Их сила в единстве

С самого утра в доме творился настоящий хаос. Мальчики впопыхах собирали чемоданы, миссис Уизли подгоняла всех, опасаясь, что дети опоздают на поезд, а близнецы лишь подливали масла в огонь. Они применили колдовство к своим чемоданам и отправили их на нижний этаж. По дороге набитые до верху чемоданы сбили Джинни, которая как раз поднималась на вверх. Она поскользнулась и пролетела несколько ступенек. Все это произошло на глазах у миссис Уизли, голос которой теперь доносился даже до комнаты Эммы.  Эмма проспала. Проснулась лишь тогда, когда к ней в комнату ворвалась миссис Уизли, что бы позвать на завтрак. Поттер натянула на себя полосатый свитер, который висел на спинке стула и юбку в клетку. Оставив волосы в беспорядке, Эмма сбежала по лестнице, миновав чемоданы близнецов и ворвалась на кухню.  Миссис Уизли разрывалась между столом и плитой. Джинни и Гермиона активно помогали ей, а Рон, Гарри, Фред и Джордж ели горячие бутерброды.  — Эмма, — произнесла миссис Уизли, когда заметила Поттер на кухне, — садись за стол. Мы с девочками уже почти закончили.  Эмма села два сидения дальше от Гарри, а с правого бока у неё сидел Фред. Он ухмыльнулся, когда заметил, что она села возле него. На что Эмма лишь закатила глаза так, что бы он видел.  После случая с заклинанием Эмма и близнецы достаточно часто проводили время вместе. Они даже показали ей несколько своих товаров, которые они собирались начать продавать с начало школьного года. Новая подруга подкинула им пару заклинаний, которым в Хогвартсе не учили, за что Эмма получила несколько блевотных батончиков.  С Джинни Эмма чувствовала себя очень легко. Когда Гермиона уходила к Гарри и Рону, девочки часто закрывались в комнате и обговаривали все на свете. С Гермионой они разговаривали реже, ведь Грейнджер часто пропадала с друзьями, но когда она все же возвращалась в комнату, девушки все втроем засиживались до полуночи, а то и дольше. С Гарри Эмма так и не нашла общий язык. Они не избегали друг друга, но общаться тоже не спешили. Иногда Эмма ловила его взгляды на себе, но стоило им пересечься, Гарри тут же заводил разговор с Роном. Казалось, что все заметили неловкость между братом и сестрой, но кроме взрослых никто не спешил их «сводить».  Миссис Уизли часто давала им общую работу, например помыть посуду, или нарезать овощи на салат. Во время таких минут, ребята молча делали свою работу, иногда перебрасываясь парой неловких фраз. После этого они все равно разбегались в разные стороны.  Когда рядом с Эммой села Джинни и начала накладывать себе яичницу, в кухню вошли Ремус и Сириус. Они разговаривали о чем-то между собой, пока не сели на свои места. Большая часть завтрака прошла в тишине, пока в самом конце Ремус не сказал: — На вокзал вас проведет Аластор, Тонкс и миссис Уизли, — произнес он, допивая свой кофе.  — Зачем кому-то сопровождать нас? — спросила Эмма. — Волан-де-Морт что, может выскочить из-за мусорного бака и наброситься на меня? — спросил Гарри слегка раздражённый. — Кажется, пока он ведет себя тихо.  — Никто не знает какие у него планы, Гарри, — спокойно ответил Ремус. — Это просто ради твоей же безопасности. — Вам пора поспешить! — воскликнула миссис Уизли, отправив все тарелки в раковину. — Через десять минут все должны быть уже готовы.  Эмма вышла вместе с Джинни из кухни и вдвоем они начали подниматься в комнату, чтобы забрать свои вещи. Причесав волосы, Эмма схватила свой рюкзак и двинулась обратно. Заклятие незримого расширения работало исправно и выдержало даже книги из Хогвартса, новые мантии и другие вещи, которые были в списке. Из дома с ребятами и сопровождающими вышел чёрный пес. Эмма уже была знакома с анимагической формой Сириуса, однако все ещё не понимала, как люди могут не заметить такого огромного пса. Бродяга был не только больше обычных собак, но его можно было спутать даже с волком, настолько огромный он был. По недовольному выражению лица миссис Уизли, Эмма поняла, что она сама не очень счастлива тому, что Сириус решил отправиться с ними.  Кингс-Кросс был по-настоящему очарователен. По всему вокзалу ходили люди с огромными чемоданами и сумками. Кто-то опаздывая на поезд, искал свой перон, кто-то спокойно сидел на лавочке, ожидая начала поездки, но волшебников было видно издалека. Огромные чемоданы и клетки с совами выделяли их среди остальных маглов. Когда они подошли к стене, между перронами 9 и 10, Гарри с Роном разбежались и вот-вот должны были врезаться в стену. Однако столкновения не произошло. После того как Эмма вместе с Джинни с разбегу вбежали в стену, Поттер тут же закрыла глаза. Резко звуки вокруг переменились, повсюду мяукали коты, квакали жабы и ухали совы. Вокруг раздавались голоса десятков людей. Стоило Эмме открыть глаза, она убедилась, что её фантазии были совершенно не правдоподобны.  Девочки рассказывали ей и про поезд, и про загадочный проход на перрон, но Эмма и представить себе не могла настолько масштабное и магическое место. Магия тут и правда витала в воздухе. Казалось, что Эмма протянет руку и сможет различить частички волшебства на фоне своей кожи.  Огромный, алый поезд стоял возле перрона и в него медленно входили ученики разных возрастов. Вокруг поезда стояли родители. Мамы пускали слезы, пока отправляли первокурсников, а отцы давали последние наставления. Дети, которым ещё было не положено ехать, стояли рядом с родителями и с завистью заглядывали в окна купе. На секунду Эмме стало жаль, что её родители так и не провели и не посадили в поезд, когда она отправлялась на первый курс.  Кто-то вывел Эмму из раздумий, положив руку на её плечо. Когда Поттер повернула голову, она встретилась со взглядом Тонкс.  — Волнуешься? — слегка неловко спросила Нимфадора.  — Немного, — улыбнулась Эмма и поправила на плече лямку от рюкзака. — Я уверенна, что Гарри поможет тебе, что бы не случилось!  — Надеюсь, — без уверенности сказала Эмма и попрощавшись с Дорой села в поезд, в след за Гермионой.  Коридор был заполнен учениками с клетками и большими сумками. Пока поезд не двинулся, никто не отходил от окон, а Эмма чувствовала себя крайне одиноко, стоя у стены и рассматривая учеников, которые даже не обращали на неё внимание. Поттер надеялась, что Джинни возьмёт её с собой и познакомит с кем-нибудь, но ещё на перроне Эмма потеряла её из виду. Она была уверенна, что если никто не предложит ей сесть с ними, то Эмма простоит тут до самого приезда.  Когда люди медленно начали расходиться, Эмма краем глаза заметила Гарри, Рона и Гермиону. Ребята стояли втроем и о чём-то говорили, а через мгновение Рон и Гермиона двинулись в противоположную сторону. Когда Гарри остался один, Эмма решила, что это её шанс. Она быстро подошла к Гарри и улыбнувшись сказала: — Может мы бы могли сесть в одно купе?  Первое время Гарри лишь смотрел на неё, слегка удивлённым взглядом. Но после «очнулся» и согласился. Вдвоем они двинулись по коридору. Они проталкивались сквозь учеников, которые были рада видеть друзей спустя два месяца разлуки. Ребята рассказывали увлекательные истории друг другу прямо посреди коридора, не давая пройти другим. Гарри заглядывал в каждое купе сквозь стеклянные двери, пока не нашёл полностью пустые места. Гарри забросил свой чемодан на самый вверх, а Эмма, приземлившись у окна, положила рюкзак рядом с собой.  Гарри сел напротив и какое-то время они молчали, разглядывая друг друга. С первого взгляда казалось, что за все лето у них было достаточно времени, чтобы познакомиться, однако кто-то постоянно был рядом. Гарри очень много времени проводил с Роном и Гермионой, а когда Эмма старалась вслушаться в их разговор, то ничего не понимала, либо чувствовала себя лишней. Эмма понимала, что в школе она наверняка будет везде ходить одна. Джинни, Фред и Джордж учатся на других курсах и им не будет дела до новенькой. Теперь же, когда она нашла храбрость в себе и заговорила с братом, у неё появилась блеклая надежда на компанию и друзей.  — Волнуешься? — спросил Гарри первое, что пришло ему в голову и, кажется, сразу же об этом пожалел. Вопрос был очень глупый и банальный, тем более у него не оставалось сомнений, что Эмма наверняка еле скрывает свой страх. Для неё все здесь было новое. Новая страна, новые люди, новые уроки и новая жизнь. Однако слов забрать уже не получится и ему оставалось лишь ждать ответ.  — Если я скажу «нет», ты мне поверишь? — усмехнулась Эмма, чувствуя, как дрожат пальцы.  — Нет, — усмехнулся Гарри и поправил свои волосы, сделав ещё хуже. — Тебе нравится здесь?  Эмма усмехнулась от того, как Гарри подбирал самые банальные вопросы.  — Я же толком ещё ничего и не видела. Хогвартс знаю только ту часть, в которой была, а это лишь кабинет директора. А так знаю школу только с картинок и рассказов девочек. — Ты подружилась с Джинни? — Гарри разглядывал свои джинсы, редко поднимая взгляд на Эмму.  — Я не уверенна, что могу назвать её своей подругой, — нервно засмеялась Эмма. — Она и Гермиона классные и с ними можно поговорить, но я трудно схожусь с людьми.  — Почему? — Гарри посмотрел на Эмму, не отрывая взгляда.  — Трудно схожусь с людьми? — в ответ последовал кивок. Эмма задумалась и только потом ответила. — Мне проще быть одной. Я не знаю, когда люди желают мне хорошее, а когда просто пользуются моей наивностью. С самого детства я проводила больше времени за книгами, нежели с другими людьми. Верона и Дилан стали моими друзьями только потому что сами того захотели. Если бы не они, я бы сутками сидела в библиотеке.  — Значит твоё любимое место в школе, это библиотека?  — Нет, — улыбнулась Поттер. — Так может показаться на первый взгляд, но это не так. Я очень люблю книги и узнавать новое, но в школе я очень быстро перечитала все книги в библиотеке. В Ильверморни было несколько мест, о которых мало кто знал. Одно из них, это была «тайная гостиная». Говорят, что раньше там собирались все факультеты, а потом ученики и учителя медленно начали забывать о ней. Сейчас там собирались лишь мы с друзьями, а иногда я делала там домашнее задание. В Хогвартсе есть такие места? — Кроме Тайной комнаты, я не знаю ничего, — пожал печами Гарри.  — А какое твоё любимое место в школе? — Эмма подняла ноги и оперлась подбородком о колени.  — Наверное гостиная Гриффиндора, — спустя пару мгновений ответил Гарри. — Там очень уютно и тепло. Ещё поле для квиддича, а особенно волшебно оно выглядит во время сумерок.  — Я лишь слышала много про квиддич, но никогда не играла.  — Ты не играла в квиддич? — изумился Гарри.  — Нет. У нас в школе играют в другую игру. Чем-то она похожа на квиддич, но правила все же другие. Например, команды у нас состоят из десяти игроков: пятеро на атаке, четверо на обороне и один вратарь. У нас нет мяча, который пытается всех снести и убить, и у нас нет снитча.  — Но в нем же вся суть игры!  — В квиддиче вся суть и правда крутится вокруг снитча, но в американской игре все совсем по-другому.  — У вашей игры хоть название есть?  — Нет, — пожала плечами Эмма. — Все зовут её просто «игрой». Пару раз в год в школе проводили турнир, но соревнования по обороне были намного более популярны.  — Соревнования по обороне? — переспросил Гарри.  — Там смешивали несколько предметов, а записаться можно было со второго курса. Нас учили обороняться и я должна признать, что была одна из лучших в школе, — гордо подняла голову Эмма и улыбнулась.  — Круто, — захватывающе прошептал Гарри, вспоминая как на втором курсе Локонс устроил им не очень удачные уроки обороны.  Больше Гарри ничего не успел произнести, ведь двери купе открылись и внутрь вошли Рон и Гермиона.  — Привет, Гарри, привет, Эмма, — улыбнулась Грейнджер и села рядом с Эммой.  — Я жуть какой голодный, — Рон упал рядом с Гарри, даже не заметив присутствия сестры лучшего друга. — Тележка ещё не проезжала? Ответом ему последовал стук в двери и когда они распахнулись внутрь просунулась кучерявая голова старушки.  — Кушать не хотите?  Уизли тут же подскочил и начал вытаскивать из карманов все что только имел. Отошёл он только через несколько минут вместе с Гарри, оба несли в охапку разные сладости. Когда Эмма подошла к тележке, то на глаза ей попалось множество разноцветных упаковок с манящими надписями. — Я не помню тебя, дорогая, — сказала старушка, улыбаясь белоснежной улыбкой. — Ты новенькая?  — Да, — Эмма неловко поправила волосы за ухо и протянув пару монет, произнесла названия сладостей.  Когда она села на свое место, рядом уже сидел рыжий кот Гермионы, внимательно следивший за действиями Поттер. В руках у неё расположились тыквенные печенья и шоколадные лягушки.  — У них внутри есть карточки, — отметил Рон с набитым ртом. — Ты можешь начать собирать коллекцию. У Эммы было три шоколадные лягушки, а внутри были карточки с Годриком Гриффиндором,  Венделиной Странной и Николасом Фламельем. Наевшись шоколада и печенья, ребята начали вести разговор между собой, который Эмма не понимала. — Угадай, кто староста Слизерина! — воскликнул неожиданно Рон к Гарри. — Малфой, — без сомнений ответил Гарри. Голос его не был пропитан ненавистью и дураку было понятно, что с «Малфоем» ребята явно не дружат.  — Разумеется, — подтвердил Рон, запихивая в рот остаток лягушки и беря следующую. — И эта жуткая корова Пэнси Паркинсон, — язвительно сказала Гермиона. Эмма удивленно посмотрела на Грейнджер. Раньше ей казалось, что Гермиона одна из тех учениц, которые никогда не скажут плохого слова о других учениках. Она даже удивлялась, как Гарри и Рон могли с ней подружится. Поттер совсем не ожидала такой открытой неприязни к другим ученикам. — Какая из нее староста, если она толстая и медлительная, как тролль, которому дали по башке… — Кто они? — спросила Эмма. — Малфой и Пэнси Паркинсон. И почему вы их так не любите?  — Они учатся на Слизерине, поэтому никто их не любит, — сказал Рон, — кроме самих слизеринцев.  — Вы не любите их, потому что они с другого факультета? — ошеломлённо спросила Эмма, широко открытыми глазами смотря на брата и его друзей.  — На самом деле, не только поэтому, — начал оправдываться Гарри. — Они сделали достаточно плохих вещей. Часто разносят слухи о нас и открыто не любят маглорождёных.  — Почему они их не любят?  — Говорят, что на Слизерине учатся только ученики с чистой кровью, но это давно не правда и чистая ложь, — начала Гермиона. — Но у нас часто происходит так, что волшебники, которые считают, что происходят из чистокровных семей, не любят полукровок и маглорождёных. Даже придумали обидное слово, которым обращаются ко всем, у кого «грязная» кровь.  — Но ведь ещё много лет назад доказали, что волшебников с абсолютно чистой кровью уже нет,  — Эмма удивленно смотрела на друзей, пытаясь выяснить все до мельчайших деталей. — Таких, как Малфой, это не интересует, — махнул рукой Рон, — забудь.  Тут же Уизли начал говорить с Гарри о какой-то квиддичной команде. Гермиона через пару минут взяла в руки один из учебников, а Гарри неохотно поддерживал разговор с другом. Периодически он смотрел на Эмму, которая ушла в свои мысли и разглядывала пейзаж за окном.  Поттер все ещё не могла привыкнуть к новой обстановки и новым людям. Здесь все совершенно по-другому относились к маглорождёным волшебникам. В Ильверморни Эмма ни разу не слышала о том, что бы кто-то кого-то делил по крови. Тем более ребята никогда не соревновались и не ругались из-за разных факультетов, а дружба между ними присутствовала и была очень частой. Ученики много времени проводили в коридорах и во дворе, где могли общаться не обращая внимания на разные факультеты. Ей явно будет не хватать этого в Хогвартсе.