У страха глаза велики, а у тебя их даже нет

Но никто не пришёл. Страшные слова, верно? Услышав их ещё не так давно каждый из них содрогнулся бы от ужаса, ведь произнесенные вслух, высказанные мысли тут же становятся чем-то более весомым, реальным, чем не имеющие никакой силы страхи. Так было… когда-то. Теперь же все они, и Фриск в большей степени, вздохнули бы с облегчением. Сейчас, в этот момент, все трое, волею судьбы сведенные вместе в осеннем лесу на задворках маленького городка, на время обрели покой. Кто-то из них нашёл в этой хижине семью, которой никогда не имел, кто-то смог забыть о гнетущем добровольном одиночестве, или смог наконец понять, что нужно детям для счастья. Удивительно, как сильно жизни иногда приходится ударить человека по голове, чтобы он понял, что все эти долгие годы бежал от мира и покоя, ища его в совершенно неправильном и ложно-умиротворяющем. И даже тот факт, что нерадивый ученик человеком не является, совсем не облегчает сложную работу самого мудрого и безжалостного учителя. Что ж, теперь то наконец урок усвоен. Время берет дело в свои руки и не глядя начинает сыпать секунды, мгновения и минуты через край, считая про себя: «Десять, девять, восемь…» Закончился чай. «Семь, шесть, пять...» Спряталось за горизонтом солнце. «Четыре, три, два…» Взрослые вышли на улицу, чтобы набрать воды и перекинуться парой слов. «Один. Кончилось время.» — Я хотел сказать, что рад твоему решению, — Бриз стоял рядом с Гастером, пока одна из призванных рук монстра черпала воду с середины реки. Особого смысла в этом не было, вода там была точно такая же. Разве что совсем немного прозрачнее, — раз уж дело так разрешилось, не хочешь вернуть себе ребёнка? Она, безусловно, лапушка, но я… Внезапно Виндингса словно ударом отбросило в сторону, возле Бриза в воздухе просвистела злая свинцовая муха, с налету раздробив пару ребер скелета. Гастер вскрикнул от боли, едва устоял на ногах и тут же пригнулся, инстинктивно прячась от новой угрозы. Фрост бросился к нему, но монстр не позволил себе помочь, схватил человека за руку и оба они моментально оказались внутри хижины. — Гастер! Фриск как раз в этот момент бросилась к двери, услышав выстрелы, но не успела отворить ее. Скелет упал на кровать, распахнул плащ и поспешно сорвал с груди коммутатор, закрепленный на ней тоненьким ремешком. Устройство было цело, а вот свитер был порван, из него торчали мелкие обломки костей, а на светлой ткани проступали чёрные эфирные пятна. — Гастер, что случилось?! Бриз схватил разрыдавшуюся Фриск за руку, не позволяя приблизиться к монстру. — Пусти! — девочка обернулась и с такой злобой рявкнула на Фроста, что тот внутренне содрогнулся. — Ты только больнее сделаешь. Я им займусь, а ты осторожно выгляни. Что б тебя никто не видел, ясно? Препираться ей не дали, Бриз подтолкнул Фриск к маленькому окну, а сам склонился над раненым. Тот уже тянулся к альбому, содрогаясь от боли. Звук со скрежетом трущихся друг о друга обломков костей бросал в дрожь. — Вижу людей, на них форма и противогазы! Кажется их тут много и они окружают дом… они нас искали?! Раздался громкий звон и во все стороны радужными брызгами расплескалось битое оконное стекло. Гастер резко обернулся на звук, лихорадочно вцепившись в протянутую руку Бриза — тот пытался наконец обездвижить раненого. — Фриск, быстро сюда, на корточках, — коротко бросил Фрост и тоже пригнулся, — я не уверен, что они знают, что ты здесь. А мы с доктором уже, видимо, подписали себе билет в один конец. Правовое государство… док? Гастер попытался подняться, но Бриз довольно легко удержал его на месте. Монстр тихо зарычал, в его руке появилась длинная белая кость — ультиматум, читаемый без слов, он рывком поднялся, на мгновение исчезнув и возникнув за спиной людей. — Они только что тебя чуть не прикончили, даже не думай! Вы… — Фрост схватился за голову, быстро перебирая в голове сотни идей, от безумных до нелепых. Среди всех, что он смог найти, была лишь одна, в которой выживало большинство, — убирайтесь отсюда прямо сейчас. Нет времени на тренировки, остановить всех ты не сможешь, они просто пристрелят нас. — Нет! — Фриск схватила Бриза за руку, в широко открытых зеленых глазах плескался леденящий ужас, — а ты? Тебе нельзя с нами, а эти уроды… — Я человек, не забывай. Без сопротивления самое страшное, что мне грозит, это выстрел по ногам. Он знал закон. А ещё прекрасно понимал, что полицейские в состоянии аффекта могут принять за угрозу любой случайный жест… но ребёнку об этом знать не обязательно. Как же мало иногда бывает у людей доверия к защищающему их государству. — Док, отправляйтесь, — Бриз поднял взгляд на монстра, — я справлюсь здесь один. Гастер склонил голову, пытаясь найти другой вариант, но раз за разом все упиралось в ребёнка, для которого даже одно попадание может стать смертельным. Кроме того он чувствовал, как медленно сквозь пальцы утекает и его собственное время. Эфир уже поглотил мелкие осколки костей и теперь начинал оплавлять края обломков ребер. Наконец приняв решение он выпрямился насколько мог, положил руку на плечо человека и что-то негромко произнес, даже не пытаясь подбирать жесты для выражения того, что творилось у него на душе. Бриз вряд ли имел хоть отдаленное представление о смысле сказанного, но звучало оно как обещание. Чего именно? А разве это так важно? — Был рад встретиться. С вами обоими, — Фрост улыбнулся и потрепал прильнувшую к нему девочку по голове. Он вдруг вспомнил что-то, сунул руку в карман и вынул оттуда пластырь с нарисованными на нем сердечками, — Надеюсь он тебе не понадобится. Бриз налепил его на нос Фриск и легонько щёлкнул ее по лбу. Та закусила губу, громко всхлипнула и зажмурилась, пытаясь остановить готовые вырваться из груди рыдания. Ее отвлек Гастер. Он опустился на одно колено и подозвал Фриск к себе. Та нехотя отпустила Бриза, подошла к скелету и обхватила его за шею. Он что-то показал свободной рукой. — Простить? За чт… По зову монстра душа ребенка покорно выскочила у него из груди, зависнув над протянутой ладонью скелета. Впервые, впервые за несколько месяцев она наконец показалась без принуждения! Виндингс закрыл глаза. — О звезды, пусть это будет хорошим знаком… — проскрежетал его странный голос и рука Гастера решительно сжала красное сердечко. Раздался громкий хлопок, оба они канули в черную Бездну.