По ту сторону от реальности

— А вам не кажется, что Бакуго совсем перестал с нами тусить. Постоянно, как не придем, его либо уже дома нет, либо он только собирается свалить со своим ботаником. Неужели это действительно была не шутка, что у него встает на парней… — Каминари, — одернула парня Мина, что шла рядом, расставив руки в стороны, имитирую ходьбу по канату, ровно ступает по линии между плитами на тротуаре, — это не твое дело с кем он спит, — весело продолжила та, хоть секунду назад едва не гаркнула на друга. — Она права. Чего ты взъелся? — с усмешкой добавил Киришима, — лично я рад за него. Ну и что, что он с нами проводит мало времени. Он же нам не нянька, в конце-то концов. И мы как друзья, при чем единственные, должны быть на его стороне. — Да, но… Блин, он даже не хочет, чтобы мы общались с этим его задротом. А знаете почему? А все потому, мне кажется, что он нас стыдится. Да, точно. Вечное это его: «даже и не думайте дышать в его сторону». В тот, казалось, момент даже воздух почернел, — парень не унимался, все продолжая рассуждать. Киришима лишь шире улыбался, попутно думая, что, либо Денки завидует Кацуки, либо просто что-то скрывает. Мине так вообще до лампочки: она идет себе так же, весело переставляя ноги, иногда слушая, иногда нет. — А что на счет тебя? — блондин даже замолк, вопросительно глядя на рыжего, — ты все обвиняешь Бакуго в том, что он такой-сикой и умудрился «приглядеться» к парню, зато про себя ничего так и не говоришь, — Парень щурится, наблюдая, как собеседник напрягся, — Ты обычно не заводишь бессмысленные темы для разговоров, если только они не схожи по смыслу с тем, что ты хочешь сказать на самом деле. — Чё это ты имеешь в виду? — ситуация становилась явно опасной, особенно в отношении Каминари, и Киришима это прекрасно видел, начиная ощущать даже какое-то своеобразное любопытство и удовольствие от процесса. — Ха-а, я поняла, — неожиданно воскликнула Ашидо, от чего парни наконец прекратили таращиться друг на друга, отдавая все внимание подруге, — те леденцы были по акции, а нам продали без скидки, вот же… — непонимающе сначала смотря на вдруг раздраженную девушку, после переглянувшись, парни рассмеялись, — это не смешно, это грустно… Очень грустно.

***

После долгого сна приходит понимание, что во рту будто дважды пустыня наступила. Жмуря глаза, Изуку едва приоткрывает один. Попытка облизать сухие губы увенчалась провалом. Желание выпить цистерну с водой никуда не пропало. Приподнявшись, парень не совсем понял, где находится, осматриваясь несколько раз. Единственное, что до него все же смогло дойти, так это, что он явно не дома и то, что у него сильно болит лицо. Подтягивая ноги к груди, парень ощутил внутреннюю сторону одеяла голой кожей. Он был в одной футболке. Паника настигла моментально, однако потом немного угасла, когда Мидория вспомнил вчерашнюю ночь. Однако он все равно не мог понять, почему полуголый. Откинув одеяло и спустив ноги на прохладный пол, парень поднялся, медленно шагая к двери, неловко натягивая подол футболки так, как будто пытался добиться длины до колен. Выглянув из-за двери, единственные звуки он уловил из ванной. Все же он выскользнул из комнаты и завернул на кухню, вливая в себя несколько стаканов с водой. Выдохнув с облегчением, веки сами прикрылись. Ощупав пальцами припухшие участки на лице, Изуку примерно вырисовывал картину, на что сейчас похожа его моська. — Ты вчера довольно быстро вырубился, — Мидория чуть не снес посуду, что стояла на стойке рядом с ним, оборачиваясь. Кацуки хмыкнул на забавную реакцию, облокотившись о косяк плечом, попутно вытирая влажные полосы полотенцем, — а тебе идет, — Скорее всего он имел виду внешний вид кучерявого, нежели его разукрашенное лицо. — Где моя одежда и почему на мне только это? — оттягивая край ткани, Изуку смущенно поглядывает на блондина, но полноценно на него посмотреть не может — слишком неловко. — Твои шмотки были в грязи и твоей же крови, поэтому я переодел тебя и постирал их. В любом случае спать в бомжатском прикиде на своей кровате я бы не дал, — сам же Кацуки был лишь в домашних штанах, открыто демонстрируя результат тренировок. Оторвавшись от косяка, парень подходит к кучерявому, что уже подсознательно тянет футболку вниз, отступает в сторону, — растянешь, не тяни, а не то новую мне будешь должен. — Дай мне штаны, или что-то в этом роде, — Бакуго не упускает возможности полюбоваться столь прекрасным видом ровных ног. — Ты ноги бреешь? — скорее задумчиво говорит блондин, таращась на гладкую кожу. Изуку на ровном месте становится зажженной спичкой, пряча пылающее лицо под челкой, — как я успел заметить, не только их. — Э-это… В целях личной гигиены. Так многие делают… И вообще, не смотри так на меня, — парень не сдерживает смех. Бакуго никогда бы не подумал раньше, но ему определенно нравится подобная картина, — ты это специально? Чтобы надо мной посмеяться? — Атмосфера резко сменилась. На лице блондина больше не красовалась ухмылка, а веснушчатый выглядел обиженным и напуганным, недоверчиво смотря на того, делая еще пару шагов в сторону. — Нет, я… Не моя вина, что ты такой дохляк и моя одежда тупо с тебя сваливается, — Кацуки решил переключиться на кофе, которое было ему тезко так необходимо, — Ты мне не доверяешь, но все равно пришел вчера сюда, — Изуку почувствовал стыд. Хоть все и так, но парень просто сам не понял, когда умудрился оказаться напротив окна Кацуки, — Я вроде перестал давать надежды на то, что опять буду тебя шпынять. Или все же есть то, что все-таки внушает такое подозрение? — Они снова стояли лицом к лицу и блондин упрямо уставился в зеленые глаза, пытаясь разглядеть там хоть чуточку того доверия, которого он так добивался. — Прости, — плечи кудрявого заметно опустились, теперь он выглядел расслабленным. Он и подумать не мог, что Бакуго даже переживает за отношения между ними. Да он иногда подкалывал его, но это просто шутки и всего, — По правде говоря мне постоянно говорили, что ты можешь только навредить, а на чувства тебе плевать. Я не хотел сомневаться в тебе, хоть и было странно, что ты так резко изменился. — Парень улыбнулся, опуская глаза вниз, выводя ногой круги на паркете, — Я даже не успел тебя поблагодарить за помощь. Кацуки понимал, что он никогда не к кому так раньше не относился, даже к друзьям, которые смирились и перестали ждать доброго слова от него. Мидория сломал его. Раньше ему было плевать на то, как о нем подумают, а сейчас он ожидает, что Изуку будет смотреть в его сторону. Он даже курить бросил, потому что кудрявый постоянно нормально дышать рядом с ним не мог. Парень делает аккуратный шаг вперед, сомневаясь, что это разумное решение. Он не знает наверняка, что Мидория такой же. А какой он? Недавно он сох по симпатичной девушке, но видимо из-за того, что Кацуки забил его время собой, постоянно ошиваясь рядом, веснушчатый перестал уделять внимание девушке. Да и хер с ней. И так понятно, что ей его знания нужны были, а не он сам. Да даже так, Изуку не разу не говорил, что он гетеро, или он би? Кацуки знал точно, что сам гей. Большая грудь его не привлекает, это он выяснил уже давно, но вот задница одного задрота вполне себе разумеется. После прошлой ночи, когда Мидория прибежал весь в слезах, блондин горел желанием выпотрошить того, кто это сделал. А переодевая уже спящего, едва не обкончался, наконец прикоснувшись к телу, на которое фантазировал каждую ночь. Рука касается поврежденной щеки и Изуку дергается, смотря сначала на руку, а после на ее обладателя. Ладонь Бакуго оказалось такой большой и теплой, парень просто не стал ничего говорить, пересилив себя, продолжил смотреть на задумчивого блондина, что оглаживал большим пальцем его щеку. — Ты можешь остаться здесь, — Кацуки наклонился, уперевшись в стену возле кучерявой голову, — сюда этот ублюдок не придет, а если попробует, пускай заранее выроет себе могилу, — веснушчатый оторвался от красных глаз, вновь обращая внимание на руку, кладя поверх свою, от чего блондин застыл, — так даже проще, никуда ходить не надо. Я натренирую тебя и ты сам ему башню снесешь. — Спасибо, Каччан, — Бакуго точно почувствовал, что между ними уменьшается расстояние. Оно бы и вовсе пропало, если бы не резкий грохот у входа. Изуку понял свой косяк и отпихнул от себя блондина, краснея. Прикрыв лицо рукой, парень выбежал из кухни, — я од-одолжу штаны. — А-ага, — уши горели, неужели они бы сейчас… — Эй, Бакуго, здоров. А чего это у тебя тут полуголые ботаники бегают, — смеется Киришима, его азарт поддерживают и Мина с Каминари, что не сказать о самом блондине. Единственное, он одарил их сначала испепеляющим, после уставшим взглядом. Умеют же они все испортить.

***

— Еще раз, — твердо повторяет парень, пока Изуку истекает десятой порцией пота, — ты пытаешься бить так, будто камень пинаешь, а нужно размахнуться и заебенить так, чтобы того, кого ты ударил откинулся и не вкинулся, ясно? — Мидория кивает, но ему и так, и эдак уже сил не хватает. — Слышь, Бакуго, может передышку ему дашь, а то парниша неважно выглядит, возьмет и сам откинется, — Троица все это время, — ближайшие три часа, — безустанно сидели на скамейке и наблюдали за сие картиной. Должно заметить — очень интересное зрелище и вполне необычное, лишь попкорна не хватает и колы. Место под тренировки был выбран заброшенный парк аттракционов, где ребята часто тусовались и где их наврят-ли будет кто-то искать. Изуку буквально тут же свалился на землю, по крайней мере попытался это сделать, но Кацуки не дал этому случиться и подставил «дружеское» плечо. — Так значит у тебя тоже есть способности, типа сверхсила, не знаю как лучше их назвать, — Бакуго поделился с друзьями их с Мидорией маленьким секретом, после того, как те спалили его под подрывом алюминиевых банок. Кудрявый кивает, что разжигает любопытство Денки еще пуще, — а какая у тебя? Мы вот когда узнали, какая у Бакуго, едва не испробовали ее на себе — он хотел нас поджарить. — Ну, как я понял — увеличение силы. Я ей особо не пользовался, но иногда могу поднять намного больше своего веса, но не всегда. Ей сложно управлять и я скорее сам пострадаю, — парень смотрит на собственные руки, то сжимая, то разжимая кулаки, — иногда тело будто перегревается, мышцы начинают гореть и я боюсь, что это может плохо закончится. — То есть, если ты захочешь, то спокойно пинком проломишь вон ту стену, — указав на старый кирпичный сарай, Каминари выпучил глаза так, будто ожидал, что ему продемонстрируют доказательства. Изуку прикинул и даже усомнился, сможет ли, но почему бы не попробовать, пускай все тело и так болит от тренировок. Подойдя к указанному зданию, парень постарался сосредоточиться, постепенно чувствуя, как от груди разливается тепло по всему телу. Сзади кто-то из парней даже выдал: «фига се, он светится. Не ну ты видел?» Кацуки завороженно смотрел, как в первый раз, не упуская не малейшего действия, даже не слушая слова рядом стоящих. То, как кучерявый замахивается, его плавные движения. Стена разлетелась будь здоров, на месте которой образовалась не маленькая такая дыра. — Ахренеть. А вас обоих теперь опасаться придется. Но в любом случае это круто. — Да, вот только без этой силы, в бои ты тот еще дохляк, — Изуку улыбнулся, чего блондин не ожидал. — Благодаря тебе, теперь не такой уж и дохляк, вообще-то, — в ответ он услышал лишь недовольное цоканье языком, однако Бакуго скорее смутился, но пускай все думают иначе. Хоть Мидория и не смог одержать победу в бою между ним и Кацуки, и не смог отбиться от отчима, однако это все только потому, что он не использовал эту читерскую способность, что может при желании и прикончить. Бакуго более чем уверен, что увиденное — ничтожная единица того, что может выйти, если продолжить развивать это. И не он один так считает, встречаясь с зелеными глазами своими, парни думали совершенно об одном и том же.

***

— Спасибо, что помог сегодня. — За кого ты меня принимаешь? Сказал же, что помогу, — роясь в шкафу, Кацуки попутно пытается понять, откуда у него столько шмоток и его ли это вообще? Вытащив какие-то шорты, парень примерно прикинул, не свалятся ли они с задници Изуку. В любом случае должны, потому что других нет. — Так… Мне лечь на диване? В принципе я могу на полу, — блондин смирил парня скептическим взглядом. — Ты будешь спать здесь, — стягивая уже с себя толстовку, Бакуго оценил кровать и ее размеры, — со мной. — То есть, ты на кровати и я на полу? — иногда до веснушчатого не сразу доходит, хотя после утрешнего сорванного уединения он должен был все сразу понять. Кровать оказалась больше, чем предполагалось. Но даже так парням приходилось прижиматься к позвоночникам друг друга. Изуку как не старался, уснуть не мог. Ему было неудобно от мысли, что все произошедшее будто не с ним происходит. А присутствие Кацуки буквально под боком заставляло сердце участить ритм. Что же это утром было, от чего ему до сих пор стыдно? Повернувшись в пол оборота, Мидория прикусил губу — Бакуго так близко. От его тела исходит тепло, от которого мурашки под кожей бегают. Ему бы не хотелось переступать границы дозволенного, но любопытство, это мерзкое ощущение брало верх. Аккуратно перевернувшись на другой бок, перед глазами встала широкая спина, на вид даже под тканью одежды крепкая и твердая. Рука сама потянулась, оглаживая сначала едва касаясь, а после Изуку будто совесть потерял. Нельзя же трогать человека, без его согласия. Блондин неожиданно переворачивается и кучерявый тихо извиняется за то, что разбудил, а блондин молчит, по нему и не скажешь, будто только что спал. — Я рад, что ты здесь, Каччан, — после этих слов начало клонить в сон. Будто этого и не хватало, Изуку уже давно хотел это сказать, но не знал, стоит ли. — Деку, спи уже, — пододвинувшись ближе, блондин прикрыл глаза. Веснушчатый улыбнулся, нащупав под одеялом чужое запястье, надеясь, что Кацуки не будет против, проваливаясь в сон.