Часть 1
15 ноября 2020 г., 21:33
Джесс знала, что что-то не так. Она знала это до мозга костей, а собеседник сказал всего пять слов:
— Мне нужно поговорить с Сэмом.
Без преамбулы, без объяснения, без введения, и он не нуждался в них. Джессика Винчестер никогда не встречала отца своего мужа, поэтому сама не поняла, откуда узнала, что это был именно он.
Но она знала.
На дрожащих ногах она подошла к Сэму. Он поднял глаза от компьютера и Джесс молча протянула ему телефон. Она увидела, как он немного нахмурился, а затем услышала его любопытное:
— Алло?
Он так внезапно побледнел, что Джесс почувствовала, что душа у нее ушла в пятки. Было бы лучше, если бы он встал и заметался по комнате, если бы нахмурился и начал кричать, если бы он выругался и повесил трубку. Все что угодно было бы лучше, чем его остекленевшие глаза и охрипшее, задыхающееся:
— Где?
Сэм нажал кнопку на телефоне завершая разговор, а затем сидел, глядя в никуда, видя то, чего Джесс не могла видеть.
Слова застряли у нее в горле, ее разум сформировал их, но она не могла говорить. Что случилось? Она должна была спросить, она хотела спросить, но не могла, потому что знала — что-то не так.
Сэм снова взглянул на нее, и Джесс почувствовала, как по ее спине пробежала дрожь. Глаза у него были пустые, широко распахнутые и потерянные. Она видела, что Сэм тоже пытался подобрать слова, что его разум кричал их ей, хотя его рот не мог их сформировать.
Он моргнул, и у нее в ушах зашумело, когда он хрипло произнес слово:
— Дин.
Шум в голове стал громче, и все тело онемело.
***
На самом деле онемение было благословением. Это позволило ей забронировать билеты на самолет, позвонить в колледж и на работу, арендовать автомобиль, упаковать одежду, поехать в аэропорт… Потому что Сэм не мог ничего из этого делать. — Что?.. — начала она, прежде чем он ее перебил: — Дорожная авария. — Насколько?.. — Плохо. Вот и все. По правде говоря, его молчание тоже было благословением. Сэм готов был разбиться, как стекло о бетон, и она не была уверена, что сможет справиться с осадками. Было легче заставить Сэма слепо подчиняться ее командам — садись, жди здесь, держи это — чем думать о том, что он ей сказал, о том, что могло случиться, о Дине… Легче сосредоточиться на том, что она могла контролировать. Легкие вещи: доставить их следующим рейсом в Айову, взять оплачиваемые отпуск до дальнейшего уведомления. Она могла справиться с этим. Она не могла справиться с плохими вещами.***
Это был худший полет в ее жизни. Конечно, Джесс не ожидала меньшего. Долгая и угнетающе тихая поездка, и Джесс почти постоянно смотрела на Сэма, просто чтобы убедиться, что он дышит. Он был бледным как труп, и она мгновенно отмахнулась от этой мысли, сосредоточившись на том, чего не могла видеть. Онемевший, решила она. На данный момент он был полностью под наркозом к тому, что происходило, к тому, что они делали, куда они направлялись, что они обнаружат, когда… Еще одна мысль, которую она отказалась закончить. Теперь, когда они приземлились Сэм дышал глубоко, ровно, сохраняя спокойствие. Но все же именно Джесс обращала внимание на все, а не он. Она вела их из аэропорта к такси. Она смотрела на дорожные знаки и ориентиры. Она пыталась держать Сэма под контролем. Все в нем говорило, что он скрывается под маской, которую она видела только однажды — во время редкого ссора между ним и Дином несколько месяцев назад. Маска, скрывавшая Сэма, которого она знала, за спокойствием, все еще пугающим ее. У Дина тоже была его версия маски, такая же пугающая. Джесс вся дрожала, просто не могла остановиться, хотя она все контролировала, и не думала об… Она не могла остановить дрожь. И каждый раз, когда она смотрела на Сэма, ее сердце заикалось, потому что… Боже, он готов был разбиться на кусочки. Это было там, ясно, как небо, если… Сэм разваливался, и у нее не было никакой надежды сшить его вместе. У Джесс не было нужной нити, ни у кого не было. С момента встречи с Дином, с тех пор, как оно увидела их вместе, Джесс вообще не понимала того, как они могли разлучиться. Как они могли провести четыре года без контактов? Как? Наблюдать за Сэмом и Дином в одной комнате — значит наблюдать идеальную симметрию. Они всегда знали о присутствии друг друга, добавляли друг друга, проверяли друг друга, зная, что другой делал, что другой собирался сказать. Они вышли из такси: Сэм первый, Джесс за ним. Он на мгновение остановился на тротуаре, взглянул на нее — с пустым лицом, маска на месте — и затем двинулся вперед. Они знали, на какой этаж идти. Джесс все это записала ранее, когда звонила для уточнения информации. — Стабилен, — вот все, что врачи сказали по телефону. Стабилен, но в реанимации. Они слишком быстро оказались внутри, слишком быстро в лифте, а Джесс не была готова к этому. Сэм не был готов к этому. На мгновение она не могла дышать, и посмотрела на него, но Сэм снова уставился прямо перед собой. Он развалится, если… Джесс заставила себя сделать пару вдохов. Она не могла потерять контроль. Сэму нужно было, чтобы она была спокойной и уравновешенной. Он не сказал этого, но Джесс знала. Она знала это. Он не многое сказал, но и не должен был. Она поняла. Что можно было сказать? Как все это можно было выразить словами? Она понимала, что это невозможно. Если выразить это словами, все станет реальностью. А этого не могло быть. Сэму нужно было, чтобы она была стойкой. Джесс взяла его за руку и он немного подпрыгнул, словно забыл о ее присутствии. Взгляд, который он бросил на нее, был тусклым и тяжелым, и от этого у нее сжалось сердце. Она обняла его обеими руками, нежно сжимая. Что-то заколебалось в маске, сместилось, а затем снова стабилизировалось. Однако это было все, что ей нужно было увидеть. Она подошла ближе и склонила голову ему на плечо. Он был неподвижен и напряжен. Лифт остановился, двери открылись. Но Сэм не двигался, даже не дрогнул. Он смотрел прямо перед собой в то место, куда Джесс не решалась идти. Место, которое принадлежало исключительно Сэму и Дину. Однако она не желала этого места, она имела свою версию этого. Джесс потянула его за руку, пока двери лифта не закрылись. Сэм снова подскочил, осознание мелькнуло в карих глазах, паника вспыхнула в них, и Джесс крепче сжала его руку. — Пошли, — прошептала она сквозь ком в горле. Сэм кивнул, маска держалась неподвижно. "Маска не давала ему развалиться", — внезапно подумала она. Он скрывается за ней, держится за нее, это сохраняет его рассудок. Мгновение спустя именно Сэм вел ее, тащил за собой — слишком знаком с общей планировкой больничных этажей. Мысль расцвела и ускользнула в ее сознании, спрятавшись за дюжиной, может быть, сотней других. Джесс держалась стойко, немного бежала, чтобы успевать за его длинными шагами, но не отпускала его руку. И тут Сэм внезапно остановился. Джесс едва успела притормозить, чтобы не врезаться в него. Сделав вдох, она посмотрела на него, готовая спросить, что случилось. Он смотрел прямо перед собой, маска так крепко сидела на месте, что ее рот закрылся. Сэм сжал челюсть, в глазах был холод, он выглядел свирепым. Сэм перед ней не был тем Сэмом, кого хотелось бы встретить в темном переулке. Джесс немного вздрогнула и проследила за его взглядом. Инстинктивно она подошла к Сэму на шаг. Единственный мужчина в зале ожидания стоял в центре комнаты. Высокий, смуглый и красивый — это клише, ходячее клише… И это был отец Сэма. Это был отец Сэма. У него была двухдневная щетина на лице, зашитая рана на лбу и рука в перевязи. У него была такая же мрачная внешность и маска как у Сэма. "Значит, это семейная черта Винчестеров", — рассеянно подумала Джесс. Она тяжело сглотнула. Обычно Джесс пыталась сломать лед. У нее это хорошо получалось, она была хороша в остроумии и ослаблении напряжения. Но сейчас это не была «обычная» ситуация. Это была первая встреча отца и сына почти за пять лет. Дин был в больнице, а не здесь, чтобы заставить их всех улыбаться и закатывать глаза. Внезапно глаза Джесс защипало, и она с отчаянием глубоко вздохнула. Она была единственным человеком здесь, который не мог развалиться. Она нежно сжала руку Сэма, надеясь на реакцию. И ничего не получила. Мужчины продолжали смотреть друг на друга, воздух между ними был густым, наполненным недопониманием. Джесс чувствовала это: воспоминания, прошлое. Все было настолько сильным, что можно было утонуть в нем, если потерять бдительность. Все становилось размытым от слез, Джесс отказывалась признать очевидное. И тут отец Сэма сделал шаг вперед. — Сэм, — сказал он хрипловатым голосом, в котором прозвучало что-то настолько похожее на горе, что слезы все же навернулись на глаза Джесс. Она тяжело сглотнула, у нее перехватило дыхание. Сэм содрогнулся, и она снова сжала его руку. — Папа, — тихо прошептал он, задыхаясь. Джесс видела, как старший мужчина пытается сглотнуть. — Сэм. Это было… — начал он, но его голос оборвался, рассыпался. Джесс увидела, как он глубоко вздохнул и подошел к ним. — Давно… — он попытался снова, и опять его голос сорвался. Сэм кивнул, не мигая уставившись на отца. Джесс посмотрела на него, моргая, чтобы рассеять дымку слез, и увидела, что он помрачнел. — Да, — хрипло сказал Сэм. — Слишком долго, — добавил он прерывисто вздохнув. Его отец остановился в нескольких футах от них, не сводя глаз с Сэма. Он кашлянул и снова сглотнул. — Хотелось бы, чтобы это было в лучших… — начал он, но так и не закончил. — Папа. Сломанный шепот Сэма перебил отца, и мгновение спустя тот оказался прямо перед ними, положив ладонь на затылок Сэма, и потянув сына к себе. И Сэм пошел, рухнул в объятия отца, вырвав руку из хватки Джесс. Каким-то образом он словно стал меньше ростом, когда прижался к груди отца, обняв его. — Сэмми, — услышала Джесс шепот его отца и увидела, как он вцепился в куртку сына. После этого Джесс отвернулась, дав им уединение. Она сделала еще один прерывистый вдох, сдерживая эмоции. Потом обняла себя и изучила комнату. В своей жизни она побывала только в одной приемной — ей тогда было четыре года, и она собиралась стать старшей сестрой. Джесс медленно прошлась по комнате, пытаясь осмотреть все, но слишком хорошо осознавая двух мужчин в центре помещения. Теперь они разошлись, и разговаривали приглушенным тоном, опустив головы и почти соприкасаясь лбами. Они стояли бок о бок, голова Сэма практически опиралась на плечо мужчины. Отец Сэма положил руку на спину сына, и, пока Джесс смотрела, каждые несколько секунд он тер небольшие круги — утешая. Для нее это было странное зрелище. Джесс много думала об это человеке с тех пор, как узнала Сэма, с тех пор, как узнала Дина, с тех пор, как узнала Сэм/Дин — и утешение никогда не появлялось на арене. Сэм поднял голову, внезапно встретившись с ней взглядом, это был сигнал для нее. Джесс медленно направилась к ним, внезапно почувствовав себя неловко. Папа Сэма. Она так хотела познакомиться с ним. С человеком, который вырастил таких сложных мужчин, таких близких братьев, таких очаровательных людей. Она хотела изучить его, проанализировать каким отцом он был для двух маленьких мальчиков без матери. Увидеть, стали ли они теми, кем были, из-за него или вопреки ему. Она хотела понять его — потому что все, что она знала до сих пор, говорило ей, что этого отца нужно судить и обвинять. Но не так, не здесь, не тогда, когда Дин… Слезы снова навернулись на глаза, когда Сэм потянулся к ней. Джесс взяла его за руку, стараясь сохранить контроль. Она почувствовала, как взгляд мужчины упал на нее, почувствовала, как он изучает ее, читает ее — судит ее. При мысли об этом ее охватил гнев, и она подняла взгляд, чтобы посмотреть ему в глаза. В глаза Сэма. Это были глаза Сэма, только не такие теплые. — Это Джесс, папа, — мягко сказал Сэм, притягивая ее к себе. Однако ее взгляд был прикован к его отцу. Мужчина коротко улыбнулся ей и хрипло сказал: — Рад познакомиться. Джесс медленно кивнула. — Да, мне тоже. Приятно познакомиться, — она замолчала. Его взгляд больше не был на ней. Он снова смотрел на Сэма. Они не обменялись никакими словами, но внезапно рука Сэма соскользнула вниз, чтобы схватить ее за талию, а его подбородок поднялся в таком жесте, который она миллион раз видела у Джилл, когда сестра противостояла матери. — Моя жена, — добавил Сэм ровным голосом. Здесь что-то происходило, чего Джесс не понимала и чего не могла видеть. Оба взгляда скрестились еще на мгновение, прежде чем она снова почувствовала тяжесть взгляда свекра. — Джон Винчестер, — сказал он, протягивая ей руку. Джесс ответила на рукопожатие. Его хватка была теплой и сильной, глаза, которые встретились с ее взглядом, были твердыми и пристальными. Мгновение спустя хватка исчезла, и внимание мужчины снова было обращено на Сэма. — Я хочу увидеть его, — тон Сэма показался Джесс странно детским, почти требовательным, с нитью мольбы. Усталый кивок его отца тоже казался странным, как если бы он уступал в споре, которого она не слышала. — Сюда, — добавил Джон через мгновение, поворачиваясь к одному из коридоров. Сэм повернулся вместе с ним. Джесс подождала, пока его рука не потянет ее за собой. Она наблюдала за медленной шаркающей походкой Джона Винчестера, за тем, как Сэм хмуро смотрел в профиль отца, слышала, тихий вопрос Сэма — как ты? И бойкий ответ — я в порядке. Сэм потянул Джесс за собой, когда она ждала несколько секунд перед тем, не уверенная, что ей можно идти следом, и бросил на нее тот же самый хмурый взгляд, что и отец. Она сжала его руку и ускорила шаг. Они молчали, пока шли по коридору. Прогулка была достаточно долгой, чтобы она определила, что с ногой Джона определенно что-то не так, и начала задаваться вопросом, не стоит ли ему находиться в собственной больничной палате. Но потом он остановился у двери одной из палат, и Джесс перестала думать. — Он… не… — Джон позволил словам затихнуть, поскольку Сэм уже обошел его и открыл дверь. Джесс была на пару шагов позади него. Она услышала шепот Сэма: — О, нет. А потом ее разум зарегистрировал то, что она видела: Дин неподвижно лежал на кровати с закрытыми глазами и трубкой в горле.
