У страха глаза велики, а у тебя их даже нет

Пробуждение далось ему нелегко. Бриз очнулся от беспамятства и тут же ощутил сильную усталость, обрадовался, что лежит на чем-то и, судя по ощущениям, не собирается снова падать в ближайшее время. — Кто меня выключил?.. — Пробормотал он, не решаясь пока что подниматься. По крайней мере поначалу… — Гастер! Фрост рывком поднялся и увидел скелета, как ни в чем не бывало сидящего за столом. Виндингс обернулся, услышав голос человека, смерил его быстрым взглядом и развернулся лицом к гостю. — Что ж… ты выглядишь лучше. Наверное. Что это было? Почему мы по очереди отключились? Здесь есть маньяк невидимка или я просто слишком впечатлительная особа? Он неловко улыбнулся — Бриз нечасто мог расслабиться в компании Гастера, особенно когда под рукой не было альбома. Вынужденное молчание монстра действовало на нервы крайне угнетающе. Впрочем тот явно понимал это чувство и старался не давить на нового друга излишним вниманием, предпочитая в его присутствии просто делать свое дело. Как и теперь. Гастер протянул Бризу исписанный лист бумаги и какой-то шоколадный батончик. Фрост кивнул и хотел было начать чтение, но скелет покачал головой, указал на шоколад и снова вернулся к своей работе. — Если уж у нас все так серьёзно, проще будет научить меня языку жестов, — Бриз пожал плечами, порвал обертку и начал есть. На удивление почти сразу головокружение и тяжесть в теле начали отступать, — Спасибо. Теперь он мог наконец-то удовлетворить свое любопытство. — «Мой друг, — прочитал Бриз, — я должен поблагодарить за помощь, без твоего вмешательства все могло закончиться плачевно. Не буду вдаваться в ненужные детали, я попытался разделить душу при помощи магии и антимагического абсорбента, но переоценил собственные возможности. Полагаю ты спросишь, что же произошло с тобой? Точного ответа у меня нет.» — Обнадеживает… — Пробормотал Фрост. Гастер только усмехнулся, не отрываясь от работы. — «Я могу лишь попробовать угадать. Судя по твоему состоянию когда я пришёл в себя, ты ощутил на себе последствия магического опустошения. Магия, пребывающая в равновесии с физической составляющей твоего тела, была высвобождена, что привело к временной дисгармонии и потере сознания. Подобное наблюдается у человека во время извлечения РШ, — дальше несколько слов оказались многократно перечеркнуты. Бриз поднял на монстра скептический взгляд. Выглядело это довольно подозрительно, — обычно вы, люди, не используете магию, особенно в этом мире, но в результате моей работы распадающаяся душа…» — Распадающаяся? — переспросил Бриз, не сдержав возмущенного возгласа, — ты, кажется, говорил, что душа — это сама суть живого существа. Что ты вообще здесь делал? Это не звучит как что-то поправимое. Но Гастер только помахал рукой, мол, читай дальше. — «…и эфир вытянули ее из твоего тела. Могу предложить, что ты был встревожен. Иногда эмоции могут влиять на магические способности.» — Встревожен… отличное слово подобрал. Этим саркастическим тоном можно было бы плавить стекло, будь он осязаем. — «Но теперь это не важно, ведь цель эксперимента достигнута.» — Цель. Что за цель? — Бриз поднял голову и увидел, что Гастер снова повернут к нему лицом и держит в руках небольшое устройство размером с книгу, — Выглядит… наворочено. В лучшем случае это выглядело как фантазия художника стимпанка. Собранное из совершенно разношерстных деталей, скрепленное вместе изолентой для прочности, не имеющее ни дисплея, ни корпуса, единственным несомненно отличным качеством этого Франкенштейна было одно — оно работало. — Яснее не стало. Может быть объяснишь? Гастер вздохнул и снова взялся за карандаш. — «Это меж пространственный коммутатор. Если коротко — переходник между плоскостями реальности. Он должен помочь мне не телепортироваться в стену или за пределы атмосферы.» — Угу, угу, — Бриз покивал головой, — послушай, я все понимаю, ты хочешь домой, но может не стоит, ну не знаю, рвать на части то, что позволяет тебе быть живым?! Какой толк от этой машины, если ты просто умрешь? Виндингс явно хотел поскорее вернуться к работе и долгие утомительные разговоры заставляли его вспоминать о том, что время его крайне ограничено. Но Бриз был настойчив, у него тоже были весомые причины для беспокойства. — Док. Гастер недовольно дернул плечом и снова принялся за письмо. Как же давно он ни с кем не говорил… за одну короткую беседу без рук и карандашей он отдал бы очень многое. И это стремление только подгоняло доктора в его трудной работе. — «Просто поверь, что это было необходимо. Мне нужно попасть домой как можно скорее, и не важно, к каким травмам это может привести. В своей лаборатории я смогу исправить практически все, что угодно, нужно лишь туда попасть. Я слишком много времени потратил на изучение этого мира и людей, это непростительная оплошность. Поэтому теперь вынужден спешить. Если в самое ближайшее время я не смогу вернуться, возможно начнутся необратимые изменения, — Гастер протянул вперёд ладонь и над ней появилась призванная рука. Скелет крепко взял один ее палец и с громким хрустом надломил. Бриз сморщился от ужасного звука, но в следующий момент тихо охнул уже совсем по другой причине — из полой кости закапала вязкая черная жидкость, — если долго ждать, эфир меня переварит. Раскол души — вынужденная мера.» Бриз глубоко вздохнул и потер виски. В голове гудели навязчивые мысли. — Я не знал, что все настолько серьёзно. Что ж, не скажу, что твои решения мне по душе, но альтернативы предложить не могу, так что… положусь на тебя. Что ещё тебе нужно для окончания работы? — «Энергия для перемещения.» — Электричество? — «Магия. Моей собственной может не хватить, нужен большой резерв.» — Так возьми мою. Ты упоминал, что в людях она тоже есть. — «В вас — да. Но твоя мне не поможет, в зеленой душе концентрация РШ слишком мала. Нужна красная.» — Фриск? — неуверенно предложил Бриз, уже зная ответ. Гастер решительно покачал головой, — Почему? — «Это сложно объяснить. Помни, почти все что я делаю имеет очень маленький шанс на успех, нельзя втягивать ребенка в это. Тем более, что источник энергии должен будет переместиться со мной.» В хижину прокралась тишина. Бриз раз за разом перечитывал одни и те же строки, а Виндингс сидел, сложив руки на груди, и глядел на него. Оба понимали, что из этой сложной ситуации есть один очень простой выход… — Если бы ты забрал ее с собой, счастливы бы остались все. — «Разве не ты корил меня за то, что я держу возле себя малого ребёнка?» — Гастер раздраженно взмахнул рукой. — Я много говорил с ним в последнее время, — Бриз провел рукой по лицу и закрыл глаза, пытаясь поймать за скользкий хвост ускользающую мысль, — у Фриск очень большие проблемы с доверием людям. Как психолог я ненавижу себя за эти слова, но если есть такая возможность, может ей действительно будет лучше с тобой? Он протянул Гастеру альбом, тот взял его, покрутил в руках и положил на колени. Кажется решение Виндингса не было таким уж безоговорочным, как показалось сперва. Бриз явно видел в монстре внутреннюю борьбу убеждения, что живым людям не место под горой и теплой привязанности к маленькому ребенку. В такие моменты лишние разговоры совершенно бесполезны, есть вещи, которые человек должен решить сам. Даже если он скелет… — Завтра я приведу Фриск, — Фрост поднялся и потянулся за своей курткой, Гастер не реагировал, — она очень соскучилась, а я обещал взять ее с собой ещё сегодня. Неплохо бы… Он оборвал сам себя — нет, ничего, нельзя мешать или пытаться повлиять на принятие решение, это подло и чревато большими проблемами для всех. Виндингс поднял руку, прощаясь с человеком, и дверь за Бризом закрылась. Мужчина резко выдохнул, провел рукой по волосам и оглянулся. Осознание возможно очень скорого расставания на мгновение украло очередной вздох Бриза, глаза защипало. Он раздраженно мотнул головой и быстрым шагом направился к тропинке, вытянув голову в плечи, чтобы холодные дуновения не попадали за шиворот. Забавная штука — иногда сильные эмоции он переживал исключительно физически, не ощущая никакого эмоционального волнения. И сердце сейчас тревожно билось в груди, спеша на помощь кому-то одному ему известному.