Исправляя ошибки

— Алло, мистер Брайн… — как только Эмма успокоила слёзы после ухода из спальни Реджины, больше не теряя времени, Свон позвонила своему психологу. Последний раз она общалась с ним, когда Кэтрин была неуправляема. А вот насчет переезда Реджины и её желания возобновить отношения ни разу не говорила и совета не просила. — Эмма, здравствуй, — Брайн был удивлен звонку своей давней клиентки. Он понимал, что женщина обращается к нему только в сложные моменты. — Добрый день, мистер Брайн. Мне снова нужна ваша помощь. Я могу сегодня к вам подъехать? — Эмма волновалась, отсюда и дрожь в голосе. — Да, Эмма, конечно можешь. Если я буду ждать тебя в пять часов, тебя это устроит? — Брайну не нравился такой взволнованный голос Свон. — Да, — Свон посмотрела на часы, — тогда я собираюсь и подъеду к пяти. Спасибо вам, мистер Брайн. — Пока не за что. Я тебя жду, — Брайн повесил трубку. Эмма не стала терять больше времени. Кабинет психолога находился на другом конце города, а до пяти оставалось не так много времени. Физическое состояние она оценила на троечку, но душа требовала совета, ответа, несмотря на самочувствие. Тем не менее блондинка сначала зашла на кухню, прежде чем покинуть дом. Рик к этому времени уже уехал, девчонки не вернулись с прогулки, Джастин взял завтрак в спальню и оставалась только Миллс. Реджина завтракала. Отступать и прятаться Свон не собиралась. Она вошла на кухню, избегая разговоров. — Кушать будешь? — Реджина не сразу увидела Эмму, ведь была полностью погружена в свои мысли. Она не понимала, что у нее происходит в жизни. Ведь раньше все было просто, а сейчас она запуталась, и ей самой не помешала бы помощь. — Да. Я для этого здесь, — Свон набралась храбрости и прошла на кухню, сразу к холодильнику. Она хотела сделать себе бутерброд, но от волнения не заметила, что ингредиенты лежат на столе, за которым сидит бывшая жена. — Ты чего-то определенного захотела? — Миллс наблюдала за немного резкими движениями блондинки. — Бутерброд с маслом и колбасой. Но что-то не могу найти ни того, ни другого, — Эмма осматривала каждую полку в холодильнике. — Эмма… — Реджина посмотрела на то, что лежало перед ней, — может ты присядешь? А я сделаю тебе бутерброды. — Ой. Я даже не заметила, — когда Эмма кинула взгляд в сторону Миллс, сразу увидела на столе продукты. — Присядь, я сейчас налью тебе чай, кофе лучше сейчас не пить, и сделаю бутерброд, и подогрею оладьи. Саша утром наготовила, — Реджина сразу встала и начала суетиться на кухне. — Я смотрю Саша уже обосновалась у нас, — Эмма села, чтобы не мешать Реджине. Она пристроила голову на руку, ведь она словно чугунная тянула вниз. — Эмма! Не нужно сразу воспринимать ее в штыки, — Реджина не считала Сашу опасной. Она, наоборот, считала ее хорошей парой для Кэти. — Да я же не в претензию. Я подмечаю интересные мне факты. Я надеюсь, ты сегодня же с ней переговоришь на тему нашего разговора наверху. А не то это сделаю я, — Эмма была рада, что Реджина не возвращается к теме возобновления отношений. Хоть и было не по себе вести обычный разговор. — О, нет. Тебе этого делать не нужно, — Реджина усмехнулась. Она поставила чашку чая перед блондинкой. — Тогда не тяни, — Свон будто приказывала. По отношению к дочери она не могла позволить попустительство. Она взяла чашку в руку и отпила глоток, — мм, то, что надо… спасибо… — Вот ты такая интересная. Что я ей скажу? Не спи с нашей дочерью?! — Реджина утрировала. Она не знала, как поговорить с девушкой дочери. — Примерно, — Эмма не шутила. — Ну, а если она с ней и не спит, а просто спит, — Реджина потрясла головой, так как запутанно говорила. — Если она с ней спит в интимном плане — я за себя не ручаюсь, — Свон включила режим бульдога. А когда она это делала, её стоило бояться, а не то не поздоровиться. — Это вряд-ли. Ну по крайней мере, если у нее есть мозги, она не совратит семнадцатилетнюю девчонку после такого короткого периода отношений. А по моему мнению у нее они все же есть, — Реджина уверенно смотрела на бывшую жену, — и кстати, могу тебе выдать еще одну радостную новость, наша дочь стала лесбиянкой, а значит она не залетит. — И ты считаешь, мне от этого должно быть легче? — Эмма откусила бутерброд, который ей любезно приготовила Реджина. Свон чуть ли не прикрывала глаза от удовольствия. Желудок дал о себе знать чувством голода. — Я считаю, что это огромный плюс. Ведь, когда у нас родилась Кэти, самым большим страхом было то, что нашей дочери придется трогать, видеть и делать все остальное с членом мужика. Это же отвратительно! — Это было отвратительно, в первую очередь, для тебя! — Эмма засмеялась. Реджине удалось её рассмешить и поднять настроение, — я же спокойней к этому относилась. Но это в общем. А сейчас мы про секс нашей семнадцатилетней дочери. Я против! Она еще ребёнок. — А твои родители были не против? — Реджина подмигнула, — это же ты меня в семнадцать совратила, — она успела подогреть оладьи и поставить их перед Свон. — Ты несерьёзно к этому относишься! — фыркнула блондинка, уже жуя оладьи, — хм, а вкусно. — Угу, вкусно, — Реджина украла с тарелки Эммы оладушку, — я нормально к этому отношусь. Просто я считаю, что нужно поговорить аккуратно и попросить оттянуть момент близости. — Я думаю, ты сделаешь это сегодня, — Эмма не оставляла Реджине другого выхода. Она буквально давила на неё в этом вопросе. — Хорошо, я сделаю это сегодня, — Реджина недовольно фыркнула, но покорно согласилась. — Спасибо тебе большое за завтрак, — Эмма поднялась со стула сразу, как допила чай, — сейчас всё помою и мне нужно будет отъехать. — Тебя отвезти? — уточнила брюнетка, желая просто помочь. — Я не хочу тебя утруждать, — Эмма отошла к раковине. — Мне абсолютно не трудно будет это сделать, — Реджина пожала плечами. — Я не сомневалась в этом. Но всё же не нужно, — Свон не хотела, чтобы Миллс везла её к психологу и вообще знала об этом визите. — Как хочешь. Если что звони, я могу тебя забрать, — Миллс присела за стол. Она сама хотела помыть, но Эмма ее опередила. — Да у тебя свои дела, я думаю. Как продвигается с ремонтом? Я давно не спрашивала тебя об этом. — А… м… с ремонтом? — Реджина немного замялась, — нужно съездить и посмотреть. Хочешь я заберу тебя после твоего дела и поедем, посмотрим. — Слушай, я такая невнимательная, — спохватилась Эмма, поглядывая на Миллс, — я же ни разу тебе свою помощь не предлагала. — Ну вот и поедешь и посмотришь, чем сможешь помочь. Ну что договорились? Куда и во сколько за тобой приехать? — Реджина воодушевилась. — Да. Нужно заехать. Но может не сегодня? — Свон задумалась, — хотя нет. Завтра не смогу. В понедельник контрольное заседание перед выборами. Нужно еще подготовиться. — Хорошо, тогда диктуй адрес и говори время. Буду как штык, — Реджине с трудом давался этот спектакль. Она хотела другого, а теперь опять приходится общаться, как ни в чем не бывало. Свон и сама не понимала, как им удаётся так спокойно общаться, после такого душераздирающего разговора в спальне. Наверное, так могут только по-настоящему родные люди, которые даже после самых серьёзных ссор и скандалов через пять минут общаются на отвлечённые темы как ни в чем не бывало. — Здравствуйте, мистер Брайн. Мне срочно нужна ваша помощь. Вы уж простите, что беспокою вот так вот который уже раз, — Эмма зашла в кабинет к психологу. С Реджиной они договорились встретиться через два часа. Так как Свон знала, что часового сеанса ей не хватит, чтобы выговорится и получить помощь, на которую она рассчитывает. — Эмма, я же уже говорил, что готов тебя выслушать в любое время. Проходи и садись, — мужчина показал на диванчик напротив своего кресла, — рассказывай. Эмма присела на диванчик. Но она так волновалась, что не могла усидеть на месте. — Реджина, — она сразу озвучила свою цель визита и беспокойства. — Реджина?! — уточнил Брайн. Он с интересом смотрела на Эмму, — а что такое случилось с твоей бывшей женой? — Она вернулась в мою жизнь, — Эмма теребила подол юбки от взволнованности. — Она по-моему и не исчезала из твоей жизни. Эмма, выражайся четче, — Брайн хотел, чтобы Свон все называла своими именами. — Она хочет вернуть меня. И прямо об этом говорит. Сейчас она живёт с нами, потому что в её квартире ремонт, — Эмма начала тараторить, говоря быстро. — Почему она живет с вами? У нее не было других вариантов? — Брайн вел к большему получению информации. — Я не знаю, — Эмма закрыла лицо руками. Ей очень сложно довался этот разговор, хотя она сама хотела помощи, — всё так запуталось. — Эмма, давай на чистоту, как тогда?! Ты должна мне все рассказать, чтобы я мог тебе помочь, — мужчина не мог давать советы не зная всей ситуации. Эмма не выдерживала давления. Она сняла ботиночки и легла на диванчик с прикрытыми глазами. Она так делала семь лет назад на каждом сеансе. Почему-то именно в положении лёжа ей удавалось спокойно изливать душу психологу и воспринимать его мудрые советы. — Это началось после скандала с Кэтрин… Брайн молча слушал Свон, которая говорила очень долго. Потому что начала она с самого первого дня переезда Реджины в дом. Во время своей повести Свон поняла, что ремонт начат специально. С одной единственной целью — вернуть её. Но без психолога она не знала, как на это реагировать. Эмма потерялась и ждала совета. Психолог улыбнулся, но сделал это так, чтобы Эмма не увидела. — То есть твоя бывшая жена пошла в наступление с одной единственной целью: восстановить ваш брак. А ты разговаривала с ней о том, почему спустя столько времени она решилась на такой шаг? — Она говорит, что изменилась. Я это и сама вижу. Она просит дать ей шанс. Хочет вновь стать вместе. Клянется в любви, — Эмма говорила надрывно, давая понять психологу, что ей не так просто отвечать на вопросы. — Хочешь ли ты этого? — уточнил мужчина, — ведь, когда вы расходились, ты очень боялась жизни без нее. — А сейчас я боюсь жизни с ней. Я не хочу той жизни, которая у меня была с ней в последние два года брака. — Но если ты говоришь, что она изменилась. И напряженными были последние два года, то что тебя останавливает? — со стороны могло показаться, что Брайн уже ведет к тому, что Свон уже может пойти на встречу к Миллс. Но психолог хотел вытащить реальные эмоции. — Вы спрашиваете, что меня останавливает? — из Свон вырвались эмоции, и она не могла больше лежать, — вы издеваетесь? После всего, что вы знаете о наших отношениях… Этот брак… Он был прекрасен! Я же была счастливей всех на свете. Жена, трое детей, все здоровы и счастливы! Но потом что-то резко щелкнуло. Реджи… моя любимая… Она изменилась до неузнаваемости. Я столько раз проводила сравнение между ней в молодости и ей тогда. Другой человек. Абсолютно другой человек! Она перестала быть той самой… Той Реджи! — А сейчас? — Брайн спокойно выслушал все эмоции Эммы. Он, конечно же, все знал и очень хорошо помнил, как тяжело давалось Свон расставание. Тогда они прошли очень долгий и сложный путь к осознанию себя. Он помог Эмме сделать шаг в жизнь без Реджины. — Третий! Сейчас я вижу её новой. Она не такая, как семь-восемь лет назад. Но и от молодой Реджи отличается. Но мы все меняемся. И сейчас я вижу, что она меняется в лучшую сторону. Она стала спокойной, вежливой, ласковой, учтивой. Она беспокоится за меня. А самое главное прислушивается к моим словам, — Эмма говорила с воодушевлением. В кабинете психолога она ничего не скрывала и не боялась говорить то, что лежит на душе. — А теперь повернись на сто восемьдесят градусов и посмотри на эту ситуацию с другой стороны. Если бы ты сейчас была одна, а на твоем пути встретилась Реджина. Вот такая, какая она сейчас есть. Уверенная в себе, но в тоже время спокойная, вежливая. — Вы спрашиваете начала бы я с ней отношения или нет? — уточнила Свон, тут же увидев кивок, тяжело выдохнула, — ох, я не могу ответить. Потому что не могу отбросить все сторонние факторы, которые окружают нас. — А ты постарайся. Нет Моники, нет багажа прежних лет. Давай пофантазируй, — мужчина делал заметки в своем блокноте, — хотя нет. Есть Моника, но как женщина, которая проявляет к тебе интерес, и есть Реджина. — А Моника остаётся со своим характером и поступками? — уточнила Эмма, вновь увидев кивок. Свон задумалась, но недолго. Она пришла сюда озвучивать мысли вслух, а не ковыряться самостоятельно, — вы хотите, чтобы я прямо сейчас сделала выбор? Я не могу. Это нереально. — Я не прошу тебя делать выбор. Я прошу тебя подумать кого бы ты выбрала для начала новых отношений, так как не было старых. — Вы снова хотите достать листок и начать писать плюсы и минусы? — Эмма знала уже этот метод и хотела знать, что нужно говорить и как выбрать. — Эмма, если ты знаешь все мои приемы, зачем ты ко мне пришла? — Брайн вновь улыбнулся, ожидая ответа. — Вы смеетесь надо мной, — Эмма выдохнула и вновь легла, прикрыв глаза, — я за помощью пришла. Понимаете, я запуталась. Не знаю, как мне быть. Реджина давит. Хотя по факту она ничего не требует, но… Черт! — блондинка закрыла лицо руками, — вчера между нами была близость. Я поругалась с Моникой. Напилась. А потом… Я проснулась и ничего не помнила. Но она мне напомнила… — Эмма, сколько раз я тебе говорил, что близость все только усугубляет?! — Брайн покачал головой, — ты сейчас еще больше запутаешься. Вспомни сколько мы тогда работали с этим. — Я же вам говорю — напилась. И не помнила даже, что мы переспали, — Свон взвыла прямо в ладони, но вскоре резко села, во все глаза смотря на мужчину, — а потом она показала мне свою спину всю в царапинах. Значит близость была страстной! И Реджина утверждает, что я сама просила её о близости. — Давай тогда разберем этот момент. Почему ты могла просить близости у Реджины, если у тебя есть девушка, с которой вы в отношениях, — Брайн пытался капнуть в глубь. — Да нет у меня девушки. Во время ссоры с Моникой на вечеринке она поставила мне ультиматум. Это последняя капля. У нас закончились отношения. И перед тем, как напиваться, я это и решила. — Ты себя сейчас оправдываешь. Ты считаешь, что заняться сексом с бывшей сразу после расставания, было приемлемо? — Вы меня буквально режете! — Эмма снова взвыла, — конечно, это не оправдание! А что тогда заставило меня просить секса? — Ты должна самостоятельно ответить на этот вопрос. Ведь я не могу прочесть твои мысли. — Я не знаю, — Свон выдохнула. Она металась от одной мысли к другой и совершенно не понимала, что делать. — Давай тогда сейчас перейдем к просто ощущениям. Расслабься и закрой глаза, — сказал Брайн несмотря на то, что Эмма итак лежала с закрытыми глазами, — что ты чувствуешь, когда Реджина находится рядом. Свон представила перед собой Миллс. Губы сразу тронула улыбка. Перед Эммой предстала не молодая Реджина, не та которая терроризировала её в браке, а нынешняя Миллс. уравновешенная, спокойная, заботливая, прямо говорящая о своих намерениях. Эмма представила их разговор в кабинете, после очередной ссоры с Моникой. — Тепло. Комфорт. Мне нравятся её объятия такие нежные, домашние. — Ты можешь довериться ей? — Брайн никогда не говорил, что делать, он приводил, как говорится, к развилке, а человек уже сам выбирал путь. В прошлом, когда он работал с Эммой, мужчина привел ее к решению, которое она сама действительно хотела сделать, ведь брак с Миллс ее тянул на дно, а сейчас Брайн хотел, чтобы Эмма вновь узнала Реджину и поняла, каких отношений хочет с ней дальше. — В каких-то моментах абсолютно. В каких-то… Не знаю. Я чувствую к ней доверие. Да, я доверяю ей. Очень доверяю, — с каждым словом Эмма говорила уверенней. — А когда она тебе не нравится? Когда ты не хочешь находиться с ней рядом? — продолжал мужчина, открывая Эмме все стороны. Свон нахмурилась. Она не хотела вспоминать негатив, когда только-только представляла позитив. — Когда она злится. Она становится дёрганной. Кричит, ругается. Еще, когда она решает за меня, как мне жить. — Это часто случается? — Брайн делал пометки в блокноте. — Сейчас нет. Этого нет. Она изменилась. Стала мягче, мудрее, — Эмма равномерно дышала. Она будто спала, представляя перед собой Реджину и описывая её. — Теперь открой глаза и ответь на вопрос: хочешь ли ты дальше общаться с такой Реджиной? — Тут и думать нечего. Конечно хочу! Это совсем другая Реджина, нежели раньше, — Эмма ответила очень быстро, едва успев открыть глаза. — Тогда мы делаем вывод? — Брайн ждал дальнейших выводов. — Вы правы! — Эмма сначала села, но вскоре быстро встала. Она так делала у психолога каждый раз, когда приходила к истине, — это не та Реджина. Это не тот «монстр», которого я боялась несколько лет. Она другая. И я могу задуматься над отношениями. Я хочу этого. Боюсь, но хочу. Брайн улыбнулся. Ему всегда нравился тот момент, что решение его клиента принято самостоятельно. — Но ты должна помнить, что близость все путает. Пока ты не поймешь, кто для тебя Реджина, воздержись от этого. — Я поняла. Никакой близости. Нам нужно начать сначала. А в начале отношений сексу не место! — Эмма была сейчас уверена, как никогда. — Мне нравится твой настрой, — Брайн спокойно смотрел на Эмму. Как раз сейчас Реджина написала смс, что она ждёт около здания. И Брайн и Свон услышали сигнал, оповещающий о пришедшем сообщении. — Это она, — Эмма посмотрела на наручные часы, отмечая пунктуальность Миллс. — Ты разрешила ей приехать за тобой сюда? — Она нуждается в помощи с ремонтом. Вот мы и договорились, что она заедет за мной, и мы вместе поедем к ней на квартиру. Но она не знает, что я у вас. — Я просто спросил. Ну, а так, если мы закончили, давай договоримся о следующей встрече, или ты позвонишь по факту?! — Ой. Да, давайте договоримся. Я себя знаю. Вы нужны мне! — Эмма знала наперёд, что ей нужна помощь, чтобы разобраться в себе и ситуациях в жизни. — Через сколько дней ты хочешь ко мне приехать? — уточнил Брайн, доставая другой свой блокнот. — Через неделю, я думаю. Давайте в следующее воскресенье. Это будет правильно. — Хорошо, — мужчина сделал пометку в блокноте. — Волнуюсь туда идти, — произнесла Свон уже тогда, когда взяла сумочку и обулась, чтобы выйти из кабинета и пойти в машину к Реджине. — Помни, что начинаешь новую жизнь. Не нужно ее бояться, — мужчина подошел к Эмме и погладил ее по плечу. — Помню. Спасибо вам. Без вас я уже не смогу, — Эмма с теплотой улыбалась психологу.