У страха глаза велики, а у тебя их даже нет

Бриз почуял неладное ещё утром — его вызвали в участок для повторной дачи показаний. Сделали забор крови, снова, задали вопросы, снова, заставили дать подписку о невыезде. Снова. Только в этот раз говорили намного грубее и явно пытались ухватить единственную зацепку внезапно такого необычного дела. Будь Фрост немного менее осведомлен о способах манипуляции, вполне мог бы загнать себя в угол неудачными ответами. Но он держался спокойно, отстраненно, сложив руки на коленях и глядя прямо в глаза дознавателю. Они отпустили его — иначе и быть не могло. Бриз не имел мотива устраивать полиции ночь страхов, ни коим образом не был связан с интернатом и Фриск в частности. Фриск… а ведь это не ее имя. В отчетах она значилась под другим именем. Деталь довольно существенная, почему малышка решила назваться чужим именем? Обычно детям не присуще желание изменять нечто настолько личное, как имя, даже тем, что имели серьёзные проблемы в прошлом… Из кармана раздался тихий звон — новое сообщение от Гастера. — «Сгодня оставь Фриск приходи Один, либо не появляйся вовсе…» какой кошмар, чем он там, черт возьми, занят? — Фрост поправил очки и перечитал сообщение. Да, доктору было довольно сложно попадать по кнопкам, из-за расплавленных глазниц он едва их видел, но обычно опечатки встречались только в длинных сообщениях. Здесь же от силы слов шесть… — Нужно будет зайти пораньше, — Пробормотал Бриз, пряча телефон в карман. Мелкий, унылый дождик уже успел подмочить экран, — когда дотошный ботаник неправильно пишет слово «сегодня», это усталость. Но если он забывает про точки, можно вызывать службу спасения. Он сгорбился, прячась от промозглой серости за высоким воротом старой кожаной куртки и вздохнул. Осталось нацепить шляпу и начать загадочно грызть зубочистку, образ будет завершен. К стати где-то в кармане кажется завалялась пара спичек… он бы не отказался сейчас что нибудь перекусить, а ещё лучше кого-нибудь. Как там дела у Фриск? У нее то они шли неплохо, а вот Бриз, вернувшись домой и почувствовав ещё в прихожей сладкий запах ментола, довольно сильно встревожился. Он ни на минуту не усомнился, что такой маленький ребёнок, выросший в интернате, вполне мог найти спрятанные сигареты и решить немного «успокоить нервы», как они обычно говорят. — Фриск! — Фрост поспешно снял ботинки, пересек коридор и заглянул в гостиную, на время переделанную в детскую комнату, — Ты где? Негодница как ни в чем не бывало сидела на своём диване и жгла сигареты, как спички. Комнату окутало плотной пеленой сизого дыма, Бриз прикрыл рукавом нос — его глаза мгновенно начали слезиться. — И чем по твоему ты занята? Вопрос прозвучал намного грубее, чем должен был, Фрост поспешно подошел к окну и распахнул его. Влетевший в квартиру холодный ветер одним рывком уничтожил дымную занавесь и утащил ее на улицу, оставив только немного горький запах мяты с привкусом жженой бумаги. — Ты что делаешь?! — Фриск была возмущена до глубины души. Она с удовольствием любовалась причудливыми узорами и сладким ароматом, совершенно не воспринимая это как пассивное курение. В ее представлении, если во рту сигарету не держишь, ничего вредного и не произойдёт, — я бы потом все сама проветрила, зачем так резко? Все равно вся квартира этим пропахла. Она кивнула на полупустую пачку, лежащую на диванной подушке. Не слушая возражений, Бриз отошёл от окна и забрал все, что осталось. — Где ты взяла сигареты? — спросил он, стараясь держать себя в руках и не повышать голоса на ребёнка. — В коробке, она был под шкафом. Там не было закрыто, и я подумала… — Где она сейчас.? — Вон там. Фриск указала на картонную коробку в углу комнаты, рядом с которой лежали какие-то вещи. Сложены они были небрежно, но по крайней мере не раскиданы — видимо Фриск пыталась делать все аккуратно, но совершенно не имела такого навыка. — Там были женские вещи, — она подняла на Бриза пытливый взгляд, — у тебя есть сестра? — Нет, не сестра. Фрост медленно подошёл и присел на корточки рядом с коробкой. Куртка вдруг стала ужасно тяжелой, он снял ее и бросил на пол, совершенно не заботясь о беспорядке. Все мысли мужчины вновь были охвачены одним воспоминанием — тонкие белые пальцы, держащие сигарету. — А кто тогда? — Фриск тоже слезла с дивана и присела рядом, заглядывая во внезапно помрачневшее лицо Бриза — Моего… моего хорошего друга. Он взял со дна коробки легкий платок, развернул его и в руках оказался изящный мундштук из красного дерева в серебристой оправе. Красивая вещица, совершенно, но сочетающаяся с короткими волосами с розовыми кончиками и рокерским прикидом — неизменным образом своей хозяйки. — Ее совершенно не волновало, что с ним она выглядит глупо. Мне нравились такие вещи, как будто пришедшие из прошлого, и этого хватило, чтобы почти пол года с ним не расставаться. Она носила его за ухом, как карандаш, представляешь? Один раз забыла, что уже раскурила сигарету и сожгла прядь волос. Плюнула и подстриглась ещё короче… — Бриз опустил взгляд на Фриск, — это не значит, что нужно вести себя также, ясно? Курение это плохо, что бы ни говорили тебе твои подростковые гормоны. Дурные привычки всегда приводят к печальным последствиям. — Она умерла?.. — кажется Фриск готова была разреветься, если вдруг ее опасения подтвердятся. Глаза заблестели, нос тихо захлюпал, но Бриз только рассмеялся и погладил впечатлительную малышку по голове. — Нет, что ты, она жива и здорова. Я на это надеюсь. Просто мы очень давно не говорили. — Почему? — Ну, иногда людям бывает лучше, если мы разрешаем им уйти. Гвэн не хотела, но нельзя двумя ногами стоять в двух лодках. Тогда утонуть могут все. Поэтому мне пришлось просто отплыть подальше. Бриз закрыл коробку. — А это? — Она забыла немного вещей, когда уходила. А я так и не решился встретиться снова, чтобы вернуть, поэтому просто убрал их в шкаф. Фриск взяла из рук Бриза мундштук, покрутила его в руках и медленно провела пальцем по полированной поверхности. Кое где на ней остались довольно глубокие следы зубов. — Ты точно полностью отпустил? Всю ее? Такого вопроса от маленькой девочки Бриз не ожидал, и тем страннее было его слышать от Фриск — она не произвела на него впечатления эмоционально зрелого и грамотного ребенка… он не верил в судьбу или высшие силы, но порой подобные мелкие происшествия заставляли Бриза усомниться, а может действительно есть нечто, направляющее самых неразумных из нас на верный путь подсказками и намеками? Об этом абсолютно точно нужно задуматься… но не сейчас. Сейчас главная задача Фроста не встретиться ненароком с кем-нибудь любопытным, кто мог бы задуматься, а что это честный гражданин, несущий с собой черную сумку, ночью забыл в лесу? Гастеру легко избавиться от хвоста, достаточно просто телепортироваться, а вот Бриз весь путь проделывал пешком, а потому довольно сильно нервничал. Обычно навещать доктора он приходил днем, но теперь Фриск велено было оставить дома, поэтому Бриз дождался, когда девочка уснёт и только после этого отправился в путь. А ждать пришлось долго. У ребенка оказался напрочь сбит режим и уложить ее спать после наступления темноты оказалось той ещё задачкой. К счастью дорога была свободна, правда пройти через полицейский «блок» оказалось довольно сложно… Бриз, как воспитанный мальчик, чувствовал почти физическую боль, переступая через натянутую между деревьев желтую ленту. Он буквально чувствовал, как грехи, перебирая лапками, заползали под курткой… забавно, что никаких угрызений совести по поводу сокрытия от следствия ребёнка и опасного монстра он не испытывал. Путь до хижины прошёл незаметно, в лесу было как всегда тихо, спокойно, а робкий дождик не осмеливался проникать под густую хвойную шапку. Бриз почти преисполнился уверенности, что тяжёлый день позади и можно расслабиться, но с небес на землю его вернула полная тишина за открывшейся с пронзительным скрипом дверью. — Док? Он ещё не переступил порога, а уже понял, что произошло нечто очень опасное. Монстр сидел на табурете, навалившись на стол и бессильно свесив руки, явно не осознавая происходящего. Первой мыслью Бриза, кольнувшей сознание разрядом электрического тока, была смерть. — Гастер! Он бросил сумку на пол, подбежал к столу и схватил Виндингса за плечи, совершенно не представляя, что нужно делать. Как понять, жив ли он вообще? Искать пульс было бы очень глупой затеей, дыхания у скелета тоже быть не может… Гастер оказался намного легче, чем казался со стороны, Бриз без какого либо усилия, потянув его за плечо, поднял голову монстра, но та безвольно качнулась вслед за посаженным прямо телом. — Черт тебя на кварки раздери, я не знаю что с тобой делать, приди в себя! — крикнул Фрост и зачем-то сильно тряхнул Виндингса, совершенно не обращая внимания на попавшую на руки черную жидкость, капающую из глазниц скелета, — Гастер! Фрост с силой сжал плечи монстра, отчаянно, всей душой желая помочь, но совершенно не представляя, что для этого нужно делать… что ж, иногда этого бывает достаточно. Бриз почувствовал сильную слабость и тяжесть в руках и ногах, не успел он отпустить Гастера, чтобы не утянуть его с собой, как черная пелена затянула взгляд. Он уже ничего не видел и не слышал, но чувствовал, что падает, ощущал громогласное биение сердца всем своим телом… но вот грудь сжало от привычной тяжести и сознание окончательно растворилось во тьме. Наступила тишина.