать свежим воздухом. –Конечно, спасибо… — Ответила Нанами, выходя из столовой. Как только дверь за ней закрылась, она тут же поменялась в лице. Пожалуй, неплохая из неё актриса. Прям вот она расстроилась, что оказывается, у неё нет того, что тяготило её всю её недолгую жизнь. Конечно нет, она была только рада.

***

— Бакуго, вставай, — Послышался у парня над ухом спокойный мужской голос. Нехотя открыв один глаз, Каччан увидел всю компанию друзей, столпившуюся у его кровати. — Какого хрена, придурки?! — Заорал парень, вскакивая с кровати. — Доброе утро, Каччан! — Поприветствовал его Деку. — Вставай и одевайся, — Сказала Джиро, упираясь руками в бока. — Ждём только тебя. — Время восемь утра, идиоты! — Продолжал кричать Бакуго, взглянув на часы. — Какого чёрта вы проснулись так рано?! — Чтобы успеть всё вовремя сделать, и ты нас потом не пилил, что из-за нас мы ничего не успеем сделать, — Спокойно ответил Тодороки, отходя от кровати Каччана. — Вставай и одевайся. — И без тебя знаю, — На удивление так же, как и Шото спокойно ответил Бакуго, направляясь в душевую. Уже через пятнадцать минут парень был полностью готов, но до открытия детских домов было больше двух часов, поэтому он не понимал, почему его друзья заставили подняться его так рано. — Что вы на этот раз задумали, идиоты? — Строго спросил Каччан, подходя к Тодороки. — Ровным счётом ничего, — Ответил тот. — Просто хотим выйти пораньше. По пути нужно где-то позавтракать. — Придурки, боже, я бы мог ещё спать, — Промычал Бакуго, направляясь вслед за друзьями к выходу.

***

Время было всего половина одиннадцатого, а компания друзей уже подъезжала на автобусе к детскому дому. Позавтракали они почему-то довольно-таки быстро, примерно за двадцать минут и в полной тишине. Как и говорил Каччан, не нужно было выходить так рано. Теперь до открытия детского дома остаётся пятнадцать минут, а они уже стоят у входа. — Ну, зато не опоздали, — Пыталась хоть как-то разрядить обстановку Джиро. — Мы зря потратим время, — Спокойно сказал Бакуго, облокачиваясь спиной на холодную стену. — Я был здесь вчера. Мне помог пацан с причудой контроля разума. Не думаю, что ему могли соврать. — Даже если её здесь нет — мы должны перестраховаться и всё равно проверить, — Так же спокойно сказал Тодороки. Следующие пятнадцать минут эти двое не проронили и слова, а только Мидория и Джиро о чем-то непринуждённо болтали. Когда на часах ещё не было одиннадцати, одноклассники увидели, как к воротам детского дома подъезжает полицейская машина, из которой вышло двое полицейских. Проходя мимо ребят, мужчины одарили их презрительными взглядами, а затем вошли в здание. — Так тут было открыто? — Уточнил Мидория, придерживая дверь. — Заходим, — Твёрдо сказал Шото и поспешил зайти следом за полицейскими. Бакуго раздражало то, что Тодороки вёл себя, как лидер, каковым не являлся. Но перечить ему уже было как-то лень. Или не лень, а просто не хотелось. Каччан не понимал, что с ним. Подслушивая разговор полиции с какой-то девушкой, ребята не узнали ничего важного. Мужчины просто спросили, где находиться кабинет директора, а затем отошли от девушки. — Извините, — Обратился к этой же девушке Шото, подходя к ней ближе. — Почему здесь полиция? — Простите, а вы кто? Вы из нашего детского дома? Что-то я вас не припомню… — Осторожно сказала девушка, которая, по всей видимости, была тут воспитательницей. — Нет, мы… — Начал говорить Деку, тоже подходя ближе к ним. — Мы пришли навестить свою подругу. Но сначала было бы неплохо узнать, тут ли она? — Её тут нет, я уже сто раз говорил, — Как-то зло и одновременно грустно сказал Каччан. — Простите, могу ли я узнать имя вашей подруги? — Спросила воспитательница. — Ритоку Нанами, — Твёрдо произнесла Кьёка. — Ох, Нанами! — Неожиданно громко воскликнула девушка. — Боюсь, вы немного опоздали. Вчера утром её забрала приёмная семья. — Так она была тут?! — Спросил шокированный Мидория. — Не может быть!.. Как так?.. — Спросил сам себя Каччан, прижимая руку ко рту. — Но тот паренёк… У него явно была причуда контроля разума. Он уломал ту старушенцию ответить мне тут находиться Ритоку или нет… Как так получилось, я не понимаю? — А, вы, верно, попались на удочку нашей вахтёрши. Она работает здесь с самого открытия и не привыкла, что кто-то может ей перечить или повышать на неё голос, так что иногда просит своего десятилетнего внука изобразить, будто у него есть причуда контроля разума, чтобы от бабушки отстали. — Каччан, дубина, разве тебе не говорили, что мы посещаем только те детские дома, где находятся дети, старше четырнадцати лет?! — Неожиданно громко стала отчитывать парня Джиро. — Разве тебе не показалось странным, что тут находится десятилетний маленький мальчик?! — Ты кого это дубиной назвала, идиотина?! — Так же громко ответил парень, но он почувствовал, что в этой ситуации действительно был виноват. Если бы не его собственная глупость, то сейчас он бы мог уже быть вместе с Ритоку дома. Да ещё и уверял всех, что её тут точно нет… — Этого больше не повторится. — Конечно не повторится, мы же теперь все вместе, — Спокойно сказал Мидория, кладя руку на плечо Каччана, но тот тут же её отбросил. — Можем ли мы узнать, куда они её увезли? — Осторожно спросил у воспитательницы Тодороки. — Боюсь, что это невозможно, — Так же спокойно ответила девушка, поворачивая голову в сторону кабинета директора. — Вы же спрашивали, почему здесь находятся полиция… Так вот, ночью двое мужчин пробрались в детский дом, вырубили охранника и украли все документы, в которых хоть что-либо упоминалось о Нанами. — Кто это был, вы не знаете? — Обеспокоено спросила Джиро. — Не знаю… Документы, где был написан адрес проживания мужчины, с которым уехала Нанами, тоже украдены… — Виновато произнесла девушка, слабо улыбаясь. — Но знаете, мне показалось, что Нанами была знакома с этим мужчиной. Когда они садились в машину, то она вцепилась в меня и просила не отдавать её. — И вы отдали?! — Громко спросил Бакуго. — Чёрт… Помните как звали того мужчину?! Или как он выглядел?! — Ох, не помню, извините… — Всё так же виновато сказала воспитательница. — Но если она знала этого мужчину, то возможно они раньше жили в одном городе? Я точно не знаю… — Вы знаете, в каком городе она жила раньше? — Задал вопрос Мидория. — Нанами говорила об этом с соседками по комнате, они наверняка помнят. Если хотите, то я могу вас проводить в комнату, в которой жила Нанами. Сейчас все в основном сидят в своих комнатах. — Сказала девушка, поворачиваясь к лестнице. — Эй, а зачем вы нам помогаете? — Вдруг неожиданно спросил Тодороки, не двигаясь с места. — Во всех детских домах, что мы посещали нас просили говорить, кем мы приходится воспитаннику. Почему вы так слепо нам доверяете? Не боитесь, что мы маньяки и хотим убить Ритоку? — Почему-то вы внушаете мне доверие, — Тихо и с улыбкой на лице сказала девушка. — Не думаю, что вы хотите её убить, вы же так волнуетесь за Нанами… Пойдёмте за мной. Бакуго всё ещё чувствовал вину, ведь это он ошибся и не заметил Ритоку, но почему-то всё это отошло на второй план, когда он подумал, что теперь, наверное, будет легче её найти. А не успела воспитательница проделать и двух шагов, как тут же нечаянно столкнулась с какой-то девочкой. — Окада, ты то как раз и была мне нужна! — Обратилась к девочке воспитательница, кладя свои руки ей на плечи. — Эти молодые люди интересуются Ритоку Нанами. Помнишь, в каком городе она жила раньше? — Ритоку Нанами? — Переспросила девушка, вопросительно выгибая бровь. — А, это та бесполезная идиотка что ли? — Эй! Никто, кроме меня не имеет права называть её идиоткой, тем более такой отброс общества, как ты. И она не бесполезная, чёрт тебя дери, — На удивление спокойно произнёс Бакуго, а лицо его исказилось от злости. Он и подумать не мог, что к Ритоку могли здесь плохо относиться. Почему она не вправила им мозги? — Такой отброс общества, как я? — С презрением переспросила девушка, осматривая Каччана сверху вниз. — Ты кто вообще такой, мальчик? Видно смелый, раз сказал мне такое. Какая у тебя причуда? — Послушай, девочка, — В тон собеседницы ответил Бакуго. — Не заставляй меня повторять вопрос. А продолжишь разговаривать со мной в таком тоне, так я тебе шею сверну. — Каччан, не надо, — Тихо прошептала Джиро, что стояла у парня за спиной, предчувствуя весь тот пиздец, что будет дальше. — Свернёшь шею? Ха, а ты мне нравишься, — Хитро сказала девушка, делая несколько шагов к Каччану. — Только вот та придурочная сначала тоже такой же смелой была, а потом полетела с лестницы. Так что следи за словами, мальчик. Все вы на словах смелые, а на деле… М, помню, как она кричала, когда я ломала ей руку… Дальше Бакуго не дал сказать этой девушке и слова, как резко припечатал её к стене, хватая за горло так, что та начала задыхаться. — Что за…?! Араи, эти люди — психи! Помогите мне! — Как-то нервно выговорила девушка, пытаясь ослабить хватку Каччана. — Что вы творите?! — Тут же завопила воспитательница. — Немедленно отпусти её! — Лучше не вмешивайтесь, — Холодно предупредил Тодороки, выставляя руку в сторону и не давая девушке ступить и шагу. — Сломала руку? — Переспросил Каччан, ещё сильнее сжимая горло девушки. — Я найду Ритоку, и если на ней будет хоть одна царапина, то я вернусь сюда, и всё-таки сломаю тебе шею. Поверь, мне не сложно это сделать. А если постараться, то могу сделать так, чтоб ты ещё и мучилась. Держа девушку за горло, рука Бакуго вдруг почувствовала что-то странное. Что-то очень знакомое. — Это… — Парень ослабил хватку для того, чтобы увидеть и взять в руки то, что принадлежало не этой девушке, а Нанами. — Откуда у тебя эта подвеска?! — Подарили, — Грубо ответила девушка, всё ещё пытаясь оттолкнуть руку Бакуго, но парень слишком сильно вцепился в эту безделушку, так что его рука даже и не шелохнулась. — Ложь! — Прокричал Каччан, снова сильнее надавливая девушке на горло, а второй рукой срывая с её шеи подвеску. — Эту фигню я покупал специально для Ритоку! Хотелось подарить ей что-то такое, что она сможет носить всегда при себе, поэтому на обратной стороне даже вырезана буква «н», что означает её имя! Та идиотка ни за что в жизни не подарила бы эту фигню кому-либо! Так при каких условиях эта подвеска попала к тебе, мразь?! — Ритоку сама отдала её мне, — Медленно начала говорить девушка, обхватывая руку Бакуго своими руками, но опустила их, когда почувствовала, что парень начал тянуть вверх, что заставляло девушку вставать на носочки. — Она сказала, что для неё эта подвеска ничего не значит!.. Я видела, как она хотела выбросить эту цепочку, но я посчитала её симпатичной, поэтому Ритоку и отдала мне её. За просто так. — Она врёт, — Твёрдо сказал Мидория, подходя ближе к этим двоим. — Тебя никто не спрашивал, — Ответил Каччан, даже не взглянув на друга. В голове его почему-то мигом пролетели те предположения Ашидо насчёт того, что Нанами не любит его и мечтала покинуть Мусутафу… Нет! Нельзя думать о таком именно сейчас! Сейчас главное добиться от этой дурной девицы правды. — Говори, идиотина, где раньше жила Ритоку? — Почему я должна это знать?.. В конце концов, вы её друзья или я?! — Попыталась что-то прохрипеть девушка, но почувствовав, как ладонь, что крепко сжимала её горло, нагревается, то перечить больше не захотелось. — Она прибыла из Мусутафу… А до этого жила в Киёкаве. — Отлично, едем туда, — Быстро и без эмоций сказал парень, отпуская бывшую соседку Нанами, и направляясь к выходу из детского дома, сжимая в ладони подвеску, которую он подарил Ритоку. — Нет, Бакуго, — Твёрдо сказал Тодороки, тоже направляясь к выходу. — Едем домой. — Чё ты только что ляпнул, двумордый?! — Громко спросил Каччан, оборачиваясь на Шото. — Я сказал, что мы едем домой, — Останавливаясь, ответил он. — Ещё вчера вечером я сказал, что сегодня мы едем домой с Ритоку или без неё. Вечером нам придётся идти вместе с одноклассниками и Айзавой на бал, а если нас там не будет, то учитель сразу поймёт, куда и зачем мы пошли. Он исключит нас. — Да мне плевать! Сколько раз мне, блять, повторять, что ты тут не главный?! — Взревел Бакуго, подходя ближе к собеседнику. — Я вернусь домой только с косолапой дурой! — Каччан, нужно возвращаться домой, — Неожиданно тихо вмешался в разговор Мидория. — Отсюда до Мусутафу ехать восемь часов, а значит если мы поедем прямо сейчас, то к семи часам будем уже дома, и учитель ничего не заподозрит! — Деку, и ты туда же?! — Перевёл взгляд Каччан на парня с зелёными волосами. — Для вас какое-то исключение из академии важнее, чем ваш друг?! — Каччан, почему бы нам сейчас не поехать домой, чтоб Айзава думал, что мы никуда не уезжали и нас не за что исключать, а после нового года вернуться и найти Ритоку? — Подключилась к разговору Джиро. — Поверь, нам она тоже очень важна… — Идиоты, вы же явно врёте… — Спокойно ответил Каччан, мирясь с тем, что следующие несколько дней он точно не увидит Ритоку. — Поехали домой. Это была его вина. Изначально он позволил ей уехать из общежития. Он позволил одноклассникам начать искать Ритоку не в тот же день, когда они прибыли сюда, а на следующий день. Он позволил себя одурачить и ушёл из этого детского дома, когда Нанами возможно находилась в десяти метрах от него. Он вчера позволил всем поехать не искать Ритоку, а в отель, потому что все устали… Столько времени было потрачено в пустую. А Нанами наверняка сейчас страдает. Из-за него. Он не смог её найти. Он не выполнил обещание. И как она сможет доверять ему после этого?.. А если она и в самом деле его не любит? Вдруг, она радуется, что сейчас находиться не в его обществе, а рядом со своей приёмной семьёй… Всё-таки он очень плохо знал Ритоку. Он не понимал её образ мыслей. Они были совершенно два разных человека… Но тогда почему он любит её? — И вот еще что… — Остановился Бакуго у входа, заставляя всех тоже остановиться. — Эй, поганка. — Ты это мне? — Спросила бывшая соседка Нанами, держась за горло. — Тебе, тебе, — Повторил парень, а лицо его выражало полное безразличие. — Мать чекни. И с этими словами парень покинул детский дом, а за ним и его шокированные одноклассники.

***

— В следующий раз я поеду с тобой! — Заявил Киришима, как только Бакуго рассказал ему всю историю. — И как у тебя в голове вообще возникли мысли о том, что Ритоку тебя не любит?! Вот если я ей расскажу это, интересно, как она отреагирует! — Идиот, не ори, — Как-то тухло произнёс Каччан, обращаясь к другу. — И без тебя тошно. С момента их приезда прошло уже два часа и уже сейчас они находятся в том доме, где и проходит бал. Смотря на все эти танцующие парочки, Бакуго думал, что наверняка и Ритоку хотела бы потанцевать? Но он даже не знает, любит ли его девушка танцевать… Если задуматься, то он совершенно ничего не знает о ней того, чего бы не знали и остальные её друзья. — Ты винишь себя? — Как-то тихо спросил Киришима, заранее зная ответ. «Да» — хотел ответить Бакуго, но разве кого-то должно это волновать? Странно, что его друг интересуется именно этим вопросом. — Да нет. Пофиг как-то, — Ответил Каччан, но по одному только его виду было понятно, что он врёт. — Пропала и пропала. Найдётся как-нибудь сама. «Ага, блять. Идиот», — Подумал он, зачем-то сжимая кулак крепче. — Себя то хоть не обманывай, — Ответил друг с лёгкой улыбкой на губах. — Я же знаю, что ты вернулся домой только потому что остальные тебя заставили. Ты должен сказать им спасибо. А то так бы Айзава понял, куда ты уехал и исключил бы тебя из академии. — Да заебали вы все одно и то же повторять! — Негромко воскликнул Бакуго. — Плевать мне на то, что меня могли исключить! — Да-да, я знаю, — Отмахнулся Эйджиро. — Но я догадываюсь, что после этой ночи ты собираешься поехать в Киёкаву. Я поеду с тобой. И остальные, наверняка, тоже захотят поехать. — Как хочешь, — Тухло ответил парень, всем своим видом показывая, что ему всё равно. Так и прошёл весь вечер. Киришима что-то увлечённо говорил, а Бакуго и не слушал, иногда что-то отвечая другу. Все мысли Каччана были только об одном. Он думал, что для него, на самом деле, это страшно — найти кого-то, кто приносит в его жизнь счастье. Если он сумеет вернуть Ритоку домой и если окажется так, что предположение Ашидо было неверным, то он начнёт дарить Нанами все свое внимание, потомy что она будет единственным важным человеком, с которым Бакуго будет проводить всё своё свободное время и она, наверняка, заставит его забыть обо всем плохом, что происходило в его жизни до неё. Для него Нанами — первый человек, с кем хочется говорить утром, и последний, комy хочется писать перед сном, чтобы начинать и заканчивать день улыбкой. Для Каччана это было очень странно. Вся эта романтическая фигня. Но звучит это просто чудесно, если так подумать, но страшно допустить и мысль о том, как легко и просто потерять её, как запросто она может уйти в любой момент и, в свою очередь, забрать с собой это счастье. И страшно было подумать, что сейчас она где-то там счастлива без него. Бакуго даже не может позвонить ей для того, чтобы узнать это. Вдруг она и в самом деле не говорила ему, что любит его, потому что так и есть. Ритоку его не любит…? Это он сможет узнать уже только при встрече с ней. Когда часы уже пробили двенадцать часов, Бакуго вышел на улицу, чтобы не слышать всего того шума, что устроили гости. Остановившись на улице у входа, он уставился вверх на звёзды, а снег медленно падал ему на лицо, таял и холодными каплями скатывался вниз. «А снег и вправду красивый», — Подумал парень, легко улыбаясь и вспоминая, как Нанами радовалась первому снегу. — С новым годом, идиотка, — Грустно сказал Каччан с улыбкой на лице, всё ещё смотря вверх на звёзды. — С новым годом, Каччан! — Услышал парень в ответ знакомый звонкий девичий голос рядом с собой и не на шутку перепугался. — А, это ты… — Безразлично сказал Бакуго, наблюдая за подходящей к нему Джиро. — Чего тебе? — Как грубо! Просто хотела поздравить тебя… — Начала говорить девушка, подходя ближе к Каччану. — Всё ещё грустишь? — По-твоему я похож на человека, который грустит?! — Зло спросил он. — Ты похож на человека, который облажался, — Посмеялась над ним Кьёка, прислоняясь спиной к стене. — Не разговаривай со мной больше! Иди отсюда! — Всё ещё зло продолжал говорить Бакуго, но заметив, что девушка никуда не уходит и без ухмылки смотрит на него, то почему-то смягчился. — Да, я облажался… Меня обманули, как какого-то придурка. Заставили поверить, что Ритоку там не было… Я такой лопух… — Ага, так и есть, — Быстро ответила Джиро, смотря на парня, который в свою очередь смотрел на небо. — Но кто в этом мире не ошибается? Не кори себя за совершение одной ошибки. — Это не первая моя ошибка по отношению к Ритоку, — Продолжил говорить Каччан, опуская голову вниз. — Моё изначально плохое отношение к ней было первой ошибкой. Потом я не признался ей вовремя, что люблю её и потерял слишком много времени. Ещё она просила перестать быть настолько жестоким, а я в ответ подрался с Деку. Потом обиделся, как девочка, когда она назвала меня монстром… Я даже сейчас сам себя монстром считаю. — Отлично, — Ответила Кьёка, будто и не слушая вовсе. — Но я — это не тот человек, с которым ты должен говорить об этом. Обсудишь это с Ритоку, когда мы вернём её в общежитие. И с этими словами девушка отошла от него, собираясь зайти внутрь здания, но зачем-то остановилась. Остановилась и просто несколько секунд смотрела в глаза Бакуго. Затем, отведя взгляд, она без единой эмоции зашла в дом. А Каччану оставалось лишь надеяться, что этот разговор означал, что она поедет с ним возвращать Ритоку. Простояв на морозе ещё несколько минут, парень решил, что всё же нужно зайти внутрь, пока он окончательно не замёрз, но его остановил короткий сигнал уведомления на телефоне. Прочитав сообщение с неизвестного номера, сердце Бакуго почему-то забилось чаще. «Город Сагамихара, поместье Доктора Судзуки, пятница, третье января. Если посмотреть в интернете, то можно найти адрес поместья. Название бала в её честь, значит она точно будет там. Верни её.» Часть про бал, Каччан, конечно же, не понял, но он понял то, что какой-то добрый человек прислал ему точное время и место, где должна быть Нанами. Так найти и вернуть её будет дело двух минут.

***

— Нанами, хватит! Весь вечер сидишь у телефона! Ты собираешься просидеть там и всю ночь?! — Поинтересовался Кайоши, подходя ближе к девушке. — Кому ты не можешь дозвониться?! Новый год в этом году семья Судзуки решила отметить в своём поместье, но зато уже объявила на весь интернет, что третьего числа в доме состоится закрытый банкет, который предложила устроить приёмная дочь Доктора Судзуки, в честь которой и был назван этот бал. — Своему… — Брату. Она уже целый день не может дозвониться до Доку. Но не может же она ответить так? –…Другу. Я хотела его с новым годом поздравить. Она хотела сказать ему, где находится и почему он не нашёл её в детском доме… — Может твой друг занят? — Предположил доктор. — Садись уже с нами за стол. Ясно же, что твой друг сегодня тебе не ответит… Прекрати заставлять меня обращаться с тобой как с трёхлетним ребёнком. — Нанами, иди к нам за стол! — Послышался звонкий голос приёмной сестры откуда-то за спиной опекуна. — Хорошо, иду, — Недолго думая, ответила Ритоку. — Могу ли я для начала подышать свежим воздухом? Я вижу, что за окном снег идёт, очень красиво… — Только быстро, и не замёрзни там, — Ответил мужчина, уже отворачиваясь и направляясь к столу. Обрадовавшись, Нанами выскочила в холл, чуть не сбила с ног шокированную прислугу, что провожала её недобрым взглядом каждый раз, когда Ритоку приближалась к двери, схватила куртку и выбежала во двор. Уже через несколько секунд девушка готова была рассыпаться от удовольствия. Она не могла описать несколько сильно она любила снег. Сильнее него она, наверное, любила только… — С новым годом, Каччан, — Тихо произнесла Ритоку, разводя руки в стороны, чтобы и на них тоже попали холодные снежинки. — Здорово отметили, правда? В кругу друзей, как мы и планировали. Ты назвал меня «косолапой», а я в ответ попросила тебя прекратить меня так называть… Лучший новый год в моей жизни. Ритоку было так грустно из-за всей этой тупой ситуации, но одновременно с этим она наслаждалась. Она ведь понимала, что за этой разлукой грядёт и встреча с Бакуго. В тот день будет много длинных и серьёзных разговоров, вопросов, на которые она не захочет отвечать и может быть даже объятий и поцелуев… Нанами понимала, что на самом деле, так редко можно встретить человека, с которым хорошо во всех смыслах. Слушать его, смотреть на него и даже просто молчать вместе с ним. Как жаль, что пока что у них с Каччаном было мало таких моментов… Редко встречается такой человек, к которомy не страшно повернуться спиной и понимать, что удара не последует. Человек, с которым легко и просто, и не нужно изображать из себя непонятно что. Такой человек, с которым можно быть самим собой и понимать, что это чувство взаимно. Такие люди приходят в жизнь Нанами крайне редко, и оттого эти люди ценнее, и поэтомy так больно и страшно терять таких людей. Судьба порою играет с Ритоку в жестокие игры, посылая ей таких людей, а потом отнимая, давая тем самым понять, что ничего в этом мире не вечно. Вот даже Бакуго… Почему сейчас он не рядом с ней? А Доку? Ведь в детстве Нанами мечтала стать такой же, как и он… Почувствовав, как по щеке опять катиться слеза, Нанами поспешила зайти в дом, думая о том, что это первый новый год, который она отмечает в кругу людей, которых знает второй день…