Глава 3.
31 декабря 2021 г., 15:41
Примечания:
В общем как и писал в коментах к прошлой главе - ПРОДА!
Сорян, что было такое затишье, но планы имеют неприятное свойство рушиться когда сталкиваются с реальностью. Описывать все проблемы не вижу смысла, у большинства наверняка этот год, как мне кажется, выдался не лучше предыдущего.
Но не будем о наболевшем.
Скоро праздники, так что всех с Наступающим и приятного чтения!
P.S. Знаю, что конец главы выглядит оборванным на полуслове, но уже не знаю как его завершить, все варианты предполагают ещё страниц 5-10 текста, а у меня времени нет... Ванна с Оливье ещё не готова xD
Побег из лагеря больше походил на стихийное бедствие, однако Габриэль и Лиза не поддались всеобщей панике толпы и целенаправленно старались отделиться от рыжего семейства. Удалось это ближе к лесу, когда все стали разделяться огибая препятствия в виде деревьев и кустарников. Дальнейший путь их лежал к границе антиаппарационного щита, который неплохо чувствовала Пурпурная Ведьма, а дальше уже по обстоятельствам. Им обоим необходимо было решить некоторые дела на Косой Аллее и посещение банка числилось в первых пунктах.
Как именно туда попасть псионик решил оставить на откуп Лизе, ведь сам он строить порталы или трансгрессировать не умел. Однако, по пути, почти на окраине леса, им встретилась небольшая светловолосая девочка, что искала родных, но из-за языкового барьера её ни кто не понимал и, судя по эмоциям, а не внешней высокомерности, эта маленькая француженка была на грани паники.
Ситуацию спас Габриэль, представившись своим настоящим именем и достаточно свободно начавший успокаивать девочку не только словами, но и собственными псионическими способностями. «Умиротворение», как назвали это воздействие учёные проекта, действовало в небольшом радиусе от применяющего и купировало сигналы мозга, что «приказывали» телу вырабатывать гормон страха, подменяя его разного рода седативами и, в некоторых случаях, уменьшали критическое мышление. Последнее, к слову, бывало только с гражданскими, так как сила воли у них была субъективно ниже, чем у подготовленных к кровавой резне солдат.
Но девочка, на удивление псионика, не утратила способности к правильным реакциям на опасность, а потому, став немного более подозрительной, согласилась присоединиться. Хотя выбора как такового и не было. Лучше втроём идти по лесу, нежели слоняться одной и нарваться на «хулиганов», что устроили заварушку.
Единственное о чём однозначно жалел в данный момент Габриэль — это то, что в суете и попытках незаметно отделиться от рыжих он упустил возможность спасения гражданских, которых подвесили левитацией балахонщики в безликих масках. Сейчас туда возвращаться было бы странно и, к тому же, опасно, ведь пришлось бы защищать ещё и маленькую француженку. Да и как маскировать псионику (ведь с палочкой колдовать он ещё даже не пробовал) от неё было непонятно. По книге беспалочковым невербальным колдовством не владел, вроде как, никто. Однако в мельком просмотренных (и откровенно непонравившихся по ряду причин) фильмах такое присутствовало. Образы актеров, опять же, совпадали. Но это только образы, а вот внешность разнилась и порой очень значительно.
Однако, эти нюансы в данный момент не слишком сильно занимали перемещающихся по лесу людей. Впереди ещё было возможное столкновение с Малфоем младшим и запуск в небо черепушки со змеёй, однако у кого на этот раз Крауч младший стащил палочку тот ещё вопрос, ведь Поттеровский концентратор находился у него. Ну, формально у Габриэля, но сейчас о подмене знала только Лиза, что двигалась рядом и вполне профессионально осматривала округу, маскируя это под зевания и прочие выражения усталости, которой по факту не было, тем самым раздражая молодую француженку «непрофессиональностью и преступной расслабленностью» и поддерживая таким нехитрым образом в тонусе.
На удивление Габриэля, когда группа добралась до края антиаппариционного барьера, встреча с Малфоем младшим так и не состоялась. Возможно всему виной то, что с ними не оказалось Рональда, да и вейлы им так же не попались, а значит задержек в пути было гораздо меньше чем описывалось в изначальном произведении. Но всё это лирика. В данный момент псионик наблюдал за волшбой Лизы, что без концентратора делала пасы руками, создавая переход между точками пространства. Это действо так же привлекло и внимание маленькой француженки.
— Ce qu'elle fait? Nous sommes sortis de sous le dôme? (Что она делает? Мы же вышли из-под купола?) — задала она вопрос, мельком взглянув на Габриэля.
— Je suppose que cela nous aide à déménager dans un endroit plus sûr, (Полагаю, способствует нашему перемещению в более безопасное место,) — пожал плечами оперативник x-com, мысленно дав себе затрещину за то, что не предупредил ведьму о нюансах местных магов.
— Incroyable… (Невероятно…) — выдохнула девочка, рассматривая начавший расширяться зев портала, за которым уже виднелась какая-то пустынная улочка со зданиями причудливых конструкций, вероятно находившихся на Косой Аллее.
Не став долго размышлять, Габриэль шагнул в получившуюся арку, когда она перестала визуально увеличиваться, подавая пример француженке. Следом за ними прошла и Пурпурная Ведьма. Как только все трое оказались на Косой Аллее, портал схлопнулся с легким шипением и не на долго в воздухе появился запах озона. На такое явление некому было обратить внимание, так как дети оказались в одном из переулков, заканчивающихся тупиком и от того мало посещаемым.
Немного посовещавшись, а заодно попросив девочку не распространяться об увиденном, вся троица вышла на главную улицу, которая уже бурлила. Взрослые бегали кто куда, кричали разный бред, кто-то заливался слезами и причитаниями… В общем для псионика открылась обычная реакция непосвященных горожан, что наблюдалась при нападении пришельцев в первые месяцы вторжения лунатиков. Вычислить причину такого бедлама не составляло труда, ведь на чемпионате таки была запущена в небо «Черная метка». На периферии мыслей Габриэля вновь появилось желание узнать чью палочку использовал Крауч. Однако это было не слишком-то важно, а потому, стараясь не привлекать излишнего внимания, дети направились в гоблинский банк.
Суматоха снаружи ни как не отразилась на атмосфере внутри банка. Гоблины всё так же занимались своими делами со свойственными им скоростью. Несколько большей, если клиент был чем-то симпатичен, и более заторможено, но с изображением бурной деятельности, если клиент раздражал. Габриэль это выудил из памяти мальчишки ещё с первого похода в банк, просто молодой одиннадцатилетний ребенок не обратил внимания на некоторые действия окружающих и сказанные (или наоборот) тогда слова.
В общем-то дети без особых препятствий смогли подойти к одному из служащих банка и Габриэль взял на себя роль переговорщика, так как Лиза как-то очень странно стала рассматривать гоблинов. Слишком задумчиво, учитывая её предшествующее настроение, показную расслабленность и откровенный флирт, когда они оставались наедине.
— Приветствую, мистер. Нам бы найти родню вот этой гостьи из франции, — указав открытой ладонью в сторону Габри, произнёс псионик и после молчаливого кивка гоблина, продолжил: — а так же консультанта по различным вопросам.
— Хм-м… Оч-чень интересненько, — окинув всю нестройную компанию оценивающим и довольно заинтересованным взглядом, произнёс не представившийся гоблин. — Идите за мной.
Проследовав в какие-то внутренние помещения банка, дети расположились в одном из довольно богато обставленных кабинетов, по центру которого располагался стол, за которым уже находился кто-то из гоблинов, восседая на деревянном стуле, обитом красным бархатом и отделанным золотом. Подошедший младший сотрудник, обратился и что-то пояснил старшему, после чего удалился, лишь кивнув на выходе Габриэлю. О чём конкретно пойдёт разговор пока было непонятно, ведь Габриэль чувствовал, что чем-то вызвал очень выраженный интерес гоблинов и это ему однозначно не нравилось. Если они узнали о том, что он не совсем тот самый Герой Магического Мира (хотя вообще одной только задрипанной Англии, но да ладно), то могли начать действовать абсолютно непредсказуемо, начиная с поддержки (во что не верилось вообще) заканчивая шантажом или вообще каким экзорцизмом (вот это как-то более вероятным казалось). Пока в голове Габриэля прокручивались варианты по применению известных псионических способностей как можно незаметней для окружающих и отступлению куда подальше, Лиза решила в этот раз взять слово.
В не свойственной себе манере, она вежливо и с расстановкой начала разговор с гоблином на тему пополнения богатств и общего благополучия его общины вообще и Англии в частности (таки не только Габри внимательно слушал рассказы Билла), плавно переходя к сути обращения детей в Гринготтс. Гоблин, представившийся Златорезом, отреагировал на такое сперва настороженно, но после пары провокационных вопросов, начисто проигнорированных Ведьмой, впал в благодушное состояние и беседа потекла оживленней. За время такой пустопорожней болтовни псионик, устроившийся на стоящем боком к выходу диванчике, успокоился, а девочка из Франции задремала, уронив голову на его плечо.
— Я думаю, что стоит сперва позаботиться о иностранной гостье, — вступил в диалог представителя банка и Лизы, Габриэль, когда все формальности гоблинского приветствия были наконец пройдены.
— Да-да, мистер Поттер, этим уже занимается другой сотрудник, — доброжелательно кивнув, улыбнулся гоблин, демонстрируя неплохой набор острых зубов. — Не желаете пока присоединиться к чаепитию и поведать о своих проблемах, что возможно решить не выходя из банка?
Когда именно на столе появился чайный сервиз псионик, к собственному стыду, не заметил, а потому, дождавшись кивка от Лизы, изящно замаскировавшей это под глоток из небольшой чашки, присоединился. Аккуратно умостив Габри на диванчик и подложив ей вместо подушки свою свернутую кофту, он направился к столу, возле которого по мановению руки гоблина материализовался ещё один стул. Заняв предложенное место, Габриэль к разговору ни о чем и время полетело быстрей. Обсуждались в принципе любые темы, начиная от знаменитой Английской погоде и заканчивая историческими событиями магического и обычного миров.
Почему важный разговор не начался сразу, было понятно и так. Маленькая француженка была лишней при обсуждении имевшихся вопросов и все просто ожидали когда за ней придёт кто-то из родных, однако, время поисков уже длилось несколько больше, чем рассчитывал Габриэль. Скорее всего это вызвано неразберихой с Меткой на чемпионате, но обсуждения этого происшествия, как и самого чемпионата они не касались в разговоре.
По прошествии примерно часа, девочку наконец забрал взволнованный отец, которого выдернули аж из Франции, так как его жену и вторую дочь перебросило в какое-то защищенное помещение Английского Министерства Магии и выйти от туда они не могли, как и связаться. В общем мужчина был крайне недоволен действиями чиновников, а потому был немного на взводе, когда забирал Габриэль, что всё так же дремала на диванчике. Однако, это не помешало ему поблагодарить столь предусмотрительных юношу с девушкой, представившимся реальными именами (Габриэль и Лиза) и засвидетельствовать Долг Жизни. Конечно не обошлось без небольшого казуса… Когда уже собравшийся уходить мужчина со спящей девочкой на руках вдруг повернулся и предложил помолвку Габриэлю, на что Лиза в своей игривой манере изобразила ревность, провокационно прильнув к руке псионика. На сколько эта ревность была настоящей, боец x-com мог только догадываться, но он не верил в любовь с первого взгляда, так что в голове зародились некоторые предположения о порядках в этом Тейвате, откуда прибыла Пурпурная Ведьма.
Мужчина не обиделся и тихо посмеиваясь удалился. Молчавший же до сей поры гоблин наконец начал разговор более серьезным тоном:
— Итак… Лжи от вас во время представления чары помещения не уловили. Значит вы действительно не мистер Поттер и мисс Грейнджер.
— Именно, — подтвердил его слова псионик. — Однако оказались в их телах не по собственной воле и где сейчас они сами не представляем.
— Могу лишь предположить, что мы поменялись с ними местами. По крайней мере я с ученицей.
— Ученицей? — удивился гоблин.
— Да. Перед попаданием в эту ситуацию я проводила старый ритуал по поиску ученицы и преемницы знаний, — наконец стала полностью сосредоточенной и серьезной ведьма, перестав скрывать эмоции. — Однако, что-то явно пошло не так, как описывалось в древних свитках.
— Мне ты говорила несколько иное… Но да ладно, — чуть нахмурившись и сверля взглядом девушку, произнёс Габриэль. — В этих свитках говорилось сколько продлится такой эффект обмена?
— Нет. Они были частично повреждены и если что-то и было написано об этом явлении, то не пережило веков, — пожала плечами девушка.
— И откуда тогда уверенность, что это именно ритуал поиска ученика, а не обмена телами? — продолжал напирать псионик, понемногу выходя из себя.
У него ведь остались в том мире подопечные, незавершенные дела и прочее. А теперь, возможно, на его месте обычный четырнадцатилетний зашуганный школьник, ничего не знающий о мире и инопланетной угрозе. Слабым утешением было только то, что он наверняка появился в теле будучи на базе Проекта и наверняка взят в оборот белохалатниками и, возможно, Лирой. О том, что душу Поттера могло просто выкинуть в никуда думать не хотелось (всё же не заслужил мальчишка такой судьбы), как и строить предположения о том, что будет с телом без души. Из быстрого анализа самым оптимистичным был вариант с комой.
— Так было написано в заглавии. И общие вехи с другим подобным ритуалом имелись… — начала было пояснять Лиза.
— Так почему не использовать было его, а не неизвестную абракадабру без подробной инструкции?! — вскочил с места Архангел. Глаза его сияли фиолетовым ореолом, а вокруг тела стала клубиться тьма с таким же оттенком, спадая вниз, будто пар в морозный день.
— Не твоё дело, — так же резко встав, произнесла девушка, а в воздухе вокруг её тела стали плясать разряды молний. — И вообще, ты не был частью ритуала, а значит попал сюда каким-то иным способом. Не смей винить меня в своём положении.
— Воу-воу… Вынужден напомнить, что вы находитесь в банке Гринготтс и за разрушения придется платить из сейфов молодых людей, чьи тела вы заняли, — включился наконец гоблин в перепалку между магами явно, владевшими знаниями и умениями превосходящими текущих… Магглов с палочкой.
— Пф-ф-ф… Прошу простить меня за вспышку, — первым успокоился мужчина, погасив эффекты вокруг себя, и, чуть поклонившись гоблину в знак благодарности, что одёрнул, повернулся к ведьме: — Ты в праве злиться на мои слова, Лиза. Но давай сперва займёмся решением текущих проблем. Когда за нами примчится рыжее семейство или вообще один бородатый пидорас — я не знаю, но вряд ли они это оставят без внимания. Нам лучше не сильно выделяться.
— Вы явно не жалуете Великого Светлого, — задумчиво и оценивающе взглянул на псионика Златорез. — Есть за что?
— Я задолбался его кружева в памяти мальчишки распутывать, — прямо ответил Габриэль. — Это не считая отсутствия ключа от детского сейфа у Поттера и постоянных изъятий наличности от туда без его же ведома.
— Оу… Это весомые обвинения. Однако пустить их в ход мы не сможем, так как вы не Поттер, — задумался гоблин, постукивая ногтем по блюдцу с опустевшей чашкой. — Хотя, мне сообщили, что по сейфу уже предприняты меры и начато расследование.
— Я и не рассчитывал на большее, — честно признался мужчина, пожав плечами, после чего уже несколько задумчиво продолжил: — Сместить председателя верховного суда магов даже с такими обвинениями будет нереально. Раз уж я попал на место мальчонки, то постараюсь сделать так, чтобы судьба его по возвращению была несколько лучше уготованной.
— А не желаешь забрать его к себе, как ученика? — предложила наконец успокоившаяся ведьма.
— Мир откуда я — не самое лучшее место для жизни, не говоря уж о воспитании детей. У нас уже второй год идёт война с врагом, превосходящим нас и технически и… Магически. Весь мир объят этой войной с захватчиками из глубин космоса…
— Хм… Действительно не лучший вариант, — согласилась девушка. — Тогда может ты сюда переберёшься?
На последнее предложение псионик резко поднял взгляд на неё с вновь расползающимся по радужке глаз фиолетовым свечением. Бросать подопечных и сбегать в иной мир ради воспитания единственного мальчишки, Габриэль считал как минимум предательством и дезертирством.
— Ладно, ладно, прости. Я поняла, что тебе эта мысль не по нраву, kawaika-chan, — верно истолковала посыл Лиза, ответив вновь вернувшись к своей излюбленной манере поведения. Однако, вместе с этим она при встрече взглядов направила ему мысленный посыл: — «Ты прощён на этот раз, но нам ещё будет что обсудить без лишних ушей».
В итоге вернулись в логово рыжего семейства Гарри и Гермиона только под утро и в сопровождении Билла Уизли, которого вызвали в банк по каминной связи. В их объяснения, что они в толчее отбились от остальных и кое как сумели попасть на Косую Аллею, похоже поверили не все, но и уличить во лжи не смогли, да и были все какие-то явно нервные. Большую часть запланированных изначально дел Габриэль с Лизой смогли выполнить, а это было главным.
В частности гоблины, выступив как третья сторона ритуала, магически признали право Пурпурной Ведьмы на взятие в ученицы Гермиону Джинн Грейнджер, а это означало, что у девочки теперь по сути появилась та, кто сможет решить её проблемы в магическом мире. Тем более сейчас, находясь в её теле. Как предположила Лиза, в её случае обмен произошёл по причине больших неприятностей у Гермионы, без разрешения которых переместить её в иной мир не представлялось возможным (хотя при изучении деталей ритуала, ни в одной его вехе она не нашла отсылок на иные миры). И выяснить, что же не так в жизни этой маленькой ведьмочки, ей ещё предстоит.
Габриэль так же повторил эту процедуру, пускай и не проводил никаких ритуалов. Подстраховаться было бы неплохо. К тому же магический наставник становится опекуном ученика, что по идее должно было аннулировать опекунство Дамблдора над Поттером согласно договора, заключенного при вступлении мальчика под своды Хогвартса в начале первого курса. К удивлению псионика — это сработало. Так как после произнесения слов поверенного гоблинов он почувствовал слабую связь, как при Контакте Разумов, редко применяемой псиониками технике, позволяющей усилить друг друга, но при этом открывающей друг перед другом все тайны, секреты, чувства и прочее. И эта связь шла откуда-то издалека, принося с собой слабые отголоски эмоций, испытываемых Гарольдом.
Говорить об этом он не стал, сперва решив попробовать своими силами разобраться в произошедшем, а если не выйдет, то обратиться к Лизе, как более сведущей в этом направлении. Всё же мужчина был военным с не до конца исследованными сверхъестественными способностями, а не полноценным магом, прошедшим обучение в академии, в мире, где магия — это обыденность.
Собственно до конца каникул так и не состоялось разговора между ведьмой и псиоником. Зато удалось выяснить чью палочку использовал Крауч младший… Как не забавно этим неудачником оказался отец рыжего семейства, который теперь был отстранён с должности и помещён под стражу в аврорате до выяснения подробностей. Так что домой Уизли так же вернулись не на много раньше Габриэля с Лизой. Ещё близнецы были чем-то раздосадованы, чем именно понять не сложно, зная книгу, но вот при матери они только отшучивались.
В общем и целом настроение царило такое, что никому ничего простого делать не хотелось, а вот доказать невиновность отца семейства хотелось… Но не моглось. Ведь обследование последних заклинаний палочки показало там Черную Метку. В то, что у сотрудника министерства кто-то так просто смог украсть палочку окружающим верить не хотелось. Им хотелось найти крайнего за устроенный бедлам после Чемпионата Мира. В особенности старалось Министерство с Фаджем и Малфоем во главе. Этому была посвящена целая статья в «Ежедневном Пророке».
Засветился там и бородатый долькоед, пытавшийся отмазать от Азкабана своего сподвижника. Судя по цитатам, он действительно очень старался это сделать. Ну, по крайней мере сказано было куда больше, чем при аресте Сириуса Блэка, показанного в фильме. Габриэль очень надеялся, что такой пример заставит задуматься крёстного Поттера (называть Гарольда учеником он не мог, так как и не знаком-то с ним лично по сути). Про «сделать выводы» — это план максимум на этот учебный год, так как псионику не хотелось оставлять пацана на попечение Дурслям, до вправления им мозгов. Хотя и после тоже. Опасности подвергать гражданских он не привык, а не владеющие магией люди, даже с оружием, всё равно имеют больше шансов перед простым грабителем, чем перед магом. То, что вопрос с Волан-де-Мортом разрешится в этом году он не верил, ведь если принять за правду в последней инстанции содержанию книг, да и подкрепить немного логикой, выходило, что не живое убить не получится. На первом курсе ведь Реддл смог свалить из умирающего тела тёмным туманом, что ему помешает повторить это вновь, если постоянная привязка огрызка этого лорда к физическому телу будет отсутствовать? Тот гомункул, в котором он сейчас сидит, наверняка тоже является временным и долго без определенных поддерживающих зелий и прочего прожить не сможет.
— Знать бы как можно его ограничить в перемещениях… — пробормотал вслух свои мысли Габриэль, сидя в купе поезда с Лизой.
Рональду, как и близнецам с Джиневрой, в этом году дали отсрочку на посещение школы в связи со сложившейся ситуацией, потому доставлять их будет по видимому сам директор или кто-то ещё из преподавательского состава школы. Так что в поезде, спустя неделю после событий на Чемпионате, псионик с ведьмой наслаждались тишиной и обдумывали каждый своё. Благо в прошедшую неделю почти не было отвлекающих факторов и, помимо планов на будущее подопечных, оба успели поверхностно ознакомиться с необходимой литературой за прошедший и предстоящий курсы.
— Были бы мы в Мондштадте, я предложила бы комнату допросов, что так рьяно защищает от меня милашка Герта… — отлипнув от книжки произнесла девушка.
— М-да… — с легким скепсисом произнёс Габриэль, вновь наткнувшийся на стену эмоционального отчуждения Лизы. — Не забивай себе голову, это наши с Поттером будущие проблемы.
— Если это его проблемы, то и моей ученицы, наверняка, тоже. Они ведь друзья с первого курса, — немного серьезней произнесла ведьма, откладывая учебник по истории магии. — Не ты один исследовал память подопечного. Кстати, мне вот стало интересно, их фамилии мы знаем, а вот друг другу до сих пор полностью так и не представились.
— Не велика проблема, — пожал плечами псионик. — Меня зовут Димитров Габриэль Красимирович. Урожденный болгарин, ныне квартирующий где-то в восточной Европе на секретной базе проекта по защите человечества.
— Ну, так тоже неплохо, — немного улыбнулась девушка, наконец приоткрыв свои чувства, дабы показать искренность. — Я библиотекарь Ордо Фавониус, защитников Мондштадта. Зовут меня Лиза Минчи, но для друзей просто Лиза.
— Ведьма-библиотекарь, да с таким… Характером? — с легкой ухмылкой поднял бровь Габриэль, намекая на внешность.
— Что-то имеешь против? — чуть прищурившись игриво спросила девушка, в которой уже с трудом можно было узнать ту самую заучку-Гермиону с вороньим гнездом на голове.
В прочем и забитого мальчишку в обносках тоже видно не было в нынешнем образе Гарольда Поттера. Оба пришельца из иных миров, после доставки их Билом и Чарли при помощи каминной сети на дробную платформу, предпочли найти уединенное купе в хвосте поезда, дабы не пересекаться с остальными знакомыми и оделись согласно собственному вкусу. Габриэль предпочитал армейскую функциональность и надежность, но со школьной формой это вязалось слабо, а она в приоритете. Потому внешне всё больше было похоже на офицерский наградной костюм-двойку x-com в черных тонах и красно-оранжевой нашивкой факультета. Обувь он всё же смог заказать максимально похожую на армейскую, воспользовавшись услугами гоблинов. Волосы так же были приведены в порядок при помощи банальной стрижки, в проведении которой не отказала Лиза. А шрам был замаскирован капелькой женской штукатурки, дабы так сразу не бросался в глаза изменённый стиль Гарольда (Псионик всё так же лелеял надежду на некоторую скрытность и сохранность секрета хотя бы своей личности). Очки отправились в чемодан, ведь начатый курс магических препаратов (бедная Хедвиг, прошедшая между прочим «проверку на вшивость», так часто заниматься доставкой посылок она, пожалуй, не привыкла) по корректировке зрения не предусматривал их ношение уже после первых двух приемов, что произошли ещё в первые дни от возвращения из банка.
Ведьма же одета была весьма откровенно, хотя и грани местных приличий не переходила. В основном в одежде преобладала, так любимая Лизой пурпурная цветовая палитра, немного разбавленная черным, белым и узорами с золотой окантовкой. Одета же она была в темные чулки (Да, она не стесняясь стала переодеваться вместе с Габриэлем, не дети малые всё же), плиссированную юбку, на ладонь выше колен, легкое темное боди и поверх него тканевый корсет, который вместо лифа поддерживал и прикрывал грудь девушки (которая «внезапно» уже неплохо оформилась в пятнадцать-то лет). На плечах была накидка, прикрывающая лишь спину и руки до середины предплечий таким образом, что закутаться или запутаться в ней было проблематично, но при этом оставляя ключицу и шею Гермионы открытой. Волосы же она предпочла расчесать и сплести в косу, скрепив на конце заколкой с пурпурной розой, соткавшейся буквально из воздуха.
Всё это делало из двух подростков, сидящих в купе, абсолютно других, более взрослых, людей. Внешне больше соответствовавших самим себе в их родных мирах, а потому редкие школьники, заглядывавшие в купе, не узнавали в них своих одногруппников и Габриэль с Лизой не безосновательно надеялись добраться до школы без происшествий. Однако их чаяниям не суждено было сбыться, так как Малфой младший объявился в дверях как раз после последней произнесённой девушкой фразы.
— Я слышал тут едут какие-то новые ученики… — начал было парень в свойственной ему манере растягивая гласные, но оказался сбит с толку внешностью присутствовавших, явно не учеников-одногодок. Чуть опомнившись он сделал шаг из купе, но проход преградили не слишком умные сквайры. — Ой… Прошу простить. Меня ввели в заблуждение сказав, что тут находятся переведенные откуда-то ученики четвертого курса.
— Tout le monde a droit à la liberté de pensée… (У каждого есть право на свободу мысли…) — философски заметил Габриэль, продолжая насмешливым взглядом рассматривать привставшую с места ведьму, что при этом чуть выгнула спинку, дабы бюст, скрываемый корсетом, казался ещё немного больше. Глаза псионика чуть сверкнули фиолетовым, передавая Лизе ментальный посыл: — «В эту игру можно играть и вдвоём».
— Daremoga shisōnojiyū ni taisuru kenri o motte imasu, (Но не всем их стоит озвучивать,) — так же ни к кому не обращаясь ответила Лиза, чьи кончики губ чуть приподнялись в легкой улыбке, ведь она была в курсе, что псионик вполне сносно может говорить и на японском, как тут назывался язык Мондштадта, Ли Юэ и островов Инадзумы, а вот вошедший нет.
— П-простите… — вновь попятился из купе, уже расталкивая и раздавая «незаметные» пинки по ногам сквайрам, Малфой, не понявший последней фразы, по его мнению, иностранной ведьмы (П.А. Хотя вообще иномирной, но какие его годы? : -)). Наконец выбравшись в коридор вагона, парень произнёс с поклоном: — Je vous souhaite un bon voyage! (Желаю вам хорошей поездки!)
Когда удаляющийся топот ног наконец стих, Лиза с Габриэлем весело фыркнули, принимая вновь расслабленные позы на своих местах, заодно представляя последующую реакцию Драко, когда тот узнает в них Гарольда и Гермиону.
— Эх, ни каких манер у местной золотой молодежи… — «горестно» вздохнул псионик, махнув в сторону входа рукой с чуть заметным фиолетовым свечением, закрывая дверь телекинезом. — Хотя у таких как он всегда с манерами проблемы при общении с кем-то «ниже по статусу».
Дальнейший путь до Хогсмида прошёл без казусов и происшествий. К ним ни кто не заглядывал и не тревожил расспросами или рассказами о проведённом лете или прошедшем чемпионате. Однако дождь всё так же лил и на севере Шотландии, где находился Хогвартс. Перед выходом Лиза с Габриэлем предпочли одеться в предназначенные для подобной погоды плащи, нежели школьные мантии. С наполненным грустью вздохом, ведьме пришлось отказаться от ношения любимой остроконечной шляпы с украшением-розой на ленте у полей и убрать её под плащ, дабы уже в замке наконец одеть.
Закутанная в плащи, с накинутыми на голову глубокими капюшонами, пара проследовала под ливнем с грозой к уже ожидавшим каретам. Не став особо разбираться кто где и с кем садится, так как учеников можно было визуально различить разве что по росту, но ни как не по факультетам, Габриэль помог Лизе и ещё двум девушкам, шедшим рядом, подняться в транспорт, после чего залез уже сам, внутри аккуратно скинув капюшон, чтобы не обрызгать кого-то и самому не мокнуть. Какой бы ни была ткань водоотталкивающей, но у всего есть предел. Так же поступили и остальные. Попутчиками псионика и ведьмы оказались две светловолосых девушки, похоже являвшимися сёстрами. Чуть присмотревшись и найдя нашивки на воротниках, Габриэль лишь чуть слышно хмыкнул, так как в памяти всплыла только одна фамилия сестёр с факультета Салазара.
— Доброго вечера, леди Гринграсс. Астория, — кивками поприветствовал девушек Габриэль.
— Доброго, мистер… — начала было отвечать Дафна, но запнулась, поняв, что пускай двое учеников напротив и выглядят знакомо, но она их не узнаёт. — Боюсь нас не представляли, и я теряюсь в догадках кто вы.
— Хм… Действительно, лично мы ранее не общались, — немного задумчиво пролистал память парня Габриэль, отвечая. После чего решил представиться как полагается: — Я Гарольд Джеймс Поттер. Наследник рода Поттер.
— Оу… — чуть округлившимися от удивления глазами произнесла девушка, прикрыв ладонью ротик.
— Ну а я Гермиона Джинн Грейнджер. Ведьма в ученичестве, — также представилась Лиза за свою ученицу, заодно указав на статус.
— А вы… Изменились за прошедшую неделю, — уже нейтрально произнесла Дафна, видимо припомнив их на ложе Чемпионата Мира. Но буквально мгновением позже задала, похоже, самый давно интересующий её вопрос: — О чем Вы общались с Виктором Крамом, мистер Поттер? Если не секрет, конечно.
— Не секрет, — пожал плечами парень. — Нас просто представил друг другу господин Панайотов и мы с болгарином договорились как-нибудь посоревноваться в полётах.
— Как интересно… Вы считаете, что Вам вскоре посчастливится встретиться вновь?
— Конечно. Ведь лишь глухой не слышал о готовящемся турнире трёх школ и Виктор всё ещё ученик одной из них, — вновь пожал плечами Габриэль, располагаясь поудобней на сиденье. К нему тут же прильнула Лиза, маскируя это тем, что не удержалась от очередного резкого крена кареты от сильного порыва ветра снаружи. Правда отстраняться не торопилась, что вызвало стеснение у Астории и довольно странный клубок эмоций у её старшей сестры.
Дальнейшие обсуждения пошли уже о предстоящем турнире, школах-участницах и прочих связанных мероприятиях, таких как Святочный Бал. Как не странно, в это обсуждение с удовольствием включились и Астория и Лиза, по памяти Гермионы бывавшая во Франции с родителями, а так же вполне не прочь обсудить различные фасоны платьев. В итоге к концу поездки девушки были довольны компанией друг друга и проведенным временем, а вот Габриэль лишь изредка отвечал на вопросы и следил за дорогой, попутно составляя собственное первое впечатление о приближающемся замке.
Было в нём что-то странное. Что-то, что выделяло его на фоне иных видимых ранее в магическом мире строений. То, что Хогвартс построен на некоем источнике магии было описано в книге по истории этого замка. И этот источник был чётко ощутим и подобен гейзеру глубоко под землёй… Вот только до замка добирался, образно говоря, лишь пар от него. Что-то блокировало поток магии. Возможно это сделали ещё Основатели, а возможно это нагромождения уже их наследников и преемников. Однако понимание, что строению уже почти не хватает того объёма магии, поступающего из-под земли, для поддержания его целостности, было очень странным и…
Внезапное озарение чуть не стоило Габриэлю валяния в луже у подножки кареты, так как двери открылись самопроизвольно. Быстро сориентировавшись и ловким движением накинув капюшон, парень выскочил на улицу, сразу подавая руку девушкам, другой придерживаясь за ручку, что не позволила ему упасть в грязь лицом в прямом смысле.
Благодарно приняв помощь, девушки вышли из кареты и всё той-же группой направились по ступеням к створкам главного входа в замок, по пути к которым Габриэль незаметно применил, и продолжал поддерживать до входа под своды освещенного факелами холла, конусообразное телекинетическое воздействие, что незаметно отклоняло большую часть падавших с неба капель. Пусть это не помогло остаться полностью сухими, но всё же и промокшими до нитки четвёрка учеников не были.
Всё же заметившая странность огибавших их в пути капель дождя, Дафна задумалась над увиденным, однако долго размышлять в проходе ей не дала вспышка пурпурной молнии, почему-то двигавшаяся куда-то вверх, в потолок, а не наоборот в землю. Раздавшийся следом противный визг, обозначил попадание в цель, коей оказался Пивз, а громкие шлепки наполненных водой шариков об головы не успевших убраться подальше студентов вызвали бурю негодования и толчею, но уже внизу. Псионик просто на рефлексах среагировал на опасность сверху и запустил еле видимую по искажениям в воздухе телекинетическую волну, не давая и шанса мокрым бомбочкам полтергейста (а не как изначально почудилось, плазменных гранат от очередного кибердиска) навредить спутницам. А заодно и отбрасывая их на головы других, ещё менее удачливых учеников.
— А вы не перестаёте меня удивлять, мистер Поттер, — спокойно произнесла Дафна, быстро сопоставив произошедшее вокруг и позы двух, внезапно открывшихся с новой стороны, гриффиндорцев.
— Случайность… — попытался уйти в несознанку Габриэль, понявший, что кое кто увидел слишком многое для первого, относительно близкого, знакомства.
Помощь ему в этом деле внезапно подоспела откуда не ждали. Разобраться с безобразием, устроенным Пивзом, поспешила декан Гриффиндора, вышедшая из дверей главного зала, однако поскользнулась на мокром полу и, дополнительно подтолкнутая кем-то из спешащих в сухость студентов, упала. Помог ей встать подошедший псионик, подав руку. Минерва МакГонагалл, по мнению Габриэля, была лишь пешкой директора с завязанными глазами, а потому неприязни к ней он не испытывал.
— Спасибо мистер… Э-э-э… Поттер? — попыталась поблагодарить за помощь ученика зам директора, однако, подняв на того взгляд, внезапно замешкалась, явно сбитая с толку новым стилем причёски и отсутствием очков у давно привычного разгильдяя Гарри Поттера.
Справившись с некоторой заминкой, Минерва применила на присутствовавших чары сушки и отправила размещаться в большой зал. Сама же принялась прибираться в холле замка, так как силами одного только завхоза Филча с таким потопом не совладать. Да и ей в данный момент необходимо было чем-то занять руки и голову, так как новый облик Поттера всё никак не шёл из мыслей.
«А ведь с ним рядом была ещё одна смутно знакомая ученица…» — пришла внезапная мысль профессору трансфигурации.
**=**
День Драко Малфоя не задался с самого утра. Сперва отец, вот уже неделю измывающийся над отцом этих рыжих Уизелов, строго настрого запретил выделяться в школе в ближайшие месяцы, пока шумиха с Меткой не уляжется. Потом маман, снова полезшая с проявлениями заботы, как будто он маленький ребёнок. Хорошо хоть не на платформе… Потом в поезде он не смог отыскать ни одну рыжую макушку, чтобы вдоволь отвести душу перед целым месяцем молчания (ведь огорчать отца в такой мелочи не хотелось). Поттер и даже грязнокровка Грейнджер тоже куда-то подевались… Дафна снова завела свою пластинку о хороших манерах «в присутствии её сестры и не только». Неловко вышло и с иностранными студентами, что не захотели говорить с ним, ясно дав понять об этом перейдя с английского на, вероятно, родные языки. Сейчас же Драко сидел за столом в большом зале со своими сквайрами и Паркинсон. Будучи ловцом сборной факультета, парень быстро освоил как чары позволявшие быстро высушить одежду, так и чары, что в последствии не позволяли ей намокнуть, ведь тренировки Маркус Флинт устраивал в любую погоду, независимо от хотелок команды. Но несмотря на сухую одежду, согреться толком не выходило. Толи виной тому был сквозняк, гулявший по залу, толи зачарованный потолок, что показывал всё ту же промозглую погоду, постоянно напоминая, что там, за стенами, сейчас ливень с грозой… Размышления Драко были нагло прерваны ударом по ноге от Панси, что сразу же указала на входящую в зал группу учеников, среди которых сразу угадывались светлые макушки сестёр Гринграсс. А сопровождали их та самая пара новых учеников, почему-то уже нацепивших значки Гриффиндора в обход распределяющей шляпы. Однако всё встало на свои места, породив ещё больший ворох вопросов, после невольно подслушанного диалога. — Кажется тут наши пути, надеюсь, лишь временно, разойдутся, — приостановился короткостриженый парень у столов Слизерина, следом беря за ладонь Дафну и целуя её, с легким поклоном, — Был рад узнать Вас поближе, леди Гринграсс. Астория, было приятно и с тобой общаться. — Благодарю за хорошо проведённое время и защиту от неприятностей, Гарольд, — присела в книксене старшая девушка и искренне улыбнулась парню, тем самым привлекая очень многие взгляды и с соседних столов. Вокруг стал нарастать гул от перешёптываний на тему столь положительной реакцией на подобные действия довольно привлекательного незнакомца, смутно кого-то напоминающего. Только Драко не верящим взглядом уставился в столешницу, сопоставив имя и внешность уже виденного парня. Следом, будто издеваясь, в ещё больший шок его повергла спутница Поттера, что однозначно была очень привлекательна и Драко уже даже начал обдумывать как перед ней извиниться за поезд и познакомиться получше… Но сказанная Дафной на прощание фраза, обращённая к ней, будто маггловский тумблер, включила ассоциативный ряд: — До встречи, Миона. Давай завтра в библиотеке продолжим наш диалог. «Я хотел извиняться и знакомиться с грязнокровкой» — именно эта мысль осталась пульсировать в резко опустевшей от шока голове слизеринца, лишь немногим позже сменившись на: — «Надо разузнать у невесты подробности». Какие именно подробности надо узнавать у Астории, Малфой сам ещё не понимал, однако за столом этого делать не стоило. Позже. Возможно на вечерней трапезе, что традиционно проводилась в гостиной факультета вернувшимися с лета учениками… Додумать цепочку действий молодому человеку не дало начавшееся распределение и последующий пир.**=**
Пир окончился, объявление директора о Турнире прозвучало, факультеты уже разошлись по гостиным, а преподаватели по своим апартаментам готовиться к предстоящему дню проверки знаний и сну. Лишь задумчивый больше обычного зельевар сидел у себя в кабинете и потягивал огневиски. Новый год со стадом не желающих даже вникать в суть предмета школьниками обещал быть всё таким же раздражающим, как и предыдущие. Качественные изменения во внешнем виде и поведении Поттера и, внезапно, Грейнджер, подмеченные мужчиной в процессе пира не предвещали ничего хорошего. По крайней мере лично для Северуса. Качественные изменения в знаниях ещё следовало проверить и именно вероятность их наличия воспринималось скептически мастером зельеварения. Давать очередной шанс сыну Поттера маг не собирался… Однако, для сына Лили были возможны послабления, хоть и маловероятны. С магглорожденной вариантов было однозначно меньше, но всё покажет ближайшее занятие. То, что директор заметил изменения у этой пары и забеспокоился было видно, несмотря на отличный контроль лица у старика. Но, выдали его настрой лишь пара как будто невзначай заданных преподавателям вопроса, касающихся учеников. Один из них был обращён и к зельевару, ведь произошло невиданное до селе событие: Поттер и Грейнджер спокойно общались со слизеринками. Да ещё и какими! Самой «Снежной королевой» факультета и её сестрой. Прозвища учеников не были чем-то секретным для преподавательского состава и периодически поднимались при перемывании косточек старшим курсам. Ещё немного посидев у камина, наблюдая за лепестками пламени и допивая последний на сегодня бокал огневиски, Северус таки направился спать. С Поттером и Грейнджер он в любом случае разберётся, как и с остальным стадом, но это будет точно не сегодня.**Грейнджер-impact**
Свалившейся на голову юной волшебницы неделю назад приключение сперва сильно выбило из обыденной колеи. Однако, развеивания иллюзии, обратного обмена телами или перемещения в Англию всё не происходило и Гермионе пришлось перестраиваться под распорядок для этой Лизы. И дело было даже не столько в боязни девушки, что подмена раскроется, а в том, что Мондштадт, город, в котором жила библиотекарь, был очень похож на сказку. Сразу вспомнились первые дни пребывания в Хогвартсе. Только тут была не закрытая школа, а целый город, архитектурой напоминавший что-то Европейское. Один только храм Барбатоса чего стоил. А то, что маги тут не скрывались от простых людей? Это вообще сперва повергло Гермиону в шок. Всё же правила Статута оказались куда как сильнее вдолбленны в голову юной волшебницы, чем она сама думала. Вообще с местной магией у Гермионы по началу возникли некоторые неурядицы. Так к примеру она не сразу поняла, что местные маги колдуют без палочки, но вот то, что у каждого из них обязательно имелся при себе небольшой кулон с камнем, натолкнуло её на мысль исследовать их подробней. Ведь брошку Лизы она так и не рискнула более вновь пытаться снять. Слишком уж показательным, хоть и мимолётным, был тот упадок сил в первый раз. Вернувшись на следующий день в библиотеку, девушка обнаружила на рабочем месте Лизы небольшую книжечку, оказавшуюся дневником Пурпурной Ведьмы, как было написано внутри. Что это такое, титул или просто прозвище женщины, в тело которой попала Гермиона, она пока выяснять не стала, углубившись в изучение ближайших планов библиотекаря. По началу она даже не обратила внимание, что написано всё на абсолютно незнакомом ей языке, похожем на восточные иероглифы. Но когда поняла, это вызвало лишь дополнительный интерес из разряда «Как так? Надо разобраться. Но позже.» Ничего сверх сложного в них не было, скорее рутина. Поняв это, девушка немного расслабилась, но контактировать с кем бы то ни было решила поменьше. По мере чтения пометок в голове всплывали некоторые образы к кому нужно обращаться и где их искать. Вот вроде бы и дела не сложные, однако ведьме нужно было весь ворох мелочей контролировать. По началу к подобному перекладыванию задач на других, Гермиона отнеслась отрицательно, однако, со временем, обдумав такой подход и своё текущее положение, была даже благодарна этой Лизе, так удобно всё организовавшей. Несмотря на скепсис, ученице Хогвартса всё же пришлось признать, что подобный подход к планировке дня и прочих мелочей, вроде совместного завтрака с Джинн, с которого начиналось почти каждое утро, очень был похож и на её собственный. Девушке откровенно не нравилась расхалябанность Рональда, а вместе с ним и Гарри, потому нечто похожее она пыталась привить и им, однако что-то в своё время, ещё на первом курсе, она упустила и поняла это только попав в столь неоднозначную ситуацию. Но возвращаясь к списку дел ведьмы. Девушка невероятно воодушевилась доступом к новым, а главное абсолютно отличным от даваемых в Хогвартсе, знаниям. Первым делом она принялась изучать информацию по кулонам, носимым всеми местными магами и называемых ими Глаз Бога. Благо в вотчине Лизы информации о них было немалое количество, однако вся она казалась какой-то неполной. Для начала все эти красивые камешки оказались на деле концентраторами, на подобие волшебных палочек в Англии, но узкоспециализированными на какой-то одной стихие. Что впрочем не мешало пользоваться какими-то общими заклинаниями, преобразуя энергию элементов с некоторыми потерями магии в нейтральную или вовсе в иную стихию. Но в последнем случае затраты сил росли пропорционально некоему кругу магии, по которым распределялись известные заклинания. Так на какое-нибудь заклинание воды первого круга при преобразовании у пользователя Глаза Бога иного типа затрачивалось примерно в полтора или два раза больше сил, чем на аналог, но родной магу и концентратору стихии и так далее. Даже обстановка вокруг колдующего в данный момент могла значительно повлиять на результаты. Особенно если применялась ярко выраженная стихийная магия, что, внезапно, оказалось логичным, даже по меркам Гермионы, уже почти привыкшей к традициям магов своего мира, которые не вдавались в природу и обоснования подобных явлений. По крайней мере в школе такое не разбиралось и многое ей приходилось либо искать самостоятельно, либо (что в первые годы обучения было чаще всего) принимать на веру и «потому что это Магия!». Изучение нового подхода к некоторым методам использования магии, в частности, что колдовать удобней не через палочку-концентратор, а своими руками, на столько увлекло девушку, что неделя пролетела незаметно. Она не замечала неназойливого внимания некоторых личностей, что так же часто присутствовали в здании Ордена рыцарей («Подумать только, настоящих рыцарей!» — была первая восторженная мысль Гермионы, когда она об этом узнала. Второй оказалась более заполошная: «Но ведь эта Лиза тоже член этого ордена! Меня раскроют на первом же собрании!»). В частности смуглокожий парень с повязкой на глазу несколько раз захаживал в библиотеку за книгами и невзначай интересовался делами Лизы. Увлечённая чтением в это время девушка отвечала не свойственными себе фразами, будто из подсознания. Лишь после отвлечения от чтения осознававшей что именно и как она говорила (чаще всего это был лёгкий, но достаточно двусмысленный, флирт, что вгонял в краску юную Гермиону). Однако не всё оказалось так радужно. Когда девушка не была чем-то увлечена, отвечать ей приходилось самой и повторить хотя бы манеру речи Пурпурной Ведьмы у неё не получалось, что уж говорить об интонациях и прочих мелочах, отсутствие которых стали замечать многие посетители, общавшиеся с ней ранее. Так в одно очень красочное утро, сразу после завтрака, Джинн попросила девушку зайти к ней в кабинет. Что что-то не так, Гермиона поняла только когда дверь захлопнулась, а в зоне видимости появилось ещё несколько действующих лиц. — Итак… — резко развернувшись и облокотившись на свой письменный стол, строгим голосом начала временный магистр Ордо Фавониус. — Представься, пожалуйста. — Джинн? — удивилась таким переменам Гермиона, начав нервно оглядываться и стараясь понять, как так вышло, что несмотря на все её старания подмену раскрыли. — Прошу, не усугубляй своё положение. Мне не хотелось бы применять силу, — с нажимом продолжала хозяйка кабинета. — Хо-о… Глава, не стоит её так пугать. Разве так следует обращаться к незнакомой, но однозначно почётной гостье? — чуть растягивая слова, подобно Малфою, но всё же куда более приятным голосом протянул выглядящий молодо смуглый темноволосый парень в бело синем одеянии и с повязкой на глазу. — Хм-м-м… Тут что-то многовато судеб для одной женщины… Да ещё вторую не разглядеть никак… — задумчиво рассматривая висящий в воздухе над… емкостью с водой (тазиком?!) голубоватый рунный круг, произнесла другая девушка, одетая в купальный костюм или что-то очень похожее, но с ведьмовской шляпой на голове. — А-а-а! Паймон кажется поняла! — писклявым голосом вскричала непонятная летающая человекоподобная вроде бы девочка… Что крутилась вокруг странной, предположительно, ведьмы и стоящим рядом блондином в не менее странных одеяниях. — Хм? Что ты имеешь ввиду, Мона? — обратил внимание на оговорку парень и всмотрелся в висящие круги, пытаясь понять в них хоть что-то. — Ну-у! Почему ни кто не слушает Паймон?! — чуть притопнув в воздухе пропищала обиженная… малявка. Но долго унывать игнорированием своей личности она не стала и повернулась к Гермионе: — Эй, Не-Лиза, а у тебя есть какие-нибудь вкусняшки? Ну такие, особенные? — Ох-х… — тяжко вздохнула от нарастающего балагана Джинн и приложила ладонь к лицу, чуть качая головой. Она ведь знала чем кончится очередной приход Итэра с Паймон. И если к парню претензий не было никаких, то вот к его летающей спутнице, что вечно искала что-бы вкусного покушать, встревала в любой, даже очень серьезный, разговор и вообще часто откровенно раздражала — пускай и была в такие моменты довольно забавной и это всё же перевешивало — вопросов было достаточно. Да даже Кли, что рыбу в озере вокруг Мондштадта ловит с помощью взрывчатки, является менее шумным ребёнком! — Эм… мисс Гуннхильдр, с в-вами всё в порядке? — аккуратно спросила волшебница, решив обращаться к старшим так, как давно привыкла. Однако гул голосов вокруг продолжал нарастать и по видимому магистр не услышала тихого вопроса девушки. Каждый говорил о чём-то своём. Итэр с Моной обсуждали что-то про судьбы, Кэйя посмеивался в стороне, Джин уже почти натурально держалась за голову а над всеми действующими лицами нарезала круги Паймон, требовавшая что-то вкусненькое. Гермионе нравилось проводить время в библиотеке не только потому что там были книги, но и из-за вездесущей там тишины, прерываемой только шелестом переворачиваемых посетителями страниц. И пускай благодаря гостиной Гриффиндора она научилась отстраняться от шума, когда что-то читала… Но сейчас был не тот случай, а потому девушка начала закипать, что по прошествии почти тридцати секунд этого бедлама вылилось в: — А ну всем тихо! — крикнула что было мочи девушка, заодно притопнув ногой по полу, выражая раздражение. Такой окрик вызвал некоторый ступор у окружающих, но и не только. Одновременно с этим произошёл магический выброс, так как одним из триггеров для этого всегда служил жест. Сейчас этот жест вызвал разряд молнии, что ударил в мельтешащий в воздухе объект, и продолжил прыгать с одного участника на другого вокруг волшебницы, обходя лишь Джинн. Паймон досталось несколько разрядов, так как она не прекратила полёты между присутствовавшими. — Ой… П-простите, я просто х-хотела… Чтобы т-тише… Г-говорили… — замялась девушка, наблюдая дело рук своих. Или точнее одной лишь ножки в туфельке. — Хе-хе-хе… Да ничего страшного, незнакомка, — отряхивая с себя откуда-то взявшуюся морозную крошку и посмеиваясь, произнёс Кэйя. — Впервые вижу чтобы столь элегантно прерывали бедлам. Эола, пожалуй, была бы впечатлена. — Сомневаюсь, но это не важно, — произнесла Джинн, осматривая легкий разгром в кабинете и когда взгляд наткнулся на виновницу, дополнила: — Важно то, что я до сих пор не услышала имени. — Гермиона, — ссутулившись произнесла девушка. — Гермиона Джинн Грейнджер. Ученица школы чародейства и волшебства Хогвартс. — Хм… Не слышала о такой. Но давай сперва поговорим о тебе и том, почему ты выглядишь как наша библиотекарь Лиза Минчи, — еле заметно смягчившись произнесла Джинн. Для не привыкшей к подобным ситуациям Гермионы это стало последней каплей и она просто сорвалась в истерику, сбивчиво рассказывая кто она, как на самом деле выглядит, где жила и, главное, где уснула перед тем как оказаться тут, в этом незнакомом мире, вокруг незнакомых людей и единственным что помогало успокоиться это чтение книг в поиске ответов на всё возникающие вопросы. Когда приступ прошёл, а появившаяся из ниоткуда Ноэль подала девочке чашку с чаем, все стояли в задумчивости. Кроме летающей и вечно неунывающей Паймон. Она приблизилась к волшебнице и погладила по голове рукой, пытаясь что-то сказать, возможно даже утешающее, но как оказалось — сложно подобрать слова, когда действительно понимаешь суть проблемы. Когда на Итэра так же порой накатывала хандра в их путешествиях, Паймон просто оставалась рядом и молчала, не пытаясь, как в иных случаях, перевести тему и свести всё в шутку. Джинн переглядывалась с Кэйей, общаясь жестами и мимикой, не решаясь разрушать установившееся молчание. Со стороны выглядело это забавно, но Итэра это не сильно беспокоило, ведь он узнал нечто новое о Лизе и девушке, что невольно попала в её тело. И эта информация, как и то, что Гермиона из иного мира, приводила его к странным выводам. Лиза ему всегда казалась излишне жизнерадостной и несколько распущенной женщиной, однако если принимать во внимание новые знания… Всё становилось не столь радостно. Делиться с кем-то этим он не собирался, о чем попросил и Мону, рассказавшую о виденной судьбе Пурпурной Ведьмы. Однако это не помешает ему попытаться найти способ помочь той, кто не мало в прошлом помог ему самому. Быть может ответ кроется где-то на Инадзуме, которой правит Электро-Архонт. Осталось только дождаться когда Бей Доу завершит свои дела на суше и отправиться с этой оторвой вместе на загадочный остров. — Гермиона, ответь пожалуйста на несколько простых вопросов, — наконец устав играть в гляделки с Кэйей, произнесла Джинн. — Д-да, магистр? — подняла взгляд на неё волшебница. — Как ты управлялась с делами Лизы всю эту неделю? — окончательно смягчившись, спросила Рыцарь Одуванчик. — Э? Ну-у… Я прочитала её дневник с пометками. Правда не весь, — понимая, что брать чужие вещи не стоит (но если очень нужно, то можно — второй курс и хранилище ингредиентов Снейпа тому яркий пример) и поступила она некрасиво… — И со всем справилась? — продолжала уже чуть улыбаясь девушка, уже что-то решившая. — Да. Вроде бы… — чуть засомневавшись утвердительно ответила Гермиона, припоминая всю прошедшую неделю и свалившиеся внезапно чужие обязанности. — Вообще там ничего сложного, а пока читала откуда-то приходило понимание кого и где искать. — Вот и отлично. Значит и дальше занимайся этим… — подойдя к волшебнице, произнесла Джинн улыбаясь. — А мы попробуем разузнать как тебя вернуть обратно домой к друзьям, — продолжил за ней Итэр, уже наметивший план встречи в которой будут участвовать Фишль, Мона и он сам. С Паймон, конечно же. — Если что-то непонятно — не стесняйся обращаться за помощью, — дал ещё совет Кэйя. — Верно! Чуть что — зовите меня, леди Грейнджер, я всегда приду, — элегантно отставив ножку и приподняв полы платья, поклонилась Ноэль… Почти полностью облаченная в латы поверх костюма горничной. С этого дня многое для Гермионы в Мондштадте поменялось. Широкой огласке обмен телами предавать не стали, ведь агентами ордена Бездны мог быть кто угодно. Коллектив рыцарей (которые если разобраться самопровозглашенные вообще-то) был дружелюбным, понимающим и даже весёлым в моменты отдыха. Город, наконец исследованный целиком и полностью вместе с Ноэль, был признан очень уютным и красивым. Новые «старые» знакомства прошли более менее спокойно, хотя владелец винокурни Дилюк сразу сделал внушение своим работникам чтобы никакого алкоголя Лизе больше не наливали. Маленькая кошко-девочка Диона сразу предложила свои безалкогольные коктейли не успевшей удивиться Гермионе и пустила небольшую рекламу кафе в котором работала. Юная волшебница всё же скучала не только по друзьям, но и по своему коту Живоглоту, а потому с удовольствием стала посещать предложенное заведение. Особняком ото всех стояло знакомство Гермионы с Загадочным Астрологом Моной Мегистус. Девушки в каком-то смысле сошлись на почве недостающих каждой мелочей. Моне постоянно нужны были деньги, а Гермионе кто-то, кто помог бы разобраться с особенностями применения местной магии. Ну и просто поболтать девушкам тоже нравилось, хотя это и выглядело порой странно когда волшебница срывалась на свой излюбленный поучительный тон, что применяла обычно в общении с мальчишками, а ведьма-предсказательница начинала еле заметно улыбаться, вспоминая свои ранние годы обучения.
