Школа крови/Blood School

Холодный нож прикасается к нежной коже молодой девушки, проходит вдоль вены вверх по руке, оставляя за собой кровавую дорожку. Парень проводит не спеша, что делает эту пытку ещё мучительнее. Боль вдоль руки смешивается с болью в запястьях и щиколотках от туго обвитых вокруг них верёвок. Жертва пытается кричать, но у неё не получается из-за засунутого в горло бутона чёрной розы. Насильник заканчивает вырисовывать только ему понятные узоры на теле бедняжки, которая уже лежит без сознания от болевого шока, и удаляется.

***

Чонгук переступает порог своей новой школы, годы в которой обещают быть интересными. Интерес начался ещё до зачисления, ведь попасть сюда было очень сложно, точнее почти невозможно. Школа закрыта для кого-либо, кто хотел бы сюда поступить. Хотя таких уже и нет, кроме родителей Чонгука, которые отправили его сюда по самой глупой причине, потому что близко. Весь год сидения за партами пустеют и учеников в классах становится всё меньше из-за убийцы, который находится где-то в стенах этой школы. Логично было бы закрыть эту школу, чтобы ученики и их родители не страдали, но её не закрывают, пытаясь поймать психа. Именно психа. Он не просто убивает. Настоящий эстет. Дело в том, что на теле бедняг всегда остаются непонятные узоры, а главная фишка — чёрная роза. Много чего свидетельствует о том, что он любит пытки. Очень ловкий, ведь практически целый год рядом со всеми в этой школе ходит убийца, которого пытаются поймать. Но полиция так и не продвинулась в розыске и не узнали ничего, кроме того, что тот с очень изысканными и эстетичными тараканами в голове. Хотя он наверное и тех перерезал. — Это снова случилось, — слушает оповещение от учителя, сидя за партой, Чонгук. Ему не нравится сидеть здесь. Какого хрена родители просто отправили своего сына в школу с очень опасным маньячелом в ней?! Этот вопрос преследует парня, ещё после новости, что он всё-таки зачислен. Родителям темноволосого не помешал, тот факт, что школу не принимают новичков из-за понятных причин. Деньги решают. Родители парня очень уверенные. Они и не думают, что с их сыном может что-то случиться. В классе тишина, никто не произносит и слова, каждый обдумывает что-то своё. Лёгкая осенняя прохлада с приоткрытого окна, слегка теребя тёмные волосы, задевает Чонгука, расположившегося за последней партой среднего ряда. Он ёжится, но скорее не от ветра, а от напряжённой обстановки в помещении. Слышно только как кто-то тихо, проходя мимо класса, шагает по школьному коридору. — Чхве Иль, — прервав нагнетающую тишину произносит учитель. Его голова опущена, весь его вид показывает безнадёжность и полное отсутствие веры во что-то хорошее. — Неееет!!! — неожиданно для темноволосого, вскрикивает его новая одноклассница, вскочив с места и тут же падая на пол. Она в истерике практически вырывает на себе волосы. Учитель лишь устало поднимает измученные глаза и безэмоционально кивает где-то в сторону и в то же время — видимо приняв сигнал — поднимаются два ученика, подходя к бьющейся в истерике девушке. Они кое-как поднимают её и выводят с класса. Шок. Глаза Гука расширяются, все в классе сидят так же, как и до этого, будто это привычное дело. Такое ощущение, что только что у их одноклассницы случилась не истерика, а просто лёгкое возмущение от плохой оценки — Я думаю вы успели заметить, что у нас в классе появился новый ученик, — сухо произносит учитель Ли Дон, — Представься пожалуйста. — Здравствуйте, я Чон Чон Гук, я надеюсь вы позаботитесь обо мне — поднявшись проговорил он. Кто-то вскинул бровью, кто-то усмехнулся, но в основном никто не поменялся в настроении. Атмосфера осталась напряжённой. -Хорошо, раззнакомитесь на перемене, приступим к уроку. — учитель продолжил говорить так же сухо, после того, как Чон сел. Весь урок проходил в угнетённой обстановке, из-за чего сконцентрироваться было невозможно, но зато внимание привлёк его одноклассник, который сидел на первой парте у окна, благодаря чему за ним легко можно было наблюдать. Тот сидел облокотившись на руку с шикарными длинными пальцами, лучи солнца, что были единственными чем-то ярким в данный момент, игрались на каштановых волосах парня, кажется тот ещё немного и заснёт. Чонгук словил себя на том, что засмотрелся. Объект его внимания был невероятно красив. Заметив, что засмотрелся, парень встряхнул головой, чтобы прийти в себя и тщетно пытался сконцентрироваться на уроке.

***

Прозвенел звонок, учитель вышел из класса, из груди парня вырвался облегчённый вздох, атмосфера уж очень на него давит, он наконец-то сможет выйти в коридор и размяться, но когда он уже готов был подняться, к нему подошёл один из одноклассников. Первое, что он заметил — это его низкий рост, но при этом тот был довольно обаятельным. — Привет, — тот сразу приветствовал его улыбкой, что на миг ввело Гука в ступор. Было неожиданно, после долгих минут угрюмых гримас. Казалось, лучи солнца с открытого окна, будто тянулись к нему и вместе этот дуэт ослеплял. — Вырубите кто-то это солнце, глаза болят от него уже, — недовольно произнёс сидящий неподалёку одноклассник, поднялся и закрыл жалюзи на окнах, в классе стало совсем неуютно. — Ты как всегда груб и угрюм, Ко Хаджун, — отреагировал подошедший к Чонгуку парень — Заткнись, Чимин. Это ты один тут такой весь в хорошем настроении. Так хорошо тебе после смерти Джиён? — рука Чимина, на которую тот опирался, сильно сжала парту, что Чонгуку трудно было не заметить, но в остальном свеловолосый был спокоен. — Ну конечно, не приходится терпеть её истерические нападки, — уже заметно, как нервно вздымалась грудь так называемого обвиняемого, пока сама обвиняющая сторона усмехалась. Чон подметил, что тема очень сложная, ещё чуть-чуть и ситуация выйдет из-под контроля. Не зная как спасти ситуацию, ведомый желанием хоть что-то сделать, положил свою руку поверх одноклассника, который моментально вздрогнул от неожиданного жеста, что заметили все. — Эй, новенький, — Хаджун перевёл своё внимание на Чонгука, — не водись с ним, а то и тебя убьют, а этот бровью не поведёт. Небось сам и является убийцей, — в глазах агрессора уже зарождался враждебный взгляд. — Хаджун! — неожиданно с места поднялась девушка хрупкого телосложения. — Может перестанешь всех обвинять, нам всем тут сложно, думаешь Джиён хотела бы видеть вечную скорбь? Та кто-то бы из нас хотел? — одноклассница начала оглядывать класс, якобы ища ответ, который последовал отрицательным качанием головы каждого из ребят. — Видишь? Это ты слабак, который сдался своим чувствам и ищет везде подвох. — Я слабак?! — парень резко вскочил с места. — Да и идите вы все к чёрту! — на этих словах парень просто вышел с класса, громко хлопнув дверью. Некоторые встрепенулись, будто бы намереваясь его остановить, но осели, потому что парень выбежал слишком быстро. — Не обращай внимания, — к Чону подошла та самая девушка и он смог разглядеть её черты лучше. В глаза сразу бросились длинные тёмно-русые волосы, а после и вроде женственные, но слегка грубоватые черты лица, что вроде давало понять о строгом характере, — нынешнее время всем нам даётся тяжело, у многих оно отобрало близких людей, — её взгляд, с ноткой жалости, перевёлся в сторону Чимина, тот не отреагировал и только легко улыбнулся, якобы «всё нормально», — Ким Чан Ми. — Пак Чимин, как ты мог уже понять, — теперь улыбка парня была более ироничной. Чонгук заметно расслабился, — я очень рад с вами познакомиться, — кажется ребята хорошие, — а ещё я хотел бы размяться, может выйдем? Школу мне покажите, — Гук заметил, что после этих слов Чимин замялся и взглянул на Чан ми. — Мы не можем выйти в коридор, — сказала та. — Что? Почему? — Ну то есть можем, но на определённых переменах. Дело в том, — девушка взялась за пустой стул отошедшего одноклассника и притянув села на него, рядом с партой Чонгука, чему последовал и Чимин, — что полиция бродит тут каждый день и пытается словить того ублюдка, — выделив последнее слово, она продолжила, — мы можем выходить только в дозволенное время, когда они могут нас контролировать. — Пф, эти придурки только и делают, что следят за нами, а найти до сих пор не могут — возмутился Пак, — мы в этом году выпускаемся, а учиться невозможно. — Но как же Хаджун, он же. — на этих словах Чонгука дверь класса распахнулась, представив вид на крайне возмущённого Хаджуна и двух мужчин в полицейской форме, сопровождавших парнишу к своему месту. Когда полицейские вышли за дверь, следом показался мужчина в деловом костюме. Внешность показалась Чонгуку знакомой. Лучше разглядев он вспомнил, что это директор школы Мин Юнги. В классе воцарилась тишина, все обратили своё внимание на вошедшего. — Всех, кто выйдет за двери этого кабинета, — голос статного мужчины разрезал гробовую тишину, будто бы гулом отдаваясь в голове, — ждёт такой же железный аксессуар, — только сейчас Чон заметил наручники на руках «нахала», — и допрос после уроков, — ученики подумали уж, что это конец предложения, но после паузы он продолжил, — и он не будет коротким. Учтите. — он вышел не сразу, только после того, как обвёл взглядом класс. Гук заметил, что Мин Юнги задержал его на Чимине, который наблюдал за происходящим повернув голову через плечо, так как сидел спиной к господину Мину. — Мне показалось, — обращаясь к своим новым друзьям сказал темноволосый, — или он как-то странно на тебя посмотрел? — взгляд парня был направлен на Чимина. — Наверное тебе показалось, — ответил тот. — На самом деле, может и не показалось, — добавила Чан Ми, — они частенько зависают в кабинете музыки, — взгляды собеседников уставились на Мина, — да, булочка? — договорив она выделила последнее слово. — Что? Булочка? — Чонгук не сдержался и прыснул в кулак, а заметив покрасневшие щёчки светловолосого, растаял и оголил свои зубы расплываясь в улыбке. — Я же просил меня так не называть! — возмутился смущённый такой выходкой подруги одноклассник, а заметив улыбку Чона, вдруг расправив свои плечи, уверенно произнёс, — А ты вообще. Кролик! В недоумении округлив свои глаза и придав им вид ошарашенного оленёнка, Чонгук уставился на Чимина, сидевшего с задранным носом, мол «выкусил?», пока Чан Ми лишь смеялась, наблюдая за ними, как за детьми. На них таращился весь класс, в том числе и одноклассник, привлёкший внимание новенького.

***

Третья перемена оказалась спасительной. Когда Чан ми пригласила Чонгука выйти в коридор, сказав, что сейчас можно, то тот быстро вскочил и направился к двери, не замечая едва успевших за ним Чимина и Чан Ми. Минутное облегчение накрыло парня. Как бы друзья не разбавляли его времяпровождение, но в классе совсем неуютно и атмосфера давит так, что порой становится тяжело дышать. Только появившееся чувство облегчения исчезло так же быстро, как в глаза бросились всё те же понурые лица учеников, большое количество камер, что будто вместо звёзд светили красными точками и полицейские, от пристальных взглядов которых внутри леденело. От этих глаз хотелось самому признаться, что это ты, тот самый убийца, даже если таковым не являешься. — Так, а каков распорядок перемен, на которых мы можем… спокойно выходить.? — понимая всю абсурдность последних слов, поинтересовался Гук, подойдя с одноклассниками к подоконнику у окна, что открывало вид на пустой двор, где ветер одиноко таскал по земле порыжевшие листья, а над этим всем небо, которое грозно нависало над землёй, было без туч, но всё равно будто окрашивало общий пейзаж серым цветом. «Сегодня обещали солнце» — промелькает в голове у Чона, но эта школа своим настроем так и притягивала пасмурную погоду. А всё из-за одного человека. Непонятно, то ли ученика, то ли учителя. Вряд ли бы обычный ученик был бы способен на такое. — Каждый день по-разному, — отозвался Чимин, — расписание на стенде у входа. Там ещё рядом… стенд с портретами жертв… — А, да я видел. От него толи давящей тяжестью, то ли грустью веяло. Аж холодок по спине пробежал. Я быстро прошёл мимо, — на этих словах из класса вышел тот самый ученик, что привлёк внимание Гука, — а это кто? Я не замечал, чтобы он общался с кем-то. — Ким Тэхён, — ответила Чан Ми, — после всех этих происшествий он оборвал своё общение со всеми. А кто пытался с ним как-то начать общаться, то тот в никакую, мол не хочет привязываться и потом страдать над трупом. — Оу, даже не знаю что сказать… -Я подозреваю, — продолжил светловолосый, — что это его отец заставил. Он же за ним так печётся. — Дааа… Его отец, — рассказывала подруга Чонгуку, — Ким Сокджин. Главный генеральный суперинтендант. — Главный. кто? — Я тоже не понял, когда услышал, — поддержал Мин. — Короче, — вздохнула девушка, — это люди, которые руководят формированием филиала или округа. На девушку уставились пара глаз, которые явно не поняли. Приняв всю безнадёжность ситуации решила разговаривать на языке попроще, — невъебенно крутой чел в шайке ментов, — теперь на неё уставились двое ошеломлённых пар глаз. — Ты материться умеешь? — искренне удивился Чон. — Я сам первый раз слышу, — так же удивился Чимин. Послышалось два хлопка, что были вызваны шутливыми подзатыльниками по головам двух парней. Пока Тэхён, коротко глянув на троицу, направился в неизвестном направлении.