Скованные

      Подарив на прошлый день рождения Джису пса, последнее, о чем думал Намджун — это то, что ему самому придется гулять с ним. Этого маленького белого медвежонка Джису полюбила с первой секунды — Намджун убедился в этом, чуть не оглохнув от её писка. Но спать по утрам она любила все-таки больше. Правда при этом Джису настояла на том, что утренняя прогулка для пёсика жизненно необходима. Поэтому остатками утренней неги пришлось жертвовать самому Намджуну, просто чтобы не расстраивать любимую девушку.              Натянув на голову капюшон спортивного костюма, Намджун, не переставая зевать, вышел на улицу. Он замер, заметив садящегося в машину соседа. Джин тоже увидел его и вежливо кивнул в знак приветствия. Намджун, закатив глаза, проигнорировал его. Ему хотелось исчезнуть.              А день быть таким приятным. Четверг — маленькая пятница. Но настроение было испорчено.              Медленно направляясь в сторону площадки для собак, Намджун пытался не думать о соседе. Сущее проклятье. Стоило им пересечься, Намджун не мог ни на чем сосредоточиться. Он всегда мог держать это под контролем. Но Джин сводил его с ума.              Оказавшись на площадке, Намджун снял медвежонка с поводка и присел на скамейку. Он пытался думать о работе — отчеты, встречи — но перед глазами всплывало только лицо соседа. Как же Намджун ненавидел его за это. Если отец сегодня будет снова недоволен им…              Заблудившись в собственных мыслях, Намджун не заметил, как к нему кто-то подсел. Он встрепенулся и посмотрел на нарушительницу его личных границ. Она зачем-то напялила большие солнцезащитные очки и кепку, скрывающую половину лица. Как какая-нибудь звезда. Странно, Намджун видимо упустил тот момент, когда Лалиса успела стать айдолом. Под ее ногами крутился кот.              — Это площадка для собак.       — Мой кот больше твоей собаки, — Лалиса наклонилась и погладила любимца за ухом. — Как Юнги?              Намджун пристыженно сглотнул. Не то, чтобы он забыл про брата — Намджун вспоминал его даже чаще, чем если бы воспоминания оставались затуманенными и безболезненными. Но он никогда не спрашивал у отца, как тот поживает. Потому что боялся, что даже простым вопросом выведет его из себя.              Лалиса, не дождавшись ответа, хмыкнула. Даже её кот смотрел на Намджуна с презрением.              — Ты давно бы мог вытащить его из этой тюрьмы, если бы не пытался изображать идеального сына перед тем, кто этого никогда не оценит.              Лалиса откинула голову и чуть расслабила шарф, которым обмотала шею. Наверняка он был ей нужен для того, чтобы в случае чего спрятать ту половину лица, которую не скрывала кепка. От каких папарацци она пряталась, оставалось для Намджуна вопросом.              — Семь миллионов подписчиков не шутки, а я не накрашена, — Лалиса поднялась на ноги, видимо, признав, что площадка ее коту интересна чуть больше политической ситуации в стране. — Передавай привет Джису. И подумай над моими словами.              Если бы все было так просто. Лалиса всегда была предоставлена самой себе. Одевайся во что хочешь. Встречайся с кем хочешь. Будь и делай, что считаешь нужным.              А в противовес этому — сплошной, тотальный контроль. И наказания — вполне физические — в случае неповиновения. Юнги пытался сопротивляться, но к чему это привело? Но Намджун боялся даже не того, что его насильно запрут в лечебнице. Он просто хотел, чтобы семья любила и гордилась им. Разве он так многого просит?              Когда Намджун вернулся домой, Джису уже не спала. Она утащила медвежонка в ванную мыть лапы, а Намджун, наспех позавтракав, убежал на работу. Он надеялся, что хотя бы там, утонув под горой отчетов, ему удастся забыть про ненавистного соседа.              Ближе к обеду у него это получилось. Работы было так много, и Намджун ничего не успевал. Отец уже несколько раз накричал на него и, кажется, начинал терять терпение. Разговоры в кабинетах стали тише. Кажется, Намджун даже слышал осторожное дыхание секретарши отца. Он дружелюбно улыбнулся ей, проходя мимо, а она только сильнее вжала голову в плечи.              Кажется, только Намджун знал, что они зря боятся его отца. Самое большее, что он мог сделать — накричать. Настоящую злость он срывал только на сыновьях.              За работой прошла пятница — конец недели. Дома Намджун оказался почти в полночь. Он заснул, даже не вспомнив о том, что утром должен был пойти с Джису в парк. И с Джином.              Поэтому звонок в дверь, ставший полной неожиданностью, ужасно напугал Намджуна. Натянув футболку, он открыл, даже не утруждая себя глазком. Разъяренная Джису, державшая в руках велосипедный шлем, освежила его память. Намджун попытался улыбнуться так, чтобы его прекрасная девушка передумала убивать своего оппу. Но сегодня с Джису такие фокусы не проходили. Она несильно шлепнула Намджуна по плечу и прошла в квартиру.              — Почему ты до сих пор не одет? Нас вообще-то уже ждут.              Намджун шумно закрыл дверь. Его накрывшийся отдых не шел ни в какое сравнение с тем, что он вспомнил про Джина. Как он мог забыть про то, что сосед любезно согласился присоединиться к их прогулке. Намджун даже подумал о том, чтобы «случайно» сломать велосипед и остаться дома. Но под пристальным надзором Джису у него не было никаких шансов.              Уже меньше, чем через час они подходили к парку. Джина Намджун увидел еще издалека. А вот Джису продолжала кого-то высматривать. Она даже приподнималась на носочки. Когда они поравнялись, Джин чуть поклонился обоим, отчего Джису растерянно заморгала и на всякий случай тоже поклонилась, а Намджун лишь закатил глаза и скривился.              Джин, по мнению Намджуна, был не совсем подходяще одет для велосипедной прогулки. Особенно эти белые узкие штаны — а если упадет? Зато маленький черный рюкзак за спиной был довольно милым. Особенно нашивка с воздушным гимнастом.              Джису всё ещё продолжала искать кого-то глазами. И Намджун, если честно, начинал терять терпение. Ну что она снова задумала. Но возмутиться Намджун не успел. Джису пискнула и кому-то весело замахала рукой. Показавшаяся в толпе Розэ немного успокоила расшатанные нервы Намджуна. Она негромко поздоровалась с парнями и, обняв Джису, чмокнула подругу в щеку.              Намджун проигнорировал изучающий взгляд Джина и посмотрел на Розэ. Она была такая нежная, вся в розовом, а два высоких хвоста делали ее необыкновенно милой. Ну просто мечта педофила. Вслух Намджун этого говорить не стал. Он попытается никому не портить настроения. То темное, что накопилось в нем за неделю, Намджун оставит в себе. Пусть пожирает только его.              — А где твой велосипед? — Розэ помахала у него перед глазами роликами. Белыми с розовыми колесиками. Ну, просто не девочка, а конфета. Джин улыбнулся.       — Милые ролики, — Розэ посмотрела на него и улыбнулась в ответ.       — Спасибо.              Стоит ли говорить, что Намджуна чуть не стошнило?              Они гуляли уже больше часа, и все шло почти нормально. Намджун наслаждался ветром в волосах. Он изредка бросал взгляд на Джису, которая ехала рядом с Розэ и о чем-то весело с ней щебетала. Джин ехал чуть впереди и, кажется, слушал музыку. Намджун поймал себя на том, что следит за перемещением нашивки на его рюкзаке, и, дав себе затрещину, перевел взгляд на небо. Чистое, но почему-то такое холодное.              Они устроили передышку, только когда у Джису зазвонил телефон. Прислонив велосипед к дереву, она отошла, чтобы поговорить. Розэ, не снимая ролики, улеглась прямо на траву. Намджун, хмыкнув, посмотрел на Джина. Пижон смог бы повторить за ней, только если был готов выбросить свои белые штаны в мусорку.              Джису вернулась через несколько минут и выглядела ужасно расстроенной. Она обняла Намджуна и уткнулась ему в грудь. Он ласково погладил девушку по волосам и поцеловал в макушку.              — Что случилось?       — Мама попросила приехать. Говорит, это срочно.       — Я с тобой, — Джису благодарно улыбнулась, но покачала головой.       — Я справлюсь. Побудь еще немного с Джином, он выглядит таким одиноким, — последнее она произнесла шепотом, не разрывая зрительного контакта. Намджун кивнул и поцеловал ее в нос. Ну, как он может отказать такой милашке?              Розэ ушла вместе с Джису. Джин тоже собирался, но Намджун остановил его, схватив за запястье. Прикосновение обожгло, и он тут же убрал руку. Джин поправил рюкзак.              — Ты чего? — Намджун не мог понять, почему Джин так спокойно разговаривает с ним после той перепалки в первую ночь их знакомства. Неужели не видел, как он ему противен.       — Давай покатаемся еще, — Джин улыбнулся и залез на велосипед.              Он постоянно оборачивался, и этим только раздражал Намджуна. Ну он что, маленький мальчик за которым надо следить? Они проехали так еще немного, прежде чем Намджун окончательно разозлился. Набрав скорость, он обогнал Джина, ненадолго съехав с дорожки. На короткое время Намджун почувствовал себя победителем.              А потом появилась неясная тревога. Она чуть ослабла, когда Намджун обернулся на Джина, чтобы убедиться, что с тем всё в порядке. Так повторилось раз. И еще. И еще. Наконец, Джин не выдержал и отпустил смешок. Намджун даже поперхнулся воздухом от его наглости. Он обернулся, чтобы сказать какую-нибудь гадость, но не успел.              Дурацкий камень. Намджун почувствовал толчок, а потом его выбило из сидения, и он перелетел через руль. Велосипед приземлился прямо на него. Металл оцарапал висок. Намджун зажмурился, вспоминая все известные ему ругательства на английском и корейском. А когда открыл глаза, увидел перед собой взволнованное лицо Джина.              — Ты в порядке? — Джин цокнул языком. — Ты разбил себе лоб. Подожди, надо обработать.              Он достал из рюкзака аптечку и, смочив ватный диск в перекиси, потянулся к Намджуну. Тот вовремя успел увернуться и зашипел. Находиться так близко к Джину он не собирался.              — Я сам.              Сказать было проще, чем сделать. Джин отдал все необходимое и теперь наблюдал за тщетными попытками Намджуна нащупать ссадину. Он только морщился от боли и пачкал руки в крови. А еще грозился занести в рану грязь. Но сдаваться так быстро Намджун не собирался. Только когда силы почти покинули его, а сидеть на земле было уже неприлично долго, он протянул диск с перекисью Джину.              — Помоги? Пожалуйста.              Его прикосновения были такими нежными и невесомыми, что Намджун позволил себе закрыть глаза и насладиться ими. Ему приходилось контролировать губы, которые пытались расплыться в обличающей его настоящие эмоции улыбке. Было даже почти не больно. Он открыл глаза, когда Джин закончил обрабатывать его ссадины. Намджун отвел взгляд, ему почему-то стало неловко. Собственные мысли пугали и злили одновременно. Намджуну не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Джин, кажется, понял его по-своему. Он протянул Намджуну руку и помог встать.              — Ты как? Может, нам лучше вернуться домой? — Намджун прикусил губу и кивнул.              Да, так определенно будет лучше.