Все пути ведут в Хогвартс

Глава 2.

*** П-Com ***

       Все началось с кошмара о Волан-де-Морте и Хвосте, в котором они убили какого-то магла в старом доме, после чего Гарри подскочил в кровати с бешено колотящимся сердцем и дезориентацией.        После наступила паника, ведь помещение оказалось незнакомым и без окон вообще. К тому же чем-то походило на лабораторию с кучей непонятной техники и проводами, как в разных фильмах, что мальчик украдкой смотрел раньше, когда Дурсли оставляли его одного не надолго. Следом пришло осознание, что он стал выше, вот только найдя зеркало, на мальчика из него взирал взрослый мужчина со светлой причёской-ежиком и парой шрамов на европейском лице (п.а. естественно ГП такого разделения не знает), пересекавших правую скулу почти от виска до низа челюсти. Льдисто-синие глаза выражали страх, периодически наливаясь фиолетовым свечением.       Спустя буквально минуту дверь отворилась и сразу внутрь ворвались две девушки и парень, обшаривая прицелами пистолетов идеальную чистоту помещения (по сравнению с комнатой в доме Дурслей, конечно).       — Гэбс, что случилось?! Ты пол базы своим выбросом ужаса перепугал! — спросил молодой мужчина в странной форме.       — Г-гэбс? — заикаясь переспросил мальчик, пытаясь спрятаться в ближайшем углу. — Я-а не Г-гэбс. Я Г-гарри.       — Так, опасности нет, девчат, уберите оружие, — бросил неизвестный двум очень привлекательным девушкам и быстро сориентировавшись продолжил: — Успокойся… Эм… Гарри. Мы не причиним тебе вреда.       — Где я? Как я сюда попал? Почему я не похож на себя? Что п-произошло?! Выпустите меня от сюда! — полыхнув вновь страхом и отчаянием, начал спрашивать знакомый этим троим мужчина, в конце заплакав и сжавшись в углу в комок.        Такое поведение наставника сильно выбило присутствовавших из колеи, но вот за их спинами мелькнула тень, раздался тихий «пф-фк» и в плечо мужчины впился дротик с транквилизатором, почти сразу погружая того в сон. Подошедший следом Рэйнард, убирающий в кобуру небольшой пистолет, приспособленный как раз для таких дротиков, чуть не схлопотал удар в челюсть в исполнении Дитмара, но вовремя увернулся и отвесил тому подзатыльник со словами:       — Он только ещё больше начал бы паниковать. Несите его в экранированную комнату к Вален, головастики ночью зафиксировали странную активность мозга.       — Это ты так завуалированно приказал там нести наставника в пыточную? — злобно зыркнул на стрелявшего Дит, потирая затылок от удара.       — Думай что хочешь, — разворачиваясь и собираясь идти дальше по своим делам ответил мужчина.       — Давай, Дит, мы с Мари поможем перенести его. Тут явно какая-то чертовщина творится.       — Она права, — поддержала подругу девушка. — Ты сам слышал, он своего имени даже не узнал.       — Ладно… — нехотя согласился парень, подходя к койке и доставая из-под неё стандартные складные носилки.        Такие были в каждой комнате всех псиоников, как раз для подобных случаев. Погрузив тело наставника на носилки, парень и две девушки направились в лаборатории, что были на том же этаже, но с другой стороны от лифтовой шахты.        Второе пробуждение Поттера оказалось немногим лучше предыдущего. Пришедший в сознание парень оказался в просторной комнате с полукруглой стеклянной стеной, за которой, находились трое людей из уже виденных им ранее и женщина в белом халате поверх зелёной кофты. Попробовав пошевелиться, Гарри понял, что прикован. Подкатившая снова паника внезапно схлынула, а у подошедшего откуда-то сбоку смуглого мужчины очень явно светились фиолетовым глаза. Он что-то сказал женщине в халате и у них завязался диалог. Вот только мальчик его не слышал. Комната, где он лежал, была почти пуста, только сзади у изголовья неудобного ложемента что-то тихо пикало и иногда шипело.        Происходящее вокруг, после того странного отступления паники, Поттеру стало казаться каким-то… Почти обыденным. По крайней мере ни удивления ни истерики ни паники он не чувствовал. Только понемногу пробуждающийся интерес. Что-то договорив, доктор поднесла ко рту небольшую ручку и внезапно с потолка послышался её голос. По крайней мере губы двигались именно тогда, когда раздавались звуки из динамиков.       — Кхм-кхм… Гарри? Ты меня слышишь?       — Да, — произнёс мальчик. — А где я?       — Ты на базе секретного проекта по защите Земли, — ответила женщина. — Меня зовут Мойра Вален, я тут доктор.       — А я Гарри. Гарри Поттер. Приятно познакомиться, — решил полностью представиться мальчик, после задав странный для себя вопрос: — А вы исследуете волшебников, да?       — Не совсем, Гарри. Скажи, что ты помнишь последнее?       — Как я засыпаю в комнате у моих опекунов-магглов, а потом мне снился кошмар с Волан-де-Мортом и я проснулся… — к собственному быстро угасшему удивлению честно ответил Гарольд.       — Что-ж… Это интересно. Мистер Поттер, вы сможете себя контролировать и не сорваться в панику, как это было ранее?       — Не знаю, — честно ответил Гарри и вдруг понял, что слушавшие его люди ему не поверили. — Вы мне не верите, да?       — Отчасти, — согласилась с этим доктор, делая какие-то пометки в планшете. — Видишь-ли, раньше с нашими пси… Эм, волшебниками подобного не происходило и потому такое сперва нужно исследовать и подтвердить.       — А… Понятно, — как-то слишком спокойно принял это объяснение мальчик.

=*= Тем временем за защитным стеклом. =*=

      — Доктор, как он? — спросила светловолосая Лира, немногим больше подруги беспокоившаяся за спасителя и наставника.       — Данные слишком странные. Биоритмы почти не изменились, но вот пси-излучение…       — Док, я прерываю контакт, — вмешался смуглый мужчина псионик, известный под прозвищем Аби.       — Что? Nien-nien-nien! — запротестовала женщина. — Нужно его ещё раз проверить…       — Никаких проверок. Если продолжу, он станет овощем… — продолжал настаивать коллега Архангела.       — Что?! — вскинулась Лира.       — Это точно не Арх, — высказал своё мнение псионик, взглянув ей в глаза. — У того, кто сейчас сидит в его теле, ментальная защита похожа на листочек бумаги, против монолитной стены у Габриэля, какой я её помню по совместным тренировкам.       — Н-но как же?! Нужно, значит, полное ментальное сканирование! — оторвавшись от пометок в планшете, заявила доктор Вален.       — Я сказал — нет! — повысил голос Аби, а коллеги псионика, да и не только, перешли в знак поддержки ему за спину, оставляя доктора Вален одну. — Если так надо, запрашивайте разрешение у Коммандора, но не забудьте упомянуть, что эта процедура необратимо делает из почти любого разумного существа — овощ, пускающий слюни и ходящий под себя.       — Пф-ф-ф… Shaisse… Ладно, будь по вашему, — подняв руки сдалась женщина. — Но, что тогда делать с ним сейчас?       — Как минимум отцепить от ложемента и пригласить психолога. Желательно детского. Он не врал, когда представлялся, — огорошил всех новостью Аби, уже оборвавший ментальный контакт с Поттером в теле Габриэля.

=*=

       Юному волшебнику такой приём пришелся не по душе, однако альтернатив не было и надежды на то, что это просто плохой сон, развеялись при следующем пробуждении, но уже вновь в небольшой комнатке без окон, и с единственной дверью. В этот раз, правда, рядом с кроватью, на стульчике, сидела одна из девушек, что ворвались к нему в первый раз и читала книгу.       Присмотревшись из-под полуприкрытых век, мальчик внезапно осознал, что отлично видит и без привычных уже с малых лет очков. Но не это было главным, а то, какую книгу читала девушка.       «Откуда у магглов книга с моим именем?» — удивился мальчик, вот только спустившись взглядом ниже по обложке от смог прочитать приписку: «и Философский камень». Вот только вновь удивиться ему не дал приятный голос девушки, что-то спросивший на неизвестном ему языке.       — Ne faites pas semblant de dormir. Comment allez-vous? (Не притворяйся спящим. Как самочувствие?) — подняв взгляд от книги и наблюдая за Поттером спросила она.       — Я не понимаю вас, мисс… — немного неуверенно произнёс Гарри.       — Zut… — вновь что-то непонятное произнесла девушка, но по интонации явно что-то ругательное. — Как самочувствие?       — Н-нормально. Наверное, — честно пытаясь понять, болит ли что-нибудь, ответил Поттер. — Как я тут оказался?       — Да мы вот сами голову ломаем над этим. Вчера в этой комнате лег спать мой наставник, а сегодня проснулся ты… — ответила девушка, откладывая книгу. — Ладно не забивай голову — маленький ещё.       — А что за книга? Почему на ней моё имя и что-то про философский камень? — зацепившись вновь взглядом за обложку, задал интересующий его вопрос Поттер.       — Потому что это и есть книга про тебя, ну если только ты не врал, про то как тебя зовут, и описан в ней вроде как первый год обучения в школе «Кабан». Я правда ещё не дочитала, хотя Габриэль давно рекомендовал просвятиться.       — Я не врун! Я Гарри Поттер!       — Ну для начала ты — Гарольд Джеймс Поттер, а не просто «Гарри», — с лёгким нажимом произнесла девушка, смотря ему в глаза. — Имей чувство достоинства в конце концов, а-то тебя ведь никто полным именем и не называл ещё ни разу за… Когда ты там Гермиону пошёл спасать от тролля?       — Это было в Хэлоуин, — потупившись ответил мальчик.       — Верно, — кивнула девушка, — Ты, кстати, в курсе, что тебе бы в этот день лучше посещать могилы родителей, а не праздновать в школе?       — А-а… Эм… Я как-то не задумывался об этом… — совсем залившись краской от осознания того, что вот уже три года прошло со знакомства с магическим миром, а он ни разу даже не вспомнил о такой, казалось бы, мелочи и ни разу не был на могиле матери с отцом. Ведь не раз и не два ему говорили как он похож на них.       — Да, я уж заметила, — слегка фыркнула девушка, поднимаясь со стула и направляясь на выход из комнаты. — Ладно, вставай, одевайся, вещи найдёшь в шкафчике, и пойдём ужинать. Весь день ведь не ел, а для псионика это не слишком хорошо.       — Х-хорошо. Но я волшебник, а не псионик. Кто это вообще?       — Да без разницы. Как говорит один мой знакомый техник: «Те-же яйца, только в профиль».        Когда дверь окончательно закрылась, Поттер поднялся с постели и начал переодеваться, беря вещи откуда и говорила эта девушка. На полках обнаружились аккуратно сложенные майки, футболки, штаны и нижнее бельё. Рядом висела на плечиках форма, по цвету как у военных, в виденных мальчиком старых фильмах. Обувь оказалась в самом низу того же отделения. Взяв только носки, штаны, футболку и кроссовки, юный волшебник стал наконец переодеваться, пытаясь понять, почему он так просто стал выполнять то, что сказала девушка.       «Хотя она однозначно старше любой семикурсницы «Хогвартса». Да и красивее тоже», — отстраненно отметил мальчик, стягивая пижаму.       Закончив с вещами, Гарри взглянул в зеркало и, вновь не узнав себя, слегка отшатнулся, но, быстро придя в себя, стал внимательней рассматривать своё новое лицо, тело и одежду, что отлично сидела, не стесняла движений и не мешалась, в отличие от той же мантии. Лицо мужчины было довольно запоминающимся, по крайней мере увидев такое один раз, Поттер точно не смог бы его забыть. Это как с мистером Малфоем, но только немного иначе. Весь внешний вид Габриэля внушал чувства уверенности, силы и чего-то ещё, чего мальчик пока не мог понять, но это были только положительные черты.       — Ты скоро закончишь любоваться собой? — услышал Гарри немного насмешливый вопрос от девушки из-за двери. — У нас приём пищи по расписанию вообще-то.       — Да-да, я сейчас… — вновь смутился мальчик и поспешил на выход.       Дальнейший день, или точнее уже вечер, прошёл слегка сумбурно. Была небольшая путаница со знакомыми с Габриэлем людьми, которые здоровались с Гарри, по началу не зная о подмене личности. Но их отношение не слишком-то менялась когда они узнавали о произошедшем и это подкупало мальчика. Так к нему не относились даже в школе. С пониманием и поддержкой. Нет, это были не новые, ранее не испытываемые им чувства, но Гарри откуда-то точно знал, что они искренние.       После ужина, мальчик вновь отправился следом за Лирой, так звали светловолосую девушку, в какой-то кабинет, где его ждали несколько людей. Виденная ранее женщина в халате, назвавшаяся, вроде бы доктором Вален. Смуглый мужчина в странном комбинезоне, окутанном разными ремешками с крепящимися на них незнакомыми предметами. И между ними по центру стола находилась строгого вида женщина с коротко стриженными карими волосами и прямоугольными очками. Не надолго подняв взгляд на вошедших, она вернулась к чтению каких-то документов, коротко предложив присесть.       — Ну, ситуация мне примерно ясна… — произнесла женщина, откладывая листы в сторону, когда тишина уже стала затягиваться и давить на сознание мальчика, несмотря на необъяснимое чувство поддержки от Лиры, положившей руку ему на плечо.       — Я продолжаю настаивать на своих выводах, Коммандер. Нужно как можно полнее исследовать это явление самоподмены личности…       — Сколько раз мне ещё повторить, док? Это не самоподмена, а полная замена и воспоминания, что я краем зацепил тогда, принадлежат реальному человеку…       — Успокойтесь, док. И ты, Аби, тоже. Я отклоняю запрос исследовательского центра, однако… Поручаю Вам, мисс Вален, организовать вновь прохождение курсов подготовки псиоников для Гарри Поттера. Так или иначе, у нас военное положение и лишний раз подвергать опасности персонал, каким бы он ни был, я считаю крайне безответственным поведением.       — Н-но… — хотела было возразить доктор, но была прервана строгим взглядом начальства.       — Ну и раз уж Бестия успела подружиться с Мальчиком-который-выжил, — немного насмешливо взглянула Коммандор на Лиру, удивленную последней фразой, и продолжила: — То, поручаю тебе и дальше за ним присматривать и адаптировать к жизни на базе.       — Есть! — бодро ответила девушка, подбросив правую руку с прямой ладонью ко лбу.       — Вот и славно. От вас же, мистер Поттер, я жду содействия и соблюдения дисциплины. Тут вам не Хогвартс, а снаружи имеются твари пострашнее дементоров и прочей подобной нечисти.       — Е-есть… — немного боязливо посмотрев на женщину ответил Гарри и отвёл взгляд.       — И да, док, взгляните лучше на это с другой стороны. У Вас появился ученик школы волшебства. Быть может что-то можно будет у него перенять? Вы сами ведь советовали бойцам читать книги о мальчике-который-выжил.       — Ну-у… Да, но… — немного приободрившись от перспектив, но почти сразу погрустнев, произнесла доктор. — Ладно, будем работать в этом направлении тогда.       — Замечательно. А теперь, прошу всех вернуться к своим делам.       После такого «вынесения приговора» Гарри с Лирой направились в спальный блок псиоников. Идя по широким коридорам, девушка стала просвещать своеобразного новобранца в различные нюансы распорядка дня, ориентирования внутри базы проекта X-Com и прочих мелочей. Уже в комнате Габриэля, немного порывшись в ящиках прикроватной тумбы, она достала довольно массивный планшет и протягивая его Поттеру пояснила:       — Это рабочий планшет Гэбса… Эм, в смысле компьютер. Тебе же известно что это такое?       — Угу… — разглядывая странное на его взгляд приспособление.       — Включается и разблокируется по биометрическим данным. Прижми правую ладонь к экрану и не отнимай, пока идёт сканирование.       Выполнив требуемые действия, Гарри стал наблюдать как небольшая зелёная полоса прошла с одного конца матовой поверхности прямоугольника к другой, а после, убрав руку, на нем же высветилось «Доступ разрешён». Сам по себе прямоугольник выдал лёгкую короткую вибрацию и засветился, показывая иконки приложений на фоне какого-то пейзажа. Гарри удивленно стал его вертеть в руках, пытаясь найти провода питания, жужжащую коробку блока, клавиатуру и мышь. Он так увлекся осмотром, что не сразу обратил внимание на посмеивающуюся Лиру, а когда поднял глаза, то увидел у нее румянец на щеках от улыбки и смешинки в глазах. Мальчику хотелось уже обидеться на такой розыгрыш, но девушка внезапно стала быстро пояснять что к чему и как пользоваться этим устройством, заставляя его переключиться с размышлений на усваивание информации о заинтересовавшей его вещи. В итоге, это действительно оказался компьютер, как и говорила девушка, но портативный и управлялся прямо нажатием на экран. Клавиатура появлялась там же.       Немного позже, открыв документ с уставом и заставив Гарри его заучить, Лира вновь села на стульчик у кровати и вернулась к чтению книги. Просидев почти до полуночи и периодически задавая вопросы по тексту как книги, так и устава базы, девушка взглянула на часы и в принудительном порядке отключила планшет, командуя отбой.       — Давай спать, завтра, точнее уже сегодня, подъём в шесть утра по местному времени. Я приду проконтролировать, заодно покажу комплекс упражнений для зарядки, а дальше видно будет.       — Эм… Ладно.       — И чтобы никаких ночных бдений. Тут, между прочим камеры везде висят.       — Угу… Я уже понял, что тут не Хогвартс, ещё со слов той женщины.       — Это Коммандер. Она несёт ответственность за всю эту базу, а народу тут как бы не больше чем в твоей бывшей школе.       — А как её зовут?       — Кларисса Канингем. Но обращение Коммандер за последний год уже стало её вторым именем. По крайней мере так говорят старожилы базы, что застали ещё первый контакт с лунатиками, — ответила девушка, про себя добавив: — «И дожили до этих дней».       — Понятно… — задумался мальчик, сидя на краю кровати.       — Всё, хватит разговоров. Переодевайся и спать, — произнесла Лира, убирая книгу с закладкой на полочку и выходя из комнаты.       Посидев некоторое время на кровати и осмысливая прошедший день, что изначально казался для Гарольда просто очередным кошмаром или чьей-то неуместной шуткой, (но близнецам Уизли до такого было о-очень далеко), мальчику пришлось сделать неутешительный вывод в пользу того, что всё вокруг реально. А потому переодевшись, но не умывшись, ведь где находится уборная, он не запомнил, да и выходить из комнаты было боязно, Поттер лег на кровать и почти сразу, как голова коснулась подушки, уснул.       Выматывающий морально первый день закончился для мальчика вполне неплохо, по крайней мере так он решил для себя, делая очередной «подход» к отжиманиям, под руководством вчерашней девушки. Пробуждение далось юному магу на удивление легко, разве что по привычке он сперва ответил «тетушке Петунье», что скоро спустится на завтрак, но вскоре, после того как нечто подхватило одеяло и выдернуло подушку из-под головы, понял свою ошибку. Молодая светловолосая девушка явно была несколько рассержена и не являлась его тётушкой, демонстрируя вокруг себя слегка полыхающую псионическую ауру, что заставляла колыхаться волосы как будто они были под водой, а радужку глаз слегка светиться каким-то оттенком фиолетового цвета. Засмотревшись на это завораживающее зрелище, парень и не заметил, что постельные принадлежности просто зависли над ним и готовы были свалиться на голову в любой момент.       Наконец встав и переодевшись для разминки, Поттер вышел из комнаты и тогда же девушка коротко сказала, что сама виновата, забыв про будильник в планшете, но от штрафных подходов это его не отмажет. На вопрос о том что это такое, были даны простые цифры и названия упражнений, а так же «множители» и оказавшиеся теми самыми подходами.       В общем математику Гарри знал неплохо, как и таблицу умножения в частности, вот только получившиеся цифры его насторожили, если не сказать, что напугали. С физкультурой у мальчика были некоторые проблемы ещё с младших классов благодаря кузену и его дружкам. Начав было невнятно что-то объяснять Лире, он наткнулся на немного удивленный взгляд, плавно трансформировавшийся в насмешливый. Девушка довольно быстро поняла «откуда ноги растут», но напомнила, что у Габриэля таких проблем не было и озвученные цифры вполне обыденны для него. Сейчас, выполняя предпоследний подход приседаний, юный маг был полностью согласен с этим. В теле чувствовалась сила и выносливость, какой не было у Гарри в том мире и это начинало нравиться мальчику. Вот только разминка закончилась и его повели в общий душ ополоснуться от пота. Культурный шок на лице Габриэля был воспринят смешками и подтруниванием со стороны парней и девушек, что присутствовали сейчас в раздевалке. Многие, конечно, ещё не были в курсе, что Архангел уже не тот, но и знающих, скрывавших лукавую улыбку, хватало. В основном это были коллеги из отряда в который входил Габриэль и почти все псионики, коих на базе в данный момент присутствовало семь человек. Лира тоже посмеивалась, но при этом достаточно настойчиво подталкивала к определенному шкафчику:       — Идём, это шкафчик Гэбса, там полотенца, мыльно-рыльные принадлежности и сменное бельё.       — Н-но т-тут же… — чувствуя как заливается краской, промямлил Гарри и устремил взгляд в пол.       — Кто? Голые парни и девушки? И что? Это военная база, так что никакого разврата можешь не фантазировать — всё строго, — спокойно ответила девушка, открывая шкафчик Габриэля, от которого вчера получила запасной ключ, но немного подумав, добавила: — Ну почти.       — Н-ну… да я не об этом! — зашептал ей мальчик.       — А! Забей. Вполне естественная реакция здорового парня. Тебе все равно привыкать теперь к этому придётся. Раздельных раздевалок и душевых у нас не предусмотрено — места и так не слишком-то много.       Последовавшая за всем этим процедура раздевания и купания ещё больше смутила (и возбудила, но это чувство он ещё не мог идентифицировать в силу малого жизненного опыта) парня. Ведь когда он быстро ополоснувшийся под душем вышел из кабинки, его встречали две раздетые девушки. Придирчивым взглядом осмотревшие результат двухминутных усилий Поттера они затолкали его назад и в четыре руки стали перемывать, попутно комментируя как и где надо мыть тело нормальному взрослому мужчине.       Не знавший куда деть взгляд, Гарри закрыл одной ладонью глаза, а второй было попробовал прикрыть вставший мужской орган, но резкий шлепок по кисти и комментарий, что там надо мыть вообще-то тщательней, вынудил его также поднять конечность к лицу, попутно задев что-то мягкое одной из девушек под тихий «ой» с её стороны.       Повторное купание продлилось не дольше первого, но, видимо удовлетворившись результатом, девушки дружно вытолкали его из кабинки, предварительно обдав контрастным душем из ледяной воды, наказав идти в раздевалку и одеваться. В этот момент Поттер уже и сам готов был сбежать от них, потому из душевых вылетел быстрее пули, чуть не столкнувшись с другими входящими людьми.       На такое его поведение от Дитмара пришло чувство понимания и легкой зависти. Но вообще дальнейшее действо в раздевалке оказалось абсолютно обычным. Одевшись во всё чистое и прибрав грязные вещи в специальный пакетик, в последствии подписанный и скинутый в некий приемник, Гарри с другим псиоником вышли из раздевалки и стали ожидать двух девушек у дверей. Причесываться Поттеру не потребовалось, короткий ёжик волос Габриэля, отлично подходивший мужчине, не нуждался в такой процедуре и сох гораздо быстрее бывших у мальчика черных лохм.       Мари и Лира не заставили себя долго ждать и обменявшись штатными приветствиями с Дитмаром отправились вчетвером на завтрак. В скором времени Поттера ожидал огромный мир открытий и боли… Открытий о собственном скудоумии и боли мышц и головы от постоянных тренировок как физических так и псионических. В последствии юноша будет вспоминать с ностальгией это время (по крайней мере так все утверждали после тренировок), особенно разговоры с доктором Вален, что заставляла его вспоминать даже то, о чем он и не подозревал.

*** Грейнджер impact ***

      В закрытой комнате на ровном каменном полу, исчерченном непонятными символами и фигурами, просыпалась слегка растрёпанная стройная молодая женщина. Средней длины волнистые русые волосы разметались по камню, более не сдерживаемые на концах небольшой заколкой в виде пурпурной розы, а остроконечная шляпа того же цвета, украшенная такой же розой у полей и бубенчиком-фонариком на острие, лежала чуть поодаль.       «О-ох… До чего же жёсткая кровать, оказывается у Джинни, всё тело затекло, к тому же не стоило нам с ней допоздна засиживаться, голова тоже нещадно болит теперь от недосыпания…» — понемногу пробуждаясь выдало сознание девушки первые осознанные мысли.       Повернувшись же на бок, Гермиона осознала, что подушка и одеяло куда-то пропали и она почему-то спит в одежде. Непривычной и странной одежде, судя по ощущениям и беглому ощупыванию себя. Почему она в обуви? Откуда на ней появились шелковые перчатки, чулки, боди и какое-то подобие накидки на плечах? И, судя по лёгкому дискомфорту ниже груди, корсет?! Вопросы продолжали множиться, пока девушка не осознала, что она за эту ночь стала… Взрослее!       — Ну, близнецы! Я всё расскажу вашей матери! — резко подскакивая с пола, от осознания, что скорее всего они же и переодели её (а это уже ни в какие рамки приличия!), прокричала во тьму комнаты разозленная и смущенная Гермиона.       Отсутствие света в закрытой комнате в купе с обувью, пускай на небольшом, но все же каблучке, сказалось на восприятии девушки и чуть пошатнувшись, спустя пару мгновений она, неловко всплеснув руками, упала на пол. От боли и обиды на глаза навернулись слёзы и Гермиона заплакала. Тихо, чтобы никто не услышал… Вдруг откуда-то из-за спины послышался шум и стук по деревянной двери, почти сразу дополненный обеспокоенным, но незнакомым женским голосом:       — Лиза! Ты тут? С тобой всё в порядке?       Не успевшая сориентироваться девушка была ослеплена светом, появившимся из-за резко отворенной двери, успев лишь заметить неясный силуэт невысокой женщины в светлых одеждах, что сразу же подбежала к ней присев рядом и помогая подняться.       — Почему ты плачешь? Ты упала? Где болит? — почти скороговоркой выпалила неизвестная, в конце тирады потянувшись куда-то к поясу, от которого блеснуло слабым бирюзовым светом и в комнате разлился аромат свежего утреннего поля, а боль от ушибов стала затихать.       — Идём, я провожу тебя до дома, а там приведёшь себя в порядок, — уверенно произнесла молодая девушка со светлыми волосами, убранными в высокий хвост на затылке.       Сопротивляться чему-то у Гермионы не было сил и она доверившись незнакомке, почему-то называвшей её другим именем, поплелась за ней следом. Выйдя из злополучной комнаты с каменными полами и стенами без окон, девушка удивилась, ведь попала в библиотеку. Незнакомую и достаточно большую, расположившуюся аж на двух этажах. Всё вокруг пахло книгами, древесиной и маслом от лампад. Везде на полках стояло множество книг, и девочка вдруг поняла, что от них всех веет магией.       «Выходит я всё ещё где-то в магической части Англии», — появилась у неё мысль, сразу после: — «Я обязана сюда вернуться и всё прочитать!»       Вот только сюрпризы ещё не кончились, а мысли о стесняющем виде одежды на ней отошли на второй план. На втором этаже, как не странно располагался выход в холл, который был выполнен из какого-то белого камня и украшен несколькими растениями в горшках на полу. Справа была лестница, ведущая наверх, напротив пара почти обычных дверей, а слева массивная двустворчатая и резная, явно для выхода на улицу. Внутри и, как выяснилось чуть позже, снаружи стояли на страже люди в бело-золотых доспехах поверх темных одежд. Девушка достаточно быстро, но аккуратно провела Гермиону к выходу, открывая перед ней дверь. Снаружи обнаружился целый город в средневековом стиле, как Хогвартс, что послужило очередным шоком для юной волшебницы. Спустившись по очередной лестнице, мимо огромной ветряной мельницы («Прямо посреди города! И она такая не одна! Я точно в Англии?» — крутились вместе с головой, пытающейся запомнить побольше ориентиров, мысли четверокурсницы.), они целенаправленно двигались к одному определенному дому. По пути встречные люди в странных одеждах и рыцари, виденные ранее, здоровались с ними. К Гермионе обращались как к некоей Лизе или госпоже библиотекарю и чуть ли не клятвенно заверяли, что вот прямо сегодня-завтра принесут взятые книги, а молодую женщину, в не менее странном и довольно вызывающем облачении (на взгляд почти пятнадцатилетней Англичанки, белый облегающий комбинезон, расшитый золотыми символами и ромбовидными узорами вдоль штанин, поверх которого был одет длинный синий фрак и короткий чёрно-золотой плащ с голубой подкладкой, прикрывающий оголённые плечи — выглядели именно вызывающе и ситуацию никак не исправляли элегантные белые сапоги и черные ремень с перчатками), звали Джинн.       «Прямо как и моё второе имя…» — размышляла девушка, подходя к открываемой двери. — «Вот только я далеко не магистр».       — Так, дальше, я думаю, и сама справишься. Сегодня возьми выходной, ты видимо слишком переутомилась — всю ночь в зале провела. Даже за завтраком не сходили вместе как обычно, — произнесла Джинн, стоя у выхода и не проходя дальше в дом.       — А… Угу, спасибо, Джинн, — немного заторможенно ответила девушка, рассматривая внутренние убранства.       — Хорошо. Если что-то понадобится, ты знаешь где меня найти, — произнесла магистр и уже выходя с тихим вздохом добавила: — А ещё мне что-то говорите о излишнем рвении…       Когда дверь закрылась, Гермиона стала несмело прохаживаться по дому, осматриваясь. На первом этаже оказалась кухня, небольшая гостиная и санузел. Второй этаж оказался мансардой со вторым светом над гостиной и большой спальней, украшенной в разные оттенки сиреневого и с дверью на просторный балкон. Вся мебель была выполнена в одном стиле и из темного дерева.       — Такое в Англии пожалуй только маги могли бы себе позволить или королевская семья, — вслух подумала девушка и от неожиданности вздрогнула.       Уйдя в свои мысли она забыла, что голос изменился вместе с… (бегло осмотрев свой наряд в ближайшем зеркале и попытавшись прикрыть ноги полами слишком откровенного платья) со всем остальным.       Вообще в доме было уютно, но как-то слишком пустынно или скорее одиноко, потому Гермиона предположила, что живет эта Лиза одна и порой по несколько дней отсутствует. В какой-то момент девушке пришло осознание, что она совсем не знает как вернуть всё назад и впала в панику, усугубившуюся стуком в дверь и запоздалой мыслью, что ей неизвестно как поступят окружающие, узнай они о подмене.       — Госпожа Лиза, это Ноэль! Меня послала госпожа действующий магистр чтобы помочь Вам, — спустя какое-то время как прекратился стук представилась нежданная гостья уже находясь на первом этаже.       А Гермиона, тем временем после попытки спрятаться в углу между стенкой и спинкой кровати в спальне, подняла голову над матрасом, поняв, что такое поведение только вызовет больше подозрений.       — Ой, Лиза, ты упала? Давай я помогу, — засуетилась уже подошедшая (И когда только успела?!) хрупкая на вид гостья, одетая в почти классическую униформу горничной, разве что цветовая гамма была разбавлена алыми бантами на боках и пояснице, а голову венчала кружевная наколка с розами по краям, оттеняя тем самым необычный бледно сиреневый цвет волос.       — Нет-нет, я просто… — стала было отнекиваться девушка, но уже оказалась поднята на ноги, — Эм… Мне показалось что что-то упало там, но я ничего не нашла.       — Госпожа, переодевайтесь и ложитесь в кровать, я сейчас же сделаю Вам чай, как вы любите и свои фирменные блинчики. Ой, что это? Пыль? Тогда и приберусь пока вы будете кушать, — затараторила девушка, на вид немногим старше Гермионы, не обращая особого внимания на вялые попытки возражений со стороны главы библиотеки.       Спустя несколько часов такой опеки и помощи от несколько шебутной горничной, Гермиона успокоилась. Не последнюю роль в этом сыграл приготовленный чай с блинчиками и немного странным повидлом (в простонародии вареньем именуемый, но школьнице не был знаком такой термин). Когда практически вездесущая девушка наконец ушла, закутанная в одеяло ученица Хогвартса (или теперь уже целый библиотекарь?) вылезла из кроватки и решила провести более вдумчивый осмотр. В первую очередь её интересовали книги…       — Нет, не думала, что скажу такое, но сперва надо разобраться с одеждой, а книги подождут, — произнесла молодая стройная женщина, не обделенная природой в важных многим девушкам местах, из зеркала, у которого в этот момент рассматривала себя Гермиона, задумчиво добавив: — Интересно, а какой выросла бы я?       В шкафу оказалось не так уж много одежды и вся она была примерно одного фасона и цветовой гаммы, не считая одной, явно маленькой, мантии. Везде были украшения в виде пурпурных роз, в цвет периодически странно поблескивающего камня в подвеске, покоящейся сейчас на шее. Когда девушка раздеваясь попробовала её снять, то почувствовала странную слабость и вокруг все как будто размылось на мгновенье. После столь странной реакции тела на это действие, Гермиона решила не снимать её. К тому же подобные камни, хоть и других цветов, были у Джинн на поясе и Ноэль, прикреплённый к банту на пояснице. Ещё одна загадка, с которой захотелось разобраться, помимо возвращения в своё тело и к своим друзьям.       В общем и целом, поразмышляв и решив, что резкая смена имиджа слишком бросится в глаза знакомым этой Лизы, девушка стала одеваться в ту же одежду, в которой проснулась утром на полу. Шляпа со странной лампой на кончике ей даже понравилась. Такой вид ей очень напоминал парадные шляпы у ведьм Англии, разве что их не стремились как-то украшать.       Покончив с одеждой, когда время явно перевалило за полдень, девушка направилась на улицу. Ведь нужно же понять, где она оказалась? И первое впечатление от увиденного повторилось: шок и некоторая доля восхищения. Город был не слишком большим, располагаясь на острове посреди огромного озера, но огорожен монументальной стеной. Поднявшись наверх к статуе какого-то мальчика, стоявшей на площади перед огромным и красивым храмом, она осмотрелась по сторонам. Вокруг, на сколько хватало взора, были холмы и поля, где-то виднелся лес и даже небольшой поселочек, наверное, так как видна была только башенка мельницы. В расположившейся полукругом беседке бегали дети, за которыми присматривала девушка в монашеской рясе. Также там ходили и стражники, отличить их от остальных горожан было не трудно, ведь одеты они были в однотипные доспехи, виденные ранее.       Город жил своей жизнью и что сразу бросалось в глаза, так это общее настроение жителей. Не было угнетающей грусти, ясная солнечная погода не располагала к этому, не было… фальши в действиях окружающих. Подбежавшая к стражнику девочка, с улыбкой подарила ему одуванчик, а он в свою очередь радушно потрепал её по голове. Пришедший мальчик в бирюзовом наряде стал играть на небольшой арфе завораживающую мелодию и петь красивую песню, и вокруг сразу собрались слушатели. Никто не прерывал его, а после наградили кто чем смог.       Такого не то что в обычной Англии, но и в магической её части, на Косой Аллее к примеру, было чём-то невообразимым. Там все сновали, занятые своими делами и останавливались разве что для того чтобы посмотреть, что нового выставили на очередной витрине какого-нибудь магазина.       — М-да, я явно в каком-то другом мире… — задумчиво рассматривая одежду окружающих ее людей и не только, тихо произнесла девушка. — Надо бы в библиотеку вернуться, там наверняка будет больше информации.       Пройдясь неспешным шагом (на непривычных каблуках-то, да в такой одежде, что так и норовит распахнуться пошире от любого резкого движения!) до библиотеки, расположенной в здании Ордо Фавониус, Гермиона наконец занялась любимым делом в любимом всей душой месте.

*** Хог ***

      Утро началось для псионика очень рано. Пускай режим сна регулировался довольно просто, обычным волевым усилием, но организм мальчишки к такому был непривычен, так что вялость и легкая головная боль сопровождали Габриэля первые пару часов бодрствования.       Медитация до поздней ночи позволила разобраться с воспоминаниями Гарольда за оставшиеся два курса. В принципе ничего сверхъестественного или неожиданного там не было. Даже закладки оставались одни и те же по посылу. В том, кто их наворотил уже не осталось сомнений — директор. Остается только понять, зачем конкретно? Либо это хитро выдуманный план для самообогащения, либо криво оформленная попытка защитить пацана от чего-то. Правда в последнее верится гораздо меньше, ведь в так называемого обскура Поттер не превратился бы в любом случае. Даже не смотря на тварюшку, сидящую в шраме на лбу и недолюбливание магии как таковой в приемной семье.       — Кстати, стоит избавиться от такого соседства… — задумчиво рассматривая шрам в отражении произнёс Габриэль.        Заказанные вчера вещи были доставлены несколькими совами ранним утром, пока остальные домочадцы спали. В данный момент псионик уже занимался примеркой одежды для школы. Темные, выглаженные брюки со стрелками, белая накрахмаленная рубашка, ало-золотой галстук и тёмно-синий джемпер с угловым вырезом отлично сидели на худощавом парнишке. Да, немного на вырост, но уже и не тот мешковатый ужас, оставшийся от Дадли.       Вообще, у Габриэля создалось впечатление, что Дурслям как-то изменили восприятие. И эти изменения всё ещё должны продолжаться, если судить по описанным в книгах событиям. Как это исправить, пока было неясно, но некую зарубку в памяти псионик себе оставил, пообещав по возможности разобраться как с первопричинами, так и с последствиями этого воздействия. Не дело это, с кровными родственниками по указке мутных личностей ссориться.       — М-да… А ведь сегодня нечто такое должно произойти по вине двух малолетних дебилов, одинаковых с лица, — вспомнив книжный эпизод с увеличением языка кузена, хмуро пробормотал парень, примеряя новые очки с прямоугольными линзами.       Старые «велосипеды» были уже в крайне плачевном состоянии. Один только «волшебный» скотч на переносице чего стоил. Как работает «репаро», пока оставалось неизвестно псионику, но, логически поразмыслив, он пришел к выводу, что что-то с заклинанием или самими очками явно не так. Потому что треснувшие стекла, по взмаху Гермионы, починились перед вторым курсом, а вот остальное нет.       — Хорошо ещё в этом году квиддича не будет в школе. Мне как-то интересней на животинках местных полетать. Очень уж яркие и живые впечатления остались у пацана от увеселений с Клювокрылом, — переодеваясь в новые повседневные шмотки, вслух размышлял Габриэль.       Школьную форму он аккуратно уложил в чемодан вместе с бельём и прочими принадлежностями первой необходимости, вроде расчесок, щёток, как для одежды и обуви, так и для чистки зубов. Вообще, как военному, пускай и не слишком обычному, расхлябанность парня Габриэлю не нравилась совсем. Вот только какое-то время придётся соответствовать старому образу и постепенно его менять. Хотя как именно это сделать у всей школы на виду — та ещё задачка. Курсы контрразведки и прочей шпионской деятельности псионик не проходил, будучи боевиком.       — Пф… Вот уж кто тут развернулся бы на полную, так это Ударник, — улегшись на кровать и рассматривая потолок, хмыкнул парень, вспоминая старого товарища, в шутку названного «именем» одного игрового персонажа, перед отправкой на первое задание по разведке активности тогда ещё неизвестной организации, помогавшей пришельцам на Земле. — А Джон ведь после той миссии специально сбрил свои лохмы под ноль… Хорошо хоть штрих-код от чипсов на затылке отговорили делать. Интересно, чем сейчас он занимается? Вроде должен скоро вернуться с очередного задания… М-да. До чего докатился, сутки в одиночестве и уже сам с собой говорить начинаю. Это не нормально. Верно я говорю, Хедвиг?       Упомянутая сова только недавно вернулась с ночной охоты и сейчас занималась чисткой перьев. При упоминании своего имени, она с интересом взглянула на парня, не на долго прервав моцион.       Псионик уже заметил, что сова несколько странно ведёт себя. Очень уж внимательно порой рассматривает Гарольда. В голову пока ничего конкретного не приходило, но червячок сомнений всё же ворочался где-то на периферии. Сам момент покупки совы Поттером был пропущен. Хагрид ему просто подарил уже купленного почтальона, при этом времени на это ушло не так чтобы много, а ведь наверняка эта сова была единственной полярной. Ни у кого больше в школе таких нет. Значит её вполне могли заранее заготовить и просто отдать полувеликану в нужный момент.       Хотя псионик не исключал и того, что полувеликаном могли просто и ненавязчиво управлять, к примеру продавец по указке, вероятней всего Дамблдора, стал расхваливать конкретно Хедвиг, не давая Хагриду выбора как такового. Этот вариант был даже гораздо вероятней, ведь по манере общения в книге он всегда был немного на своей волне и больше тянулся к животным, а они ложь и фальшь сразу чуять должны. (К тому же самостоятельно он скорее подарил бы Гарри птицу Рух или нечто подобное). Так что пока Габриэль принял за рабочую версию доброжелательность, искренность и излишнюю внушаемость полувеликана, но оставив пометку, все же проверить его истинное отношение к Поттеру.       — Благо в этом году привезут драконов к которым он очень неровно дышит. Да и мне интересно будет взглянуть на них, — поднимаясь с кровати, произнёс парень, начиная легкую разминку.       Окончив базовые упражнения и стоя у выхода из комнаты, усмиряя дыхание, взгляд Габриэля блуждал по наконец вычищенной комнате, пытаясь за что-то зацепиться, в попытке помочь новой личности не совершить ошибку, но… Вокруг была лишь чистота, порядок и ничего лишнего. Пожав плечами и решив, что если сразу ничего не всплыло в памяти, то значит и не очень уж важным было это «что-то», псионик направился в ванну, чтобы умыться и окончательно настроиться на рабочий лад. За окном расцветало утро двадцать первого августа девяносто четвертого года… Почти двадцать лет до начала полномасштабного инопланетного вторжения. По крайней мере так было в том мире, где остались боевые товарищи Габриэля. А что будет происходить тут в это же время — неизвестно.       Почти весь день прошёл в лёгкой суете. Сперва диетический завтрак, потом демонтаж электрокамина в гостиной, далее все разошлись по своим делам. Дадли умотал к друзьям, Петунья занялась садом на заднем дворе, а Вернон решил помыть машину. Лучшего времени для изучения отчетности, присланной из банка не найти, а потому, прикрыв дверь в комнату и уместившись на постели, псионик стал вчитываться в английский рукописный текст с закорючками, присланный гоблинами.       Как не странно криминального в них ничего не было. Если смотреть с формальной точки зрения. А по факту юного сироту благополучно обворовывал директор школы и, внезапно, часть семейства рыжих. Из всех записей выходило, что любой предъявитель ключа с неким разрешением от владельца вполне законно может что-то забрать или положить в сейф. Вот только Поттер ни разу никому не давал ничего подобного. Выходит что постарался опекун или каким-то ещё образом присутствующие в списке Вульфрику, Молли, Артуру, Рональду и ещё несколько знакомых имен [1]*, смогли обойти не столь сложную защиту детского (Детского, мать вашу!) сейфа. Последнее изъятие было как раз на кануне и сумма была там аховая.       Вообще судя по датам, старшее поколение рыжиков стало нос совать в сейф после начала второго курса. Кажется именно тогда Гарри брал денежку в их присутствии в первый раз. Ну это если не было случаев до этого, но исходя из быстро поднятого архива первого курса такого не случалось.       — Звон монет, затмевает белый свет… — произнес тихо Габриэль, немного корректируя свое отношение к рыжим, ставя отдельные имена в список недоброжелателей, а тех, кто не засветился в банковских документах относя к условно нейтральным. — С этим семейством придется разбираться и, скорее всего, жестко. Направлю-ка я кляузу в банк, пускай там разбираются.       Вообще такое положение вещей выглядело вполне реалистично. Ведь «Нора» откровенно разваливающийся домик… был когда-то. Сейчас, исходя из воспоминаний Поттера, гостившего там в последний раз два года назад, это некий монстр Франкенштейна, держащийся лишь на постоянном подновлении комплекса заклинаний, а денег на обустройство нового у семейства нет. В конце концов они даже деньги для восстановительных процедур Джиневры потратили на поездку в Египет. А могли бы нанять строителей, если уж сами не умеют, и отремонтировать до нормального состояния или вообще перестроить дом.       — Хотя что им мешает взять землю, придать ей форму, обжечь Инсендио и обложить камнями? Или магам проблематично доставить пару тройку тонн камней, да подровнять их с помощью Секо и склеить монолитной стеной каким-то заклинанием «вечного приклеивания»? Точно помню, что было такое… — рассуждал Габриэль, рассматривая улетающую в даль Хедвиг с письмом для гоблинов Гринготса.       Прошло уже пол дня, времени до встречи с рыжими вредителями оставалось всё меньше, а идей, как предотвратить съедание Дадликом конфеты не находилось. По крайней мере без вызова подозрений у окружающих. Даже незаметно выдернуть псионикой злощастную сладость не выйдет — необходим зрительный контакт с целью, а глаза полюбому засветятся фиолетовым. То, что за беспалочковое колдовство Гарри до сих пор не получил ни одного письма из Министерства говорило лишь о том, что следилки стоят на самих палочках и Оливандер передает информацию что и кому продал этим бумагомарателям. Вообще не удивительно, оружие (а палочки для магов, пусть и не в первую очередь, но именно оружие) должно учитываться, как и владеющие им разумные. Главное, чтобы Малкин тем-же самым не занималась относительно размеров и фасонов проданной одежды…       — Хотя с магов станется. Ненормальные, бля… — понемногу закипал псионик, прокручивая в голове все больше вариантов решения своих проблем и понимая, что подростку самому их никак не решить, да ещё и с такими опекунами. — Один беглый зек, пускай и сидел не за свое преступление, а второй добрый дедушка мозгоклюй, тобиш долбодятел и вообще, судя по поступкам, недалеко ушедший от своего любовника — пидорас.       «Ладно, хватит мозги себе кипятить. Будет день и будет пища», — прервал свои стенания Габриэль, входя в легкую медитацию для очистки сознания от негатива. В последние пол дня это действие стало для него почти неотъемлемой частью бытия. Ведь смотреть на сухие строчки банковских отчетов о том, как героя (ха-ха три раза!) магической Британии и вообще-то сироту, обкрадывают какие-то левые личности — спокойствия душевного не добавляет. Узнай парнишка о таком состоянии собственных дел, его наверняка сразу заобливиэйтили и навешали лапши на уши, что о таком ему рано задумываться и умные/мудрые/добрые (нужное подчеркнуть) взрослые сами разберутся что и куда потратить. И конечно же на благо самого Поттера, куда ж без этого?       В свете таких новостей Габриэль решил усилить свою ментозащиту, и пускай это вызовет ненужные вопросы у мозгоклюев в лице Дамблдора и Снейпа, но зато хоть как-то обезопасит его личное и сокровенное. Уровень способностей этих двух индивидуумов мужчине ещё предстояло выяснить, но лучше перебдеть. И запастись проверенной пищей и несколькими вариациями универсальных антидотов. Заставить желудок выплеснуть всю гадость обратно Архангел мог и самовнушением, но это лишь физическая составляющая, а вот магическую, что наверняка успеет просочиться из жкт, еще надо исследовать, а потому временно придется вышибать клин клином.       Подготовка к отправке в логово подземных тварей, тобиш Нору, уже была окончена и псионик неспешно перебирал в голове варианты примирения с семейством Дурслей, как в комнату кто-то неуверенно поскрёбся. Немного сфокусировавшись на реальности, Габриэль открыл дверь псионикой, обнаружив за ней жмущегося Дадли. Парень испытывал довольно разносторонние и зачастую противоречивые чувства к обитателю своей бывшей комнаты для игрушек.       — Проходи, кузен, — обратился Гарри к парню, приподнимаясь с кровати и попутно активируя купол защиты от ментального вмешательства. На это действие Дадли вздрогнул и подозрительно покосился на него, но всё же молча вошел и прикрыл дверь за собой.       — Тебе же нельзя колдовать летом? — полу утвердительно спросил он.       — Нельзя палочкой, но я не так давно стал пользоваться псионикой, — честно ответил Габриэль, а память мальчонки подкинула по ассоциациям интересные воспоминания из далекого детства, — Помнишь у тебя была такая старая игра на компьютере про противостояние с пришельцами?       — Возможно… Но она мне не понравилась. Слишком сложная.       — Да не, там главное было выработать тактику, — задумавшись над шуткой судьбы, произнес псионик, но отложив разбор на потом продолжил: — Ну да ладно, ты, братец, ведь не просто так заглянул ко мне? Выкладывай.       — Угу… Меня уже достала эта диета. Мне нужно что-то чтобы похудеть. У твоих ненормальных есть что-то такое… ненормальное?       — Ненормального у них навалом, но конкретно по твоему вопросу я посмотрю в справочниках. Наверняка будет что-то подходящее, — не упираясь согласился Гарольд, ведь кузен сейчас сам решился таки пойти на сближение. Такого в книге не было, а значит что-то недавно произошло и это напрямую связано с появлением Габриэля в теле МКВ (мальчика который выжил), — Но, ты удивишься, тебе придется такое состояние поддерживать уже самостоятельно. Много… м-м-м… настоек пить вредно.       — Не надо меня совсем за дебила считать, Поттер! — вспылил парень.       — И не собирался, просто указал на необходимость, — примирительно поднял руки Гарри. — Кстати, не расскажешь, что же такого произошло, что ты пришел ко мне?       — Не знаю я, что произошло, но вчера проснувшись, понял, что отношение к тебе стоит поменять, — нехотя признался парень, а рука сама собой дернулась потирать филейную часть. Но как будто опомнившись, он добавил более «грозно»: — И это не из-за кусочка грейпфрута.       «Кажется в таких случаях принято говорить «упс!», — подумал Габриэль, припоминая, что после его вспышки злости, когда он предполагал, что вокруг иллюзия, кто-то в соседней комнате скулил во сне. Этим кем-то, как показало время, оказался Дадли, — «Значит… ментальное воздействие сбросило какие-то установки у него в голове и это подтверждает искусственность неприязни Дурслей к племяннику. Вот только кто эту пакость навёл?»       Вариантов на самом деле было не так уж много, но выяснить это за оставшиеся пол часа-час нереально. Потому закруглив разговор, Дадли направился в свою комнату, а Габриэль, дополнив список дел на будущее еще и этим, решил размяться. Усиленные тренировки этому телу пока противопоказаны, судя по ощущениям и вообще питанию, парень явно потреблял мало белков и витаминов, поедая в основном присланную выпечку (состоящую из углеводов по большей части, если кто не знал), да сладости, а «диета» за авторством тетушки не могла покрыть все нужды растущего организма, ведь была скорее всего рассчитана на взрослых.       Внезапно Габриэль понял, что стоило бы в Хогвартс прихватить обычного чаю, в следствии засилья завтраков, обедов и ужинов тыквенным соком, который безусловно полезен молодым организмам, но на скромный взгляд псионика-европейца — стопарик хорошего красного вина после приема пищи оказывает не меньший эффект да и куда лучше сказывается на настроении. Однако, никто не даст его пронести в замок. К тому же у местных в приоритете пойло под названием «огневиски» и «сливочное пиво», что откровенно не вызывало положительных реакций у Габриэля, так как к крепким алкогольным напиткам он относился лишь как к средству выведения всякой химии из организма или вообще предпочитал заменять их стаканом натурального молока. Про пивозаменитель и говорить не приходилось, это явно не тот пенный напиток, под который отлично заходят баварские сосиски или копченая рыбка.       Обдумывая варианты добычи алкогольной продукции в Хогвартсе, парень спустился на кухню и стал шуршать баночками с разным чаем, расфасовывая его по целофановым пакетикам. Ауру, что выплеснулась на весь дом он не сворачивал, а потому почувствовал, когда к нему подошла тетушка, фонтанируя неприязнью и некоторой долей любопытства.       — И что это ты тут делаешь, неблагодарный мальчишка?       — Решил взять немного чая в школу, — сразу честно пояснил псионик. — У нас там один тыквенный сок дают к любому приему пищи. Он конечно полезен и вообще тыква — диетический продукт, но целый год его пить…       — Пф… Не думай, что я тебя жалею, мне противно смотреть на то, как ты обращаешься со столь благородным напитком, — фыркнула тетушка, отбирая у парня пакетики и пересыпая их содержимое в небольшие металлические коробочки. — Чтобы вернул мне их все в целости и сохранности, ты понял?       — Всенепременно, тетя! — шутливо козырнул Габриэль родственнице Поттера и аккуратно собрав все четыре емкости, понес их укладывать в сундук.       На столь неоднозначную и явно выбивающуюся из шаблона поведения реакцию миссис Дурсль, псионик лишь пожал плечами, выводя закономерность и принимая во внимание возможную комплексность воздействия на родичей Поттера. Как с этим частично бороться становилось гораздо понятнее, но от того не менее проблемным было то, что на весь учебный год он уедет и поддерживать купол ментальной защиты никто не сможет.       Именно сейчас Габриэлю ну очень сильно захотелось чтобы в этой реальности вот так прямо недалеко от дома, где-нибудь на ближайшем пустыре, рухнула тарелка с лунатиками под предводительством полудохлого или совсем уж дохлого «Эфирного». Как сделать из частей его черепушки кулончик, защищающий от ментальных воздействий псионик знал доподлинно, всё же первыми эту тварь несколько месяцев назад на задании по зачистке обнаглевшего инопланетного транспортника встретил и прибил именно их отряд, а потом и Вален расщедрилась, поведав всем внезапно обнаруженные свойства после таксономии привезенного трупа пришельца. Но чего нет, того нет. Да и сомневался Архангел, что местные смогли бы выставить хоть какое-то сопротивление лунатикам, а уж если там будут крисалиды или пара тройка мутонов, то — прости-прощай старушка Англия.       Время шло неумолимо и уже приближалось к встрече с рыжим семейством. До столь знаменательного события оставалось несколько минут и Гарри спустился в гостиную, составляя компанию нервничающим родственникам. Коротко кивнув Дадли, отвечая на его взгляд-вопрос, наверняка связанный со средством для похудания, Габриэль подтолкнул ему образ записки, написанной и оставленной в его комнате на прикроватном столике.       Время ожидания внезапно затягивалось, но аура псионика в значительной степени сглаживала нервозность, потому кроме невнятного бурчания Вернона, ни кто ни чем особо не отличился. Даже тетушка сподобилась заварить чай и поставить чайничек на столик вместе с несколькими наборами чашечек на блюдцах, явно демонстрируя отменные английские манеры. Вот только было у Габлиэля предчувствие, что гости это не то чтобы не оценят, а скорее даже не заметят.       Именно это собственно и произошло спустя несколько минут. Взметнувшееся в камине зеленое пламя опало и явило взорам рыжего худощавого мужчину, что приветливо улыбаясь шагнул в дом. За ним появились и другие действующие лица, которых в общем-то можно было и не приглашать, ведь все вещи уже были спущены вниз самим Габриэлем во избежание праздных шатаний по дому двух «озорников-имбецилов», что собственную продукцию ради эксперимента скармливают всем подряд кроме друг друга. Покрывшийся красными пятнами Вернон явно желал очень нелицеприятно выразиться о способе появления гостей, но сдержался, пускай и не без ментального внушения со стороны псионика.       Тем временем, Артур поприветствовал всех и попробовал завести беседу на отвлеченные темы (про вилки, штепсели и лепестричество), наверняка зная о негативной реакции слушателей. По крайней мере эмоции он излучал странные. Озадаченность, разочарование и энтузиазм с легким налетом злорадства. При чем последнее было обращено на псионика, а первые два по-видимому на то, что камин оказался открыт. Рон при виде Габриэля сперва обрадовался, но потом от него пришло чувство подозрительности и злости, скорее всего внешний вид Гарольда для предпоследнего Уизли оказался эдаким триггером, ведь у него, исходя из рассказов «тетушки Ро» всегда были только обноски от старших братьев (не считая ежегодно обновляемых свитеров, но летом их носить всё же жарковато), однако сидевшие на нём вполне сносно.       Близнецы же, к удивлению Габриэля, были искренне рады видеть парня. По крайней мере фальши или алчного подтекста от них не исходило в отличие от двух других представителей их семейства. Даже то, что им не удастся пробежаться по дому Дурслей, оставляя «сюрпризы» для Дадли, не омрачило их настроя, правда это же и не помешало Джорджу «случайно» вывалить несколько конфет, доставая руки из кармана брюк для переноски сундука Поттера.       Дадли, к сожалению псионика, всё же не утерпел и подобрав одну, почти сразу после исчезновения близнецов закинул её в рот. И началось каноничное представление с истерикой Дурслей старших и не очень успешных «попыток успокоить магглов» от Артура Уизли.       Решив не задерживаться и серьезно поговорить о поведении с близнецами, Габриэль нырнул в камин, произнеся «Нора». Хотелось конечно куда-нибудь ещё по-быстрому смотаться, но найти его сейчас было бы легче лёгкого, а объясняться почему он свалил, к примеру, на Косую Аллею, вместо дома лучшего друга, не хотелось. Понятное дело, что отмазка на вроде «испугался и произнёс первое что в голову пришло» прокатит, но стопроцентной уверенности всё же не было.       Таким образом, примерно представляя как пойдут дальше события, Архангел успел сгруппироваться и быстро замахнуться сжатой в кулак ладонью, чтобы при выпадении из камина после телепорта как следует заехать по морде лица одному из близнецов. Что интересно, это у него действительно получилось, только подставившимся под удар оказался Фред, а не Джордж, разбросавший конфеты.       — Ауч… — потирая ушибленную скулу с расползающимся фингалом произнёс близнец, вставая с пола.       — Могу добавить, — оценивая дело рук своих уверенно произнёс Габриэль. — Вы совсем дебилы? Увеличившийся язык легко перекрывает дыхательные пути и человек просто задыхается. Так соскучились по дементорам за лето, что в Азкабан захотелось?       — Так там отец, он бы…       — Вылетел с работы за использование магии на глазах у магглов без санкции министерства. Если вы не заметили, то окна на улицу не были зашторены и прохожие с улицы спокойно могли всё рассмотреть, — перебил очухавшегося Джорджа псионик. — Это не считая того, что он уже упоминал о несанкционированном подключении камина моих родичей к сети летучего пороха.       — Но это же безобидная шутка была!       — Фред, Джордж, признайте уже, что получили по заслугам, а Гарри верно всё сказал, вы перешли уже черту шутки и чуть не стали убийцами, — произнёс подошедший рокер и протягивая для знакомства руку, продолжил: — Меня зовут Билл, мы ещё не встречались лично, но я уже наслышан.       — Гарольд Джеймс Поттер, — пожав руку, ответил Габриэль, — можно просто Гарри.       — Ну вот и отлично. А там за столом сидит наш брат Чарли. Идём перекусим чего, пока…       Но договорить он не успел, так как за спиной у близнецов раздался хлопок и появился «злой» мистер Уизли, начав их отчитывать. Спустя некоторое время к этому действу присоединилась и мать семейства, чьими криками только сектоидов пугать. От всего этого так и разило постановкой, но актёры играли отлично. В какой-то момент Архангелу даже захотелось похлопать этому театру двух… Ну может трёх актёров, вот только его отвлёк странный спектр эмоций идущий от дверей. Взглянув туда, он наткнулся на изучающий взгляд Гермионы, что выглядела как-то странно. Чужеродно и слишком по-взрослому держа себя, девушка (хотя по идее должна бы быть только девочка) развернулась и ушла наверх, судя по звукам шагов с лестницы. Следом как раз Молли в приказном порядке предложила Рональду показать где Гарри (а ныне Габриэль) будет ночевать в оставшиеся до поездки в Хогвартс дни.       «Что-ж, пока нормальными можно считать только старших сыновей, а вот близнецов лишь условно-нормальными», — раздумывал Габриэль, идя следом за Роном. Рядом шла Джиневра, забивая восприятие непонятными конструкциями из вожделения и гордыни, — «Хотя… Если предположить о чем именно она фантазирует, зная финал книг, то ну нафиг такое соседство. А вот Гермиона удивляет. Явный неканон и я однозначно тут не причем в отличие от случая с приемной семьей. Надо разбираться, но поосторожней».       Как не старался Рон с Джини, разговорить Гарри у них не вышло, а потому до комнаты все дошли почти в полной тишине и пропустили левую встречу с Персивалем и его докладом о тонкостенных котлах, который ему явно поручили только чтобы он отстал уже от руководства. По крайней мере такое решение напрашивалось само собой для человека, что служил в регулярной армии своего государства, а после и в проекте по защите земли от инопланетных захватчиков. Выполнением абсолютно ненужной и порой бредовой работы нагружали слишком инициативных индивидуумов если их проступков не хватало для назначения на «губу» или перевода в штрафбат. Обычно это помогало, но, видимо, не в данном случае, если верить книгам тёти Ро.       Дойдя наконец до последнего этажа халупы, что держалась разве что на магическом слове и даже без крыла (ибо сие не был самолёт), Габриэля встретил «знакомый» пейзаж. По крайней мере сверяясь с воспоминаниями отличий псионик мог найти не так уж много по сравнению со вторым годом обучения, когда Поттера откровенно выкрали из дома Дурслей.       Мечущийся по комнате Сычик, как его назвал Рональд внезапно затормозил в полёте и аккуратно скланировал на плечо Архангелу под удивлённые взгляды остальных присутствующих.       — Ого! Мне казалось его ничего унять не может… — произнесла Гермиона, тихо добавив что-то про молнии или электричество.       — Молодец, мелкий, постигаешь науку, — почесав голову гордой птички улыбнулся Габриэль.       — Какую науку? — насторожился Рональд.       — Армейскую. Чтобы его отловить для отправки тебе ответа вчера, я задал ему логически невыполнимую задачу, звучавшую как «Стой там, лети сюда»[2]*.       — Пф, оригинально, — улыбнулась Гермиона, даже не задав очевидный в такой ситуации вопрос, однако его следом озвучил таки Рон.       — А откуда тебе она известна? Ну наука эта?       — Да летом телевизор смотрел, там фильм был про армию, — немного слукавив ответил Габриэль. Летом фильмы про армию псионик, конечно, смотрел, но вот именно Поттер — нет.       — А-а-а… — протянул понимающе Рональд, хотя в эмоциях явно сквозило обратное.       Дальнейшее ознакомление с жилплощадью и обменом накопившейся за лето информацией происходило почти штатно, разве что в диалогах мало принимала участие Гермиона и потому Рону пришлось изворачиваться с объяснениями сестре о каком Сириусе он спрашивал у Гарри. В общем и целом, вечер обещал быть занимательным, а потому оказавшись таки инициатором спуска, Габриэль неспешно направился сразу во двор, зная, что их в любом случае отправят туда.       Тем временем Бил и Чарли, как и полагалось, устроили таранное сражение летающими столами. Представив, что им за такое выписало бы руководство базы и Коммандер в частности… Габриэль улыбнулся и предложил немного трансформировать их, усложнив тем самым задачу по столкновению. Парням понравился вариант с самолётами и вскоре по двору один за другим носились два летательных аппарата, бипланной конструкции, выписывая разные фигуры пилотажа, подсказываемые и показываемые руками всё тем-же псиоником. Светить свою «беспалочковую магию» в семье, что по сути обокрала парня, Габриэль не собирался, хотя и запросто мог перехватить телекинетическое управление уже готовыми моделями. С превращением стола в самолёт вышли бы пожалуй сложности, но это псионик решил наверстать уже по приезду в Хогвартс.       В следствии относительной тишины по сравнению с тем что было, голова Персиваля вновь не появилась перед ликом Габриэля, а потому оставалось только ожидать когда же бывший староста Гриффиндора спустится на пожрать. В смысле на вечерний приём пищи, хотя первое утверждение, исходя из воспоминаний Поттера, при наличии рядом Рональда, было всё же вернее. И на это действо с самого первого курса стоял легкий блок закладок по типу «не обращай внимания». За чьим авторством были эти кружева даже угадывать не приходилось, ведь вряд ли злой летучий мышь будет такое делать для сына Лили. Хотя для сына Джеймса ещё были варианты скорее всего, но узнать это наверняка псионик мог только в школе.       Гермиона же во время всего представления лишь задумчиво следила за всем со стороны. Подойдя к ней незаметно, когда все остальные были заняты обратной трансформацией и сервировкой столов, Габриэль невзначай поймал её взгляд, пытаясь незаметно считать верхний слой так называемых «продумываемых» мыслей. И каково было его удивление, когда он, несмотря на удачу, получил активное сопротивление. Успев заметить полыхнувшие между пальцами девушки искры, он резко сблизился, хватая её за запястье. То, что перед ним не сама Гермиона, а кто-то иной но в её же теле стало понятно сразу. Вряд ли английская девочка могла свободно размышлять на японском языке, где вряд ли когда либо бывала.       Идея пришла почти сразу и подстроив, что он запнулся, Габриэль утянул на землю и Гермиону, при этом группируясь так, чтобы она упала на него.       — Нам надо поговорить, незнакомка, — быстро прошептал ей на ухо псионик по-японски.       — Ночью, как все уснут, — согласилась девушка, ответив на том-же языке и следом начав подниматься, громче добавила: — Гарри, какой-то ты неуклюжий за лето стал.       — Да нет, Герми, я просто с утра ничего не ел, вот и ноги немного заплетаются, — отряхиваясь подыграл девушке парень.       — Вот! А ты ещё против был, чтобы мы проучили тех противных магглов! — вскинулся было помогать Фред.       — Не путай мокрое с мягким. То, что я не ел это только моё решение и с родственниками, какими бы они ни были, буду разбираться самостоятельно. Мне с ними жить ещё три года минимум.       — Фред, Джордж, мне казалось мы уже закрыли эту тему? — добавив строгости в голос, произнёс уже Чарли, ставя на стол первые блюда с едой.       — Ладно, ладно, — начал говорить Фред.       — Мы поняли, — закончил за ним Джордж.       — Ну значит бегом за едой! Нам одним что ли всё таскать? Рон, тебя это тоже касается, — обратился к ним Билл, неспешно долеветировав большой поднос с жареным мясом.       — А-а-а…       — А Гарри и Гермиона наши гости. Бегом давай, — отвесив братский подзатыльник для придания скорости, пояснил подошедший Чарли.       В общем и целом вечер прошёл сытно и немного познавательно. К примеру удалось Чарли разговорить на счёт драконов в их заповеднике и некоторые специфичные привычки разных видов узнать. Билл в свою очередь поделился некоторыми нюансами общения с гоблинами, о которых многие и не задумываются. Но во главе стола всё равно был предстоящий чемпионат и результаты предыдущих залётов разных команд. Откровенно показывать отсутствие интереса к этой теме, как у не-Гермионы, у Габриэля не вышло. Лучший «друг» не понял намёков и постоянно вовлекал псионика в общий разговор, так что отсылка всех по кроватям воспринялась вполне благодушно. Тем более вскоре после этого предстоял очень интересный разговор.       Дождавшись пока все в доме уснут и немного поспособствовав этому в конкретно своей комнате, Габриэль направился вниз, где его уже у выхода из своей комнаты ожидала девушка.       — Ай-Ай-ай… Заставляешь даму ждать, милашка, — улыбнулась Гермиона, приветствуя парня. — Так о чем ты хотел поговорить?       — Не здесь. Идём в пристройку, там точно не должно быть случайных ушей, — оборвал её псионик, не настроенный на шутки и потянул за собой.       В пристройке когда-то стояла переделанная машина отца рыжего семейства, до того как ожила и свалила покорять Запретный лес близ Хогвартса. Ныне же это помещение было чём-то средним между простым сараем и гаражом. То тут то там валялись разного рода инструменты, как магические так и простые маггловские, а соседствовали с ними сено, солома и прочие корма, предназначенные для живности, что в небольших объемах разводила семья Уизли. Правда больше создавалось впечатление, что это просто для создания видимости этого самого разведения и для антуража бедствующей семьи. Уж с тем количеством денег, что они успели уже умыкнуть из сейфа Поттера, так точно. Но ни кто из соседей ведь не знал о таких аферах, так что в каком-то смысле рыжему семейству можно даже поаплодировать за отличную актерскую игру и хорошо оформленные декорации.       Но двое «детей», что забрались туда для разговора на это не слишком заостряли внимание. Уместившись на край чего-то похожего на верстак и предложив девушке присесть на стульчик рядом, Габриэль стал думать с чего именно лучше начать разговор, но у его спутницы было несколько иное мнение на этот счёт:       — Повторю свой вопрос, хоть и очень не люблю это делать: о чем именно ты хотел поговорить? — умостив ногу на ногу и держа спину прямо, спросила девушка.       — Я знаю, что ты не Гермиона Грейнджер. Отсюда возникает несколько закономерных вопросов…       — Ах, вон ты о чем. Да, я не она. Меня зовут Лиза. Я Пурпурная Ведьма и библиотекарь Ордо Фавониус, — зевнув в конце и элегантно прикрыв ротик тыльной стороной ладони, произнесла девушка, — Если это всё, то позволь откланяться, мне ещё нужно выспаться…       — Нет, не всё. Как ты попала в её тело и что собираешься делать теперь?       — О-о, — протянула Лиза соблазнительно потягиваясь на стуле, — Ты ведь не думал, что я всё тебе выложу лишь по единому требованию?       — Значит бартер… Что-ж, это приемлемо, — покивал своим выводам Габриэль.       — Умный мальчик, — улыбнулась девушка, — И раз уж я представилась, то теперь твоя очередь, НЕ Гарольд Джеймс Поттер.       В общем и целом, столь странное знакомство и первое общение для двух невольных попаданцев вылилось в увлекательный разговор продлившийся немножко за полночь. Девушка уверила, что ничего плохого ученице не желает, а произошедшее лишь результат неучтенных факторов при каком-то ритуале. Габриэль же рассказал урезанную версию своего попадания и замеченных уже странностей. О имеющихся в памяти книгах о ближайших событиях он предпочёл тактично умолчать, а Лиза не стала выспрашивать о источниках знаний.       Уже возвращаясь в дом, чтобы лечь спать, псионик предложил и дальше сотрудничать:       — Во-первых так будет меньше подозрений со стороны, — начал пояснять свою позицию он.       — А во-вторых, я согласна. Ты, похоже, больше меня знаешь об этом мире. Не знаю откуда, но это будет полезно, — прервала его мыслеизлеяние ведьма. — Ну и в-третьих, меня заинтересовал твой способ обращения с магией. В замен, предлагаю обучить тебя некоторым известным мне умениям.       — Обмен опытом… Что-ж, я согласен, — прикинув все за и против, согласился Габриэль. — Но с последним придётся повременить до прибытия в Хогвартс.       — Ну, тогда спокойной ночи, kawaika-chan, — улыбнулась девушка и прежде чем скрыться за дверью, провела указательным пальцем по лицу Поттера, очерчивая скулу, щеку и подбородок, задев в конце краешек губ.       «Ещё одна Бестия на мою голову», — подумал псионик и тяжело вздохнув направился дальше по лестнице.       На утро, проснувшись чуть раньше остальных и вполне выспавшись благодаря медитативному состоянию, Габриэль провёл очередную легкую разминку, продолжая приучать тело к нагрузкам. Быть желудком на ножках опытному бойцу откровенно не хотелось. Понятное дело, что и атлетом или бодибилдером за хотя бы пол года ему не стать, но в свете предстоящих испытаний это становится всё актуальней. В книге, к примеру описание второго тура ясно дало понять, что ни кто не успел за отведённый час справиться с заданием. Час в ледяной воде, а точнее на неизвестной, но явно не малой глубине. Воздействие холодом возможно нивелировалось жаброслями, но вот физически… Габриэль в своё время проходил некоторые тренировки по погружению на глубину с аквалангом и спустя пол часа он чувствовал себя довольно уставшим. Что уж говорить о подростке, что из всех занятий выбрал спортивное сидение на древке метлы?       Спустя минут десять, как была окончена разминка, в комнату тихо вошла Молли Уизли, но увидев, что парень уже проснулся, развила бурную деятельность по побудке сына, полыхая при этом на весь ментал недовольством и злостью. Такое поведение зародило некоторые подозрения у псионика по поводу того, как именно бралось разрешение о снятии наличности из ячейки пацана. Но не став показывать своё истинное отношение, Габриэль переоделся в повседневную маггловскую одежду и направился умываться. Сегодня предстоял сложный день.       Наскоро позавтракав, все не умеющие трансгрессировать дружной толпой под предводительством отца семейства пошли к местной свалке…       — Скажи, а это нормально? — задала вопрос подошедшая к псионику Гермиона.       — Смотря что ты имеешь ввиду. Но вообще да, для местных магов вполне обычное дело, взять кусок мусора и наложить на него портал.       — Ну это-то я поняла из объяснений Рыжика. А то, что они ищут его без применения магии? И они что, не чувствуют исходящую от вон того… эм… ботинка силу стихий?       — Не-а. Я кстати тоже, ибо не умею, — искоса взглянув на неё ответил Габриэль.       — М-да. Ну ничего, у нас будет время всё наверстать, — улыбнулась девушка.       Тем временем к процессии присоединился Амос Диггори со своим сыном Седриком. Вообще парень производил неплохое такое впечатление, а вот отец его был странноватым. Хотя наверное это просто избыток гордости от того, что в прошлом году его сын обыграл Поттера (самого Поттера!) в квиддич. Отцовские чувства и вообще что-либо связанное с семейной жизнью было несколько чуждо Габриэлю, рано потерявшему родителей в автоаварии, а жизнь после школы связавшему с военным делом. Без фанатизма, конечно, но и семьи в свои тридцать лет ему заводить не хотелось. Да и какая семья при полномасштабной войне против технически превосходящего Врага?       Естественно были интрижки, организм как ни крути требует своё, а мужчина не был монахом, но и они обычно не длились дольше полугода. Чаще всего девушки сами уходили от него, кто-то тихо и незаметно, кто-то с криками и слезами, когда как. Но менять своё решение псионик не спешил, особенно в свете открывшихся способностей. Жить с кем-то, зная о нем всё и даже немного больше… было сложно. Простые девушки на такое вряд ли согласятся, а скрывать свои способности от предполагаемой супруги не нравилось уже самому мужчине. Ведь о какой чести, честности и взаимопонимании тогда могла идти речь?       Задумавшись над такими не столь важными в данной ситуации проблемами и «плавая» в своих воспоминаниях, Габриэль и не заметил, как они уже оказывается прибыли на место, разбили палатку и что их уже пытаются спровадить за водой. Рон благополучно слился, мотивируя это тем, что повредил пальчик, пока забивал колышек. Но это не слишком волновало остальных, а потому, пожав плечами и подхватив под локоток Гермиону, псионик отправился к ближайшей колонке, следуя пометкам на выданной карте.       По пути им встретились школьные знакомые, с которыми пришлось переброситься хотя бы парой ничего не значащих фраз, тем самым увеличивая время похода, но это никак не повлияло на настроение парочки. Проходя мимо лагеря болгар, на каждой палатке которой был вывешен портрет ловца их сборной, Лиза внезапно усмехнувшись сказала:       — Какой красавчик… Как будто прямиком из Снежной сюда прибыл.       — Прости?       — Оу, кто-то ревнует? — изобразив легкий смех, спросила девушка.       — С чего бы? Просто странно было услышать от тебя русское слово, пускай и с сильным акцентом, — не поддался на очередную провокацию парень. Благо был уже опыт.       — Хм? — не поняла Лиза.       — Снежная, — повторил псионик, но с гораздо меньшим акцентом. — Болгарский язык, конечно тоже из славянской группы как и Русский, но ты произнесла это именно по-русски.       — Хм-м… — теперь уже задумалась ведьма, мило нахмурив бровки, — Вообще это название одной из северных стран в Тейвате.       — Тейват это материк? — уточнил мужчина. Новая информация была интересна хотя бы тем, что сам псионик был, как он решил для себя, из иной параллели текущего мира, и таких названий, несмотря на отличное знание географии, он не помнил.       — Нет. Это наш мир. Если будет угодно — планета, — пояснила девушка, переведя понятия в удобоваримую формулировку.       — Значит миров куда больше, чем я предполагал… — вслух озвучил свои выводы Габриэль.       — До недавнего времени я тоже лишь предполагала о наличии таковых…       — Но всё изменилось с попаданием в тело школьницы? — усмехнулся парень, оценивая то, как умела держать себя девушка. То, что где-то там она явно была старше и несколько более раскована — не вызывало сомнений.       — Нет, несколько раньше, но знание об этом тебе не пригодится, милашка, — улыбнулась Лиза и ткнула указательным пальцем по пипке носа парня. От недавней серьёзности и след простыл.       «Хотя была ли эта серьезность вообще?» — про себя подумал псионик, уже начавший привыкать к тому, что девушка неплохо могла закрывать свои эмоции, когда хотела.       Придя как раз к обеду с наполненными ведрами воды (зачем, если в итоге новоприбывшие использовали агуаменти?!), Габриэль и Лиза стали свидетелями явления не слишком приятного человека, что якобы помог достать лучшие билеты. А именно Людо Бэгмена. Он всё так же как и в книге принимал ставки на исход матча и близнецы уже собирались попытаться преумножить своё богатство (читай все скромные накопления), как в их разговор вклинилась ведьмочка, видимо почувствовав исходящие от мужчины не слишком светлые эмоции или просто заметив хмурый взгляд Гарольда, которым он сверлил игромана.       — Уважаемый, а вы выдаёте расписки или всё только на словах?       — Ну что вы, мисс! Как можно?! — чуть не подскочив на месте и забегав глазами воскликнул мужчина, очень достоверно изобразив негодование.       — Гермиона, мистер Бэгмен ведь уважаемый человек! — встал на защиту коллеги Артур Уизли и строго добавил: — Извинись, пожалуйста.       — Отец, она верно всё спросила и извиняться тут не за что, — сказал подошедший Билл, подмигнув ведьмочке, что явно и не собиралась выполнять требований.       — Что вы, юноши! Конечно я выдам вам расписку. Так какова ваша ставка? — видимо решив не обращать внимание на легкую перепалку, произнёс Людо, возвращаясь взглядом к мешочку с деньгами, что уже извлекли близнецы.       — Болгары проиграют… — начал в излюбленной манере Фред.       — Но снитч поймает Крам, —дополнил его следом Джордж.       — Отлично! Ставка принята, — преувеличенно бодро произнёс Бэгмен, чиркая что-то на листочке и закончив протянул его близнецам. — Вот расписка, ну а мне пора идти дальше!       — Ваша мать это не одобрила бы, — пробурчал нахмурившийся отец рыжего семейства. Эмоции исходившие от него в этот момент, ввели в некоторый ступор псионика. Он был от части доволен каким-то действием, но в большей степени же раздосадован возможностью чего-то ещё. При этом до выдачи расписки этих эмоций не было.       — Но её тут нет, — указал на очевидное Билл.       Дальнейшее время до начала матча прошло довольно пресно. Общий обед, прогулки по лагерю, обсуждение игроков соревнующихся команд квиддича, обсуждение приемов в квиддиче… квиддич, квиддич, квиддич… Казалось от этого слова у Габриэля скоро уши в трубочку свернутся, но видя и чувствуя всё большее напряжение, исходившее от Гермионы, мило наблюдавшей за всем с улыбкой голодной акулы, настроение всё же остановилось на уровне приемлемого. То есть пожелания близкого знакомства с крисалидом (пускай лишь мысленно) слались каждому встречному, что по новому кругу начинал обсуждения этой треклятой игры для импотентов верхом на инвентаре для подметания улиц.       Всё изменилось когда пришли они… Точнее когда они пошли на стадион. Мягко оттеснив Рональда, Лиза пристроилась справа от Габриэля и слегка прильнув телом к его руке, шепнула на ушко:       — Если такое продолжится и в школе, то я за себя не ручаюсь.       — Не бойся, в этом году квиддич отменят в силу другого мероприятия. О нем так и кричал Персиваль вчера за ужином, сложно было не услышать, — тихо ответил парень, усмехнувшись.       — Ох как замечательно-то… — расплылась в улыбке ведьмочка. — Не против если я сяду рядом с тобой в ложе?       — Если перестанешь каждый раз так прижиматься, то без проблем, — сохраняя каменным лицо и нечто ещё пониже (подростковые гормоны-с), ответил Поттер.       — Ты, такой стесняшка, Гарольд, — взглянув на него из-под приопущенных ресниц с легким придыханием произнесла девушка, вопреки просьбе сильнее прижимаясь к парню. — Оу, так вот оно что оказывается… Быть может мне стоит помочь тебе с этим?       Шедший следом за ними Чарли поперхнулся от невольно подслушанной части разговора и крайне удивленно стал осматривать пару школьников. Повернувший голову в его сторону Поттер лишь как бы извиняясь пожал плечами, ни слова не проронив. Драконолог хотел уже было начинать давать некие советы парочке (не отчитывать же их прилюдно? К тому же царившую на старших курсах атмосферу он ещё хорошо помнил), но прищуренный взгляд девушки предостерёг его от опрометчивого шага и он просто улыбнулся показав большой палец.       Тяжело вздохнув и уверившись в ночных выводах о вероятном поведении девушки, Габриэль продолжил путь в ложу размышляя о том, как стоило бы поступить с такими заигрываниями и шутками. Если со своими подопечными, Лирой и Мари, он мог просто надавить авторитетом или званием, то тут… эти варианты отпадали. На социальной лестнице формально Гарольд и Гермиона стояли на одной ступени. А для урезонивания идти на конфликт и обзывать очень даже привлекательную девушку «грязнокровкой», уподобляясь Малфойю младшему, мужчине не хотелось. Да и её реакция на такое… Судя по разрядам электричества, мелькнувшим вчера, умнику, что оскорбит Пурпурную ведьму будет очень весело «кататься на электричке». Хоть и не слишком долго.       За размышлениями на автопилоте усевшись на своё место в ложе, Габриэль стал лениво осматриваться по сторонам, отмечая тех или иных людей. Семейство упомянутых ранее Малфоев, возможно Гринграссы, по крайней мере образ одной из девочек совпадал с памятью Поттера, ещё некоторое количество незнакомых, но явно высокопоставленных министерских служащих. Относительно недалеко на пустом месте сидела и мелкая домовушка, Винки кажется. Не заметить её было сложно, внешность этих домашних работников была слишком приметной. А вот двойной поток эмоций с того места говорил лишь о очередной совпавшей в этом мире вехе из книги.       В данный момент Габриэль даже немного сожалел об отсутствии у Поттера мутации электрокожи. Постоянно следить за деятелем под империусом в такой толпе было проблематично, так как эмоции вокруг на чемпионате будут бурлить как оставленный на огне котёл с водой и что-то конкретное отследить…       — О чем задумался, крошка? — мурлыкнула в ухо Гермиона, заставив прервать псионика свои размышления.       — Да есть тут один индивидуум под скрытом. Не хотелось бы остаться без концентратора внезапно… — проверяя наличие палочки в наспех сделанной из повязок кобуре, ответил Габриэль.       — Ара-ара, где-то рядом притаился плохиш, да? — улыбаясь и не обращая особого внимания на взгляды окружающих, немного навалилась на парня Лиза.       — Именно.       — Давай я просто поставлю на него метку, как на книжку библиотечную? — предложила девушка.       — Пф, не стоит привлекать к себе лишнего внимания, — усмехнулся псионик, занятый как раз чем-то похожим.       — Ну как знаешь… — начала отвечать ведьма, но была перебита подошедшим наконец Фаджем с делегацией болгаров на хвосте.        «Видеть этого человека в памяти парня и в реальной жизни далеко не одно и тоже», — отметил про себя Габриэль, здороваясь с обратившимся к нему министром. — «В любом случае, это значит что скоро начнётся матч».       — Гарри Поттер, вы понимаете, — громко ­начал втолковывать он мужчине, который был одет в роскошную, черного бархата с золотом мантию и, откровенно получал удовольствие от попыток Фаджа что-то ему «пояснить», делая вид, что не понимает ни слова по-английски. — Гар­ри Поттер, ну же, вы знаете, кто это… Мальчик, кото­рый одолел Сами-Знаете-Кого… Ну должны же вы знать, кто это…       Тут болгарский волшебник вдруг обратил внимание на шрам Гарри и быстро и взволнованно затара­торил, указывая на него:       — Бедно момче, родината дори не може да излекува белег в знак на благодарност към юнака, който я освободи от потисничеството на тиранина. (Бедный мальчик, родина не может залечить даже шрам в знак благодарности герою, освободившему ее от гнета тирана.)       — За съжаление, някакво същество седи в нея и не всичко е толкова просто. (К сожалению, в нем сидит какое-то существо и не все так просто.) — обратился Габриэль к нему на родном языке, на что мужчина изменившись в лице вновь оценивающе осмотрел его.       — А вие сте пълни с изненади. Нека се представя правилно — българският министър на магията Обланск Панайотов. (А вы полны сюрпризов. Разрешите представиться правильно — болгарский министр магии Обланск Панайотов.) — чуть склонив голову произнёс мужчина, скрыв тем самым довольную улыбку от вида в очередной раз оконфузившегося английского коллеги. — Не приемайте присърце това, което казах по-рано. (Не принимайте близко к сердцу то, что я сказал ранее.)       — Глупаво е да се обиждаме на фактите, господин Панайотов. (Глупо обижаться на факты, господин Панайотов.) — пожал плечами парень и был моментально сграбастан в охапку Фаджем.       — Мистер Поттер, прошу, побудьте моим переводчиком пока не вернётся мистер Крауч! — поглядывая на собравшихся громким шепотом начал мужчина. — Я не знаю болгарский и треклятый языковой барьер вынуждает меня уже пол дня общаться с коллегами из другого государства чуть ли не жестами!        Отказываться было бы глупо, потому, формально предупредив, что могут быть неточности, ведь говорить на этом языке он стал только к концу лета, Гарри вновь оказался в центре внимания. Таким образом, расположившись между двумя министрами и временно прервав шутливые провокации со стороны Гермионы, место которой в данный момент заняла ведьма из другого мира, Габриэль стал неспешно общаться с болгарином, периодически «переводя» те или иные комментарии по просьбе Фаджа. То, что Обланск прекрасно знает английский, не было секретом для читавшего книгу псионика, но так как тайна была не его, он решил все же подыграть.       В течении всего матча Габриэль периодически ощущал на себе разные взгляды. Завистливые, удивлённые, задумчивые… Взрослому мужчине даже стало интересно на сколько «гибкой» окажется логика соотечественников Поттера и какую статью накатает местная акула пера Скитер, что пробралась на ложу и бессовестно заседала на плече Фаджа. В том, что она не знает болгарский сомнений не было, так как волны жгучего интереса после каждого ответа министра Болгарии просто облизывали парня с ног до головы. Оставались ещё варианты с артефактами переводчиками, но в анимагической форме они явно не работали, или слив воспоминаний в Думосбор и их долгий перевод и анализ. Но зная любовь местной репортёрши к «жареным» новостям, отправлявшимся в печать чуть ли не сразу, Габриэль предположил, что во избежание скандала, даже если завтра выйдет газета, будут использоваться самые нейтральные формулировки. Поделившись невзначай своими соображениями с мужчиной, псионик получил в ответ добродушную улыбку и заверение, что коли произойдёт иначе, то политическое убежище ему будет предоставлено по первому же запросу.        Вообще общение было достаточно познавательным для обеих сторон и, когда матч окончился, пускай и не в пользу Болгар, Панайотов лично познакомил мальчика-который-выжил с ловцом сборной, Виктором Крамом. Не сказать, что парень был рад этому знакомству, став моментально чернее тучи в ментале, и будь в руке на месте снитча какая-нибудь живая птичка, она давно бы сдохла от такой силы сжатия. Ловец болгар явно держался из последних сил, чтобы не высказать некоторым своё мнение в лицо и заметив это, Габриэль поспешил свести всё в возможное соревнование при следующей встрече, а министр поддержал инициативу, заверив обоих, что такое провернуть можно будет даже раньше чем они предполагают.       Но всему приходит конец, и не слишком вежливо, но Габриэля позвали следовать за рыжим семейством. Болгарский министр в этом случае решил чуть дольше поиздеваться над коллегой и не стал показывать знания английского языка, который официально, как и в том мире откуда был псионик, являлся международным. Компетентность Фаджа в глазах иностранных гостей явно давно была ниже плинтуса.       Ещё на лестнице возле Поттера постоянно стал мелькать Рон, но узкий проход и постоянное движение не давали ему приблизиться. Однако по пути до палатки град вопросов о Краме побил пожалуй все мыслимые рекорды, как и черная зависть, которой исходил парень, глядя на своего «друга». Урезонили его как не странно, довольные словно коты, добравшиеся до сметаны, близнецы. Шедшая же не вдалеке Гермиона просто осматривалась по сторонам и периодически морщила носик. Прямо сейчас уточнить что ей не нравится у Габриэля не вышло и предположив, что они в любом случае окажутся в одной палатке, он продолжил путь, шутливо перебрасываясь фразами с Фредом и Джорджем, попутно наталкивая их на размышления об оплате риска для подопытных. Выходило вроде бы неплохо и со многими мыслями они хотя бы про себя, но были полностью согласны.       «Вероятно им ещё стоит обсудить это наедине для принятия окончательного решения, так что не буду слишком напирать», — решил псионик, плавно уводя тему в менее серьезное русло, а тем временем все как раз дошли до чудо-палатки.       Внутри ничего кардинально не изменилось за время их отсутствия, а потому заняв одну из выделенных комнат троица (к глубокому сожалению двух подселенцев) стала обсуждать прошедший матч по новому кругу. Внимания удостоились и «щедрые» лепреконы, на которых разжился Рональд, подобрав кучу иллюзорного золота, и «коварные» вейлы к которым он же исходя слюной собрался прыгать через ограждения с почти стометровой высоты. На псионика команды поддержки не произвели особого впечатления, как и на ведьму, лишь с отстранённым интересом наблюдавшую за магическими существами, которых не было в её мире.       За время обсуждения к ним в комнатку наведались ещё драконолог с разрушителем проклятий и близнецами. Первые просто ради проверки, а вторые чтобы сообщить остальным, что они не надолго отойдут что-то там проверить. Гревшая у входа всё это время уши Джинни спустя какое-то время тоже удалилась. В эмоциях у неё было легкое разочарование, ревность и сонливость. Последнее, кстати, стало одолевать всех присутствующих и закруглив разговоры, Габриэль с Лизой прикорнули прямо на диванчике, на котором и сидели всё это время.       Рональд же, сперва сходив куда-то ещё, вложил в руку «крепко спящего» Поттера перо и что-то вывел на поднесённом листе пергамента. Сам Габриэль уже не волновался на счёт списания денег таким образом. На время выяснения подробностей он, как владелец сейфа, запретил проводить любые операции без его личного присутствия. Если деньги всё же спишут, значит придётся выяснять у гоблинов причины, которых может быть не так уж много и самая вероятная — это та, что Хедвиг не его личная сова и в первую очередь относит письма кому-то ещё. Иных способов проверить это он к сожалению не знал, а предыдущие письма, доставленные ею пока не могли служить доказательством верности почтальона.       В итоге немного поспав, а точнее, зная предстоящий бедлам — помедитировав, Габриэль, почувствовал первые предпосылки, идущие со стороны палаточного городка англичан. Споро проверив присутствующих разумных в их палатке, псионик отметил, что не хватало только Артура Уизли, который наверняка вскоре прибежит, и начал аккуратно будить Гермиону.       — Jin, watashi o hanatte oite, mōsukoshi ne sasete. Gogo no kyūkei ga arimasu (Джин, отстань, дай ещё немного поспать. У меня время послеобеденного отдыха), — вяло стала бормотать девушка на родном языке, попутно пытаясь использовать как подушку колени парня.       — Erumī, anata wa kono kyūka-chū ni taida ni nari sugita yōdesu. Sodatsu… (Кажется ты, Герми, стала слишком ленивой за эти каникулы. Растёшь…) — наклонившись прошептал на ушко ведьме Габриэль, на что та несколько удивлённо открыла глаза.       — Я не ленивая, — принимая сидячее положение и соблазнительно выгибаясь в потягушках, ответила Лиза. — Просто я храню энергию для того момента, когда она мне будет необходима.       — Ну, скоро, вполне возможно, она понадобится. Празднества победы плавно перетекли в драки и прочие радости пьяной толпы, — поднимаясь с диванчика и начиная делать разминку затекшему телу, произнес псионик.       — Ох-х… Ни минуты покоя с этими волшебниками, — последовав примеру Габриэля и размяв пальцы рук, произнесла девушка, изобразив обиду.       То, что ей не требовалось ни произносить заклинаний ни вообще использовать концентратор, псионик понял ещё вчера, но вот о вариативности он не слишком задумывался, предположив, что её арсенал примерно сопоставим с ним. А потому был удивлён, наблюдая как Лиза приводила себя в порядок. Волосы были уложены и скреплены на конце материализовавшейся из воздуха заколкой, одежда приняла более незаметный цвет, так как девушка уже была одета в джинсы и кофту с блузкой. Кроссовки также приобрели тёмные тона.       — А ничего, что ты тоже волшебница? — спросил Габриэль, но увидев снисходительный взгляд девушки, поправился: — Ну как минимум находишься в теле волшебницы.       — Я ведьма, как и эта девочка. Не стоит путать понятия.       — И в чём же разница? — поднял бровь псионик, наблюдая за приближением Гермионы.       — Как-нибудь потом объясню, — проведя указательным пальцем по груди парня сверху вниз произнесла с легким придыханием она, — Если захочешь…