Наказание в саду шептунов

Он хотел сделать лучше, а получилось, как всегда. И эта мелкая белобрысая соплячка разозлилась, взмахнула рукой, сжала ладошку в угрожающий кулачок и каменные стены замка задрожали от магических колебаний её пока что нестабильной силы. Седрик не на шутку перепугался. Запнувшись об подол своей длинной бирюзовой мантии, лорд неуклюже свалился на мраморный пол, взирая на Элион испуганными глазами. Попытка исправить ситуацию словами «я же твой друг, только мне ты можешь доверять» не помогла. Элион накричала на него, и, о боги, на какое-то мгновение стала миниатюрной копией своего старшего брата. По старой привычке Седрик принял стандартную позу провинившегося слуги: сел на колени, низко опустив голову и золотые волосы частично закрыли его красивое лицо. По изогнутой спине прошёлся лёгкий ветерок и в покоях принцессы возник принц Фобос, сопровождаемый парой шептунов-телохранителей позади себя. Эсканор выглядел спокойным, вот только кровь в жилах змея-оборотня застыла от звуков его голоса. — Дорогая сестра, угодно ли тебе будет, чтобы эта бестолочь больше никогда не появлялся в твоих покоях? — Нет, — смущенно ответила Элион, переведя взгляд на свой письменный стол, на котором лежал большой лист испачканной грифелем бумаги. — Я немного погорячилась. Поговорю с ним позже. — Хорошо. — Фобос холодно посмотрел на лорда сверху вниз. — Благодари свою звезду удачи, дурак! А теперь ступай в сад и жди меня там. Седрик молча закивал и незамедлительно попятился к высоким дверям. Выскочив в пустой коридор, он направился в сторону волшебного сада принца Фобоса, гадая, какая же кара постигнет его шкуру в этот раз. Вроде уже не осталось таких наказаний, которые Фобос бы не испробовал на своём слуге, однако нельзя недооценивать фантазию единственного и неповторимого меридианного сатрапа. Что же это будет? Плети? Истязание магическим током? Сдирание чешуек с хвоста? Стрижка? А может быть уже каторга?! Ведь терпение его высочества не вечно… Сколько ещё прав на ошибку осталось у лорда в лимите? Без понятия. И от всей этой неизвестности бедному парню стало дурно: тонкие пальцы на руках задрожали, а внутри неприятно сосало под ложечкой — чертовски страшно! Седрик даже думать не смел о снисхождении, но ведь любая надежда, как говорится, умирает последней. Нельзя исключать и то, что Фобос может дать ему последний шанс. Спустившись в волшебный сад, где круглый год зеленели удивительные растения и прекрасные цветы, Седрик судорожно вдохнул влажный, сладковатый воздух и попытался взять себя в руки. Нужно хотя бы чуточку успокоиться. Как только лорд взошел на сочную траву, он услышал тихое бормотание, которое словно воздушный вирус, передавалось от дерева к дереву, от цветка к цветку. Стоит ли что-нибудь сказать шептунам? М-м, наверное, нет. Им всё равно на бестолкового лорда, они не станут ему помогать, потому что это не их дело. Да и кто захочет умирать раньше положенного срока? По своей жестокой природе шептуны живут мало, а когда один из них увядает (сам или от руки создателя), остальные не оплакивают собрата. Это может показаться бессердечным отношением, но ведь шептуны не виноваты за отсутствие в них человеческих чувств и эмоций. Пусть растения и выглядят как люди, они не являются таковыми. Пока что. Седрик тоже человек лишь наполовину, и он рад, что не такой апатичный и бесчувственный, по крайней мере в душе, которая является главным отличием человека от шептуна. Помнится, что как-то вечером Седрик играл с Фобосом в шахматы и параллельно с партией принц рассказывал лорду теории о том, что шептуны умеют мутировать. Существует большая вероятность, что со временем в них может зародится потенциальная душа, которая будет развиваться и становиться похожей на человеческую. Пожалуй, единственный шептун, преодолевший почти все «барьеры», был Калеб, однако принц не любит обсуждать предателей. Прислонившись спиной к дереву, Седрик пытался не думать о своей скорой участи, проговаривая про себя достаточно убедительное оправдание и вызубренные слова прощения. Вдруг он услышал, что где-то позади хрустнула ветка. Настороженно выпрямившись, он осмотрелся по сторонам, но ничего кроме слегка покачивающих кустов не увидел. Не увидел и ожившие позади себя ветви дерева. Растение резко оплело талию и кисти рук растерявшегося лорда, и насильно припечатало его спиной к стволу, не давая никакой возможности пошевелиться. Внезапно оживившее дерево могло означать лишь одно — хозяин сада где-то неподалёку. Неразборчивое бормотание вокруг стало звучать сильнее. Любопытные шептуны выглядывали из-за густых зелёных кустов, по-ребячески болтали ногами на деревьях и грациозно перепрыгивали с одного цветка на другой. Принц Фобос стоял с другой стороны дерева, к которому был припечатан Седрик. — Когда ты уже начнешь думать, прежде чем открывать свой рот, — негромко произнёс он, без интереса рассматривая свою ладонь. — Повелитель, смилуйся надо мною, прошу! — разволновавшись, выпалил Седрик. Фобос повернулся к парню и успокаивающе погладил его по светлым волосам. Затем обнял красивое личико тёплыми ладонями и ласково погладил по щекам большими пальцами. Седрик умоляюще смотрел на своего прекрасного принца. Было так приятно принимать от него ласку. Взгляд серо-голубых глаз казался таким умиротворённым, однако Фобос не улыбался. — Ты подвел меня, Седрик. Опять. Ну сколько уже можно? Я тут кое-что придумал. Возможно, именно это отучит тебя совершать глупости. — Он наконец усмехнулся. — Ты запомнишь этот урок надолго, я уверен. — Фобос, пожалуйста, я больше не буду, обещаю, я больше не буду тебя расстраивать! Эсканор прижал подушечку большого пальца к дрожащим губам и отрицательно покачал головой. — Не волнуйся, дорогой, это безболезненное наказание. Мы пойдем совершенно по другому пути. К слову, это будет и моим испытанием тоже. — О чем ты? — Сейчас всё поймешь, — прошептал Фобос, после чего щёлкнул пальцами и отошел назад. Связанного и ничего не понимающего лорда окружили трое шептунов. Ощутив прикосновения сразу к нескольким местам на теле, Седрик вздрогнул, и от осознания того, что сейчас будет, ошеломленно посмотрел на принца. Эсканор же наблюдал за подчиненными, прислонившись к соседнему дереву со сложенными перед грудью руками. На худом лице отсутствовали какие-либо эмоции, зато в блестящих глазах разгорался несомненный азарт. Седрик отказывался признавать происходящее за действительность, но проворные пальчики шептунов бессовестно трогали бока, стискивали грудь и ноги через одежду, тем самым заставляя думать обратное. Возмущённый лорд начал активно извиваться, не желая, чтоб кто-то вот так прикасался к нему. Лианы сильнее стиснули ему талию и кисти, заставляя вскрикнуть от боли. — А, а, а! — Фобос предупредительно покачал пальцем. — Не нужно так делать. — Умоляю, всё что угодно, только не это! — За-мол-чи. Это твоё наказание. А если будешь плохо себя вести, я прикажу им не быть с тобою такими нежными. Тебе ясно? — Получив от Седрика покорный кивок, Фобос приказал застывшим в ожидании шептунам продолжать и те вернулись к щекотливому, в прямом смысле этого слова, делу. Действуя, как назло, медленно, они растягивали каждое движение, словно липкую паутину. Один из шептунов стоял перед Седриком на коленях. Начав поглаживания с самых щиколоток, он проводил по одному и тому же месту несколько раз, шурша полами бирюзовой мантии и постепенно продвигался всё выше и выше. Прохладные пальчики гладили оголенную кожу под коленными чашечками, плавали вверх-вниз по упругим бёдрам. А когда шептун дотронулся до сокровенной промежности, где кожа была горячее всего, лорд вздрогнул и издал тихий полустон полувздох. Второй шептун, избегая прямого контакта в глаза, развязывал замысловатую шнуровку на мантии, чтобы обнажить Седрику торс. Справившись с задачей, он принялся очерчивать пальчиками выступающие ключицы, ласкать лорду плоскую грудь и нежные бусинки сосков. Наравне с остальными третий шептун, имеющий плавные очертания женского тела, стояла позади связанного слуги и гладила его по плечам. Пошевелиться и вправду было невозможно — больше всего Седрика напрягал шептун у ног, который уже не просто гладил, а влажно целовал, слегка посасывая кожу внутренней стороны бедра. Шептун позади небрежно заплела светлые волосы в косу, чтоб Фобосу было лучше видно страдальческое выражение на лице Седрика. Обернуться в змея не получалось из-за странной слабости в теле. Видимо принц успел что-то сделать, как-то заглушить силу оборотня, чтобы ничего не помешало исполнению наказания. Мягко повернув к себе голову лорда, шептун увлекла его в нежный поцелуй, а её собратья принялись активно целовать остальные части, оставляя покраснения и лёгкие укусы на изнывающем от возбуждения теле. «Они бы не додумались до такого сами. — Пронеслось в мыслях Седрика. — Им был отдан приказ». Целовалась девушка-шептун довольно приятно, взяв ведущую роль на себя. Её тёплые губы невозможно было отличить от гладких лепестков роз, и так страстно они захватывали в плен тонкие губы змеиного лорда, даря ему самые нежные ощущения. Влажный язык прошелся по расщелине и как только Седрик приоткрыл рот, чтобы вздохнуть, шептун мгновенно воспользовалась этим. Цветочный нектар смешался с человеческой слюной и тонкая прозрачная струйка стекла вниз по острому подбородку. Получив доступ к кислороду, Седрик жадно задышал, ощущая лёгкое головокружение и ноющую боль в груди, будто бы ему дали поддых. Гладкие, слегка прохладные ладони остальных шептунов во всю трогали и гладили изнывающее от желания тело. Седрик посмотрел в сторону Фобоса. Не изменив позы, Эсканор стоял у дерева, но даже с такого расстояние ощущалось, как его сжирает напряжение. Знаком была закушенная нижняя губа в сочетании с прищуренным взглядом. Возможно, наблюдение причиняло ему боль, но принц держался, потому что хотел узнать: насколько же его хватит. Представь, голодный ты наблюдаешь за кем-то, кто съедает твоё любимое лакомство прямо у тебя на глазах. Естественно, всё внутри будет клокотать от злости. Седрик чувствует, как гладкие стебли ползут вверх по ногам, слегка сжимаясь, оплетают бёдра и касаются чем-то влажным уже возбужденной плоти. Ласки нижнего шептуна сводили с ума, заставляли вздрагивать и выдыхать несдерживаемые стоны. Лорд дрожал от удовольствия, но заживо горел от стыда. Шептун облизывал его член, обильно смачивая кожу нектаром, причмокивал, уделяя больше внимания нежному кончику. Седрик вполне мог бы насладиться этим, если бы вокруг не было столько лишних глаз. Особенно смущало наблюдение Фобоса — вот же подлец, зачем ему всё это? Глаза защипало, лорд моргнул и по худым щекам заструились крупные горячие слёзы. Его тело продолжает дрожать, безмолвно прося не прекращать ласки. Он извивается в чужих руках и рефлексивно дёргается от прикосновений и поцелуев в самые интимные места. Голос разума требует остановиться, но с каждой минутой звучит всё слабее и слабее. От продолжительной цветочной пытки Седрик теряет остатки сил, расслабляется и блаженно запрокидывает голову назад. Фобос замечает это и взмахивает рукой. Шептуны замерли и чуть-чуть отстранились от Седрика. Тот тяжело поднимает голову, чтобы посмотреть, что случилось. — Ты должен немного отдохнуть. Я вижу, что ты уже на пределе. — Фобос, пожалуйста, отпусти меня. — Что ты, мой дорогой Седрик, конечно, я тебя отпущу, — сказал Эсканор и его слуга ощутил слабый укол надежды. — Ты запомнил этот урок? — Да! Да, мой господин, запомнил. Я больше не буду тебя разочаровывать. — Честно? — Да. — Не верю. — Как? — Сердце Змея больно ухнуло в груди. — А вот так. — Пожал плечами Фобос и приказал шептунам продолжать. Красивое лицо Седрика исказилось сначала от удивления, потом от боли и по щекам потекли свежие слёзы. Шептуны, вновь припавшие к стройному телу, принялись оставлять на бледной коже багровые засосы, а нижний шептун заработал языком и губами чуть более активно — высасывал из лорда честь и дух, лишая возможности трезво мыслить. Чтобы облегчить страдания Седрика, девушка-шептун вновь припала к его губам и на этот раз лорд стал отвечать ей на ласку. Играть влажными языками было очень приятно. Увидев это, Фобос пропустил болезненный удар через сердце: задышал медленнее и глубже, ощущая, как под кожей шевелятся нервы. Кажется, терпению пришёл конец! Резким движением принц отмахнул от Седрика двоих шептунов, оставив только нижнего, который так старался доставить лорду удовольствие. Разрумянившийся и часто дышащий Седрик смотрел на Фобоса сквозь туманную пелену, с его распухших губ и острого подбородка стекал цветочный нектар вперемешку со слезами - прозрачная жидкость красиво блестела в солнечном свете волшебного сада. Фобос обнял любимца за лицо и погладил по щекам. В серо-голубых глазах читалось то ли сожаление, то ли душевная боль, а может быть просто очередная иллюзия, вводящая в заблуждение. Но от тёплого прикосновения Седрик сладко поплыл. Его измученное тело содрогнулось, и он излился шептуну в рот, покрывшись мелкими мурашками. Напряжение сменилось счастливым блаженством. Пытка цветами наконец-то закончилась. Магией Фобос освободил лорда от цепких лиан и перенёс его в горячий источник, потом сбросил с себя одежду и тоже вошёл в воду. Подплыв к Седрику, который более-менее уже пришел в себя, Эсканор обнял его и прижал к себе, подарив нежный поцелуй в висок. — Ты злишься на меня за это? — Не знаю, — уклончиво ответил Седрик, прижимаясь к принцу плотнее, но косо наблюдая за притихшими шептунами. — Они тебе ничего не сделают без моего приказа, так что можешь расслабиться. Седрик ещё несколько секунд понаблюдал за жителями сада, потом переключился на Фобоса: обвился вокруг него змеиным хвостом и без разрешения впился в любимые губы. Эсканор был не против. Он начал активно отвечать, мысленно пообещал самому себе больше никогда не проводить подобных испытаний на ревность. Очевидно же, что лорд Седрик принадлежит только ему.